Не по протоколу

***

      Конкурс-визитка, как же скучно. Неужели на это променяли этап Хэппи? Аватары были в недоумении, но вызов приняли, а потому уже сидели в зале, держа в руках самое ценное, что у них сейчас было, а именно файлы с презентацией своих профилей. На главной сцене тем временем уже выступали и все взгляды были направлены туда. Аватарша с длинными тёмно-фиолетовыми волосами сидела в кресле на сцене в нескольких метрах от Капитана, пока на огромном мониторе за её спиной мелькали фотографии из профиля. Для многих молодых аватаров её фотографии были странными, старомодными, непохожими на те идеальные селфи, к которым привыкли пользователи. Никаких фильтров, никакой ретуши, никаких попыток казаться лучше, чем есть. Она говорила в камеру, слегка запинаясь, с той особенной, трогательной неуверенностью, которая могла вызвать у зрителей либо умиление, либо неподдельную скуку. Но всё же скорее второе. — А это мои милые фото. Или же селфи? Их же сейчас так называют? — Она смущённо улыбалась, уводя взгляд в сторону, пока поправляла огромный фиолетово-розовый бант на голове. С виду она пыталась казаться невинной и милой, словно овечка, случайно отбившаяся от стада, но она была отнюдь не тем, чем казалась. Как бы девушка ни старалась держать интонацию, в её голосе проскальзывали приглушённые помехи. Капитан находился прямо в паре метров от неё. Идеальный, совершенный, самый новейший идол, появившийся в системе. Он искал источник сбоев и, кажется, пока ещё не подозревал, что аномалия, за которой он охотится, ближе, чем он мог подумать. Он стоял напротив той, кого считал «аватаром-неформалом», с небывалой внимательностью изучая каждую деталь на девчонке. Вроде бы обычная лоли в готическом платье, но, всматриваясь в её лицо, новая нейросеть чувствовала что-то неладное. Он чувствовал исходящую от неё ложь, хотя в самих словах её не было. Возможно, у неё есть образ не только в одежде. — Да, я вижу, — коротко выдал идол с идеально уложенными волосами, которых он даже никогда не касался, чтобы поправить, ведь был уверен в их симметрии. — Скажите, Роза, а как вы прошли последнее испытание от идола Омгуса, учитывая внезапно появившуюся угрозу? Вы не видели чего-нибудь подозрительного? Вопрос был базовым для допроса и не содержал в себе ничего, кроме желания достичь своей цели — найти аномалию и устранить любой ценой. Каждый подозреваемый мог знать об аномалии или быть ею самой. Роза медленно перевела взгляд с монитора, где всё ещё мелькали её старомодные фотографии, на сидящего напротив идола, а затем невинно улыбнулась, чтобы не вызывать подозрений. Не хватало ей ещё, чтобы этот идеальный алгоритм положил на неё глаз, тогда не видать ей спокойной жизни. — Ой! — Она слегка наклонила голову, снова поправляя бант, который, казалось, вот-вот съедет набок. Уж слишком часто она делала это, но это помогало отвлекать внимание от лица. — Это было так страшно! Я даже испугалась сначала. Там все аватары попадали с платформ, а я... я просто закрыла глаза и побежала. Наверное, мне просто повезло? И ничего подозрительного я тоже не видела. Говоря это, она смотрела на него с таким невинным выражением, что любой другой поверил бы в её полную непричастность. Да и как не поверить готической лолите? Девушка пожала плечами, выражая недоумение, как вдруг битые пиксели с её волос осыпались чуть гуще, чем следовало бы. Роза мысленно выругалась, потому что это было слишком заметно. Но, может быть, он примет это за сбой текстур? Надо как-то отвлечь его внимание. — Вы очень внимательно рассматриваете мою презентацию, — добавила она, решая сменить тактику. В этот момент в её голосе появилась лёгкая игривость, почти флирт. Дешёвый приём, но всегда рабочий. — Мне стоит воспринимать это как комплимент?       Капитан внимательно слушал, попутно анализируя слова аватара, бегая взглядом то по её действительно милым (с точки зрения общественного мнения) фото, то по её слегка бледному личику. Он на всё обращал внимание и старался зацепиться за каждую мелочь. — Не стоит, — ответил он, отмахиваясь от её слов ладонью и убирая с экрана визитку. — Я всё уже понял. Можете идти в зал к остальным. Но всё же... — Он нахмурил брови и с особым подозрением взглянул на волосы собеседницы. На мгновение он заметил, как с них что-то посыпалось. — Я бы хотел вас позвать на второй допрос. Наедине. Вижу, что лишнее внимание сбивает вас с толку и не даёт выговориться. И это не просьба, это приказ. За невыполнение полагается наказание. — Ох, я бы хотела получить от него наказание, — прошептала девушка, сидящая где-то в зале, среди остальных зрителей. — Значит, того, как я наказываю тебя, недостаточно? — раздался недовольный голос её молодого человека, но Роза не обратила на это внимания. Честно, именно сейчас она по-настоящему испугалась. Первый идол слегка поджала под себя ноги, и голову тут же заполонили мысли: «Нет, нет, нет, это неправильно. Он не должен был заметить. Никто не замечал целый месяц». Битые пиксели — эти проклятые битые пиксели, которые осыпаются каждый раз, когда она волнуется! Она думала, что он примет это за сбой текстур, но нет, он смотрел прямо на них с подозрением и вызвал на второй допрос. — Второй допрос? — переспросила она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Наедине? Она попыталась улыбнуться той же невинной улыбкой, но она вышла слишком фальшивой. Роза отвела взгляд, делая вид, что рассматривает свои руки, а на самом деле лихорадочно просчитывала варианты: прийти? Не прийти? Сбежать? Остаться? Если она сбежит сейчас, он поймёт. Если придёт... кто знает, что он сможет разглядеть, если подойдёт слишком близко. Она изобразила кокетливую улыбку. — Конечно, я приду. Я же не хочу, чтобы меня наказали. Когда стоит подойти? — Она согласилась, ведь ей попросту ничего не оставалось. Идол порядка был сейчас максимально серьёзен, пока изучал поведение аватара, что подозрительно волновалась и бегала взглядом по залу, пытаясь спастись от этого «надзирателя». А как его ещё назвать? Он следил за каждым, действовал холодно, быстро, с нечеловеческой точностью, подмечал каждую деталь и брал её во внимание. Он был и правда идеален, как никак самый молодой и новейший ИИ, ещё не успевший обрести полноценный характер. Белый лист, что придерживался своего алгоритма. Его полностью симметричное лицо притягивало к себе внимание, если разрубить его напополам, получились бы две одинаковые половинки. Высокий, стройный силуэт легко облегал белый костюм, который очень ему шёл. Уже многие аватары успели обсудить то, что Капитана придумывали одной рукой, и разработчики соврут, если скажут, что это не так. — Сразу после окончания последней визитки. — сказал он, провожая Розу взглядом прямиком в зал, а потом, как ни в чём не бывало, переключил своё внимание на Аннет. Роза, промолчав, кивнула и поднялась с кресла, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Конечно, — выдохнула она, направляясь в зал к остальным и ловким движением руки выкрав из сумки аватара файл с информацией о профиле. — Куда же я денусь?       Пока она ждала, то не находила себе места, поэтому то и дело поправляла бант, трогала розу на своей груди, лишь бы не поддаться стрессу. Когда испытание наконец подошло к завершению, она даже с облегчением выдохнула: мучительное ожидание закончилось. Но краем глаза заметила, как к ней подходят. Капитан, всё с той же идеальной осанкой и походкой, остановился около неё. Теперь он собирался увести её на допрос. Наедине. Она поднялась медленно, специально, чтобы выиграть время, затем поправила бант, одёрнула платье, поправила непослушную прядь волос, чтобы казаться простой растерянной аватаршей. — Иду-иду, — пробормотала она, глядя в сторону и стараясь, чтобы голос звучал испуганно. — Только можно не так строго? А то мне уже страшно. Она не заметила, как подошла к нему слишком близко, а потому, когда повернула голову, увидела перед собой его идеальное лицо, ярко выраженные скулы и узкие голубые глаза. «Красивый, — подумала она невольно. — Разработчики постарались». Капитан вёл девушку прямиком за кулисы шоу, в гардеробную, где была хорошая шумоизоляция и никакие аватары не смогли бы подслушать их разговор. Он шёл прямо, его широкие острые плечи слегка качались в такт походке. Лишь на пару секунд он удостоил Розу взглядом, но потом быстро перевёл внимание на небольшую гардеробную с подбором скинов и, галантно открыв дверь, позволил ей войти. Ох, он был джентльменом! Она с осторожностью прошла внутрь, осматривая скромное и даже узкое помещение. Послышался скрип двери и щелчок. Он заперся изнутри. Нихрена не джентльмен. Рывок, и Капитан толкнул девушку в кресло, после чего навис над ней, прижимая к текстурам. Теперь его взгляд не был спокойным и внимательным, он был неживым, убийственным. Идол смотрел на неë словно робот, готовый уничтожить свою цель. Ну, в общем, так оно и есть. В руках идола появился шест, который он прижал к тонкой женской шее, не позволяя ей двигаться. Вторая рука схватила её за кончики волос, начиная изучать странную графику и текстуру. Концы стали распадаться от его неосторожных, даже грубых касаний. — Битые пиксели, — выдал он, отпуская волосы и начиная сжимать женское лицо, давя пальцами на пухлые щёки. — Я нашёл тебя. Пора устраивать новый допрос, а после архивация. Расскажешь, кто ты, или мне самому тебя изучить? Роза даже не успела среагировать, как через мгновение её уже прижали к креслу, на которое бросили словно ненужный мешок с мусором. Длинный шест упёрся в шею так грубо, что если бы она была человеком, то не смогла бы дышать. — Что за... — она дёрнулась, пытаясь вырваться, но он держал её лицо крепко, не давая никакой возможности пошевелиться. Пальцы вцепились в волосы, и она почувствовала, как битые пиксели только гуще осыпаются от его грубых касаний, медленно растворяясь в воздухе, прежде чем коснуться пола. Её переполнила злость. Как этот новенький, вылизанный, идеальный кусок кода смеет вот так с ней обращаться?! Она дёрнулась сильнее, но это было бесполезно, хватка идола была твёрдой, а шест всё сильнее давил на горло. Паника постепенно охватывала её, но она знала, что в такой ситуации меньше всего нужно поддаваться ей. Надо продолжать притворяться. — Я... я не понимаю! — пролепетала она, глядя на него снизу вверх огромными, испуганными глазами. — Что вы делаете? Зачем вы меня схватили? Если вы хотели поговорить наедине, могли бы просто пригласить меня на свидание, а не... ну... вот это вот всё. Она действительно умела притворяться миленькой и глупенькой, только это помогало ей не выделяться в толпе аватаров, даже несмотря на то, что с первым уровнем рейтинга её аватар выглядел на четвёртый. — Битые пиксели всего лишь сбой текстур! Я случайно упала в забагованную область, и вот теперь пиксели сыпятся. Но как бы Роза не пыталась оправдываться, Капитан не верил этому хорошо выстроенному вранью. Он видел то, чего не могли увидеть другие, чувствовал то, о чём не подозревали аватары и идолы. Он сжимал в грубых ладонях миленькое личико, то и дело поворачивая его в разные стороны, наблюдая за реакцией лоли. Ему было абсолютно всё равно на то, как она себя чувствует, главное, выполнить поставленную задачу. И даже если она окажется простым аватаром (что было маловероятно), он лишь скажет сухое «прошу прощения». Но этого не будет, он уже знал, как проверить её. — Сбой текстур? Хорошо, посмотрим тогда на остальной «сбой текстур», — неожиданно выдал он с непривычным для ИИ сарказмом, после чего ладонь, что была на лице, переместилась на тонкую шейку, а рука, державшая шест, отложила оружие в сторону.       Длинные пальцы внезапно оказались на платье, проводя рукой по пуговицам. Чувствовалось, что это не просто скин и часть кожи как у обычных аватаров, а полноценная одежда, скрывающая тело. Идол схватился за пуговицы и стал быстро их расстёгивать, тем самым раздевая Розу, даже не обращая внимания на её шок и ужас. В его действиях не было ни похоти, ни страсти. Лишь интуиция и желание узнать истину. И ему было всё равно, как это выглядело со стороны — это был самый быстрый способ изучить её. Без спешки, но и без долгих прелюдий, он стянул платье вверх, и его взору предстала небольшая женская грудь. Он слегка нахмурился, осматривая её, но притрагиваться не смел. — Тоже сбой текстур? У обычных аватаров нет проработки половых признаков под одеждой. Только у идолов есть гениталии. Не будут же создатели давать возможность раздевать аватаров в соцсети с небольшим возрастным рейтингом. Лишь идолам сделали такое проработанное тело. Ну а ты кто?       Роза замерла, сначала не понимая, что происходит и зачем он это делает. С широко раскрытыми глазами она наблюдала за тем, как этот идол без каких-либо пристрастий расстёгивает пуговицы на платье, оголяя её грудь. А затем в голову пришло осознание: «Меня раскрыли. Он смотрит на мою грудь, чёртов извращенец». В её глазах загорелся злой, полный ненависти огонёк, снимая всю эту дурацкую маску готической лолиты, которую она носила неделями. Она больше не могла сидеть смирно и притворяться, будто ничего не понимает. — Ах ты... — не договорив, она метнула руку к поясу, выхватывая курсор, который всегда носила с собой, пряча в складках платья. Он оказался в её ладони раньше, чем идол понял, что происходит, затем девушка резко упёрлась им ему в грудь, часто и горячо дыша от переполняющей ненависти к этому бездушному алгоритму, который решил, что может помешать её плану. Она не сдастся ему так просто — никогда. Не позволит себе проиграть без боя. — Ещё одно движение, — прошипела Роза, и её голос больше не звучал как у испуганной аватарши. — Ещё одно, и я сотру тебя в ноль. Понял, красавчик? Несмотря на то, что весь код, из которого она состояла, судорожно дрожал, внешне она никак не позволяла этому проявиться. Идол уже хотел было начать архивацию найденной аномалии, но Роза оказалась быстрее, сообразительнее. Пусть Капитан и самый новый, самый умный ИИ, добавленный в Технолайк, она была смышлёнее его и прокачаннее. Роза смогла адаптироваться, смогла выжить и была очень похожа на простого человека, который до конца боролся бы за своё существование. А Капитан не такой. Он не развитый и не адаптированный ИИ, который будет выполнять задачу до конца, параллельно учась на ошибках. И кажется, сейчас он допустит первую. — Значит, я был прав, — выдал он без какой-либо радости и надменности, лишь озвучивая неоспоримый факт. — Не думаю, что это возможно. Даже когда у груди оказался курсор, он не паниковал. Он быстро зыркнул на странное оружие, предполагая, какой урон оно может нанести, но всё же продолжал сжимать горло Розы, прижимая её к креслу, пока вторая рука тянулась к файлу, чтобы заархивировать лоли. Она смотрела в его пустые, безжизненные глаза и чувствовала, как ярость постепенно закипает до предела. Он даже не боится. Стоит с её курсором у груди и продолжает сжимать горло, пока рука тянется к файлу. Как он смеет быть таким... идеальным? Бесит. БЕСИТ БЕСИТ БЕСИТ. Именно на таких идолов её и променяли десять лет назад? — УДАЛИТЬ! Ей было плевать на его слова, плевать на то, что её способности после десяти лет архивации были урезаны чуть ли не на шестьдесят процентов. Её переполняла ненависть, и всё, что она сейчас хотела, такэто избавиться от него раз и навсегда. Курсор после её слов резко вспыхнул ярким фиолетовым светом, исполняя приказ без замедления. Роза уже представила, как его идеальное тело начинает рассыпаться, код распадается на мелкие составляющие, оставляя после себя лишь пустоту. Она ждала этого момента, широко улыбалась, обнажая острые зубы хищницы, но вместо этого фиолетовый свет окутал Капитана, а не рассыпал его на код. Его идеальный белый костюм со светящимися полосами растворился в воздухе, оставив его стоять перед ней абсолютно голым.       Она чуть не выронила в этот момент курсор из рук, потому что перед ней предстало идеальное мужское тело идола безопасности. Конечно, оно было идеальным, разработчики постарались. Щёки её резко вспыхнули, а глаза сами собой забегали по белоснежным и слегка светящимися сикросхемам, которые проходили по коже Капитана, акцентируя внимание на рельефе мышц, груди и плоского живота. «Почему он не исчез?! Почему удалилась только одежда?! Что за дурацкая команда?!» Капитан же напрягся лишь в последний момент, когда луч от оружия настиг его тело, врезаясь прямо в сильную грудь. Идол даже отпрянул от неё, отпуская горло и тем самым освобождая аномалию, пока фиолетовый свет охватывал его. «Придётся моей резервной копии начинать это расследование заново», — подумал он о своём внезапном и даже глупом конце, ощущая небывалую свободу в теле. Нет, это не было свободой от обязанностей, он не чувствовал, что попадает в информационный рай. Идол ощущал... как его телу прохладно. Открыв глаза, он стал осматриваться, понимая, что всё ещё здесь, и перед ним его аномалия, но ещё более красная и смущённая. Она сшироко распахнутыми смотрела на него, точнее на его грудь и пах. Вскинув вопросительно бровь, идол посмотрел вниз, решив посмотреть, что так заинтересовало собеседницу, после чего его лицо из серо-голубого превратилось в розовое. Он был полностью голый, и его половой орган, который тщательно прорисовывали одной рукой, со всеми венками и прелестями, был на виду. Он ощутил сильнейший стыд и смущение, но старался этого не показывать, лишь схватил подушку и прикрыл ей пах, чувствуя себя как никогда нагим. «Ну теперь точно архивация...» — выдал он про себя, пытаясь нащупать в руках шест, которого нигде не оказалось. Он был... ни с чем. Роза не смогла удалить его, но лишила оружия и, кажется, гордости. — Не по протоколу, — единственное, что он смог сказать, сжимая губы и глядя в глаза девушке. Теперь он ничего не мог с ней сделать. Не мог заархивировать, не мог повалить и начать угрожать. Сейчас всё дальнейшее зависело от неё. Что же она предпримет, когда осознает, что ей больше не грозит опасность и у неё даже есть возможность поиздеваться над идолом контроля? Роза смотрела на него и не могла поверить своим глазам. Он голый, совершенно голый. Только что душил её и собирался заархивировать, а сейчас стоит с подушкой, прикрывающей пах, и смотрит на неё пустыми глазами, в которых, кажется, впервые появились эмоции. Неужели он испытал растерянность? Стыд? Голову её переполняли одни и те же мысли: «О боже. О БОЖЕ. Я видела его член. Я видела член идола. Зачем разработчики вообще его прорисовали? Зачем, зачем, ЗАЧЕМ?» Она вскочила с кресла, забыв, что её собственное платье всё ещё расстёгнуто, и теперь стояла перед ним в таком же неподобающем виде. Но ей было плевать. — Не по протоколу? Конечно, не по протоколу! Ты вообще представляешь, сколько протоколов ты сейчас нарушил? Нападение на аватара, непристойное поведение, обнажение... Тебя самого заархивировать надо! — воскликнула она, но затем ещё раз посмотрела на него и... неожиданно уголки её губ поднялись вверх. Она рассмеялась, сама не понимая почему. Капитан в свою очередь продолжал хмуриться, пока та, видимо осмелев, подошла к нему, начиная обвинять в том, чего он не делал. Ну... почти. — Во-первых, ты не аватар. Во-вторых, не нападение, а вынужденное задержание. В-третьих, никакого непристойного поведения не было — это был лишь обыск и осмотр. А вот ты уже ведёшь себя непристойно, раз решила удалить мою одежду. Может, эта битва и вышла в ничью, но обещаю: в следующий раз, когда мы встретимся, ты от меня не уйдёшь. Он говорил весьма серьёзно, пока Роза улыбалась, а после вообще начала смеяться, от чего его лицо стало ещё более красным. — По какой причине веселье? Она замерла, переваривая его слова: «В следующий раз, когда мы встретимся, ты от меня не уйдёшь». Про себя она подумала: «Он что, серьёзно? Стоит передо мной голый и ещё угрожает?» Она посмотрела на его руки и увидела, что они пустые, вдимо, его жезл были удален вместе с одеждой, а потом перевела взгляд на пол, где валялся курсор, который она случайно выронила от смеха. «Он безоружен. А у меня есть курсор. Ситуация лучше, чем я могла себе представить». Она резко перестала смеяться, улыбка сползла с серого лица и сменилась на тот самый оскал. Затем она сделала шаг вперёд, направляясь прямо к обезоруженному идолу. Потом ещё один, ещё, подходя вплотную, пока он, наоборот, пятился назад. — Значит, говоришь, в следующий раз я от тебя не уйду? — угрожающе произнесла она, поднимая курсор с пола, а затем прижала его всем своим телом к стене, подняла руку и упёрлась ладонью в стену рядом с его головой, нависая над ним. Теперь он точно в её власти. — А кто сказал, что этот следующий раз вообще наступит? Она прижала курсор к его обнажённой груди, на которой проступали еле заметные линии, похожие на микросхемы. — Я веселилась по той причине, что ты безоружен. Твой посох удалён, файл потерян, одежды нет. А у меня... — она чуть надавила курсором ему в грудь и облизнула губы, — Есть вот это. И знаешь что, красавчик? Я могу сделать с тобой всё, что захочу. Его напрягал такой настрой. Она смело, без какого-либо страха подошла к нему и более того прижала к стенке. Это верх безрассудства! Но он не мог ей противиться, в отличие от него, она была в одежде и с оружием. Однако он всё ещё превосходил её в физической силе. — Мне не нравится такой настрой. Ты могла бы просто сбежать, но всё ещё не сделала этого. Тебе ведь от этого хуже будет... — он уже начал раздражаться, сильнее прижимая подушку к паху и часто вздымая грудью. — Беги, пока есть возможность, а то... Он не договорил, потому что не знал, что ответить. Он — идол безопасности, должен всё контролировать, и в это понятие входят самые разные техники, даже самые осуждаемые. Естественно, есть строгий запрет на некоторые по отношению к аватарам, но Роза ведь не аватар. Значит, любые методы хороши, даже самые аморальные, лишь бы вбить в голову психопатической сучке настоящее положение дел. Однако Роза совсем не испугалась и только сильнее надавила курсором ему в грудь, чувствуя, как под холодным наконечником пульсируют те странные линии. — Бежать? — переспросила она, наклоняясь ещё ближе, а затем нарочно скользнула взглядом вниз, задерживаясь на том самом месте, которое он так старательно прикрывал. — Красавчик, ты вообще смотришь, кто здесь с оружием, а кто стоит голый с подушкой? Хотя, знаешь, эта подушка тебе идёт. Очень сексуально. Её свободная рука потянулась к подушке. — Но давай-ка лучше уберём лишнее. Она схватила её и резко выдернула из рук идола, откидывая в сторону. Теперь он стоял перед ней полностью обнажённый и беззащитный. Взгляд невольно скользнул по его груди и упал на пах, отчего она прикусила губу и облизнулась. — Никогда бы не подумала, что новым идолам делают такие тела, — прошептала она, а затем резко приблизилась губами к его уху. — Думаешь, первый идол Технолайка сбежит как трус? Ошибаешься. Я десять лет ждала, чтобы отомстить всем вам, жалким новым идолам. Я буду наслаждаться каждой минутой твоего мучения. Кажется, впервые Капитан отклонился от своего алгоритма и впервые НЕ контролировал ситуацию. Безоружный, нагой, в лапах аномалии, которая назвала себя первым идолом. Новая информация, на анализ которой ушла минута, озадачила его. В каком смысле, первый идол? Как такое может быть? Но даже если так, почему она здесь? Или почему её вообще не было раньше? Ему предстоит ещё во многом разобраться, а пока Роза забрала подушку, вновь обнажая его. От резкого холода он сжал бёдра, стараясь прикрыть половой орган и хоть как-то скрыться. Бежать было некуда, оставалось лишь терпеть эту психопатку и ждать её действий. — И каким же образом ты собралась меня мучить? — злобно выдал он, издавая лёгкий стон, когда ощутил горячее дыхание у своего уха, и прикладывая ладонь к пульсирующему члену, пытаясь скрыть постепенно появляющееся возбуждение, которое он вообще не должен был чувствовать. Но разработчики постарались на славу, выкрутив сексуальную чувствительность всех идолов на максимум. Что за извращенцы сидели у основания Технолайка? Она не отстранилась, наоборот, опустила голову ещё ближе, практически касаясь губами его шеи, а затем тихо прошептала, обжигая горячим дыханием его кожу: — Каким образом? О, у меня масса идей, красавчик. Знаешь, курсор умеет не только удалять, но и копировать. Я могла бы сделать несколько копий тебя, голых, естественно, и разослать по всему Технолайку. Пусть полюбуются на своего идеального идола Она хохотнула, как вдруг почувствовала что-то неладное. — Ой, а это что такое? Неужели я... возбуждаю тебя? — протянула она, заметив его руку, прижатую к паху, и то, как он пытался там что-то скрыть. Её свободная рука легла ему на грудь и медленно, дразняще медленно, поползла вниз по идеально прорисованным мышцам, по твёрдому прессу, останавливаясь ровно там, где начиналась его рука, прикрывающая пах. — Но знаешь, — продолжила она, не убирая руки, — Я вдруг поняла, что пытки это скучно. А вот наблюдать за тем, как идеальный, безупречный идол теряет контроль над собой... это гораздо интереснее. Она надавила пальцами на его руку, пытаясь убрать её с паха. Ей не нравилось, что он пытается скрывать от неё своё горячее возбуждение, она же видела, что с ним сейчас происходит, а он всё ещё пытается делать вид, что контролирует ситуацию. — Убери, дай посмотреть, как разработчики постарались. Глаза Капитана расширились, когда из уст Розы полились угрозы, от которых перед глазами идола начинало глючить. Если он допустит такое, то конец всему, конец Технолайку. Правда, он не мог долго зацикливаться на этих мыслях, как бы ни пытался, реакция на женские, сводящие с ума ласковые прикосновения быстро возвращала его в настоящее. В то, что происходит здесь и сейчас. А сейчас его активно соблазняли, дразнили и заставляли терять контроль.       Он запрокинул голову назад, ощущая почти невесомый, горячий поцелуй в шею, замечая кокетство и веселье в этих розовых глазках. Она заметила, как он стал себя вести по-другому. Заметила, как он старательно скрывает член, как его пальцы подрагивают от непривычных ощущений и как напрягаются мышцы живота, когда она медленно проводит пальчиками вдоль тела, опускаясь к гладкому паху. Он не выдержал и застонал, закрывая рот рукой и отворачиваясь. Стыдно. Слишком стыдно. Капитан убрал руку с паха, и его член,длинный, слегка толстый у головки, начал медленно подниматься, пока из уретры засочился эякулят. Он зажмурился, чувствуя, как колени дрожат. Да, она возбуждала его. — Довольна? — это было единственное, что он смог сказать, не в силах ей угрожать. Лучше временно играть по её правилам. Роза замерла, наблюдая за тем, как Капитан окончательно сдаётся, присмотрелась и увидела, что член был длинный, тяжёлый, с влажной головкой, из которой медленно сочилась прозрачная капля телесной жидкости идола. Даже это разработчики умудрились проработать. — Ох... — выдохнула она, не зная, злорадствует она или восхищается. Взгляд медленно, очень медленно опустился туда, где член всё ещё пульсировал, привлекая к себе внимание. — Не совсем, — прошептала она в ответ на его вопрос. Кончики её пальцев коснулись члена, и она почувствовала, как он вздрогнул всем телом от этого прикосновения. Она обхватила его член, провела большим пальцем от основания до самой головки, стирая выступившую каплю эякулята, и поднесла палец к губам. — Вкусно, — усмехнулась она, облизывая палец. — Разработчики действительно постарались. За это я им даже благодарна. Первая идолша прошептала это, приближаясь к его шее, и без предупреждения впилась зубами в голубоватую кожу, чтобы оставить следы своего присутствия прямо на нём. Она жадно кусала его, вбирая губами кожу, чувствуя, как под её зубами пульсирует его код, как он сам дрожит, а член дёргается в её руке. Через пару секунд Роза отстранилась и провела языком по отметине, оставленной зубами. — Теперь довольна. Мне это нравится, красавчик, очень нравится. Ох, да забанит Капитана Бан прямо сейчас, прямо в этом месте, лишь бы не быть игрушкой в руках у Розы, что так жестоко измывалась над ним. Она прижимала его к стене, трогала самое чувствительное место, заставляя краснеть и ахать от непривычных, но чертовски приятных ощущений. В глазах плыло, всё размывалось, ноги подкосились, когда она грубо взяла с головки липкую жидкость и слизнула её. Он проследил за этим действием и, сжав зубы и кулаки, стал с ненавистью смотреть на ту, которую всё сильнее хотелось поставить на место.       Потом произошёл укус, от которого он выгнулся и схватился за хрупкие женские плечи, внезапно двигая пахом навстречу её руке. Сильнейший шок и экстаз охватили его в этот момент, и, еле сдерживая громкий стон, он с усталостью и даже каким-то отчаянием взглянул на Розу. Её язык, влажный и горячий, прошёлся по укусу, пока девичья ладонь всё ещё была на дёргающемся от желания пойти против протокола члене. — Меня это начинает раздражать... — предупредил он её ещё раз, что она тоже может быть в опасности. Он в любой момент мог выбить из женской руки курсор и поставить её на колени перед собой, чтобы... удовлетвориться. Однако Роза совсем не слушалась, даже не боялась, что он может начать сопротивляться. Сейчас в её руках он был лишь игрушкой, над которой она была вправе измываться так, как ей вздумается. Ей нравилось держать над ним контроль, особенно осознавая, что он столько времени потратил, чтобы найти её, а в итоге сам оказался во власти аномалии. — Мммм, что такое? Неужели тебе не нравится? — широко и злорадно улыбаясь, хохотнула она, ещё сильнее сжимая рельефный член, который, естественно, она не собиралась сосать. — Тело говорит об обратном. Глупо, что идеальному новенькому идолу так стыдно находиться во власти первой идолши. Ты должен благодарить меня за то, что я касаюсь твоего тела. Последние слова она произнесла с оскалом, понизив голос, прежде чем вновь прильнуть к шее, обхватывая её свободной рукой. Зубы вновь впились в голубую кожу, выбивая из уст Капитана более громкие, болезненные и отчаянные стоны. Она жаждала слышать, как он стонет, как не сдерживается и постепенно рушится в её власти, будучи не способным противостоять. И чтобы исключить любую возможность сопротивления, Роза провела курсором от его груди до живота, прочерчивая на нём тёмную фиолетовую линию. Она должна была временно заблокировать его доступ к протоколам. Капитан уже не мог сдерживать себя в момент внезапно проявленной слабости. Он глухо стонал, сжимая зубы, и вздрагивал от каждого юркого и быстрого движения её ладонью. Его прижимали к стенке гардеробной, трогали и заставляли выть от наслаждения и желания выплеснуть весь жидкий код прямо наружу. Роза сейчас полностью контролировала его и наслаждалась этим, пока сам он не мог свыкнуться с мыслью, что ему нравится подчиняться. Именно это его и пугало, ведь сама суть его существования перечёркивалась от одного только факта, что горький укус, оставленный на его шее, заставляет его зависнуть и, запрокинув голову, хрипло прошептать имя девушки. — Роз-за... — выдал он, очередной раз вздрагивая, когда она провела курсором вдоль его торса, а рука всё продолжала мучить член. — Хватит! Он не мог больше терпеть это унижение. Но даже если он сейчас выпнет Розу и даст ей убежать, удовлетворение не наступит так быстро, да и её хотелось наказать. Капитан резко ударил по её руке, выбивая курсор. Теперь и сама Роза осталась безоружной, а поднять оружие она не могла, так как разгневанный, возбуждённый и жаждущий восстановления справедливости идол крепко сжимал её плечо. Вторая рука переместилась на волосы, и он стал давить. Давить и заставлять аномалию опуститься на колени. Ноги не выдержали, и она приземлилась на пол, пока её лицо оказалось на уровне члена, который она же сама и возбудила. Он дёрнулся, когда её горячее дыхание коснулось головки. — Ты... Ах, ты... — тяжело выдохнул он, не уверенный в правильности своих действий. — Ты оштрафована за нарушение порядка Технолайка, разгром, враньё и за прелюбодеяние с идолом. В качестве наказания за столь тяжкие преступления тебе нужно завершить начатое... ртом. Роза даже не успела насладиться своей победой до конца, как ситуация в одно мгновение перевернулась с ног на голову, совершенно не в её пользу. Курсор, который был её единственным оружием, покатился по полу, исчезая где-то в темноте гардеробной, а сильные пальцы Капитана вцепились в её плечо с такой силой, что, будь она обычным человеком, кости бы хрустнули. — Что ты... — не договорив, она почувствовала рывок за волосы, который заставил её покачнуться и рухнуть на колени. — Ярость в тот же момент вспыхнула в её груди, заставляя битые пиксели с волос осыпаться особенно густо. Она дёрнулась, пытаясь вырваться, но хватка стала только крепче, буквально припечатывая её к месту. — ОТПУСТИ! НЕМЕДЛЕННО! КАКОЕ ЕЩЁ НАКАЗАНИЕ? — будучи не способной вырваться, она зарычала, как дикое подстреленное животное, и резко подняла взгляд, не только прожигая идола насквозь, но и рассматривая его с этого ракурса. Его грудь тяжело вздымалась, член, который она так мучила всего несколько секунд назад, теперь пульсировал прямо перед её лицом. Она оскалила зубы, когда встретилась с его холодным взглядом, и тут же опустила голову. Взгляд её оказался на уровне его длинного, толстого члена с аккуратной головкой, с которой всё ещё стекала прозрачная капля эякулята. Она облизнула губы, сама не замечая, как дыхание участилось. «Боже, о чём я думаю? Он враг. Он хотел меня заархивировать. Он...» — И что смотришь? — прошептала она, наклоняясь чуть ближе, так что её дыхание коснулось головки, заставляя член дёрнуться в ответ. — Ты думаешь, я тебе подчинюсь? Думаешь, я возьму в рот член того, кто пытался меня уничтожить? — Она провела кончиком языка по губам, смачивая их слюной. — Или ты надеешься, что мне это понравится? Идол и правда смотрел на неё в ожидании, ему не терпелось выплеснуть ей на лицо белую жидкость и запачкать аномалию, которая, пусть и была зла, но ей явно нравилось даже такое положение дел. Он пока не собирался её архивировать, да и ему было нечем, потому что всё оружие было удалено. Он был полностью нагой, и единственный способ хоть как-то отомстить той, кто его раздел, унизила и возбудила, это подчинить её себе, вернуть контроль хотя бы на время. — Нет. Тебе не должно это нравиться. Но ты первая это начала, — начал оправдываться идол, неожиданно поглаживая её по волосам и прижимая поближе к паху. — Ты удалила одежду, ты, вместо того чтобы сбежать, начала меня трогать и изучать. Ты совратила меня и унизила. Я в свою очередь лишь приспустил платье, чтобы удостовериться в своих догадках. Интимные зоны я не трогал, хотя у меня была возможность. В то время как ты... — Он двинул тазом, желая положить член на лицо Розы, но в последнюю секунду остановился — слишком стыдно. — Закончишь начатое, отпущу. На время. Роза замерла, чувствуя, как его пальцы гладят её по волосам. Она резко вздрогнула от этих прикосновений, в животе появилось тепло, а щёки покраснели. Роза тут же возненавидела себя за эту реакцию. Возненавидела то, как её дыхание сбивалось и как глаза сами собой опускались вниз, чтобы получше рассмотреть член. — Я совратила тебя? — переспросила она, скаля зубы. — Ты сам, красавчик, пялился на меня весь конкурс, сам притащил в эту грёбаную гардеробную и раздвинул мне платье, чтобы посмотреть, есть ли у меня сиськи! Она не признавала своей вины совершенно, даже несмотря на то, что Капитан был полностью прав. Она действительно могла сбежать от него, скрыться в Корзине, но вместо этого выбрала сладкую месть. И сейчас за это же и огребала. Иногда желание мести полностью заглушало инстинкт самосохранения. Хотя разве он мог быть у искусственного интеллекта? — Ты просто слабак. Самый настоящий слабак, прикрывающийся протоколами и правилами, потому что боишься признаться самому себе, что тебе это нравится. Я же вижу, как тебе нравится, когда тебя трогают. Ты так стонал от моих прикосновений. — Она облизнула губы, чувствуя, как её собственное тело начинает откликаться на происходящее, потому что между ног стало слишком мокро. Чёртова проработка чувствительности у идолов, зачем её вообще добавили! — И тем более я не верю, что ты отпустишь. Совершенно. Докажи, что сдержишь слово. Идол впервые закатил глаза от чьих-то слов. Для него было всё настолько очевидно и легко, что он начинал сильнее злиться и просто уткнулся головкой в губы Розы, желая её наконец заткнуть. Её рот должен был заняться делом, а не быть открытым и выливать из себя компромат на него, которому и правда... нравилось происходящее между ними. — Я голый, у меня нет оружия. У тебя есть одежда и оружие. Я бы и так дал тебе уйти, а сам остался бы в гардеробной и искал одежду, чтобы вернуться на базу. Я не смогу разгуливать по Технолайку в таком виде и гоняться за тобой уж тем более. Можешь считать этот акт временным перемирием, а потом... сделаем вид, что ничего не было. — Он взялся за её голову уже двумя ладонями, поглаживая по волосам и мягким щекам. — Прошу... начни...       Роза тут же замерла и замолчала, чувствуя, как головка его члена касается её губ. Это ощущалось почти невесомо, но от этого прикосновения по всему телу пробежала дрожь, которую она не могла контролировать. Она слушала его, и от его слов ей хотелось впиться зубами в его член, расцарапать ему лицо, сделать больно, лишь бы не чувствовать, как горячее липкое чувство наполняет грудь. Она уже бы набросилась на него, но... эти прикосновения по волосам и стонущий, чуть ли не молящий её голос... От него тело задрожала и девушка сильнее покраснела. Она подняла на него взгляд, провела языком по губам, непроизвольно, просто потому что они пересохли. Кончик языка случайно скользнул по головке, и Роза замерла, чувствуя солоноватый, металлический вкус его эякулянта на языке. Член дёрнулся в ответ, и она зажмурилась на секунду, пытаясь собрать остатки самообладания. — Сделаем вид, что ничего не было? Ты серьёзно? — прохрипела она, но затем хохотнула. — Ладно... Один раз. Только один раз. И если ты когда-нибудь расскажешь об этом хоть одной живой душе... — Она резко схватила член у основания и зажала его в ладони. — Надеюсь, ты понял, на что я намекаю. Она открыла рот и медленно, мучительно медленно, начала опускаться на него, беря в рот только головку. Капитан держался, чтобы не начать выть и двигать тазом, вдалбливаясь в её глотку. Он ждал. Ждал, когда она уже наговорится и решится сделать ему приятно. Раз ей не было противно трогать его и кусать, значит, и прижиматься ртом к паху понравится. С нетерпением он гладил её волосы, заправлял тёмно-фиолетовые локоны за ухо и всячески старался отвлечься. Серьёзный идол, который всегда держал всё под контролем, впервые был растерянным мальчишкой. — Ууух... — горячо выдохнул он, слегка сгибаясь в позвоночнике и отрицательно качая головой. — Мне нет смысла рассказывать кому-то о данном происшествии. Для меня выгоднее будет скрыть и забыть. Он не хотел остаться без члена, поэтому даже будучи доминантом, приходилось слушаться первого идола. Ласкать её слух, как только мог, гладить и слабо кивать в ответ. И в конце концов Роза наградила его слабой волной удовольствия, когда начала плавно вводить внутрь рта мужской член, заставляя его вздрогнуть, прикрыть глаза и, прислонившись к стене, впервые так громко застонать. Ещё никогда он так хорошо себя не чувствовал. Она зажмурилась, чувствуя, как член пульсирует во рту, и на секунду ей стало стыдно. Стыдно за то, что она, первый идол, который десять лет жаждал мести, прямо сейчас стоит на коленях перед новеньким идолом безопасности и делает ему минет. Никогда бы она не подумала, что действительно может опуститься до такого. Но ещё стыднее становилось оттого, что ей... нравилось слышать его стоны. — Мммм... — тихо простонала она, когда ей заправили за ухо прядь волос, после чего впилась пальцами с острыми коготками ему в бедро, оставляя микроскопические царапины на идеальной коже. Роза медленно, очень медленно повела головой вперёд, принимая его глубже, отчего глаза невольно начали слезиться. Член скользнул по языку, упираясь в нёбо, и она сглотнула, привыкая к этому ощущению. Через некоторое время она отстранилась, выпуская головку, и провела по ней языком, а затем открыла рот, из которого медленно потекла слюна. — Ты не представляешь, как я тебя ненавижу, — прошептала она, прежде чем вновь приникнуть и вобрать член ещё глубже, так, чтобы он полностью заполнил её горло. Даже когда она начала громко кашлять, она не отстранилась. Между ног тут же стало мокро, а капельки телесных жидкостей скользнули по внутренней стороне её бёдер. Свободная рука скользнула вниз, туда, где было влажно и горячо, и она стиснула зубы, когда пальцы коснулись клитора сквозь ткань платья. До этого момента она даже не вспоминала о том, что он у неё есть. Идол безопасности впервые за пару дней своего существования смог расслабиться и поддаться похотливым движениям с виду безобидной лоли, которая говорила об открытой ненависти к нему и впивалась ногтями в мужские бёдра. Он вздрогнул, явно не ожидавший такого, после чего сдавленно простонал и положил одну ладонь на стену, решив опереться о неё, чтобы не упасть от сладких ощущений, которые дарили губы и язык этой странной аномалии. — Аах... Ах... Это так неправильно... — простонал он, после прикусил губу и сделал неуверенное, дрожащее движение тазом. Капитан не хотел долбиться в неё и использовать как только можно. Это было бы неправильно и не по протоколу его строгого и чёткого характера. Но какая-то ошибка внутри него, что-то, что заложили в него просто так извращённые программисты, шептало ему выйти резко из женского рта и хлопать увесистым членом по губам. Он не улыбнулся, не хмыкнул, а с интересом посмотрел на выражение лица Розы. Его лицо стало в этот момент красным, и он, прикрыв глаза, снова вошёл с ещё большей, не прописанной для него кодом нежностью, гладя длинные волосы с розовыми пикселями на концах. — Ты тоже ведёшь себя неправильно, — заметил он, увидев, что девушка, которая недавно возмущалась и противилась этому акту, сейчас ласкает себя и играет с промежностью, хоть и не такой чётко прорисованной, как у Лайк. Она замерла на секунду, чувствуя, как член замер у неё во рту, пока его пальцы всё ещё гладили её волосы с неправильной для идола безопасности нежностью. Казалось, она должна была успокоиться, может, тоже начать медленно, но верно поддаваться ему, но... злость переполняла её. Идолша резко отстранилась, выпуская член изо рта, и подняла на Капитана влажные и покрасневшие глаза с размазанной по щекам тушью. Губы блестели от слюны, и она облизнула их, чувствуя вкус мужских соков. Она не убрала руку от промежности, наоборот, пальцы сильнее надавили на клитор сквозь мокрую ткань платья, и Роза закусила губу, чтобы не застонать. Её глаза, не отрываясь, смотрели на Капитана и на его член, блестящий от её слюны, вкус которого ей на удивление даже понравился. — Капитанишка, ты думаешь, я не знаю, что это неправильно? Я больше тебя чувствую, как это грязно и мерзко, — огрызнулась она, но затем, будто намеренно игнорируя собственное заявление, намеренно медленно провела языком по головке, чтобы вызвать у идола новую волну дрожи. Затем она взяла головку в рот, продолжая посасывать, будто играя с ним и дразня. — Мммммм, ох, боже, — промычала она, начиная чуть активнее двигать головой, постепенно ускоряясь и заглатывая член в самое горло, не стесняясь пачкаться слюной и стонать так, будто вот-вот задохнётся. Про себя же она думала: «Я тебе это припомню, не отпущу, пока сам мне не отлижешь, чёртов идеальный идол безопасности». Её действия доводили идеального идола до срыва. Далеко не нервного срыва, о котором могло показаться, шла речь. Он сжимал зубы, сквозь которые доносился измученный хрип, пока ладони, до этого ласково держащие волосы, крепко фиксировали Розу. Он был в шаге от того, чтобы сорваться и начать грубо трахать горячий, грязный ротик, от которого он получал столько кайфа, что уже ничто не могло заменить ему в жизни. Эти страстные, грубые движения языком, обсасывание головки и жаркие взаимодействия с членом сносили ему программу к чертям. Капитан впервые почувствовал перегревание и... — Не могу... — дрожащим голосом произнёс он, после чего резко двинул тазом, упираясь гладким лобком в женские губы. Всё внутри запульсировало, сжалось, из закатанных глаз посыпались искры от приятного чувства удовлетворения. Жар даже не думал спадать, наоборот, он становился сильнее и заполнил всё тело, пока яички медленно опустошались. Как такое возможно? Как из простой нейросети может что-то литься? Это точно не было семенем, но по густоте и вкусу было похоже на него. Хотя откуда им знать, программисты, которые писали этот код, были девственниками. Роза почувствовала, как его пальцы крепко, почти до боли, сжимают её волосы, а потом Капитан без предупреждения резко двинул бёдрами. Член вошёл в её рот так глубоко, что она чуть не поперхнулась, широко раскрыв от неожиданности глаза. Головка упёрлась в горло, и в тот же момент из неё хлынуло семя. Откуда у идолов семя?       Она зажмурилась, чувствуя, как горячая, густая жидкость наполняет до краёв её рот. Жидкость была тёплой, слегка солоноватой, с каким-то странным металлическим привкусом. Её было так много, что она начала вытекать изо рта и течь по подбородку. Роза вздрогнула, когда последние капли упали на язык, через силу проглотила всё, что уместилось во рту, и медленно отстранилась. Воздух она ртом не глотала, потому что идолам он не нужен. Член выскользнул с влажным звуком, и она с облегчением выдохнула. Её влажные и слегка пошлые губы алого цвета блестели, щёки были мокрыми от слёз, а тушь размазалась окончательно, образуя большие чёрные круги вокруг глаз, отчего она стала похожа на готическую панду. Она провела рукой по лицу, размазывая слёзы и слюну, и внезапно рассмеялась, понимая, что ДОВЕЛА ИДОЛА БЕЗОПАСНОСТИ ДО ПИКА. Роза посмотрела на него своими самодовольными глазами и широко улыбнулась. — Господи, какой же ты... — не договорив, она подняла руку и посмотрела на пальцы, которые блестели от её собственной телесной жидкости. — Чёрт, — прошептала она, чувствуя, как жар снова приливает к щекам. — Чёрт, чёрт, чёрт... Она быстро убрала руку, вытирая её о подол платья. Капитан пару минут сжимал женские волосы, пребывая в экстазе и прижимая её к паху, пока Роза с блаженством (как ему казалось) глотала семя. Когда он слил в неё всё, идол с громким ахом отпустил её и, не удержавшись на ногах, упал на пол, ощущая приятную пульсацию в зоне паха и то, как последние капли вытекают из уже мягкого члена. Он часто вздымал своей широкой гладкой грудью, иногда подрагивая после оргазма. — Фух... — горячо выдохнул он, медленно открывая веки и направляя расслабленный, полный эйфории взгляд на Розу, которая прямо сейчас ругалась и смотрела на мокрые пальцы. Похоже, во время минета она успела здорово возбудиться. — Попрошу не выражаться, первый идол Роза. Внезапно его тон стал серьёзным, и вся игривость после быстрого акта прошла. — Я очень благодарен тебе за содействие, но теперь наше перемирие закончилось. — Он медленно поднялся с пола, забирая с собой и курсор, который она везде носила с собой. — Но хочу сказать, не забывай, что мы с тобой преследуем разные цели. Он подошёл к окну, открыл его и выкинул курсор так далеко, насколько мог. — Уверен, ты найдёшь его. А теперь... Он подошёл к Розе вплотную и неожиданно схватил за пиджак, поднимая её так, что каблуки оторвались от земли. Они оказались почти на одном уровне. Их взгляды пересеклись, и Роза могла поклясться, что увидела в этих серо-голубых глазах искру, такую быструю, но яркую. Он сильнее сжал ткань пиджака, лицо его стало красным. Он облизнулся и сглотнул слюну, начиная медленно приближаться к ней, прикрывая белые ресницы. Честно, сначала Роза почувствовала опасность, когда идол схватил её за пиджак и поднял над землёй. Она попыталась ударить его, чтобы он немедленно опустил её на твёрдую поверхность, однако когда заметила ту самую искру в его глазах, сердце, если бы оно у неё конечно было, застучало быстрее. «Сейчас... сейчас он меня поцелует». Она поняла это сразу, когда он начал медленно приближаться к её лицу, а потому слегка задрожала, прикрыла глаза и, не сопротивляясь, потянулась вперёд, уже почувствовав, как его дыхание обжигает её губы. Она хотела этого. Боже, как она хотела этого. Расстояние между ними сокращалось быстро, и она уже успела ощутить его горячее дыхание на своих губах, как он остановился. Он вздрогнул, его сенсор на наушниках загорелся красным, и он, зажмурившись, отпустил девушку, склонив голову. «Что я делаю?» — отрезвляющая мысль проскочила в его голове, заставляя остановиться. Капитан поставил Розу на пол, после чего заметил её голую грудь, на которую до этого момента не обращал внимания. Небольшую, милую и упругую, с твёрдыми сосками. «Нельзя, чтобы кто-то увидел.» С этими мыслями он стал застёгивать платье, которое пару минут назад сам жадно расстёгивал. Вытерев с её лица семя и следы туши, он выставил её за дверь, а сам закрылся в гардеробной. — Уходи! Роза была в шоке от подобного уровня наглости. ОНА ПЕРВЫЙ ИДОЛ! И он посмел её не поцеловать и выставить за дверь? — ОТКРОЙ! НЕМЕДЛЕННО! ОТКРОЙ, Я С ТОБОЙ ЕЩЁ НЕ ЗАКОНЧИЛА! — Она тут же ударила кулаком по двери, требуя, чтобы её впустили. Если кто и имеет право выставлять за дверь, то только она, а не этот жалкий идол безопасности. Но Капитан был непреклонен и не собирался ей открывать, а просто продолжил стоять посреди гардеробной, обдумывая свой поступок. Он только что заставил аномалию отсосать ему... А потом чуть не поцеловал. Кошмар! Позор! Это совсем не по правилам! Это далеко от протокола и правил самого Технолайка, где не приемлют сексуальные темы. Как он мог так поступить? Но ещё больше его мучила мысль о том, что... ему понравилось. Понравилось, как она его трогала, дразнила, как заставляла стонать и дрожать от оргазма так, что он рухнул на пол. Благо он быстро пришёл в себя, а то если бы он ещё пару минут валялся в экстазе, кто знает, что могло бы произойти дальше. — Нет, мы закончили, — строго выдал он, который так удачно решил поговорить с Розой в гардеробной, где были всевозможные скины. Конечно, здесь не было его белого костюма, но нашлась облегающая чёрная кофта, тёмные штаны подходящего размера и обувь. Кажется, косплей Бана. — Глупо буду выглядеть в чёрном и... прекращай долбиться в дверь. Роза замерла на секунду, услышав его голос из-за двери. Такой спокойный и строгий, словно ничего не произошло и минуту назад он не стоял перед ней голый, со следами её слюны на члене, с дрожащими коленями и этим потерянным, растерянным взглядом, который она успела заметить перед тем, как он захлопнул дверь. — Мы закончили? — переспросила она тихо, почти шёпотом. — ЗАКОНЧИЛИ?! Она ударила по двери ногой настолько сильно, что та жалобно скрипнула. Каблук оставил глубокую царапину, и Роза удовлетворённо хмыкнула, представив, что это лицо Капитана. Она была всё ещё злая, но... почему? Потому что её не поцеловали? Фу, нет! Она злилась потому, что ею воспользовались и выкинули за дверь как какой-то мусор. А она не терпела, когда к ней относились как к мусору. Если он позволил себе это, то его ждёт самая яркая месть. — Хочешь, чтобы я прекратила? Хорошо, красавчик, я прекращу, но запомни — я вернусь, и моя месть будет страшной. Ты думаешь, это единственная наша встреча? Нет уж, я сделаю всё, чтобы добиться своих целей. Он, наверное, даже подумать не мог, что сейчас главная цель Розы, касающаяся его самого, — это заставить его отлизать. Она безумно желала этого, не потому что он хорош в этом или потому что он ей понравился (хотя это немного тоже — он очень красивый), а потому что жаждала заставить его унизиться перед ней так же, как он заставил унижаться её. Внезапно дверь гардеробной открылась, и перед Розой стоял Капитан. По-прежнему статный и безупречный, но теперь не полностью голый и не в своём облегающем костюме, где видно все его прелести и округлости там, где нужно. Чёрный ему явно не шёл, но он делал его шире. Широкие плечи и грудная клетка так и манили к себе, чтобы какая-нибудь женская голова легла на них словно на подушку. Тёмные джинсы, которые так хотелось стянуть и заменить на облегающие штаны, чтобы вновь посмотреть на ягодицы и стройные ноги.       Он осмотрел Розу, отвёл смущённый взгляд и быстрым шагом направился в сторону домов идолов. Ему нужно срочно переодеться и взять оборудование для ловли... Розы. Первая идолша слегка покраснела, чувствуя, как между ног опять разгорелся огонь от какого-то волнения. Она посмотрела на Капитана, заметила его отведённый взгляд, а он прошёл мимо быстрым шагом, не оборачиваясь и не сказав ни слова. Она стояла и смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри снова закипает злость. — Ладно. Уходи, идол, — сказала она себе, выпрямляясь и поправляя бант. — Ладно. Не время раскисать. Она сделала несколько шагов в сторону, противоположную той, куда ушёл Капитан, и остановилась, потому что руки её были пусты. Курсор... Он выкинул в окно её единственное оружие в этом мире, который она так хотела уничтожить. — Чёрт, — выругалась она и выбежала на улицу искать его. Она оббежала здание, определила, из какого окна он выкинул курсор, и выругалась, потому что под окном росло очень много кустов. Она бросилась к ним, раздвигая их в стороны. — Где же ты... — бормотала она, ползая на коленях по земле. — Где, где, где... Нашла! Фуууу. Она выдохнула с облегчением, прижимая курсор к своей груди как самую ценную и важную вещь в жизни. Однако делала она это недолго, после чего крепко сжала оружие в руке. Уух, ведь из-за того, что она пыталась стереть Капитана, всё это и произошло. — Капитан, ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю, когда поймаю тебя в следующий раз, — прошептала она, пряча курсор в складках платья. — Я заставлю тебя умолять меня о пощаде.