Эхо сквозь время | Echoes Across Time

Твой возлюбленный называет тебя чужим именем. Его взгляд слишком долго задерживается на твоей лучшей подруге. Он с восторгом рассказывает о девушке с работы. И огонь разгорается. Ревность — эта тошнотворная смесь собственничества, подозрительности, ярости и унижения — может захватить твой разум и угрожать самым основам твоего «я», пока ты думаешь о сопернике. — Хелен Фишер

***

Точка зрения Фенлин Погода радовала, пока мы спускались по горному перевалу. Лето наконец вступило в свои права, и снег остался лишь на самых высоких вершинах. Деревья стояли в пышной листве, птицы перепархивали с ветки на ветку, занятые своими делами. Ветер нёс запахи земли, хвои, чистого горного воздуха и цветов. Под ярким солнцем я чувствовала себя удивительно счастливой. Каллен ехал впереди молча, рядом с Кассандрой и Варриком. Вероятно, он наслаждался тем, что наконец вырвался из замка и отошёл от бумаг. Я бы и сама не отказалась. Аура Соласа мягко коснулась моей. Я обернулась и нежно улыбнулась ему. — Фенлин, не задержимся ли мы на денёк в Вал Руайо? — поинтересовался Дориан, ехавший позади рядом с Быком. Я обернулась в седле Инанши. Дориан встретил меня приятной улыбкой. — Да, мне нужно забрать пару вещей в Вал Руайо. Полагаю, у тебя тоже есть дела? — ответила я, игнорируя любопытный взгляд Соласа. — Университет согласился одолжить мне книгу Дженетиви. Наша очаровательная Посол как-то убедила их расстаться с ней, — сказал он. Губы дрогнули в улыбке: Солас теперь смотрел на Дориана, уделяя ему всё внимание. — О, какая именно книга? — с интересом спросил Солас. — «Тень и таинственные духи», — возбуждённо ответил Дориан, и мы с Быком одновременно закатили глаза. — Превосходно, — поддержал Солас с тем же уровнем энтузиазма. Бык простонал, а я захихикала, уже зная, что будет дальше. Я знала: у этих двоих есть целый список книг, доступ к которым они умоляли университет предоставить. Жозефина частенько действует мне на нервы, но уж умение договариваться и получать желаемое у неё точно есть. — Разве вам не хватило времени в Тени, когда мы были там все вместе? — Аматус [возлюбленный], именно поэтому мы с Соласом и хотим этот том. В конце концов, не всем хочется читать: «Вилли много лет корпел, чтобы совершенствовать хитроумные механизмы, отправляющие заточённое копьё в зад неосторожного вторженца», — парировал Дориан, бойко цитируя Дженетиви. — А я бы почитал, — улыбнулся Бык. Я рассмеялась. Я знала: для Соласа это просто любопытство — посмотреть, что написал Дженетиви о Тени. Пока что почти всё написанное о Тени было, по его же словам (после того как он швырнул последнюю книгу с нашего балкона), «полной литературной дрянью». Для Дориана же это было ради знаний и… он склонен боготворить Дженетиви. — Эй, Босс, Солас тоже засиживается допоздна за чтением, как этот? — спросил Бык, кивнув большим пальцем на Дориана. — Нет, он слишком занят, чтобы читать, — ляпнула я не подумав. Солас посмотрел на меня с ехидной ухмылкой, а моё лицо мгновенно залилось пунцовой краской. Господи, ну почему? Почему я вечно влипаю в такие ситуации? Я закрыла лицо ладонями. Пока все вокруг хохотали над моей бестактностью, я готова была провалиться сквозь землю. — Чёрт возьми, Солас, ну ты и кобель, — пошутил Бык, заставив меня покраснеть ещё сильнее. Уши Соласа порозовели, но он смеялся и качал головой, пока я исподлобья наблюдала за ним сквозь пальцы.

***

Когда мы прибыли в Джадер, я помогла загнать хартов на корабль, пока Солас относил наши сумки на борт. Эти норовистые создания славились привычкой кусаться, и моё присутствие избавило меня от будущей головной боли, когда кто-то из матросов пришёл бы жаловаться. Убедившись, что наши харты надёжно закреплены в трюме и получили лакомства, я поднялась на палубу искать остальных. Пройдя по длинному коридору в сторону столовой, я обнаружила всех за самым большим столом. Варрик как раз тасовал колоду. Один вид карт заставил меня внутренне содрогнуться: я совершенно не умела играть в «Порочную добродетель». — Эй, Эскиз, присаживайся, я тебе сдам, — широко улыбнулся он. — Пожалуй, я просто сэкономлю тебе время и вывалю свои деньги на стол прямо сейчас, — ответила я, подходя к столу. Варрик хмыкнул, сдавая мне карты. — Обещаю, мы будем щадить тебя, Эскиз, — сказал он с плутоватой улыбкой, приложив руку к сердцу. — Как бы не так, — пробормотала я, забирая карты, пока остальные рассмеялись. Прошёл час игры, и я уже спустила Соласу десять соверенов. Самодовольный засранец лишь улыбался мне. — Венан [моё сердце], игра строится на обмане и хитрости ничуть не меньше, чем на подборе пар. Твоё выражение лица и язык тела выдают карты, которые у тебя на руках, — сказал он после моего очередного проигрыша. Я вскинула бровь, обдумывая его слова. — То есть ты хочешь сказать: «Я паршиво играю и больше никогда не должна садиться за "Порочную добродетель"»? Я правильно поняла? Солас рассмеялся, как и все остальные за длинным столом. — Именно. В уголках его глаз залегли мягкие складки, а взгляд искрился добродушием. Я провела пальцем по его переносице и легко коснулась кончика носа. — Наглец, — тихо засмеялась я. — Пойду принесу ещё выпивки, — крикнул Бык, поднимаясь. — Я помогу тебе, Бык, — сказала я, следуя за ним к встроенной барной стойке в столовой.

***

Точка зрения Соласа Солас провожал её взглядом. Он не упустил из виду, как Командор следит за ней, и его челюсть напряглась. Волк внутри него угрожающе зарычал. Соласу пришлось подавить порыв вскочить, рвануть Командора с места и ударить. Он уже давно знал, что Командор влюблён в неё. Присутствие Командора в этом путешествии лишь раздражало, и он с радостью обошёлся бы без него. Глотнув эля, он наблюдал, как она смеётся с Быком у импровизированной барной стойки. Его поражало, что Фенлин не замечает увлечения Командора. Единственное, что сохраняло хоть какое-то подобие спокойствия, — это безупречные манеры Командора рядом с ней. Он не раз видел, как тот держится профессионально и неизменно вежливо: ни единого неуместного жеста или навязчивых ухаживаний. Он молча наблюдал за мужчиной, допивая эль, а затем встал, чтобы помочь ей, когда она вернулась к столу. Она передала ему обе кружки из левой руки и улыбнулась. Его сердце неизменно замирало от одного этого вида. — Спасибо, — сказала она, передавая кружки Кассандре и Командору. Вернулся Бык с остальными. Она забрала у него две кружки и раздала их. Когда она села, он передал ей её кружку. Волк внутри него успокоился, стоило ей положить руку ему на бедро и сделать глоток эля. Это будет очень долгая поездка, — подумал он, отпивая эль.