Сабля и Сонет

Губернаторский дворец Порт-Эдема сиял, словно кто-то решил, что ночь можно превратить в день, если просто зажечь достаточно свечей и золота. Белые колонны, увитые тропическими цветами, огромные люстры из венецианского стекла, привезённого контрабандой, и пол, на котором можно было увидеть своё отражение — настолько он был отполирован. Воздух пах дорогим вином, пудрой, солью с моря и лёгким ароматом запретных духов, которые русалки продавали только самым щедрым капитанам. Зара и Селена стояли у входа в главный зал, чувствуя себя как две акулы, которых вдруг попросили танцевать менуэт среди золотых рыбок. — Напоминаю план, — тихо прошептала Зара, поправляя глубокий вырез платья, которое явно было рассчитано на менее пышную фигуру. — Мы — сёстры Лавандовые, благородные торговки шёлком из Валенсии. Ты — скромная и поэтичная Селена, я — её старшая сестра Зара, которая… ну, немного более живая. Мы услышали о пропаже и приплыли предложить помощь. Никаких «чёрт возьми», никаких «поцелуй меня в…», и уж точно никаких драк, пока мы не получим информацию. Селена кивнула, хотя её пальцы нервно теребили кружевной платочек. — Я помню. И я действительно думаю, что это может стать началом прекрасной истории. Представь: мы спасём юную Виолетту, и она расскажет нам о своей тайной любви… — …а мы заберём десять тысяч дублонов и амнистию, — закончила Зара. — Давай сосредоточимся на первом пункте. Они вошли в зал. Музыканты играли лёгкий вальс. Офицеры в парадных мундирах кружили дам в пышных платьях. В центре внимания был сам губернатор лорд Гастон де Лаваль — полный мужчина лет пятидесяти с красным лицом и огромным кружевным воротником, который делал его похожим на очень важного голубя. Когда он заметил двух «сестёр», его глаза загорелись надеждой. — Дорогие леди Лавандовые! — прогремел он, подходя ближе и целуя руку сначала Селене, потом Заре (задержавшись на секунду дольше, чем требовалось). — Какое счастье, что весть о нашей беде дошла даже до вас! Моя бедная Виолетта… исчезла прямо с бала вчера вечером! Ни записки, ни следов, только разбитое окно в её комнате и… — он понизил голос, — аромат странных духов. Зара изобразила сочувствие, хотя внутри уже прикидывала, сколько сундуков золота поместится в трюме «Пылкого Поцелуя». — Ужасно, ваше превосходительство. Мы готовы помочь всем, чем сможем. Расскажите подробнее. Губернатор вздохнул так тяжело, что его воротник колыхнулся. — Виолетта всегда была мечтательницей. Читала романы, писала стихи… В последнее время она говорила о «таинственном капитане с глазами цвета штормового моря». Я думал, это просто девичьи фантазии! А вчера, во время бала, она танцевала с каким-то высоким мужчиной в чёрном плаще. Лица я не разглядел — маска. А потом она исчезла. Стража нашла только разорванную ленту от её платья у заднего выхода. Селена прижала ладонь к груди. — О боги! Это звучит как начало куртуазной трагедии… или великой любви! Возможно, он похитил её, чтобы спасти от нелюбимого жениха? Губернатор поморщился. — Нелюбимого? Барон фон Шталь — прекрасная партия! Богат, надёжен, скучен… то есть стабилен! Зара едва сдержала смех. Она уже представляла, как Виолетта сбежала от «стабильности» в объятия какого-нибудь обаятельного негодяя. Пока губернатор продолжал жаловаться, Зара заметила знакомый силуэт у дальнего окна. Высокий, широкоплечий, в тёмно-синем камзоле с серебряной отделкой. Чёрные волосы были собраны в хвост, на лице — лёгкая щетина и тонкий шрам, пересекающий левую бровь. Капитан Рейн «Грозовой» Корвус. Он стоял, небрежно опираясь на колонну, и смотрел прямо на неё. Когда их взгляды встретились, он медленно поднял бокал, будто салютуя. Уголок его губ дрогнул в едва заметной улыбке — опасной, почти хищной. А потом он отвернулся к своей собеседнице — молодой вдове в красном платье — и сказал ей что-то такое, от чего та рассмеялась слишком громко. Зара почувствовала, как внутри всё закипает. Горячо. Очень горячо. Она сделала шаг в его сторону, но Селена поймала её за руку. — Зара, план! — прошептала она. — Мы здесь не для того, чтобы флиртовать с другими капитанами. — Я не флиртую, — прошипела Зара. — Я… собираю информацию. Он же тоже пират. Вдруг знает что-то о таинственном капитане Виолетты? Селена вздохнула, но отпустила руку. Зара направилась через зал, покачивая бёдрами так, что несколько офицеров чуть не столкнулись лбами. Когда она подошла к Рейну, вдова уже куда-то исчезла. Капитан Корвус повернулся к ней медленно, словно нехотя. — Капитан Вулкан, — произнёс он низким, чуть хрипловатым голосом. — Не ожидал увидеть вас в таком… благородном наряде. Корсет, кажется, вот-вот сдастся. Зара улыбнулась сладко-сладко. — Капитан Корвус. А я не ожидала увидеть вас трезвым на балу у губернатора. Решили стать примерным гражданином? Рейн сделал шаг ближе. Теперь между ними было меньше полуметра. От него пахло морем, дорогим табаком и чем-то тёмным, опасным. — Я здесь по делу, — сказал он тихо. — Как и вы, я полагаю. Десять тысяч дублонов — хорошая сумма даже для таких, как мы. — Значит, мы конкуренты? — Зара наклонила голову, глядя ему прямо в глаза. — Возможно. — Он протянул руку и поправил выбившийся локон у её виска. Движение было лёгким, почти нежным. — Или можем стать… партнёрами. На одну ночь. Или на всё время расследования. Сердце Зары стукнуло сильнее. Горячо. Она уже почти ответила что-то очень прямолинейное, когда Рейн вдруг отступил на шаг, снова став холодным и отстранённым. — Но я не люблю делить добычу. И уж точно не люблю, когда рыжие красавицы думают, что могут меня обвести вокруг пальца. Удачи, капитан Вулкан. Постарайтесь не порвать платье во время танцев. Он кивнул и ушёл, растворившись в толпе, оставив Зару кипящей от злости и… чего-то ещё. «Чёртов ублюдок», — подумала она с улыбкой. — «Играешь в горячо-холодно? Хорошо. Я тоже умею». Тем временем Селена стояла у стола с закусками и пыталась вежливо отказаться от танца с толстым лейтенантом. Вдруг она почувствовала лёгкое прикосновение к запястью. Обернувшись, она увидела только мелькнувший чёрный плащ и… маленькую белую розу, которая теперь лежала на её ладони. К розе была прикреплена записка: «Твои глаза сегодня светятся ярче всех свечей в этом зале. Береги себя, прекрасная Сонет. Твой тайный страж». Селена быстро спрятала записку в корсаж, сердце её колотилось как сумасшедшее. Кто он? Как он пробрался сюда незамеченным? И почему от одной только записки ей хочется писать сонет прямо сейчас? Зара вернулась к ней через минуту, всё ещё слегка раскрасневшаяся. — Ну что, узнала что-нибудь полезное? — спросила Селена, пытаясь скрыть волнение. — Узнала, что капитан Корвус — самый раздражающий мужчина на всех семи островах, — буркнула Зара. — Но он тоже ищет Виолетту. Значит, мы должны опередить его. Пойдём поговорим со слугами. Кто-то должен был видеть, с кем танцевала девушка перед исчезновением. Они уже направлялись к боковому выходу, когда вдруг раздался громкий крик. Один из стражников вбежал в зал, размахивая письмом. — Ваше превосходительство! Нашли записку! Она была приколота к мачте маленькой шлюпки у восточного причала! Губернатор побледнел. — Что там написано?! Стражник прочитал дрожащим голосом: «Дорогой папенька, Не волнуйся. Я ушла с человеком, который показал мне настоящий огонь страсти. Мы плывём к Рифу Шепотов. Не пытайся меня вернуть — я наконец-то живу! Твоя любящая, но очень упрямая дочь Виолетта». В зале повисла тишина. Потом кто-то хихикнул. Потом засмеялись уже несколько человек. Зара и Селена переглянулись. — Риф Шепотов, — тихо сказала Зара. — Это уже интересно. Селена кивнула, всё ещё сжимая в пальцах белую розу. — И это звучит очень романтично… Зара закатила глаза. — Романтично будет, когда мы вернём девчонку и получим золото. А пока — пора заканчивать этот бал. У нас есть курс. Но прежде чем они успели выйти, Рейн Корвус снова появился рядом с Зарой. На этот раз он не улыбался. Он наклонился к её уху и прошептал так, чтобы слышала только она: — Риф Шепотов — опасное место. Там не только русалки. Там ещё и люди, которые не любят, когда им мешают. Если хочешь — можем пойти вместе. Я даже позволю тебе командовать… иногда. Зара повернула голову. Их лица были так близко, что она чувствовала его дыхание. — А если я скажу «нет»? Рейн улыбнулся — медленно, опасно. — Тогда я всё равно окажусь там первым. И заберу и девушку, и золото. Приятного вечера, Знойная. Он ушёл. Зара стояла, сжимая кулаки, и улыбалась вопреки всему. Селена подошла ближе. — Он… очень интенсивный, да? — Он — ходячая проблема, — ответила Зара. — Но проблема горячая. Ладно. Завтра на рассвете выходим к Рифу Шепотов. А сегодня ночью… я, пожалуй, выпью ещё бокал вина. И подумаю, как именно я его утоплю… или поцелую. Пока не решила. Они вышли из дворца под звёздное небо Архипелага. Где-то вдалеке шумело море, а в воздухе витал запах приключений, рома и только что начавшейся большой игры. Когда Зара и Селена наконец выбрались из душного, сверкающего зала на свежий ночной воздух террасы, обе одновременно выдохнули, будто только что выдержали абордаж. — Никогда больше не надену такое платье, — проворчала Зара, пытаясь ослабить шнуровку корсета прямо на ходу. — Оно меня душит сильнее, чем любой удавленник из команды Торна Чёрного. Селена аккуратно подобрала подол своего платья, чтобы не запачкать кружева в пыли. — А мне показалось довольно романтичным. Столько свечей, музыка, взгляды… Хотя, признаюсь, твой капитан Корвус смотрел на тебя так, будто хотел либо задушить, либо утащить в ближайшую тёмную нишу. Зара фыркнула, но в глазах мелькнул азарт. — Именно поэтому он меня и бесит. То подходит так близко, что я чувствую тепло его тела, то отворачивается, как будто я — пустое место. Горячо-холодно. Я такие игры люблю… но только когда сама их веду. Они спустились по широкой мраморной лестнице в сад, где фонари из цветного стекла отбрасывали мягкие разноцветные блики на пальмы и фонтаны. Здесь было тише. Только стрекот цикад да далёкий шум прибоя. Зара присела на край каменной балюстрады и наконец-то полностью расстегнула корсет, позволив себе глубоко вздохнуть. — Ладно, Сонет. Давай разберём, что мы узнали. Виолетта сбежала сама. «Настоящий огонь страсти», «человек с глазами цвета штормового моря». Звучит как типичный пиратский красавчик, который умеет красиво врать. Риф Шепотов — место не самое дружелюбное. Там полно старых обломков, русалочьих гнёзд и контрабандистов, которые не любят гостей. Селена кивнула, всё ещё держа в пальцах белую розу, которую получила на балу. — Но это также место, где можно услышать правду. Шепчущие Рифы говорят голосами утонувших. Может, они расскажут нам, куда именно направилась Виолетта… или кто этот её таинственный капитан. Зара покосилась на розу. — А ты, я смотрю, тоже получила послание от своего призрачного рыцаря. Покажи. Селена нехотя протянула записку. Зара прочитала её при свете ближайшего фонаря и присвистнула. — «Твои глаза сегодня светятся ярче всех свечей». Красиво. Подозрительно красиво. Человек, который пишет такие строки и при этом умудряется остаться незамеченным на балу у губернатора, либо очень ловкий, либо очень влиятельный. Или и то, и другое. Ты уверена, что не хочешь рассказать мне, вдруг ты уже догадываешься, кто это? Селена покачала головой, и на её лице появилась мечтательная улыбка. — Нет… Я правда не знаю. Но мне нравится эта тайна. Это как в старых куртуазных романах: неизвестный рыцарь, который охраняет даму сердца издалека. Он оставляет знаки, но не требует ничего взамен. Разве это не прекрасно? Зара закатила глаза так сильно, что чуть не вывихнула их. — Прекрасно будет, если он не окажется очередным проходимцем, который хочет использовать тебя, чтобы добраться до нас или до золота губернатора. Но ладно. Пока твой тайный страж только пишет стихи и дарит розы — пусть пишет. Главное, чтобы не мешал. В этот момент из темноты сада донёсся тихий шорох. Обе девушки мгновенно напряглись. Зара рука сама потянулась к бедру, где под платьем была спрятана маленькая, но очень острая сабля. Селена сжала рукоять своей рапиры, которую умудрилась спрятать под пышными юбками. Из-за пальмы вышел… попугай губернатора. Тот самый зелёный наглец в золотом ошейнике. Он перелетел и уселся на плечо Зары, словно они были старыми друзьями. — Ром, — требовательно каркнул он. — И информация. Виолетта танцевала с высоким. Чёрный плащ. Голос низкий. Сказал: «Море зовёт нас». Потом она смеялась. Потом они ушли через сад. Зара почесала птицу под клювом. — Молодец, пернатый шпион. А лицо ты разглядел? Попугай наклонил голову. — Маска. Серебряная. Глаза… тёмные. Как ночное море перед штормом. Ещё он пах… солью и… старым амулетом. Селена оживилась. — Старым амулетом? Значит, в деле замешана магия? Это уже не просто побег влюблённых! — Или просто контрабандист, который купил у русалок дешёвый амулет от головной боли, — остудила её Зара. — Но спасибо, птица. Передай губернатору, что мы выходим на рассвете к Рифу Шепотов. И пусть приготовит золото. Мы вернём его дочь… желательно живой и не слишком разочарованной в мужчинах. Попугай каркнул что-то похожее на «удачи» и улетел обратно во дворец. Девушки остались одни в ночном саду. Зара спрыгнула с балюстрады и потянулась, наконец-то чувствуя себя свободно без проклятого корсета. — Пора возвращаться на «Пылкий Поцелуй». Нужно предупредить команду, проверить пушки и запастись ромом. Русалки на Рифе любят торговаться, а трезвые они становятся злыми. Селена шла рядом, задумчиво глядя на звёзды. — Зара… а что, если Виолетта действительно нашла свою великую любовь? Что, если мы разрушим её счастье, просто вернув её отцу? Зара остановилась и посмотрела на подругу почти нежно. — Сонет, солнышко. Я понимаю твою романтичную душу. Но чаще всего «великая любовь» в этих водах заканчивается тем, что красавчик-капитан продаёт девушку за пару сотен дублонов или оставляет её на необитаемом острове, когда она надоедает. Мы не будем ломать ей жизнь. Мы просто… проверим, стоит ли этот огонь страсти того, чтобы из-за него рисковать. А если да — ну что ж. Я первая пожму ей руку и скажу: «Молодец, девочка». Селена улыбнулась. — Иногда ты говоришь почти как настоящая романтичка. — Не говори ерунды, — фыркнула Зара. — Я просто знаю цену хорошему поцелую. А плохому — тем более. Они вышли из сада и направились к причалу, где их уже ждала шлюпка с «Пылкого Поцелуя». Матросы, увидев капитанш в нарядных платьях, начали тихонько посвистывать и отпускать шуточки, но один строгий взгляд Зары мгновенно заставил всех замолчать. Когда шлюпка отчалила и мягко заскользила по тёмной воде гавани, Зара вдруг заметила на дальнем причале знакомую фигуру. Рейн Корвус стоял у борта своего «Теневого Грома» и смотрел в их сторону. Лунный свет падал на его лицо, подчёркивая резкие скулы и шрам. Он не махал рукой, не кричал. Просто смотрел. А потом, словно почувствовав, что она его заметила, он медленно приложил два пальца к губам и отправил ей воздушный поцелуй. После чего развернулся и исчез в темноте палубы. Зара невольно улыбнулась. — Вот ублюдок… Селена, которая тоже всё видела, тихо рассмеялась. — Горячо-холодно? — Очень горячо. И очень холодно. — Зара откинулась на сиденье шлюпки. — Но завтра мы уйдём в море раньше него. Пусть догоняет. Шлюпка приближалась к «Пылкому Поцелую». На палубе уже горели фонари, команда готовила корабль к выходу. Где-то вдалеке, за горизонтом, ждал Риф Шепотов — место, где море шепчет секреты, русалки торгуют правдой, а пропавшие дочери губернаторов либо находят свою судьбу, либо очень сильно о ней жалеют. Зара положила руку на плечо Селены. — Готова к новому приключению, моя романтичная Сонет? Селена кивнула, глаза её блестели. — Готова. И знаешь… я чувствую, что эта история будет не только про золото и спасение. Она будет про любовь. Разную. Горячую… и возвышенную. Зара рассмеялась громко и заразительно. — Тогда давай сделаем так, чтобы обе эти любви получили своё. А мы — своё золото. По рукам? — По рукам. Две пиратки ударили ладонями, и «Пылкий Поцелуй» приветственно качнулся на волне, будто уже знал, что завтра ему предстоит гонка с «Теневым Громом», разговоры с русалками и встреча с тайнами, которые лучше не шептать слишком громко. Ночь над Архипелагом Лазурных Островов была тёплой, звёздной и полной обещаний. А утро обещало быть очень шумным.