Между светом и тьмой: Сага о балансе

Часть 1. Путь к одиннадцатому острову Подземелья Небес оказались бесконечными. Они шли уже несколько часов, и туннели сменялись пещерами, пещеры — заброшенными залами, залы — снова туннелями. Амулет на груди Вики пульсировал ровным, успокаивающим теплом, скрывая их ауры от любых ищеек. Без него, как сказал Бессмертный, их бы уже давно нашли — пятерых чужаков в мире, где всё чужое подлежит уничтожению. Вики переоделась в одеяние Хранителя Путей при первой же возможности. Ткань села идеально, будто была сшита специально для неё — а может, так и было, если верить словам Бессмертного о пророчестве. Плащ мягко струился за спиной, переливаясь кроваво-красным с редкими всполохами серебра и золота. В нём она чувствовала себя... иначе. Словно эта одежда была не просто защитой, а частью её самой. Продолжением крыльев, которые пока спали под лопатками. — Тебе идёт, — заметила Мими, шагая рядом. — Выглядишь как древняя богиня, которая случайно забрела не в тот мир. — Или как та, кто этот мир изменит, — добавил Ади без своей обычной усмешки. Сэми шёл чуть впереди, сверяясь со свитком Бессмертного. Его лицо было сосредоточенным, но Вики замечала, как он иногда бросает взгляды на стены — на новые надписи, новые вопросы, вырезанные в камне теми, кого Небеса предпочли забыть. — Здесь сказано, что портал на одиннадцатый остров находится за Залом Тысячи Вопросов, — произнёс он, останавливаясь. — Но что это за зал... Он осёкся, потому что туннель внезапно расширился, и они вышли в огромное помещение. Зал Тысячи Вопросов. Он был круглым, с куполообразным потолком, теряющимся в темноте. Стены — сплошь покрыты надписями. Но не вырезанными в камне, как раньше. Эти надписи светились. Тысячи, десятки тысяч вопросов, написанных на разных языках, разными почерками, пульсировали мягким светом, создавая ощущение, что находишься внутри гигантского живого организма. «Что было до Света?» «Кто создал Создателя?» «Может ли тьма быть добром?» «Почему любовь считается слабостью?» «Что если мы ошибаемся?» «Что если они правы?» «Кто я?» Вики медленно шла вдоль стены, читая вопросы, и чувствовала, как внутри что-то отзывается. Каждый вопрос был как удар сердца — чужого, давно замолчавшего, но оставившего здесь частицу своей души. — Они все настоящие, — прошептал Сэми. — Это не просто надписи. Это... исповеди. Последние мысли тех, кого стёрли. Они оставляли их здесь перед тем, как исчезнуть. — И Небеса не уничтожили это место? — спросил Ади. — Не смогли, — ответил Люцифер, который до этого молчал. Он стоял у дальней стены, где светился один-единственный вопрос, написанный архаичными рунами. — Этот зал старше самих Небес. Он был здесь, когда Свет только зарождался. Его нельзя уничтожить. Можно только забыть. Что они и сделали. Вики подошла к нему и прочла вопрос на стене: «Что если Свет и Тьма — не враги, а две половины одного целого?» Браслет на её запястье вспыхнул так сильно, что она едва не вскрикнула. И в тот же миг в центре зала начал закручиваться вихрь — не такой, как тот, что она создала на Земле. Этот был серебристым, прозрачным, сотканным из света тысяч вопросов. — Портал, — выдохнула Мими. — Он открывается на правильный вопрос. — Или на правильного человека, — тихо сказал Сэми, глядя на Вики. Она шагнула к вихрю. Он не пугал её — звал. Словно там, за гранью, её ждало что-то важное. Что-то, что она должна узнать. — Держимся вместе, — сказала она и первой вошла в портал. --- Часть 2. Чёрная башня Параллельно. В то же время. В камере не было света. Не было звуков. Не было времени. Только холод — вечный, пронизывающий до костей, и боль. Боль, ставшая такой привычной за три тысячи лет, что он уже не помнил, каково это — жить без неё. Мальбонте висел на цепях, вбитых в стены. Кандалы на запястьях и лодыжках были сделаны из того же материала, что и сама башня — чёрного камня, поглощающего любую силу. Его крылья, огромные, кроваво-красные, были прикованы отдельно — каждое перо пронзено тонкими иглами, не дающими им даже дрогнуть. Он не знал, сколько прошло времени с тех пор, как его вернули сюда. Дни? Недели? Месяцы? В Чёрной башне время текло иначе — тягуче, как смола, и бесконечно, как сама вечность. Но он знал другое. Она идёт. Он чувствовал её. Не через стены, не через заклинания, которыми была опутана башня. Через браслет. Через ту часть себя, которую он оставил ей тысячелетия назад, ещё не зная, кем она станет. Браслет пульсировал где-то далеко, но связь не прерывалась. И с каждым днём — или с каждой вечностью — биение становилось сильнее. Она была ближе. — Ты всё ещё веришь, что она придёт? — Голос раздался из темноты. Мягкий, вкрадчивый, почти сочувствующий. Мальбонте не ответил. Из мрака выступила фигура. Высокая, закутанная в белоснежные одежды, с лицом, которое было прекрасно и пугающе безэмоционально. Архангел. Один из тех, кто лично заковывал его три тысячи лет назад. Один из тех, кто приходил каждую «вечность», чтобы напомнить ему о тщетности надежды. — Три тысячи лет, метис. Три тысячи лет ты ждёшь смертную, которая даже не помнит тебя. Которая рождается и умирает, как мотылёк, а ты... ты гниёшь здесь, в цепях, ради призрака. Мальбонте поднял голову. Его глаза — алые, горящие даже в этой кромешной тьме — встретились с холодным взглядом архангела. — Она помнит, — сказал он. Голос был хриплым от долгого молчания, но твёрдым. — Она всегда помнит. Даже когда не осознаёт этого. Она носит мою душу на запястье. Она чувствует меня так же, как я чувствую её. Архангел усмехнулся. — Чувства. Любовь. Привязанность. Всё это — слабости смертных. Ты — метис, высшее творение, соединившее свет и тьму. А опустился до того, чтобы стонать по человеческой девке. — Ты никогда не поймёшь, — ответил Мальбонте спокойно. — Потому что никогда не любил. Ты — совершенство без души. Механизм, выполняющий приказы Порядка. А я... я — живой. Даже здесь, в цепях. Даже после всего, что вы со мной сделали. Я живой. Потому что люблю. Архангел поморщился, словно от грязи. — Скоро это закончится. Совет принял решение. Тебя не будут больше держать. Тебя развоплотят. Разберут на частицы и рассеют по всем мирам, чтобы даже памяти о тебе не осталось. И твоя смертная... она даже не почувствует, когда ты исчезнешь. Потому что браслет погаснет. И она забудет. Мальбонте ничего не ответил. Только закрыл глаза. Архангел, решив, что сломил его, развернулся и растворился в темноте. А Мальбонте... Мальбонте улыбнулся. Потому что браслет на запястье Вики — он чувствовал это сейчас яснее, чем когда-либо — горел. Она была близко. Ближе, чем думали его тюремщики. Ближе, чем он смел надеяться. Иди ко мне, Вики. Я жду. --- Часть 3. Одиннадцатый остров Их выбросило на берег. Вики поднялась, отряхивая с плаща несуществующую пыль — здесь, на острове, всё было странно чистым, словно время не касалось этого места. Она огляделась. Одиннадцатый остров оказался небольшим клочком суши посреди бесконечного серебристого моря. Море не было водой — оно состояло из тумана, густого, переливающегося, в котором иногда мелькали образы. Лица. События. Воспоминания, которые не принадлежали никому из живущих. В центре острова возвышалась Библиотека. Она была не похожа ни на что, что Вики видела раньше. Здание, сотканное из света и тени одновременно, постоянно меняло очертания. То оно казалось древним замком с башнями, то — огромным деревом с листьями-страницами, то — просто сферой, парящей над землёй. — Она живая, — прошептал Сэми, и в его голосе звучал благоговейный ужас. — Библиотека... она живая. Она выбирает, кого впустить. — И нас она впустит, — сказала Вики, шагая вперёд. Двери — или то, что казалось дверями — распахнулись перед ней сами. Внутри было... бесконечно. Стеллажи уходили ввысь настолько, что терялись из виду. Книги, свитки, кристаллы, артефакты — всё это парило в воздухе, мягко перемещаясь, словно в невесомости. В центре, на постаменте из чёрного камня, лежала одна-единственная книга. Большая, в переплёте из кожи, которая выглядела... живой. — Книга Судеб, — раздался голос. Из теней между стеллажами вышла фигура. Не Бессмертный — кто-то другой. Женщина. Высокая, с длинными серебряными волосами, в одеждах, напоминающих звёздное небо. Её глаза были полностью белыми — без зрачков, без радужки, — но Вики чувствовала, что она видит всё. И даже больше. — Я — Хранительница Острова, — произнесла она. — Та, кто помнит, когда все забыли. Та, кто знает, когда все отвернулись. Ты пришла за ответами, дитя с крыльями цвета крови и звёзд. — Да, — ответила Вики твёрдо. — Кто я? Почему я связана с Мальбонте? И как мне освободить его, не разрушив всё? Хранительница улыбнулась — печально и мудро. — Три вопроса. Три ответа. Но готова ли ты их услышать? Потому что знание изменит тебя. Навсегда. — Я готова. Хранительница подошла к Книге Судеб и открыла её. Страницы зашелестели сами, останавливаясь на нужной. — Тогда слушай. И помни.