Сломленный герой

В прошлой главе: — Рюгуджи, Манджиро? — спросил Ханагаки холодным, ровным и спокойным тоном. Этим двоим было не по себе от того, что их называют по фамилии/имени.

***

​— Эй, Такемичи, это ты их так уделал? — спросил Дракен, подходя ближе и рассматривая то, что тут устроил Такемичи. — Если да, то что? — ответил Ханагаки вопросом на вопрос, брезгливо протирая пальцы о футболку. ​Манджиро сначала несколько секунд молчал, переваривая всю эту информацию, но в следующую секунду оказался за спиной у Мичи и, положив две руки на плечи Такемичи, сказал: — Такемучи, ну ты и разгорячился, мог бы и нас позвать! — Можешь убрать руки? И что вы тут у моего дома делаете в час ночи? — равнодушно сказал Таке, проигнорировав младшего Сано. ​Блондинчик опешил: его впервые вот так вот проигнорировали. — Такемичи, да что с тобой? Трубку не берёшь, на собрании избегал нас, а теперь смотришь на нас, будто мы незнакомцы! — не сдерживаясь, выпалил Рюгуджи. — Что со мной? Со мной все нормально. И вам не кажется странным то, что главы Тосвы просто пришли в час ночи к дому капитана? ​Рюгуджи лишь оскалил зубы. Майки убрал руки, по его лицу незаметно текли невидимые струи пота. — Такемучи, ты заболел? Какой еще глава? Мы ведь друзья?.. — Простите, но мы никогда не были друзьями, вы для меня лишь глава и замглава. И теперь прошу простить, я пойду. ​Сказав это, Таке ушел в сторону дома, оставляя Кена и Манджиро в шоке. — Эй, Такемичи, а ты жестко их! Мог бы помягче! — говорил Кейске, летая над его головой и хлопая Ханагаки по спине, от чего тот бесился. — Кейске, пожалей нервы Такемичи, — саркастично, в шутку бросил Шиничиро. ​Когда эти трио дошли до квартиры Ханагаки, черноволосый прокрутил ключ в дверном замке и открыл ее. Дома веяло одинокой атмосферой: разбитая тумбочка в прихожей, неубранная посуда в гостиной, бардак в комнате. Но нашему главному герою не было времени до уборки, он хотел поспать после такого напряженного дня. Пройдя в свою комнату, Такемичи бросил на пол свою спортивку и упал на кровать, быстро уходя в сон. Пока те двое лежали на кухне и о чем-то снова спорили. ​На утро солнце ударило в глаза Мичи. И тот, невольно просыпаясь, потрепал волосы и, бросив одеяло на пол, пошел в ванную. На отражении в зеркале он увидел, что так и не сменил вчерашнюю одежду, но ему было плевать, так что, быстро почистив зубы, начал перебирать гардероб в своей комнате, ища свою школьную форму. А когда нашел, просто надев ее, бросил через плечо школьный рюкзак. ​Дорога до школы была адской. Ведь кому понравится, что рядом с тобой ходят два призрака и о чем-то спорят все время, и вдобавок рядом с тобой возятся какие-то там «друзья» из школы и пытаются втереть свои извращенские журналы. ​Просидев уроки, он сбежал от своих школьных «друзей», прошел на крышу, куда заранее пригласил Хинату Тачибану. Увидев ее, наш герой сказал: — Тачибана, добрый день. Хина, услышав его холодный голос, немного вздрогнула. Она не понимала, почему у него такой холодный тон и волосы перекрашены в черный, но все же ответила: — И тебе привет, Такемичи. ​Шиничиро, тихо хихикая про себя, бросил: — Ну наконец-то, а то думал, что я один на свете такой одинокий! Но сразу получил за это подзатыльник от Баджи, и двое начали свою яростную драку. Пока Такемичи, пытаясь игнорировать их, фыркал про себя. ​— Я перейду сразу к делу: я хочу расстаться. Я давно тебя разлюбил и даже никогда не любил. Я просто играл с тобой, понимаешь? Поначалу мне было жалко отвергать тебя, и я думал, что смогу полюбить тебя, но чувств у меня к тебе не возникло, — говорил Таке, сложив руки в замок и с ухмылкой говоря Тачибане эти слова. Он не хотел подвергать ее опасности, ведь ему придется заново все проходить и начинать. ​У Хинаты поступили слезы на глазах, она бросилась вперед, крича: — Мудак! Ублюдок! Когда она в первый раз ударила его кулаком в лицо, Такемичи ничего не сделал, а когда она занесла руку для второго удара, он схватил ее запястье — не больно, но ощутимо — и слегка оттолкнул ее, и пошел в сторону двери, бросив через плечо: — Успокойся, выглядишь жалко. ​От этих слов Хинате хотелось заплакать еще сильнее. Когда Мичи спускался по лестнице, он увидел подругу Тачибаны, которая искала ее, но промолчал, идя в сторону выхода из школы. Он остановился, увидев Аккуна, Такую, Ямагиши, Макото, развернулся и пошел к черному выходу. ​Снова два часа дороги пешком в заброшку, но до этого Ханагаки зашел домой и забрал некоторую легкую мебель и т.д., чтобы обустроить тот заброшенный стадион как свое потайное логово, и даже заскочил в магазин за продуктами и дорожным морозильником. К счастью, до заброшки он шел один, так как Баджи и Сано еще раньше ушли на стадион, когда он был в школе. ​Подойдя к стадиону, он начал снова изучать его изнутри и нашел свободную комнату, которую почистил спиртом, уложил матрас на полу и в одном уголке — ручной морозильник, а внутрь еду и воду. Такемичи быстро сменил одежду на спортивные брюки и белую футболку и спустился вниз к арене, где дрались Баджи и Шиничиро. ​Ханагаки начал повторять свою ежедневную растяжку и тренировки, где ему морально помогал Шиничиро — точнее, поддерживал, что действовало на Мичи наоборот, взбешивая его, пока Кейске показывал, как надо делать. ​После двухчасовой тренировки Таке упал на свой матрас, который принес из дома, и быстро погрузился в сон, так и не поужинав. Шиничиро и Баджи лишь вздыхали на такое поведение Такемичи, ведь они давно привыкли к его таким выходкам. И они даже понимали, что уже не за горами тот момент, когда он снова начнет курить.