Ждать и надеяться

Никогда не бываешь в расчёте с теми, кто нам помог. А. Дюма «Граф Монте-Кристо»

Исо и Чакыр были у Атеша уже за два часа до вечеринки. Парни поздравили друга с днем рождения, поблагодарили его за то, что согласился объединить события и убедил прийти Фадиме, приняли доставку еды, разгрузили коробки с нужной посудой. Исо и Чакыр за это время около трех раз чуть не подрались, потому что Чакыр не помогал, а то и дело переписывался с Акчой. В воздухе пахло только приехавшей пиццей, лимонадом, который разливал по графинам Атеш, пластиком и последней нервной клеткой Исо. — Еще раз я увижу в твоих руках телефон, я тебе на голову эти тарелки надену! — нервничает Исо. — Как же я отыграюсь на тебе, когда у тебя появится девушка, вот увидишь! — резко отвечает Чакыр, уставший от подзатыльников. — Зачем делать коробки такими тесными, оно не вынимается нормально! — снова ворчит Исо. — Ты уверен, что проблема в коробках, а не в твоем волнении? — Чакыр, или помоги, или отъебись. Чакыр не до конца понимал, почему Исо сегодня особенно раздражительный, но решил, что это снова связано с семьей, и больше его не трогал. — Оруч приехал, — кричит Атеш, увидев в окне друга, и сразу идет открывать дверь. — Как вы тут, ребята? — Оруч выглядит веселым и отдохнувшим. — Я смотрю, каникулы кому-то пошли на пользу. Ты там точно учился в этом Гарварде? — Исо оставляет все коробки и подходит обнять брата. — Мы хоть и приехали учиться по обмену, гоняли нас так, будто готовили к полету в космос. Но морально я правда отдохнул, — Оруч улыбается, раскладывая на стол продукты и напитки из своего пакета. — Так и скажи, что цеплял девочек, — Исо толкает брата в плечо и многозначительно улыбается. Шутки о личной жизни Оруча — его любимый жанр юмора. — Там была Элени, бро, какие девочки? — Только не говори, что вы снова сошлись! — кричит Атеш из другой комнаты. — Нет, Боже упаси, мы почти не общались, но и возможности общаться с кем-то другим при ней у меня не было. — Ты все еще уверен, что она не врала про свой IQ? — спрашивает Чакыр, который наконец закончил раскладывать алкоголь. — Будь у нее такой IQ, она бы уже давно поняла, что Оруч безнадежен, — смеется Исо, пока не замечает слишком серьезное лицо брата. — Что-то не так? Элени тебя домогалась, братик? — Про Кочари правда? — внезапно слишком серьезно спрашивает Оруч, и атмосфера в помещении становится напряженнее. — Правда, — кивает Исо, мысленно готовясь к сложному разговору. — Эюпхан тоже? — Да, Фадиме, Акча Чакыра и их кокер-спаниель на поводке. — Если ты не будешь трогать Фадиме, она не создаст проблем, а вот этот придурок Эюпхан может, — Оруч предупреждающе сверлит Исо взглядом. — Почему сразу я? Зачем мне ее трогать? Это Чакыр с ними водится. — Не открывай сейчас мой рот, брат, — вмешивается Чакыр, — мы сегодня тут, только чтоб она пришла. — Мы тут, чтобы пришла Акча, неблагодарный! — возмущается Исо, в ответ на что Чакыр только жестом закрывает свой рот на замок. — Исо, давай без концертов, братик, мы потом еще поговорим об этом подробнее, — Оруч хлопает его по плечу и поднимается переодеться. — Жаль, я уже отложил тебе билеты в первый ряд! — кричит Исо вслед. *** — Правило 1. Никому не рассказываем слишком детально о том, кто мы, откуда и как связаны с Фуртуна, — Фадиме загибает палец и внимательно смотрит на Акчу. — Правило 2. Никаких лишних взаимодействий с Фуртуна. Сколько угодно общайся со своим Чакыром, но меня в их компанию не тащи! Понятно? — Да! Я это уже наизусть знаю, Фадиме! – устало тянет Акча, повернувшись к окну машины, чтобы рассматривать дорогу, а не то, как у подруги дергается глаз. — Правило 3. Никаких дурацких шуток про меня и Исо, особенно, при них! — Так и знала, что когда мы наедине, тебе нравятся эти шутки! — Акча поворачивается и радостно пинает Фадиме в плечо. — Я бы все волосы на голове тебе сейчас вырвала, но мне жаль твою укладку, – Фадиме сдается и решает продолжить перечислять правила мысленно теперь уже только для себя. Наверное, ей они даже нужнее, чем Акче. — Я тоже тебя люблю! — Акча душит подругу в объятиях, пока Фадиме пытается вырваться, а таксист смотрит на них через зеркало, как на сбежавших пациентов психиатрической клиники. Оставшуюся дорогу Фадиме переписывается с Эсме, которая должна прикрыть их с Акчой сегодня вечером, чтоб никто не звонил и не искал их. Лучшая невестка: Ты надела то платье?

Золовка всех золовок:

Да, чувствую, что задохнусь в нем к концу вечера.

Лучшая невестка: Красота требует жертв, дорогая. Просто отдохните и постарайтесь с кем-то подружиться, хорошо?

Золовка всех золовок:

У меня итак есть друзья.

Лучшая невестка: Но врагов пока больше.

Золовка всех золовок:

Неудивительно, я буквально сунулась в логово врага.

Лучшая невестка: Эти мальчики совсем не такие, Фадош, дай им шанс. Вам не обязательно играть во вражду, только потому что ваши родители так делали. Вы невинные дети.

Золовка всех золовок:

Помню.

Как Омер?

Лучшая невестка: Спит, еле уложила. Скучает по тете, ему очень понравился твой подарок.

Золовка всех золовок:

Я съем его! Поцелуй за меня в обе щечки!

Лучшая невестка: Обязательно. Перед братом прикрою, но за Эюпхана не ручаюсь.

Золовка всех золовок:

С каждым днем он становится все более странным.

Лучшая невестка: Будь с ним осторожна. Но сегодня забудь обо всем и хорошенько отдохни.

Золовка всех золовок:

Как скажешь)

Спокойной ночи.

Пока девочки доезжают по адресу, на улице уже совсем темнеет. Такси останавливается перед двухэтажным домом с современной отделкой. Далеко, конечно, до тех дворцов, которые строят себе богачи в деревнях, но выглядит презентабельно. Фадиме поправляет платье и ждет, пока Акча выйдет из машины. Она совсем не хотела наряжаться, но Акча напомнила, что это все-таки день рождения, куда будет очень некрасиво являться в джинсах. Поэтому девушка отыскала в шкафу бордовое платье в глубоком винном оттенке, которое они с Эсме выбирали еще в прошлом году. Оно было приталено сверху, что идеально подчеркивало ее фигуру. Расклешенная юбка прикрывала колени, длинные рукава полностью прятали руки, и Фадиме машинально теребила их у запястий, как делала всегда, когда волновалась. Его можно было бы назвать самым скромным платьем мира, если бы не квадратный вырез, который обнажал ключицы и немного груди, что было абсолютно неприемлемо по меркам их деревни. Именно поэтому Эсме, которая очень оценила то, как платье село на ее маленькой золовке, убедила Фадиме купить его, но носить только в Трабзоне, где не так много знакомых. Они заходят в просторный зал, полный молодых людей. На входе их обдает легким ароматом еды, духов и чего-то сладкого, будто одновременно выпекают пахлаву и жарят кебаб. Музыка тихо бьется где‑то вдали, перемешиваясь с шумом бокалов, смеха и обрывками фраз. На самом деле, всё выглядит намного спокойнее и культурнее, чем Фадиме представляла, и она немного успокаивается, чувствуя, как платье приятно шуршит при каждом шаге в такт постукиванию ее шпилек. Их сразу же встречают Атеш и Чакыр, и Фадиме готова провалиться под землю, лишь бы не видеть, как нелепо смущается и теряется Акча от комплиментов Чакыра. Люди всегда тупеют, когда влюбляются? Парни предлагают девушкам сначала пойти к еде и перекусить, и они направляются к столам. Фадиме оценивает обстановку и замечает, что все разошлись по углам примерно в тех же компаниях, какими общаются в университете или сидят в столовой. Самый разный алкоголь и бокалы есть почти на каждом столе, но пьют далеко не все. Молодежь смеется, разговаривает, кто-то играет в приставку, кто-то – в бутылочку, все слишком спокойно и выглядит совсем не так, как она представляла себе их посиделки. К Фадиме внезапно подбегает Мухсине, которую она еще смутно помнит из детства и которую постоянно видела в компании Фуртунчиков. – Я так рада, что вы пришли! – Мухсине со всей силы толкает Фадиме в плечо и улыбается так, будто увидела свою лучшую подругу. Шокированная Фадиме оборачивается на Акчу, но той сейчас не интересно ничего, кроме какого-то нелепого фокуса, который пытается показать Чакыр. – Я тоже рада тебя видеть, – выдавливает из себя девушка. – Давай я тебе сейчас быстренько все про всех здесь расскажу, ты ведь ничего не знаешь! – И не уверена, что хочу знать. – Хочешь, хочешь! Сейчас все покажу! – Мухсине поворачивает Фадиме за плечи влево и начинает тыкать пальцами в каждого нового человека, рассказывая о том, кто это, с кем общается, на кого учится, с кем встречался и еще много абсолютно ненужной информации, которую Фадиме не успевает переварить. – Смотри, вот там толпа девочек! Справа светленькая – это Элени, бывшая Оруча Фуртуна. Она у нас местный Илон Маск, даже создала свой искусственный интеллект, но, к сожалению, помешана на Оруче, та еще психопатка. В прошлом году она угрожала мне чипированием, когда я один раз просто обняла его. – Но выглядит очень милой, разве нет? Улыбается так, будто выпила пачку магния, – Фадиме сама удивляется тому, как быстро привыкла к ситуации и начала поддерживать сплетни Мухсине. – Магний там не поможет, дорогая, она на Фенибуте. Не верь внешности, она обманчива, – многозначительно вскидывает брови Мухсине и переводит палец на следующую жертву. – Вот наш именинник Атеш. Такой же горячий, как его имя, правда? Даже не смей на него заглядываться, он мой! – Я и не планировала, но спасибо, что предупредила, – смеется Фадиме, – Вы вместе? – Нет, не совсем. Исо обещал мне помочь завоевать его сердце взамен на то, что я охраняю его от Севджан, но успехов пока нет. – Исо и Атеш дружат? – Да, конечно, мы все в одной компании: я, Исо, Оруч, Чакыр, Атеш и Севджан. – Севджан? – Вон там! – Мухсине показывает на высокую красивую блондинку в ярко красном платье в компании еще трех девушек, – она у нас тоже немного неадекватная, мы с ней дружим, она веселая, но зациклилась на Исо. Эти братья Фуртуна плохо влияют на ментальное здоровье девушек, будь осторожна! – Так они с Исо встречались? – Вроде бы ходили на два свидания, а потом Исо решил, что им лучше остаться друзьями. – Ясно… А троица рядом с ней? – интересуется Фадиме, – Они словно с обложки журнала, я еще в универе их заметила, ходят всегда втроем, как приклеенные. – Это три родные сестры, я называю их “птичками”. Немного загадочные, вот про них я знаю мало. Мне Севджан как-то рассказала, что у них во дворе дома живет бык с камнем от сглаза во лбу, его, кажется, так и зовут, как эти камни, – Бонджук. Говорят еще, что их дядя мафиозник, поэтому я стараюсь о них много не сплетничать. – Ясно, спасибо, Мухсине, – улыбается Фадиме девушке, на этот раз более искренне. Болтая с Мухсине, Фадиме успевает немного перекусить и расслабиться, сама удивляясь тому, как быстро привыкла к ситуации. *** Исо уже час выслушивает лекцию от Оруча, пытаясь параллельно поправить свою прическу и привести в порядок немного мятую темно-синюю рубашку, идеально подчеркивающую цвет его глаз. – Брат, давай спустимся, мы час тут сидим! – не выдерживает Оруч и тянет Исо к двери. Парни спускаются вниз, где их встречает злой Атеш, который рассчитывал на их помощь в развлечении гостей, а остался совсем один. – А Чакыр где? – спрашивает Исо, оглядываясь по сторонам. – В плену любви, – Атеш показывает рукой в сторону Акчи и Чакыра, но взгляд Исо падает совсем не туда. Фадиме стоит напротив него. На ней платье, которое шикарно оттеняет белоснежную кожу и подчеркивает идеальную фигуру. Она перешептывается с Мухсине и улыбается легко и искренне, той улыбкой, которую он очень давно не видел. Той улыбкой, которая ему недоступна. – Челюсть подбери, придурок! – шепчет Оруч на ухо брату. – Не цепляйся ко мне, Оруч, я сейчас скажу Элени, что у тебя новая девушка. – Только посмей! – Оруч старается наиболее убедительно пригрозить брату, но видит уже только затылок уходящего Исо. Исо понимает, что волнуется, и это раздражает, выбивает почву из-под ног. Он знает, что его безобидные игры и шутки могут привести к очередной катастрофе, знает, что надо держаться подальше, помнит о предстоящем разговоре с дядей. Конечно, он догадывается, что дядя решит использовать в свою пользу то, что Кочари теперь так близко, каждый день под одной крышей с ним. А еще он прекрасно знает, что Фадиме Кочари может снова разбить его сердце, но детской обиды будто бы уже недостаточно, чтобы ненавидеть или держаться подальше. – Сегодня ты почти не похожа на мафиозницу, – он опять подходит слишком близко и наклоняется к ее уху. Наверное, потому что музыка играет очень громко. – Тебе стоит поупражняться в комплиментах, Фуртунчик, – на этот раз Фадиме даже не вздрогнула, словно заранее знала, что он вот-вот появится. Чтобы избавиться от тяжелого дыхания на своей шее, ей приходится отойти назад и повернуться лицом к нему. – Ты слишком упорно нарушаешь мое личное пространство. – Я думал, между старыми друзьями не бывает личных границ. – Зато между старыми врагами бывает, Фуртунчик, – она ставит руки прямо на его грудь, от чего пульс Исо учащается, а тараканы в голове бьют сигнал тревоги. – Не подходи ближе, ровно метр – Фадиме толкает его ладонями назад, пока он не упирается спиной в стену. Опускает руки и отворачивается к Мухсине, пока Исо приходит в себя. – Давайте поиграем во что-то, вы слишком скучные, – говорит Атеш, подходя к их столу. – Давайте пойдем к дивану. – Бутылочку я с вами больше не играю! – пытается перекричать музыку Исо, наливая себе виски. – Прошлый раз Севджан чуть не заставила его сходить с ней на третье свидание и поцеловаться, – шепчет Мухсине на ухо Фадиме, – у него теперь травма. – Как жаль, – смеется девушка, еле сдерживая в себе поток автоматически генирирующихся в голове глупых шуток. Чакыр наконец отлипает от Акчи, и все идут к дивану. Атеш разливает напитки, но Фадиме отказывается от алкоголя. Акча соглашается на бокал шампанского, а Исо раскладывает на журнальном столике тарелки с закуской и сладким. Внезапно компания пополняется той самой роковой красоткой в красном и Оручем. – Привет, я Севджан! А вы, кажется, Фадиме и Акча, мы знакомы заочно – девушка протягивает руку Фадиме и Акче, пока те улыбаются и пожимают ее руку в ответ. Севджан тяжело вздыхает и садится рядом с Исо. Оруч сталкивается взглядами с Фадиме и слегка кивает ей, она отвечает таким же легким кивком. В отличие от Исо, с Оручем всегда легко удавалось держаться на дистанции и изображать взаимное уважение. Наверное, потому что он старше. – Раз Исо боится действий, играем в правду! – говорит Атеш, решая взять все в свои руки. – Я не боюсь, я защищаюсь – огрызается в ответ Исо. – Это расскажешь своему психологу, бро, – Атеш треплет щеку друга и целует макушку, – не нервничай так, я придумал игру получше, как раз узнаем наших новеньких. Правило простое: каждый по кругу говорит три факта о любом из людей в этом помещении. Можно и про тех, кто развлекается сзади тоже, но только те, кто в этом доме сейчас. Говорите три факта, мы угадываем, о ком речь. Если поняли, что загадали вас, то молчите. – Мы в доме престарелых, брат, что за бред? – ноет Исо, убирая руку Атеша со своей щеки. – Не нервничай ты так, я не расскажу твои грязные секретики, – Атеш подмигивает Исо и наконец садится рядом. Напротив Фадиме сидят Атеш, Исо, Оруч, по бокам – Акча и Мухсине, которая, кажется, решила, что они теперь лучшие подружки. Девушка понятия не имеет, как за полчаса она уже нарушила свое правило «не приближаться к Фуртуна», и теперь сидит в компании с ними и их друзьями, да еще и играет в какую-то бредятину, чтобы «узнать друг друга получше». – Я начну, – говорит Чакыр, положив руку на плечо Акчи. – Факт 1. Это самый красивый человек в помещении. Все начинают смеяться, а Акча прячет лицо в ладонях от стыда. – Ты правда придурок, Чакыр, – смеется Оруч. – Как вы все так быстро поняли, что он про меня? – спрашивает Исо, стараясь сдержать смех. – Я тоже подумала на Исо, прости, Акча, – добавляет Севджан и улыбается парню. По выражению лица Исо можно сделать вывод, что он сам себя проклял за свою шутку и решил больше никогда в жизни не разговаривать. – Дайте ему продолжить, – вступается Фадиме, – я хочу послушать, как хвалят мою подругу! – Спасибо, дорогая! – Чакыр отправляет жестом сердечко в сторону Фадиме и продолжает перечислять комплименты Акче. Когда он дошел до пятого, Атеш дал ему подзатыльник и передал ход Акче. – Факт 1. Этот человек лучше всех может поддержать и… – Акча не успевает договорить, как Исо ее перебивает. – Меня сейчас стошнит, мы что, на групповом сеансе у психолога? Я умру от этой ванили! – Ты можешь не портить все хорошее? – отвечает ему Фадиме, которой стало обидно за подругу. – Что такое, мафиозница, любишь смотреть дешевые ромкомы в живую? – Нет, не люблю тех, кто отравляет жизнь окружающим, только потому что сам не может, как они. – Тише, тише! – вмешивается Чакыр, – я вам обоим еще припомню все это, когда вы влюбитесь. – В него? – нервно смеется Фадиме, – Лучше сразу сброситься со скалы. – Он не говорил, что мы обязательно влюбимся друг в друга, Фадиме, он говорил про любовь в целом, – Исо еле сдерживает смех, мысленно ликуя, что наконец смог на чем-то ее подловить, – но ты сама, видимо, не рассматриваешь другие опции. – Во сне увидишь, – Фадиме начинает нервничать и теряется, потому что не может придумать ничего более остроумного в ответ. – Я вообще-то описывала Фадиме, а не Чакыра! – вмешивается обиженная Акча. – Спасибо, дорогая, – Фадиме выдыхает и отправляет подруге воздушный поцелуй. – Прости, что перебил, Акча, но это слишком скучно, – Исо все еще ехидно улыбается, смотря на Фадиме. Мысленно она сейчас представляет, как по нему проезжает трактор невестки Эсме. Это помогает ей успокоиться и не показывать лишние эмоции. – Ладно, теперь я играю! – Атеш опять пытается взять ситуацию под свой контроль, – Но мои факты будут сложнее. Факт 1. У этого человека самое отвратительное чувство юмора. – Это слишком субъективно, и это не факт, мы так не поймем! – возражает Оруч. – Игра для того и придумана, чтоб ты не понял, придурок! – Атеш кидает в него подушку, – Вот и думай, кого я имею ввиду, вы тут все не сильны в юморе. Девочки, вас это не касается, вы во всем прекрасны. Внутренний голос Фадиме так и кричит, что нет ничего хуже, чем юмор Исо Фуртуна. – Чакыр! – пытается угадать Исо. – Дослушай три факта, умник. Факт 2. У этого человека есть шрам, почти как у Гарри Поттера, только на руке! – Откуда мне знать о ваших шрамах? – снова возмущается Оруч. – Я же откуда-то знаю! Научись проигрывать, брат, это не так сложно, – смеется Атеш, видя нервозность Оруча. Он правда никогда не умеет проигрывать, даже когда речь о таких глупостях. Внутренний голос Фадиме кричит о том, что у Исо Фуртуна есть такой шрам. Она делает усилие, чтобы не посмотреть на него, но все же поднимает глаза. Он тоже смотрит. На этот раз не улыбается, не ухмыляется, просто смотрит. Так внимательно, что ей становится не по себе, и она снова опускает взгляд. – Ребят, я вас голыми не рассматривал, какие шрамы? – теперь возмущается уже Чакыр. – Не плачьте, даю вам третий простой факт. Этот человек может съесть три шоколадки за один стакан чая. «Исо Фуртуна не любит шоколад» – говорит внутренний голос Фадиме. – Исо что ли? – радуется Оруч, увидев одобрительный кивок Атеша. – Какой еще шрам, сынок? Я не помню такого. – Мы, конечно, братья, но я не плакался тебе каждый раз, когда падал с велика, – Исо поднимает рукав рубашки и показывает бледный, но заметный розовый след в виде буквы N, – ничего особенного, я упал на осколок. Внутренний голос Фадиме кричит о том, что шрам никак не связан с велосипедами, но она изо всех сил пытается закрыть ему рот скотчем. Кажется, что в ее голове поселилась Акча, и в отличие от реальной, этой Акче нельзя пригрозить, что вырвешь ей все волосы. – Извращенец, а ты почему помнишь наши шрамы? – смеется Чакыр. – Я тайно влюблен в Исо, – Атеш снова хватает щеки друга и целует его в лоб, пока Исо бьет его по руке и пытается оттолкнуть. – Ребят, давайте вы свой каминг-аут не при нас продолжите, – говорит Оруч, изображая показное отвращение. – Ты такие умные слова в своих Америках узнал, вау! – на этот раз Атеш целует лоб Оруча, и тот пытается от него отстраниться, – Ты же выиграл, расслабься уже! Фадиме снова старается не смотреть на Исо, потому что чувствует, что он на нее смотрит. – С вами так скучно! Я устала, – Севджан внезапно встает, – девочки, давайте поиграем в бильярд и поговорим о своем? – Прекрасная идея! – автоматически выдает Фадиме, которая как раз искала повод, чтобы сбежать от этой компании. Девочки отходят к бильярдному столу, и только в этот момент Фадиме осознает, что совершенно не умеет играть в бильярд. – Надеюсь, вы хоть немного разбираетесь, я никогда не играла, – признается она, рассматривая палочки и мячики на большом столе. – Ой, все очень просто, я вас научу! – отвечает Севджан, которая немного смущает Фадиме своей излишней жизнерадостностью и громкостью. Пока Фадиме и Акча внимательно слушают Севджан, которая пытается объяснить, что такое кий, биток и как делать удар, Мухсине то и дело отвлекает девочек, обсуждая все и всех вокруг. Через некоторое время к ним снова подходят Чакыр, Атеш и Исо, которые стоят рядом, но общаются между собой. – А вы давно знакомы с Исо? – спрашивает Севджан у Фадиме полушепотом, пока та пытается не подраться с дурацкими мячиками, которые катятся не туда, куда нужно. – Ну, мы жили в соседних деревнях, можно, сказать, что знаем друг друга с детства, но никогда не общались. – Мне показалось, что вы все хорошо знакомы. – В маленьких местах все хорошо знакомы. Ну и теперь наши лучшие друзья встречаются. – Точно, не подумала об этом, – Севджан снова улыбается какой-то странной улыбкой, и Фадиме начинает понимать, про какую неадекватность говорила Мухсине. – Ты так никогда не попадешь, – бросает Исо в ее сторону, после того, как около десяти минут наблюдает за мучениями Фадиме. – Спасибо, у меня уже есть учитель, – она старается ответить резко и спокойно, чтоб он даже не думал продолжать этот диалог. – Твоего учителя тоже учил я, – Исо подходит к столу, оставив виски на его углу, и приподнимает рукава рубашки, – но видно, что и она ничему так и не научилась. – Может, ты плохо учил? – отвечает ему Севджан, явно перешедшая в режим флирта, – Я согласна на дополнительный урок. – Сейчас проверим, как я учу, – Исо становится за спиной Фадиме. От неожиданности кий в ее руке дергается и упускает мяч, в который она так долго целилась. – Не переживай так сильно, я не кусаюсь. Он говорит буквально ей в плечо, Фадиме хочет оттолкнуть его назад, но и боится опять выдать слишком много эмоций на что-то совершенно обыденное для этих людей. Они всегда стоят так близко? – Я просила не подходить ко мне, Фуртунчик, – говорит она, продолжая возиться с непослушной палкой в руке и не отрывая глаз от стола, чтоб не сталкиваться с его взглядом. Он ничего не отвечает, протягивает одну руку вперед и опирается о стол, второй рукой берет ее локоть, отодвигает его в сторону, показывая, как правильно расположить руку. Она невольно поддается вперед, чтоб увеличить дистанцию, но двигаться уже некуда. – Ты даже пальцы неправильно ставишь, – тихо замечает он, слегка постукивая по костяшкам на ее руке – раскрой немного, вот так. Он совсем на нее не смотрит, сосредоточив взгляд на руках и столе. Исо старается не соприкасаться с ее спиной, но его рука все еще держит ее локоть, пальцы направляют кисть. Дыхание, которое Фадиме чувствует на своей шее, парализует мозг и движения. Она не понимает, что происходит и как это вообще выглядит со стороны. Все, о чем она сейчас мечтает, это чтобы он отошел, потому что сама его оттолкнуть она не решится. Он наводит кий в ее руке на шар. – Бей. Фадиме слегка ударяет по шару, тот катится, и как только он попадает в лузу, Исо отходит назад. – Что и требовалось доказать! Я шикарный учитель! – он снова берет свой виски и становится рядом. – Исо, поможешь и мне ударить? – максимально нежным голосом протягивает Севджан, пока Фадиме ведет с Акчой диалог глазами, умоляя ее поехать домой. – На сегодня мой лимит уроков закончился, дорогая, подходи позже, – Исо отходит от Севджан и становится напротив Фадиме, на его лице опять улыбка Чеширского кота, – Мафиозница, ты чего такая потерянная? Впечатлилась? – Нет, у меня обострилась аллергия на посредственность после долгого нахождения в одном помещении с тобой. – Фадиме, я уже говорил тебе? – он резко делает серьезное лицо. – Что? – устало выдыхает девушка, проклинающая Акчу и ее любовь к Чакыру. – Ты ужасно шутишь, а огрызаешься еще хуже, – снова улыбается парень. – Этому мне тоже у тебя учиться, Фуртунчик? – Фадиме пытается натянуть такую же уверенную улыбку. – Я многому могу научить, обращайся. Фадиме хочет что-то ответить, но к ней наконец подходит Акча. Она берет подругу под руку и отходит в сторону. – Акча, мы уходим, срочно! Я больше не выдержу! – Я видела, Фадош, видела, искры и до нас долетели! Чакыр даже пытался прикрыть меня от этого огня. Это что такое было? – Ничего, Акча, очередная провокация от этого придурка. Давай вызовем такси. – Провокация? Я думала, парень задохнется, Фадиме, он выглядел так, будто переносит инсульт. Ты сегодня какой парфюм нанесла? – Акча, я сейчас оставлю тебя без волос на голове, давай уйдем! – Фадооош! – тянет Акча своим самым милым из коллекции голосов. – Я знаю это «Фадош», – Фадиме пристально смотрит на подругу, – Что будешь просить? – Мы с Чакыром хотели погулять, может, ты поедешь одна и прикроешь меня, если мама позвонит? – Акча, уже поздно! – Ну Фадооош! – Акча смотрит на подругу глазами кота из «Шрека», это запрещенный прием, но отказать Фадиме уже не может. – Хорошо, только не долго! – Ты лучшая! – визжит Акча и бросается на Фадиме с объятиями. *** Попрощавшись только с Атешем, Фадиме выходит на улицу и ждет свою машину. Как только она садится на заднее сидение такси, противоположная дверь тоже открывается. В машину садится Исо. – Ты куда сел? – Фадиме кажется, что она уже сходит с ума, и он ей просто мерещится. – Я тебя провожу, потом он отвезет меня, – спокойно отвечает парень, располагаясь поудобнее. – Такси больше нет во всем городе? – Ожидание пятнадцать минут, Фадиме! Не жадничай, я просто молча посижу тут, честно, – синие глаза смотрят на нее так искренне и просто, будто они столетиями не враждуют, а дружат семьями, и вместе отмечают Новый Год и Курбан Байрам, – не заставляй меня мерзнуть или выслушивать очередную истерику Оруча, на него напала бывшая. Пожалуйста. – Вы ехать собираетесь? – возмущается таксист, оборачиваясь на двух молодых людей. – Езжай, брат, – Исо хлопает его по плечу и поворачивается к окну. Фадиме снова чувствует его запах и уже знакомые нотки шоколада. Желание задать вопрос и страх выглядеть глупо ведут в ее голове беспощадный бой, но Исо не смотрит и не разговаривает, а первой заговорить она не решится. Через десять минут таксист тормозит у ее подъезда. – Милый райончик, – говорит Исо, наконец обернувшись на нее, – теперь я знаю, где ты живешь. – Хотел выяснить это, маньяк? – Бывших сталкеров не бывает, – подмигивает Исо, и тоже выходит из машины. – Вы не едете дальше? – спрашивает таксист. – Нет, мой дом тут совсем близко, как оказалось, – Исо дает таксисту наличку и тот уезжает. Фадиме решает не ждать и идет к подъезду. – Даже не попрощаемся? – кричит Исо ей в спину, пытаясь догнать быстрее, чем откроется ее дверь. – Я спрошу кое-что, – девушка поворачивается и нервно теребит края рукавов. Она только что проиграла бой собственному любопытству. – Можешь спрашивать у меня, что угодно, – он упирается рукой в дверь за ее спиной, словно боится, что она откроет ее и убежит. – Ты ведь ненавидишь шоколад? – А ты уверена, что это я сталкер? – заливается смехом Исо. – Я знала, что с тобой нормально не поговорить, – она поворачивается к двери, но та не открывается под весом его тела. Несколько секунд она пытается испепелить его взглядом, но Исо смотрит слишком спокойно и рассеянно, будто уснул с открытыми глазами. Наконец он отходит, давая ей проход. Фадиме заново вводит код и открывает дверь, но слышит его голос и останавливается. – Я всегда его любил, но бабушка давала мне с собой только одну шоколадку. – И ты приносил ее мне? – она продолжает стоять спиной к нему и спрашивает так тихо, что и не думает, что он вообще услышит. – Есть вещи, которые нравились мне больше шоколада. Фадиме замирает на несколько мгновений в дверях, не зная повернуться ли к нему или уйти вперед. Вопросов теперь еще больше. – Фадиме! – раздается крик сзади, – Где тебя носило? – этот визг Фадиме узнает из тысячи. Эюпхан. 2013 Исо уже больше месяца приходил к музыкальному кабинету к тому времени, когда она оставалась одна. Он стоял за дверью, изредка поглядывая внутрь через маленькую щель. Фадиме пела, он рисовал. Как только слышал, что она убирает инструменты, оставлял на подоконнике шоколадку и убегал. Это было его новой любимой игрой. Рутиной, которая добавляла в скучную жизнь немного красок и волнения. Он боялся того, как она отреагирует, если он зайдет внутрь, но знал, что она забирает его шоколадки – значит, она не против, чтоб он слушал. В один из дней он закончил рисовать свою новую любимую работу – ее портрет. Обычно Исо всегда видел недостатки в своих работах, злился на себя, переделывал, но этот портрет получился идеальным, настолько, что он сам влюбился в свой же рисунок. Или дело было не в рисунке? В тот день она пела особенно красиво, ее голос завораживал, гипнотизировал, придавал смелости. Эта внезапно одолевшая его смелость убедила мальчика в том, что на этот раз он не будет оставлять шоколадку на подоконнике, он лично отдаст ей рисунок и увидит ее реакцию. Как только Фадиме закончила, Исо тихо зашел в кабинет, и не поднимая глаз, поставил на стол рядом с ней шоколадку и свернутый дважды листочек с ее портретом. Она молча взяла плитку, раскрыла, разломила её на две части и, не глядя на Исо, протянула один кусочек в его сторону. — Бери, ты вечно торчишь тут, как привидение, наверняка проголодался, — она ворчала себе под нос, скрывая неловкость за привычной резкостью. Исо подошел ближе, но к шоколаду не притронулся. Его взгляд был прикован к её пальцам, которые только что перебирали струны. — Я не ем шоколад, — тихо ответил он. — Никогда не любил. Фадиме нахмурилась, чувствуя укол обиды, и уже хотела убрать руку, как вдруг Исо медленно протянул ей сложенный лист бумаги. Она осторожно взяла лист, развернула его и замерла. В девушке, которая смотрела на нее с бумаги, сразу узнавалась она сама, но в то же время она была какой-то другой. Эта девушка была красивее, нежнее, спокойнее, чем отражение в зеркале. И кажется, несмотря на легкую улыбку, ее глаза были грустнее. Ее пальцы дрогнули, касаясь штрихов, передающих изгиб её губ и едва уловимую тень в глазах. Она никогда не видела себя такой. — Я правда так выгляжу? — спросила она, не поднимая глаз от рисунка. Исо сделал шаг вперед, и в его взгляде, обычно веселом, Фадиме впервые увидела искреннюю, почти детскую уязвимость и волнение. Этот взгляд напомнил ей маленького мальчика, рисующего ястреба под мостом Кочари. — Моими глазами так, – его ещё ломающийся подростковый голос невольно дрогнул на последнем слове. Фадиме улыбнулась — робко, но слишком искренне для врагов. Она не знала, что сказать, но тишину вдруг разрезал грохот двери. Эюпхан стоял на пороге, нервный и дерганный. Его взгляд, полный злости, метался от Фадиме к Исо и обратно. — Ты что здесь забыл, крыса? — закричал он, подбегая к Исо. — Разговариваю, идиот, на что похоже? — с насмешкой отвечал Исо. — Не будешь разговаривать! — Эюпхан со всей силы толкнул Исо к высокому шкафу, забитому наградами и грамотами. Исо ударил его в ответ, Фадиме кинулась их разнимать. Внезапно конструкция за их спинами пошатнулась, тяжелое дверное стекло, не выдержав толчка, сорвалось с петель и летело прямо на застывшую от испуга Фадиме. Эюпхан замер, Исо рванулся вперед, сбивая девочку с ног и укрывая ее своей спиной. Звук разбивающегося стекла был оглушительным, на несколько секунд мир вокруг будто бы замер. Острый осколок полоснул руку Исо, пока он прикрывал ею свое лицо. В классе воцарилась мертвая тишина. Исо поднялся, прижимая окровавленную руку к груди, и посмотрел на Фадиме. Шрам, который останется у него на всю жизнь, в тот момент казался ему самой незначительной платой за тот благодарный и восхищенный взгляд, которым она на него смотрела. – Быстро уходим отсюда, – кричал Эюпхан. Фадиме смотрела на руку Исо, на капли крови, что стекали на пол. Она хотела помочь, но все могло стать только хуже, если бы она не забрала отсюда Эюпхана. Фадиме встала и молча начала собирать свои вещи. Свернула упаковку с шоколадкой, вложила его рисунок в один из учебников, убрала гитару и вышла. В тот день ей вдруг снова показалось, что враги бывают хорошими.