Под лепестками чертополоха

Гарри спокойно относился ко всем своим знакомым, кроме Малфоя, он считал его особо раздражительным. Правда, в первую неделю в школе они практически не сталкивались: единственными совместными занятиями были уроки профессора Снегга. Когда друзья пришли в гостиную вместе со всеми, в помещении висело объявление о том, что со вторника начинаются полеты на метлах: первокурсникам факультетов Гриффиндор и Слизерин предстояло учиться летать вместе.       - Отлично, – прошептал Гарри. – Я неплохо летаю.       - Летаешь? – спросил Рон. - Я думал, что маглы были настолько ужасны, что не давали тебе даже думать о магии.       - Рон, давай позже обсудим? - Я тебе все объясню потом, - на самом деле Гарри на ходу начал придумывать историю о том, как он сбегала от маглов и летал на метле. Ему нельзя было сдавать матушку.       Время до вторника тянулось с непривычной медлительностью. Субботний вечер и всё воскресенье Гриффиндор только и обсуждал, что предстоящие полёты, из-за чего Малфой в Большом зале задирал нос ещё выше прежнего. Гарри стоило больших усилий удерживать на лице маску безразличия, когда Драко громко рассуждал о марках мётел за слизеринским столом. В Шотландии приёмная мать учила Гарри главному правилу дуэлянта: никогда не показывать сопернику свои эмоции раньше времени.       В понедельник на уроках Гарри то и дело ловил на себе строгий, внимательный взгляд профессора Макгонагалл. На людях она оставалась всё той же непоколебимой замдиректора, но Гарри слишком хорошо знал её, чтобы заметить едва уловимую тёплую искорку в глубине её глаз. Она безмолвно напоминала ему: держи себя в руках       .И вот, наконец, наступил долгожданный вторник.        Утром, за завтраком, совы разносили почту. Гарри ничего не пришло, но он не выглядел расстроенным, несмотря на то , что многие ученики ожидали видеть его поникшим в этот момент. Сова-сипуха Невилла принесла ему маленький сверток, посланный бабушкой. Невилл ужасно обрадовался и, вскрыв сверток, показал всем небольшой стеклянный шар. Казалось, что шар заполнен белым дымом.       — Это напоминалка! — пояснил Невилл. — Бабушка знает, что я постоянно обо всем забываю, а этот шар подсказывает, о том, что что я что-то забыл сделать. Вот смотрите — надо взять его в руку, крепко сжать и, если он покраснеет…       Лицо Невилла вытянулось — шар в его руке внезапно окрасился в ярко-красный цвет.       — Ну вот… — растерянно произнес Невилл.       Он попытался вспомнить, о чем именно он забыл, когда Драко Малфой, проходивший мимо, выхватил шар у него из рук.       Гарри и Рон одновременно вскочили на ноги. Рон хотел начать драку, но понимал, ничего хорошего не будет, ведь с Малфоем его «телохранители». Гарри начал говорить первым.       - Малфой, верни вещь на место, - ровно и отчетливо произнёс Гарри так, что его услышали за соседними столами. - Кража чужого имущества в присутствии половины преподавательского состава - это не демонстрация чистокровного величия. Это банальная глупость.       Но тут между ними встала профессор Макгонагалл, у которой чутьё на всякого рода неприятности было острее, чем у любого преподавателя Хогвартса.       -Что происходит? - строго спросила она.       — Малфой отнял у меня напоминалку, профессор, — пояснил Невилл. – А Гарри решил помочь мне вернуть в -вещь, п-профессор.       - Помогали Невиллу, мистер Поттер? - Макгонагалл строго посмотрела на Гарри, но в глубине её глаз промелькнуло одобрение. - Похвально. Минус пять очков со Слизерина за неподобающее поведение в Большом зале, мистер Малфой. Верните вещь владельцу.       Малфой помрачнел, он кинул напоминалку на стол перед Невиллом.       Профессор, которая большего и не, просто ушла, не желая, чтобы этот разговор продолжался.       Малфой смотрел на Поттера со злобой, его физиономия была мрачная, словно пыталась внушить страх. Но у Драко это получалось глупо, он был унижен на все четыре факультета.       - Знаешь, Поттер, я тебе еще отомщу,- проговорил Малфой. С этими словами он пошел к своему столу.       - Вот и уходи, Малфой, - крикнул вслед Рон.

      ***

      В три тридцать Гарри, Рон и другие первокурсники Гриффиндора торопливым шагом подходили к площадке, где обучали полетам. День был солнечным и ясным, дул легкий ветерок, и трава шуршала под ногами. Ученики дружным строем спускались с холма, направляясь к ровной поляне, которая находилась как можно дальше от Запретного леса, мрачно покачивающего верхушками деревьев.       Первокурсники из Слизерина были уже там, как и двадцать метел, лежавших в ряд на земле.       Наконец появилась преподавательница полетов, мадам Трюк. У нее были короткие седые волосы и желтые глаза, как у ястреба.       — Ну и чего вы ждете?! — рявкнула она. — Каждый встает напротив метлы, давайте, пошевеливайтесь.       Гарри посмотрел на метлу, напротив которой оказался. Она была довольно старой, и несколько ее прутьев торчали в разные стороны.       — Вытяните правую руку над метлой! — скомандовала мадам Трюк, встав перед строем. — И скажите: «Вверх!»       — ВВЕРХ! - двадцать голосов раздалось над поляной.       Метла Гарри прыгнула ему в руку, но большинству других учеников повезло куда меньше. У Невилла метла вообще не сдвинулась с места, а у Гермионы Грэйнджер метла почему-то покатилась по земле. Гарри подумал, что, возможно, метлы ведут себя, как лошади, — они чувствуют, кто их боится, и не подчиняются этому человеку. Ведь когда Невилл произносил команду «Вверх!», его голос так дрожал, что становилось понятно, что он предпочтет остаться на земле.       Затем мадам Трюк показала ученикам, как нужно садиться на метлу, чтобы не соскользнуть с нее в воздухе, и пошла вдоль шеренги, проверяя, насколько правильно они держат свои метлы. Гарри и Рон были счастливы, когда мадам Трюк резко сообщила Малфою, что он неправильно держит метлу.       — Но я летаю не первый год! — горячо возразил Малфой. В его голосе была обида.       Тогда мадам Трюк громко и четко объяснила ему, что это всего лишь означает, что он неправильно летал все эти годы. Малфой выслушал ее молча, наверное, поняв, что если продолжить дискуссию, то может выясниться, что он вовсе не такой специалист, каким хотел казаться.       — А теперь, когда я дуну в свой свисток, вы с силой оттолкнетесь от земли, — произнесла мадам Трюк. — Крепко держите метлу, старайтесь, чтобы она была в ровном положении, поднимитесь на метр-полтора, а затем опускайтесь — для этого надо слегка наклониться вперед. Итак, по моему свистку — три, два…       Но Невилл, нервный, дерганый и явно испуганный перспективой остаться на земле в одиночестве, рванулся вверх прежде, чем мадам Трюк поднесла свисток к губам.       — Вернись, мальчик! — крикнула мадам Трюк, но Невилл стремительно поднимался вверх — он напоминал пробку, вылетевшую из бутылки. Два метра, четыре, шесть — и Гарри увидел бледное лицо Невилла, испуганно смотрящего вниз. Увидел, как Невилл широко раскрыл от ужаса рот, как он соскользнул с метлы, и…       БУМ! Тело Невилла с неприятным звуком рухнуло на землю. Его метла все еще продолжала подниматься, а потом лениво заскользила по направлению к Запретному лесу и исчезла из виду.       Мадам Трюк склонилась над Невиллом, лицо ее было даже белее, чем у него.       — Сломано запястье, — услышал Гарри ее бормотание.       Когда мадам Трюк распрямилась, ее лицо выражало явное облегчение.       Вставай, мальчик! — скомандовала она. — Вставай. С тобой все в порядке. — Она повернулась к остальным ученикам. — Сейчас я отведу его в больничное крыло, а вы ждите меня и ничего не делайте. Метлы оставьте на земле. Тот, кто в мое отсутствие дотронется до метлы, вылетит из Хогвартса быстрее, чем успеет сказать слово «квиддич». Пошли, мой дорогой.       Мадам Трюк приобняла заплаканного Невилла и повела его в сторону замка. Невилл сильно хромал.       Как только они отошли достаточно далеко, чтобы мадам Трюк могла что-либо услышать, Малфой расхохотался.       — Вы видели его физиономию? Вот неуклюжий — настоящий мешок!       Остальные первокурсники из Слизерина присоединились к нему.       — Заткнись, Малфой, — оборвала его Парвати Патил.       — О-о-о, ты заступаешься за этого придурка Долгопупса? — спросила Пэнси Паркинсон, девочка из Слизерина с грубыми чертами лица. — Никогда не думала, что тебе нравятся такие толстые плаксивые мальчишки.       — Смотрите! — крикнул Малфой, метнувшись вперед и поднимая что-то с земли. — Это та самая дурацкая штука, которую прислала ему его бабка.       Напоминалка заблестела в лучах солнца.       - О-о-о, ты заступаешься за этого придурка Долгопупса? — спросила Пэнси Паркинсон, девочка из Слизерина с грубыми чертами лица. — Никогда не думала, что тебе нравятся такие толстые плаксивые мальчишки.       — Смотрите! — крикнул Малфой, метнувшись вперед и поднимая что-то с земли. — Это та самая дурацкая штука, которую прислала ему его бабка.       - Мистер Малфой, я думал, что вы будете вести себя вежливее. - Гарри посмотрел на него так, как обычно смотрела Макгонагалл, когда отчитывала учеников за нарушение правил.       Мафлой нагло усмехнулся:       - Я думал, что положу ее куда-нибудь, чтобы Долгопупс потом достал ее оттуда, — например, на дерево.        Малфой вскочил на метлу и взмыл в воздух. Похоже, он не врал насчет того, что действительно умеет летать, и сейчас он легко парил над верхушкой росшего около площадки раскидистого дуба.       - Попробуй отбери, Поттер!       Гарри сразу сел на метлу и взлетел в след за Малфоем.       - Драко, я полагаю, что, я не смогу полететь за тобой?       - Поттер, ты все равно ничего не умеешь, – с этими словами Малфой кинул напоминалку. Он кинул предмет в сторону окон. Гарри не испугался и полетел за вещью. И вот, будучи в сантиметре от стены, он мастерски повернул метлу.       Минерва, которая была в это время в своем кабинете и занималась обычными делами, услышала звук падающего шара, подскочила и посмотрела в окно. Прямо в стекло на большой скорости несся Гарри. В её глазах вспыхнул чистый, первородный страх матери, готовой в ту же секунду выбить палочкой стекло, чтобы спасти сына. Но в следующий миг Гарри заложил такой крутой вираж, что полы его мантии едва не коснулись подоконника. Он поймал шар. Страх Минервы мгновенно испарился, сменившись ошеломлённой, чисто гриффиндорской гордостью: «поразительно, я ведь его почти не учила летать, просто отличный выйдет ловец»       Гарри спокойно спустился с метлы под счастливые крики однокурсников. Но не успели ребята оглянуться, как заметили бегущую профессора Макгонагалл.       -ГАРРИ ПОТТЕР!! – Мальчик лишь стоял и ждал, что будет дальше.       - Никогда… никогда за все то время, что я работаю в Хогвартсе…       Профессор Макгонагалл осеклась, от волнения ей не хватило воздуха, но очки ее яростно посверкивали на солнце.       - Как вы могли… Вы чуть не сломали себе шею…       - Это не его вина, профессор…       - Я вас не спрашивала, мисс Патил…       - Но Малфой… - Рон пытался защитить друга.       - Достаточно, мистер Уизли. Поттер, идите за мной, немедленно.       Гарри послушно пошел за профессором. Малфой, наверное, подумал, что Поттера обязательно исключат, но нет.       Минерва шагала впереди, а Гарри следовал за ней на расстоянии пары шагов, сохраняя безупречную осанку и прекрасно помня: у здешних картин есть уши.       Поттер заговорил первым, идеально копируя сухую, размеренную манеру речи своего декана:       - Профессор Макгонагалл, я полностью признаю, что мои действия нарушили школьный устав. Я готов понести заслуженное наказание.       Макгонагалл даже не повернула головы, продолжая стремительно идти вперёд, но её губы сжались в тонкую линию. Едва они миновали массивный портрет спящего рыцаря, она процедила сквозь зубы тихо, так, чтобы слышал только Гарри:       - Не смейте использовать мой тон против меня, мистер Поттер. Жду вас сегодня вечером в своём кабинете для детального разговора о вашем поведении.       Поттер едва заметно улыбнулся уголком губ: маскировка перед картинами была соблюдена идеально.       Они поднялись на третий этаж, где эхо их шагов гулко разносилось по пустому коридору. Минерва целенаправленно вела его к кабинету Заклинаний. Портреты на стенах с любопытством провожали их взглядами, перешёптываясь за спиной, но строгий вид профессора Макгонагалл заставлял даже самых болтливых нарисованных волшебников помалкивать. Наконец, они остановились у нужной двери, за которой слышался тонкий голос профессора Флитвика. Минерва трижды уверенно постучала.       — Извините, профессор Флитвик, могу я попросить вас кое о чем? Мне нужен Вуд.       «Вуд? — Гарри передернуло. Он почувствовал, как его охватывает ужас. — Это еще что такое?»       Вуд оказался человеком. Это был пятикурсник крепкого телосложения, который, выйдя из кабинета, непонимающе посмотрел на профессора Макгонагалл и Гарри.       — Идите за мной оба, — приказала профессор Макгонагалл, и они пошли за ней по коридору. Вуд с любопытством косился на Гарри.       Профессор Макгонагалл завела их в кабинет, в котором не было никого, кроме Пивза, писавшего на доске нехорошие слова.       — Вон отсюда, Пивз! —грубо приказала профессор Макгонагалл.       Пивз бросил мел в корзину, судя по всему, пустую, потому что она отозвалась грохотом, — и вылетел из класса, бормоча себе под нос ругательства. Профессор Макгонагалл захлопнула за ним дверь и повернулась к двум мальчикам.       — Поттер, знакомьтесь — это Оливер Вуд. Вуд, я нашла вам ловца.       Озадаченное выражение на лице Вуда сменилось восторгом.       — Вы это серьезно, профессор?       — Абсолютно, — сухо заверила его профессор Макгонагалл. — Он летает, как птица, словно с пеленок это умел. В жизни не видела ничего подобного. Вы в первый раз сели на метлу, Поттер?       Гарри молча кивнул. Он никак не мог понять, что происходит, но, кажется, его не собирались исключать, и от этой мысли ему стало чуть легче.       — Он поймал эту штуку в воздухе, спикировав с двадцати метров. — Профессор МакГонагалл кивнула на шар, который Гарри по-прежнему сжимал в руке. — И ни одного синяка. Даже Чарли Уизли так не смог бы.       У Вуда был такой вид, словно все его мечты каким-то чудесным образом осуществились.       — Когда-нибудь видел, как играют в квиддич, а, Поттер? — спросил Вуд. Глаза его загорелись.       — Вуд — капитан сборной факультета Гриффиндор, — пояснила профессор Макгонагалл.       — Для ловца он идеально сложен, — заключил Вуд, обойдя вокруг Гарри и внимательно его рассмотрев. — Легкий и быстрый. Нам надо будет раздобыть для него приличную метлу, профессор, — Нимбус-2000» или «Чистомет-7», думаю, что-нибудь в этом роде.       — Я поговорю с профессором Дамблдором и попробую убедить его сделать исключение из правил и разрешить первокурснику играть за сборную, — произнесла профессор Макгонагалл. — Потому что нам нужна более сильная команда, чем в прошлом году. Слизерин буквально растоптал нас в последнем матче. Я потом несколько недель не могла заставить себя посмотреть в глаза Северусу Снеггу… - Профессор Макгонагалл сурово уставилась на Гарри поверх очков.       — И учтите, Поттер, если я услышу, что вы недостаточно упорно тренируетесь, я могу передумать и наложить на вас серьезное взыскание за то, что вы натворили.       И тут она внезапно улыбнулась.       — Ваш отец просто потрясающе играл в квиддич, Поттер. И сейчас он гордился бы вами…

      ***

      Друзья ждали Гарри, они беспокоились о нем, им было очень интересно, что будет дальше,       - Гарри! Ты вернулся! Тебя не исключили?! Надеюсь, нет. Эта тебе отработки дала? – Рон торопливо расспрашивал Гарри.       - Рон, спокойнее, все хорошо, просто... просто... меня взяли в команду… ловцом       - Первокурсника?! – Уизли разинул рот от удивления.       - Гарри, разве первокурсникам разрешено летать? Это нарушение школьных правил! Как так? – Гермиона вновь начала что-то подозревать.       - Гермиона, команде нужен ловец, Гриффиндор уже много лет не выигрывал кубок школы. Это было вполне оправданное решение. А я вам вот скажу, пойдем скорее на обед.

      ***

      После обеда к Поттеру подошел Драко со словами:       - Последний школьный обед, Поттер? — с издевкой спросил Малфой. — Уезжаешь обратно к маглам? Во сколько у тебя поезд?       - К твоему сожалению, нет       Малфой на секунду запнулся, его наглая ухмылка дрогнула. Он явно не ожидал увидеть Поттера таким спокойным и уверенным. Лицо Драко налилось краской — утреннее унижение в Большом зале, когда Макгонагалл сняла со Слизерина пять очков, всё ещё горело в его памяти, а хладнокровие соперника бесило сильнее любого оскорбления.               - Думаешь, раз твой декан тебя пожалела, то ты неприкасаемый, Поттер? — Малфой сделал шаг вперёд, опасно сузив глаза. — На уроках ты можешь прятаться за профессоров, но как насчёт настоящей дуэли волшебников? Сегодня в полночь. В Зале трофеев. Только палочки. Или Мальчик-Который-Выжил струсит перед чистокровным магом? Секундантом будет Крэбб.       Рон Уизли тут же закипел, готовый ринуться в бой за друга. Но Гарри остался ледяным. Он посмотрел на Малфоя с тем самым фирменным спокойствием, которому его учила матушка.              -Малфой, дуэль первокурсников в ночном коридоре — это не вопрос чести, это обычная глупость волшебников, которые не умеют держать себя в руках, — ровно ответил Гарри. — Но если тебе так хочется увидеть меня ночью — я приду. Считай, что вызов принят.

      ***

             Гарри и Гермиона вечером пошли в библиотеку, чтобы сделать эссе, заданное Снеггом. Однокурсница уже поняла, что Поттер как-то связан с Макгонагалл       - Гарри, прости за нескромный вопрос. Как ты связан с Макгонагалл??       Гарри обомлел, замешкался... Он не знал, что ответить.       - Гермиона, не придумывай, я ученик, а Макгонагалл - профессор.       -Ты врешь!       Поттер понял, она слишком настойчива. Мальчик закрыл ей рот рукой и сказал:       - Хорошо, Гермиона, я расскажу, только тише, прошу тебя.       Однокурсница отодвинула руку Гарри и сказала:       - С этого и нужно было начинать       - Но взамен, ты будешь моим... секундантом на дуэли.       - Я думала, ты не пойдёшь на дуэль, Поттер.       - Малфой все рассказал Филчу, но мы пойдем в другое место. – Гарри говорил шепотом, чтобы их разговор не услышали.       - Я, кажется, поняла куда ты хочешь меня отвести, по рукам!

      ***

      Дождавшись, пока в спальне мальчиков раздастся мерное и глубокое сопение уставшего за день Рона, Гарри бесшумно поднялся со своей кровати. Он аккуратно набросил мантию, спрятал палочку в рукав и скользнул за дверь.       В тёмной гостиной Гриффиндора его уже ждала Гермиона. Она сидела в кресле у угасающего камина, крепко прижимая к себе сумку с учебниками. Стоило Поттеру спуститься по лестнице, как она мгновенно вскочила       - А где Уизли? — удивлённо шепнула она, оглядывая пустую лестницу за спиной Гарри.       - Спит, — коротко и абсолютно спокойно ответил Поттер. В его голосе не было ни капли волнения. — Для Рона Малфой и его дуэли — слишком сильный раздражитель. Он бы только шумел в коридорах и мешал делу. Идём.       Они тихо вылезли через проём за портретом Полной Дамы и двинулись по погружённому во мрак замку. Как они и договаривались ещё в библиотеке, Гермиона шла абсолютно уверенно. Ей не нужно было объяснять, почему они спускаются по лестницам всё ниже и ниже, полностью удаляясь от Зала трофеев на третьем этаже. Она прекрасно помнила, чьё окно выходит на лужайку, и чётко понимала, куда именно Гарри её ведёт.       Они бесшумно миновали массивный портрет спящего рыцаря и вышли в коридор первого этажа. Гарри шёл впереди, сохраняя безупречную осанку, а Гермиона едва поспевала за ним, сгорая от нетерпения наконец-то получить ответы.       Поттер остановился перед массивной дубовой дверью кабинета Трансфигурации и обернулся к однокурснице, прижав указательный палец к губам.        Филч сейчас караулит пустоту на третьем этаже, — едва слышно, ровным шёпотом произнёс Гарри, и его зелёные глаза блеснули в полумраке. — А нас ждёт чашка горячего чая. У картин на этой стене слишком чуткий слух, так что все разговоры — внутри.       С этими словами Гарри уверенно трижды постучал в дверь.