Эхо сквозь время | Echoes Across Time

Точка зрения Фенлин Оставив Сарнию и Эмприз-дю-Лион позади, я направила Инаншу по горной тропе, прочь от только что пережитого кошмара. Мы вышли из замёрзших земель и двинулись к Скайхолду. Я с нетерпением ждала тех ночей, когда мы разобьём лагерь на равнинах, прежде чем достичь подножия Морозных гор и войти в перевал. Несколько ночей в настоящем тепле звучали заманчиво. Я взглянула на Соласа, который молча ехал рядом на Сьюгене, и мягко толкнула его своей аурой, выводя из задумчивости. Он посмотрел на меня с лёгкой улыбкой, прежде чем его аура ответно коснулась моей. Мы уже немного обсуждали, что будет означать, если Имшаэль вырвался на свободу, но сошлись на том, что эту беседу стоит отложить до возвращения в Скайхолд и детального разбора. Его явно тревожило то, что мы узнали при встрече с демоном, и сам факт изгнания его обратно в небытие. Я знала, что его элувиан по-прежнему скрыт в камере под замком, как и его рюкзак с запасным снаряжением. Даже из воспоминаний Ассан было известно: Фен'Харел был непревзойдённым стратегом и планировщиком. За этим человеком закрепилась слава того, кто просчитывает каждую атаку и всегда имеет запасной план на случай, если запасной план тоже даст сбой. Эти мысли тревожили меня, заставляя гадать, что это сулит нам в будущем. Покинув горную тропу, мы наконец выехали на равнину, и Дориан подъехал ко мне. — Ты уже выбрала платье для обряда единения? — спросил он, поравнявшись со мной. Я посмотрела на него с рассеянным видом, всё ещё витая в мыслях о Соласе и о том, что его так гложет. — Что? — переспросила я, явно не понимая, о чём речь. Дориан одарил меня своим фирменным «терпеливым» взглядом, и я поморщилась, заранее зная: следующая фраза будет саркастичной до невозможности. — Платье, моя дорогая. Для великого дня, помнишь? Обряд единения с этим угрюмым, старомодным эльфом, — ответил он с едва уловимой насмешкой. — О, ну… я думала, мы просто проведём церемонию в доспехах, — парировала я, задиристо соглашаясь с характеристикой Соласа. Впрочем, он был не так уж далёк от истины… Солас и вправду частенько воплощал эти эпитеты в жизнь. Дориан простонал, а я через плечо улыбнулась Соласу. Он ответил улыбкой, но взгляд его был рассеянным — мысли явно витали далеко. Подавив желание громко вздохнуть или швырнуть в него чем-нибудь из-за его полной поглощённости темой Имшаэля, я сосредоточилась на раздражённом тоне Дориана и решила пока не трогать своего угрюмого эльфа. — Можешь шутить, но с тебя станется поступить именно так, — буркнул он, заставляя меня рассмеяться, а самого — нахмуриться. — Фенлин, ты должна учесть традиции. Разновидности блюд, цвет наряда, требования к самой церемонии… Я обратилась к воспоминаниям Ассан и знаниям, почерпнутым в Вир Дитара, где я корпела над древними книгами о ритуалах единения, и кивнула в знак согласия. — Есть традиции, которым мы последуем, но почему ты так беспокоишься, Дориан? В конце концов, не ты же выходишь замуж, — пробормотала я последнюю фразу, заработав от него уничтожающий взгляд, который он тут же поспешил скрыть. — Потому что, моя дорогая, у тебя не так много времени на подготовку. Потребуется время, чтобы заказать платье, составить меню и оформить всё… — Ты имеешь в виду, что тебе нужно время, чтобы подготовить собственный наряд, — поддела я, услышав густой смех Быка, ехавшего рядом с Дорианом. — Попалась, кадан [сердце моё], — заметил Бык, чем заслужил лишь свирепый взгляд тевинтерца. Я рассмеялась и покачала головой, а Дориан замолчал, глядя на меня с наигранным раздражением. О боги, они с Жозефиной явно это обсудили и сговорились. Он почти дословно повторяет её слова. — Дориан, пожалуйста, перестань суетиться. Ты уже почти хуже Жозефины, — подразнила я, и он театрально ахнул, изображая обиду. — Я попрошу Элен сшить моё платье и наряд для Соласа. Они будут довольно простыми, без орлесианской пышности. Сама церемония займёт всего несколько минут — мы просто произнесём слова друг другу. Никаких сестёр Церкви, никаких долгих, усыпляющих всех речей. Франсуа возьмёт на себя еду, но нам потребуется лишь две вещи: торт и вино. Бык, Варрик и Сэра рассмеялись, а я почувствовала, как нежная аура Соласа мягко переплелась с моей. — Никаких украшений. И никто не будет «выдавать» невесту? — уточнил Дориан, выглядя почти оскорблённым такой простотой. Он смотрел на меня так же, как Жозефина, когда я озвучила ей тот же план, и я вдруг поймала себя на мысли, как мне приятно, что он считает меня достойной чего-то грандиозного и пышного. Он был из тех мужчин, кем могли бы гордиться мои родители, приведи я его домой. Эта мысль слегка удивила меня, ведь я не вспоминала о них уже очень давно. — Нет, природа станет единственным украшением, ведь мы проведём церемонию в саду. Что касается «выдачи невесты»… зачем меня кому-то выдавать? Я не имущество, я самостоятельная личность. Обряд единения — это не про контракты и приданое, Дориан. Это выбор двух людей посвятить себя друг другу самым священным и личным образом. Связать наши души на все времена и вечность, от этой жизни к следующей — вот что мы обещаем своими действиями и словами. Это глубоко личное, очень сокровенное событие, момент предельной близости двух людей, и именно этим опытом мы хотим поделиться с друзьями. К тому моменту, как я закончила, на лице Дориана заиграла мягкая улыбка, и я порадовалась, что смогла донести до него свою мысль. Нам с Соласом не были нужны пышные торжества. Из воспоминаний Ассан я знала, что она бывала на многих таких, как и Солас. Эванурисы были крайне самовлюблённой компанией, и если не устраивать пир в их честь, кто-то непременно попадал в немилость. Вспоминая свою человеческую жизнь, я усмехнулась: мои родители тоже славились своими зваными вечерами на двести персон с полным обслуживанием и развлечениями. Мои губы слегка дрогнули при мысли о сходстве моих родителей с эванурисами. Неудивительно, что мы с ними не ладили. Солас слегка направил Сьюгена ближе, чтобы наши колени соприкоснулись. Я взглянула на него с нежной улыбкой, благодарная, что он следил за нашей беседой. Когда его взгляд, как и сейчас, полностью сосредоточился на мне, в животе затрепетало, а пульс участился. — Всё это звучит так романтично, — мягко вздохнула Кассандра, глядя чуть в сторону, на линию деревьев. Глаза Соласа по-прежнему не отпускали мой взгляд. В его синей глубине отражалась любовь ко мне, и я замирала от этого зрелища, пока он отвечал Кассандре. Звук его голоса пробегал мурашками по спине. — Так и есть.

***

В двух днях пути от Скайхолда мы нашли отличное место для ночёвки, укрытое в роще деревьев. Все двигались по лагерю как отлаженный механизм, каждый занимался своим делом. Я только что закончила расчёсывать животных на ночь и путала лошадей, чтобы они могли спокойно щипать траву вокруг. Я не стала путать только двух хартов и друффало Быка, зная, что они никуда не убегут во время выпаса. Ко мне лёгкой рысцой подбежала Сэра, сжимая в руках лук, и на её лице сияла широкая, наглая ухмылка. — Фенни, пошли, — поманила она меня. — Наша очередь добывать ужин, — напомнила она. Стоило мне подойти, как она тут же взяла меня под руку, и мы направились в лес на поиски добычи. Спустя час охоты мы с Сэрой уже тащили полностью разделанного и очищенного барана, направляясь обратно в лагерь. — Ты когда-нибудь думала, чем бы занималась, если бы тебя не протащило через разрыв и ты не стала бы И́нкви? Я на мгновение взглянула на неё, удивлённая вопросом, ведь я никогда об этом не задумывалась. Как только осознала, что это не сон и мир реален, я просто отложила прежнюю жизнь в сторону и стала Фенлин. Но стоило мне подумать об этом сейчас, как я поняла: всё ещё сидела бы в своей хижине на севере штата Нью-Йорк. Наверняка писала бы картины для какой-нибудь галереи или выполняла частные заказы. — Я бы занималась ровно тем же, чем и раньше — ничем важным, — пошутила я. Сэра рассмеялась, и мы продолжили путь к лагерю, но теперь мой разум закружился вихрем мыслей, порождённых её вопросом. В прошлой жизни я застряла в колее, и сама себя туда загнала. Я сама изгнала людей из своей жизни, предпочла одиночество, потому что устала разочаровываться. У меня было совсем мало знакомых, и то лишь потому, что они вращались в мире искусства. Даже с Сетом я познакомилась на открытии выставки. Я на мгновение задумалась о нём, осознавая, насколько глупо с моей стороны было принимать его предложение. Я знала, что не люблю его, да и он меня не любил, но убедила себя, что так будет правильно. Следующий логический шаг в жизни. Мы вошли в лагерь, и мой взгляд сразу нашёл его. Сердце тут же забилось чаще от одного вида Соласа. Бык подошёл, взял разделанного барана, которого мы с Сэрой притащили, и приготовился вешать его над костром. И там, в той жизни, его бы не было. Я определённо не хочу возвращаться в мир, где его нет. — Хорошая работа, леди, — бросил Бык, подвешивая тушу над огнём. Мои глаза по-прежнему были прикованы к Соласу, и я не могла остановить лёгкий румянец, заливающий лицо. Этот мужчина имел обыкновение одним лишь взглядом превращать меня в смущённого подростка с бушующими гормонами. Поправив выбившуюся из косы прядь и заправив её за ухо, я взяла протянутую Варриком кружку с элем и села рядом с Соласом. От того, как мягко сплелись наши ауры, кожа покрылась мурашками, пока я делала глоток эля. Да, я определённо ни капли не скучаю по своей прежней жизни.