Часть 1
18 апреля 2026 г., 18:09
Резкая вспышка грозы озарила на миг улицы Бостона. Люди метались, подобно обитателям своего улья. Каждый старался скрыться от неё: кто‑то бросал корзинки и вещи.
В эти моменты радовались нищие — они могли что‑то подобрать. Но не зря говорят, что на чужом несчастье своего не построишь.
Церковные речи выбили здравый разум у многих. Горожане не старались объяснить эти силы природы чем‑то обычным — им было проще спихнуть вину на себя. В своих несчастьях они винили себя и свою слабую веру в Господа.
Где проходила грань между реальностью и вмешательством божественных или дьявольских сил? Глубоко в подсознании людей всё давно смешалось в одну кашу.
Эти люди были не первыми, кто следовал святым заветам. Поколения, множество поколений, укоренили разум и поведение людей. Они не могли жить иначе.
***
Если бы и был Бог, то мы не жили бы в этом грязном и порочном мире, даже если люди так грешили. Почему из‑за парочки дураков обречены страдать все? Есть ли смысл в этом? Я говорю на исповедях и собраниях одно, но думаю о другом. Религия — это особый способ манипуляции, а церковь — это система, которая умело пудрит людям мозг. Сколько мне осталось жить? «Бог знает?» — нет, это никто не знает, и это не Бог меня оберегает, а я и мой здравый разум. Если не знать обычных вещей, всё кажется чудом, проклятием или магией. Этот мир — настоящий абсурд! Мне хотелось пойти и лечь спать, да только письмо, которое я получил накануне, не давало это сделать. Неведомая напасть, которую жители прозвали проказами ведьм, колдунов, дьяволов и их слуг… Как наивно! Они не смогли что‑нибудь другое придумать. Мылись бы чаще и ели нормальную пищу — тогда и не страдали бы. Мне ничего не угрожает касательно ведьмовских чар, да и заплатят хорошо, ещё и обустроят дом. Будь моя воля, я бы тоже избегал этих походов в церкви, слушания молитв и «промывки мозгов»… Всё, что они делали, — так это молились, постились и снова молились. Точно они делали всё, для чего только могло сгодиться их подобие мозга. А мне их спасать от самих себя! Дождь барабанил по крыше, и это действовало мне на нервы. Я стою посреди улицы, мой капюшон упал на плечи, волосы промокли, а руки продолжали сжимать письмо — оно было моим билетом в Салем. Дорога не обещала быть благосклонна ко мне.
