Точка невозврата

Я пришла раньше, чем нужно. Не то чтобы я боялась опоздать (хотя и это тоже), просто хотелось посидеть одной. Заказала любимый капучино и зависла в соцсетях. Не знаю, что можно ожидать от сегодняшнего диалога. Но меня безумно забавляет то, что мой план сработал на ура. Значит, благодаря моему игнору Женя смог сделать первый шаг, ведь понял — я не могу вечно ждать. Странно, но сегодня я пришла с холодной головой, и внутри не было ни сомнений в чувствах, ни мыслей в целом. Оставалось лишь набраться терпения и ожидать, что принесет мне эта встреча. За окном пошёл дождь с грозой, причём очень сильный. Я люблю дождь, но не такой водопад с высока, перемешанный с грязью, мерцающим небом и... градом? М-да уж, это можно считать за знак? Оглядываю в окно залитые улицы и паникующих горожан от внезапно сменившейся погоды в Питере. Некоторые уже не так сильно волнуются — видимо, привыкли. Питер может и не так удивить. И тут к кафе подъезжает чёрная «Шкода» и паркуется под окнами. Дверь распахивается, и оттуда выходит Женя. Он немного морщится от погоды, держится за капюшон, и я отвожу взгляд как ошпаренная. Просто не хочу ему показать, что каждый раз, когда он рядом, мир сужается до размеров его фигуры. Что я запоминаю, как он морщится, когда улыбается, как хлопает дверью машины — гулко, на весь двор. Что я знаю наизусть его машину, всегда припаркованную строго под фонарём, потому что он привык к порядку во всём. Черт, я кусаю губы. Он вошёл, отряхивая куртку, и я успела уткнуться в телефон, сделать вид, что читаю что-то важное. На стол упала тень, и я удерживаю себя, чтобы не поддаться и не поднять голову, позволив себе утонуть в его серьёзных глазах, а ему — в моих. - Привет. Я выдержала паузу. Слишком длинную, наверное. Потом всё-таки подняла глаза. Он стоял, сжимая в одной руке ключи от машины, в другой — букет моих любимых лилий. В чёрной куртке, с раскрасневшимися щеками, не знаю из-за чего именно. Снял капюшон, и растрёпанные волосы показались во всей своей красе, под глазами синяки. Опять не спал. - Ты опоздал. - Пробки. - Враньё. Ты просто не хотел приезжать первым. Он усмехнулся, сел напротив. Не ответил. Только смотрел — тем взглядом, от которого у меня внутри всё переворачивалось. - Это тебе, Сонь. Они прямо такие же, как ты. Цветы заставили меня смягчиться, и я кивнула парню в знак благодарности. Но всё же — его пристальный взгляд пытался залезть мне в душу. Чтобы окончательно не сойти с ума, отвернулась к окну. Его машина стояла под фонарём. Никаких наклеек, никаких украшений. Чистая, строгая, прямо описывает хозяина. Я представила, как он сидит внутри, держит руль, переключает передачи — и почему-то стало обидно, что я никогда этого не видела. - Нравится? Он первый прервал нашу тишину, и я от неожиданности встрепенулась. - Что? - Машина. - Может быть. Он подвинул ко мне чашку с кофе — я не заметила, когда ее принесли. - Пей. Ты замёрзла. - Откуда ты знаешь? - Ты всегда мёрзнешь, когда нервничаешь. Блять. Неужели это настолько видно, что мои холодные глаза никак не спасают. Мне кажется, еще слово, и я вывалю всё, что у меня на душе. Вылью из себя все слезы, размазав тушь, а он подтянется ближе и пальцем сотрет мои солёные слезы. Размечталась. Он замолчал. Я взяла чашку, поднесла к губам — кофе обжёг, но я не поморщилась. - Ты чего хотел-то? Хватит ходить вокруг да около. Говори прямо. Он сжал челюсть. Я видела, как ходят желваки. - Объясни, что произошло? Ты перестала на меня смотреть. Ты уходишь с тренировок, не здороваешься, отвечаешь через раз. Ты делаешь вид, что меня нет. Он отвёл взгляд в сторону, явно искал в себе силы продолжить тяжёлый монолог. - Я не знаю, как подойти. Как не испугать тебя тем, что... что я чувствую. Я смотрела на него. На его пальцы, которые сжимали край стола. Они подрагивали. - И что ты чувствуешь? Он поднял голову. Посмотрел прямо в глаза. - Что я не могу без тебя. Я замерла. Даже дышать перестала. Я хотела дать себе время хоть чуть-чуть осмыслить, что сейчас происходит, но Женя меня перебил. - Я пытался убежать. Закрыться работой, учёбой, другими спортсменами. Думал, пройдёт. Не прошло. Ты везде — на катке, в коридоре, в моих чёртовых снах. Я почувствовала давящее ощущение в груди. - Жень… - Дай договорить. Я замолчала. Он говорил, не отводя взгляда. Слова выходили сбивчиво, хрипло, как будто он сам себе не верил. - Я умею делать перевязки, ставить диагнозы, заполнять карты, лечить людей. А это… это не лечится. - Что «это»? Он накрыл мою руку своей. Ладонь горячая, сухая, чуть дрожит. - Ты. Всё, что с тобой связано. Я не отдёрнула руку. Сидела, смотрела на наши пальцы, переплетённые на столе. - И что это значит? - Я говорю тебе такое и дарю цветы. Как думаешь, что это может значить? Я замешкалась, а потом протараторила: - И что, теперь ты будешь дарить мне цветы каждый раз, когда захочешь извиниться? - Я не извиняюсь. Я объясняю. Я смотрела на его руку, которая всё ещё лежала поверх моей. Не убирала. Не двигалась. - Хорошо. Объясни. Он тяжко выдохнул. - Я боюсь. Не тебя. Себя. Потому что если я сейчас скажу всё, что молчал полгода, — я не смогу этого взять обратно. А если ты уйдёшь… - Что? Что тогда будет? - Я не знаю, как оставаться врачом, который тебя лечит, если тебя не будет рядом. Я сжала его пальцы в ответ. Не сильно, просто чтобы он почувствовал. - Я не собираюсь уходить, Жень. Он посмотрел на меня так, будто решал, верить или нет. Потом сказал: - Я люблю тебя. Не умею говорить красиво. Не умею делать правильные вещи. Но я люблю. И я устал притворяться, что ты для меня — как все. Я смотрела на него. На его лицо, на губы, которые дрожали. На руки, которые сжимали мои пальцы. - Ну что ты на меня так смотришь, Сонь... - Я, если честно, не верю, что это всё происходит... - Я сам не верю. Но это правда. Я сжала его пальцы. - Докажи. Он смотрел на меня долго, как будто запоминал каждую черту. Потом встал и подошёл ко мне ближе. Наклонившись ко мне, он взял меня за подбородок, мягко провёл большим пальцем по скулам и притянул в поцелуй. Он был недолгим, но таким сладким, что даже приторным. Я поняла, что он не лжёт. Он правда осознал всё и собрал полную картину. - Я тебя тоже люблю. Женя улыбнулся, и я заметила привычные морщинки у глаз. Они очень милые, особенно сейчас. Не выдержав, я поднялась и обвила его, утыкаясь в грудь. Он прижал меня к себе, и в этот момент мне хотелось навсегда остаться в таком положении и больше не думать ни о чём. Ни о травме. Ни о четвёртых местах. Ни о том, что он — медик моего штаба. *** Мы ехали в его машине до мостов. - И что же будет дальше, Жень? - Завтра уволюсь. Я озадаченно посмотрела на него. - Не встречаюсь с пациентами, профессиональная этика) - Иди ты со своей этикой!) Когда мы стояли напротив разведенных мостов под дождём, грозой и градом, держась за руки — я точно не плакала. The end.