***
Сидя у костра в компании Дориана, Каллена и Кассандры, я слушала их непринуждённую болтовню. В котелке булькали овощи, пока мы ждали возвращения Варрика, Быка и Соласа с охоты. Понятия не имею, куда подевался Коул. Лишь бы не притащил ещё какого-нибудь зверя, которого захочет приютить в Скайхолде. Я открыла скетчбук и повернулась на тихий смешок Каллена, наблюдавшего за мной. Я вопросительно взглянула на него, и он указал на книгу. — Теперь я понимаю, почему Варрик зовёт тебя Эскиз, — сказал он. Кассандра рассмеялась вместе с ним. — Она всегда при ней, — заметила она. Я показала ей язык, проигнорировав смех, и сосредоточилась на рисунке Инанши. — Залежи красного лириума уничтожены, а красные храмовники практически истреблены. Жаль, что Мэддокс счёл жертву единственным выходом. Но теперь у Самсона осталась лишь горстка бойцов и зачарованная броня, которую ему больше нечем подпитывать. Ты сделала это, — с улыбкой сказал Каллен. Я покачала головой, не отрываясь от рисунка. — Мы оба сражались, чтобы этого добиться. Не принижай свои заслуги, Каллен, ты тоже приложил к этому руку, — сказала я ему. — Что ж, я… спасибо, но моя работа ещё не закончена. Повисшая тишина была приятной, нарушаемой лишь потрескиванием костра да уханьем просыпающихся сов. Все резко подняли головы, когда тишину разорвал громогласный рёв боевого рога Быка, эхом прокатившийся по лесу. — Это был… — Каллен вопросительно посмотрел на меня. — Бык, — одновременно выдохнули Дориан, Кассандра и я, вскакивая и срываясь с места. Желудок свело от страха. Я бежала, не обращая внимания на ветки, хлещущие по лицу. Я знала: Бык не стал бы трубить, если бы не случилось что-то ужасное. Услышав его громкий крик и лязг стали, я почувствовала, как адреналин хлынул в кровь. Ноги заскользили по земле, и я резко затормозила, пропуская остальных вперёд. Сердце замерло: на земле неподвижно лежал Солас, а к нему уже сходились красные храмовники. Нет, нет, нет, нет, нет. Этого не может быть. Превращение в зверя произошло мгновенно. Я рванулась вперёд с оглушительным, сотрясающим землю рёвом, сбивая с пути Каллена и Кассандру. Страх подпитывал меня, звериная натура взяла верх, и казалось, будто я наблюдаю за этим кошмаром со стороны. Почувствовав, как слабеет его аура, я ощутила прилив магии, несущейся так же стремительно, как и мой страх. Ярость вырвалась наружу, обрушившись на красных храмовников и отбросив их прочь — вместе с моими же спутниками. Движения стали автоматическими. Я атаковала. Мои мощные челюсти сомкнулись на голове одного, отрывая её от плеч, пока я уже перепрыгивала через падающее тело к следующему. Храмовник-лучник прицелился в меня, но стрела отскочила от барьера. Ярость выплеснулась наружу, и моя магия испепелила храмовников там, где они стояли. Подбежав к Соласу, я увидела рваную рану на его горле и быстро склонилась, слизывая кровь, чтобы запечатать разрыв. Магия лилась в него, словно вода в пустой сосуд, подгоняемая страхом потери. Боковым зрением я уловила движение Быка и злобно зарычала на него. Всё тело сжалось в пружину, готовое атаковать, сделай он хоть шаг вперёд. — Прочь от него, — прорычала я, снова опуская взгляд на Соласа.***
Точка зрения группы — Дыхание Создателя, — выдохнул Каллен, глядя на огромного зверя, нависшего над Соласом. — Фенлин? — прошептала Кассандра, не веря своим глазам. — Не зли её, — крикнул Дориан Быку, увидев, как крупное кошачье существо угрожающе смотрит на его возлюбленного и говорит. Дориан почувствовал, как её голос, пропитанный магией невероятной силы, прошёлся по нему волной. Он знал, что с ней что-то изменилось, но никогда бы не подумал, что вот так. Лишь немногие маги способны принимать звериный облик, и учёные доказали: те, кто на это способен, обычно теряют доступ к магии в этой форме. — Не шевелюсь, — произнёс Бык, вздрагивая от рыка, чья вибрация отозвалась в костях и оттолкнула его на несколько шагов назад. — Она исцеляет его, — тихо сказал Коул рядом. Дориан удивлённо взглянул на него. — Фенлин не владеет исцелением, кроме мелких царапин, — так же тихо ответил он. Коул покачал головой. — Она не та же, но всё та же. Рас'Салладин¹ исцелит его, — загадочно ответил он. Дориан на мгновение застыл в полном замешательстве, прежде чем снова перевести взгляд на гигантское существо, излучающее колоссальную магическую энергию. Он отметил, что его подруга в этом облике в холке была значительно выше его возлюбленного. Рот Дориана приоткрылся, когда тело зверя начало светиться мягким мятно-зелёным светом, формируя магический барьер, подобного которому он никогда не видел. Зелёный свет вспыхнул ярче, а затем стал насыщеннее. Там, где лежал Солас, звучали тихие слова; их вибрация заполняла пространство, притягивая к ней саму Тень. Он покосился на Коула, который начал ёрзать, прислушиваясь к мыслям Фенлин. Кассандра ахнула, увидев барьер и мягкое зелёное свечение. Она уже видела подобное, но тогда это исходило от Соласа на Штормовом берегу, когда Фенлин была на грани. Она заметила, как Каллен дёрнулся от магической энергии, вихрем проносящейся через небольшую поляну, и потянулся к рукояти меча. Кассандра быстро накрыла его руку своей, останавливая движение. — Нет, Каллен, не надо, — прошептала она, качая головой. Каллен удивлённо уставился на неё, а затем снова посмотрел на Соласа на земле, озарённого магией, которую она вливала в него. — Она боится, что опоздала, — сказал Коул, переминаясь с ноги на ногу, прежде чем шагнуть к гигантскому зверю. — Ты с ума сошёл, парень, вернись сюда, — крикнул ему Варрик. — Всё хорошо, ты не опоздала, ты всё сделала правильно, — мягко сказал Коул, подходя ближе. Она прорычала ему в лицо, но Коул даже не дрогнул — он знал, что она не причинит ему вреда. — Он медленно приходит в себя, он идёт по связи, он не ушёл, — произнёс он, глядя в огромные янтарные глаза гигантской кошки. — Помоги ему, — прорычала она, заставляя дрожать землю под ногами. Глаза Соласа медленно открылись. Он увидел, что над ним возвышается Фенлин в зверином облике, охраняя его. Её аура и дух привязывали его к ней, точь-в-точь как он привязывал её к себе на Штормовом берегу. — Венан [моё сердце], — едва слышный шёпот коснулся её слуха, и огромная голова резко повернулась к нему, отворачиваясь от Коула. Солас смотрел вверх, в её крупное кошачье лицо. Янтарные глаза неотрывно и напряжённо держали его взгляд. Он чувствовал необузданную вибрацию её ауры, опасно гудящей, окутывающей их. Он ощущал её удушающий страх и понимал: она теряет контроль над звериным обликом из-за него. — Успокойся, венан, — прошептал он.***
Точка зрения Фенлин Мягкий звук его голоса принёс волну облегчения. Ярость отступила, контроль вернулся ко мне, позволяя вновь принять эльфийский облик. Упав на колени, пока слёзы струились по лицу, я нежно коснулась его лица дрожащими пальцами. — Только никогда не смей больше умирать и оставлять меня, — сказала я дрожащим голосом. — Ма нувенин [как пожелаешь], — слабо ответил он. Я прижала свои дрожащие губы к его бледным, а затем коснулась лбом его лба. Что ж, теперь тайна раскрыта, — прошептала я. Его взгляд не отпускал мой. Он слабо потянулся, пытаясь коснуться моей щеки. Я взяла его ладонь, прижала к своей щеке и закрыла глаза, просто благодарная, что он жив. Позади послышалось прочищение горла. Оглянувшись, я увидела Быка; его единственный глаз наблюдал за мной с осторожностью. — Отнести его обратно в лагерь, Босс? Я кивнула, проигнорировав лёгкую гримасу Соласа от мысли, что его будут нести на руках. — Пожалуйста, Бык, — глухо ответила я, отступая в сторону. Я наблюдала, как Бык осторожно поднял Соласа. Игнорируя взгляды остальных, я последовала за ним к лагерю.***
Смывая засохшую кровь с его лица и шеи, я чувствовала, как с каждым вдохом его аура набирает силу. Его взгляд следил за моими движениями, пока я сосредоточенно работала. У меня сейчас нет времени на срыв. Его рука перехватила мою, останавливая, и я наконец посмотрела на него. В его глазах читались нежность и понимание. Слёзы снова хлынули из глаз, и я уткнулась лбом ему в грудь. Он обнял меня, пока я плакала, успокаивающе проводя ладонью по спине, пока слёзы не утихли и я не подняла голову. — Это была не я, Солас… Я… не могла себя контролировать. Я хотела убить всё вокруг, — прошептала я, поморщившись от испуганного, дрожащего тона собственного голоса. — Всё в порядке, венан. Не бывает света без тьмы. Страх, гнев — это мощные эмоции, вызывающие сильные реакции. Со временем ты научишься преодолевать их, — спокойно ответил он. Я слабо улыбнулась ему. — Значит, практика ведёт к совершенству, — ответила я. Уголки губ Соласа слегка приподнялись в ответ, и я нежно поцеловала его. — Они захотят объяснений, — прошептала я, касаясь его губ. — Да, и ты дашь им его… со временем. А пока просто побудь со мной. Ты ведь не одна испугалась, едва не потеряв то, что любишь больше всего. Я смотрела на него мгновение. Сердце сжалось от его тихого признания, и я свернулась рядом, притягивая его ближе. Его руки обвились вокруг меня. Я чувствовала его неровное дыхание, когда он положил голову мне на грудь, прислушиваясь к биению сердца. Перебирая пальцами его волосы, я держала его, и страх, мучивший раньше, рассеялся вместе с ритмом его дыхания. — Ма нувенин, — прошептала я, целуя его в макушку. Его объятия слегка окрепли, когда он сделал ещё один дрожащий вдох, а я успокаивающе гладила его по спине.***
¹ Рас'Салладин — Тень Души; имя эвануриса Фенлин (эльфийский).