Эхо сквозь время | Echoes Across Time

Примечание: NSFW

***

Точка зрения эванурисов и Недозволенных Почему его дети не слушают его? Элгар'нан сидел во главе стола, слушая их препирательства, и начал массировать висок, сдерживая нарастающую головную боль. — Это не так просто и прямолинейно, Джун, — пылко возразил Фалон'Дин. Джун злобно посмотрел на близнеца. — Именно так, это ты всё слишком усложняешь, — быстро парировал он. — Нам стоит хотя бы проверить эти слухи. Если это правда, то мать и её питомец имеют значительное преимущество, — спокойно вставила Гиланнайн. — Ради чего? Если наша мать увидит кого-то из нас, ты правда веришь, что она просто подставит другую щёку и простит нас? Мы ведь пытались её убить, или ты забыл? — саркастично воскликнул Диртамен. Ударив кулаком по столешнице, Элгар'нан заставил всех мгновенно замолчать и посмотреть на него. — Я достаточно наслушался. Наше вынужденное заточение сделало каждого из вас мягкотелыми. Глядя на то, как вы все себя ведёте, я не сомневаюсь, что моя пара убила бы вас. Скорее всего, с приятной улыбкой на лице, — прорычал он, поочерёдно одаривая каждого тяжёлым взглядом. Элгар'нан мельком взглянул на Недозволенных, стоявших в тенях позади него, вне поля зрения, и жестом подозвал Зибенкек. — Расскажи этим глупцам, что тебе известно. Зибенкек склонил голову перед Элгар'наном, а затем обвел взглядом собравшихся за столом. — Тревис был сожжён дотла драконом, но лишь после того, как более двухсот рабов были освобождены. Джун и Силейз переглянулись с Элгар'наном. — Думаешь, она наконец решила обзавестись последователями, чтобы обрести силу? Этот вопрос крутился в голове Элгар'нана с тех пор, как он услышал доклад. — Я могу ручаться лишь за то, что известно. У меня нет ни малейшего понятия, что она станет или не станет делать, — ответил Элгар'нан. Все за столом выглядели крайне неуютно. — Это не всё, — сказал Зибенкек, снова привлекая всеобщее внимание, и они увидели, как Элгар'нан медленно покачал головой. — Митал и Фен'Харел также заручились поддержкой Забытых. — Духи, — прошептала Гиланнайн, хватая Джуна за руку. — Значит, она и впрямь намерена уничтожить нас, — произнёс Диртамен, глядя на Элгар'нана. Кивнув, он посмотрел на своего сына. Ни для кого не было секретом, что их союз с Митал был устроен по расчёту. Между ними не было любви. Она исполнила свой долг, подарив ему Андруил и близнецов, и закрывала глаза на его интрижки, которые привели в их семью Гиланнайн и Силейз. — Полагаю, она не станет ждать, пока мы попытаемся казнить её первыми. Она посчитает, что ей должны сполна за то, что было с ней сделано, и будет не так уж неправа, — ответил Элгар'нан. Голова Элгар'нана раскалывалась, он внезапно почувствовал сильную усталость и встал. — Мы продолжим этот разговор в другой раз. У меня невыносимо болит голова. Никто не проронил ни слова, когда он покинул зал и направился по коридору к своим покоям. Мысли роились в его голове, словно пыльные вихри, которые он наблюдал, когда они пересекали то, что теперь называют Свистящими пустошами. Открыв дверь своих покоев, он внезапно замер, увидев Гелему, сидящую на его кровати. Что, во имя духов, эта демоница делает в моих покоях? — Ты говорил, что у тебя болит голова. Я подумала, что если ты позволишь, я могла бы помочь и помассировать твои виски и шею, чтобы снять часть напряжения. Элгар'нан внимательно изучил её, не почувствовав никакого обмана в её предложении, и продолжил путь в комнату, закрыв за собой дверь. — Если ты желаешь предложить эту услугу, я приму её. Её полные красные губы растянулись в улыбке, полностью преобразив выражение лица демоницы и застав его врасплох. — Отлично, теперь садись. Сначала я помогу тебе снять сапоги, а затем мы устроим тебя поудобнее. Элгар'нан сел, а Гелема опустилась на колени перед ним и начала расшнуровывать его сапоги. Её огненно-рыжие волосы спадали через плечо, достаточно длинные, чтобы касаться пола. Как только он избавился от обуви, она быстро юркнула на его кровать, устроилась у изголовья и собрала вокруг себя подушки. Он понял, что она делает, превращая себя в импровизированное кресло, и когда она похлопала по кровати между своих бёдер, он переместился и откинулся назад. Как только он устроился, он почувствовал, как её пальцы медленно начали творить свою магию на его висках, и вздохнул. Это было именно то, что ему было нужно. Он сосредоточился на равномерном давлении, которое она использовала, и очистил свой разум. — Есть и ещё одна причина, по которой я здесь, Элгар'нан, — призналась Гелема. Элгар'нан вздохнул и посмотрел на неё снизу вверх, ожидая продолжения. — У меня есть идея, как мы можем застать их врасплох, — предложила она, переместив пальцы на его шею, чтобы продолжить массаж. — И какая же? — спросил он. — Ходят слухи, что кунари пытаются захватить южный Тедас. Если это правда, то они будут заняты ими, пока мы нанесём удар с противоположного направления. Элгар'нан был не против этой идеи. Это дало бы им необходимую возможность. Митал не была дурой и являлась более чем равным противником. Ему понадобится любое преимущество, которое он сможет собрать, если он собирается наконец избавиться от неё. — Это здравая мысль, если ты сможешь подтвердить, что слухи правдивы, — ответил он. Гелема согласно кивнула, и Элгар'нан почувствовал, как напряжение покидает его. Возможно, сработали её нежные прикосновения, а может, её идея расслабила его. Он сел, и она странно на него посмотрела. — Спасибо за массаж, Гелема. Твои руки волшебны, они сработали великолепно. Моя голова больше не болит, — сказал он ей, собираясь встать. — У меня есть и другие таланты, которые по-настоящему расслабят тебя, Элгар'нан. Он стремительно посмотрел на неё. Она смотрела на него, потупив взор, и он продолжил изучать её лицо. Он понял, что она предлагает, и обнаружил, что он не так уж против этого, как был когда-то. Прошло немало времени с тех пор, как ему требовалась компания желающей партнёрши. Убрав подушки с её колен, он схватил её за бёдра и стащил вниз по кровати, прежде чем прижать её руки над головой. — Что ж, давай проверим, насколько ты действительно талантлива, Гелема, — грубо произнёс он, прежде чем жадно впиться в её соблазнительные губы.

***

Точка зрения Фенлин — Нет, — твёрдо ответил Солас, качая головой. — Абсолютно нет. Я была готова к его сопротивлению, сделала небольшой вдох и продолжила спокойно наблюдать, как он меряет шагами наши покои. — Любовь моя, не мог бы ты просто успокоиться и дать мне минуту, чтобы объяснить... — начала я снова, но Солас вновь перебил меня. — Нет, не мог бы. Нет ничего, что ты могла бы сказать, чтобы твоё желание покинуть Скайхолд ради поимки Бриаллы в Вал Руайо стало логичным. Его серо-голубые глаза пронзали мою душу, я чувствовала, как во мне закипает гнев, и продолжала бороться с ним, пытаясь не взорваться. Наша связь гудела от нашего общего раздражения друг на друга. — Ты даже не дал мне... — Это не имеет значения... Моё терпение лопнуло, я шлёпнула ладонями по столешнице и резко вскочила на ноги. — Достаточно! — горячо рявкнула я, заставив Соласа прекратить расхаживать и наконец остановиться и посмотреть на меня. — Ты даже не даёшь мне закончить чёртово предложение, и это на тебя не похоже, Солас. Не знаю, какая муха тебя укусила, но вытряхни её, чтобы мы могли нормально поговорить, потому что наш текущий диалог ведёт в никуда. Уголки его губ дрогнули, когда он попытался сдержать улыбку, и я тяжело выдохнула, садясь обратно. — Я понимаю твоё беспокойство по поводу моей поездки в Вал Руайо, правда понимаю, но со мной всё будет в порядке. Ты забываешь, что это не первый раз, когда я путешествую беременной, и, вероятно, не последний. Солас наконец перестал метаться и подошёл, чтобы сесть рядом со мной за стол. — Да, однако это первый раз, когда мы ждём двойню. Я бы предпочёл, чтобы мы были осторожны. Нет никакой причины для твоего присутствия, когда мы найдём Бриаллу. Моя бровь поползла к самой линии волос. — Она устроила так, что вас захватили и чуть не продали. Она послала убийцу, чтобы убить Сири, потому что у неё какое-то больное помешательство. На человеке, который никогда не любил её и даже не намекнул, что может ответить взаимностью на её желания. — Сарказм пропитывал каждое слово, слетавшее с моих губ, и я не могла сдержаться. — И ты думаешь, у меня нет причин быть там, когда мы найдём эту коварную суку? — Это не изменит того, что должно быть сделано, будешь ты там или нет, — спокойно ответил он, и мне захотелось закричать; вместо этого я досчитала до десяти. — Я знаю, что ты просто пытаешься защитить меня, Солас, и я люблю это в тебе, но ты не можешь защищать меня до степени удушья. Солас нежно посмотрел на меня и потянулся через стол, чтобы взять мою руку. Его длинные, ловкие пальцы переплелись с моими, делясь теплом, и наша связь загудела от его любви ко мне, заставляя мои глаза наполниться эмоциями. — У меня никогда не было намерения душить тебя, венан [моё сердце]. Я не хочу, чтобы ты так чувствовала, когда в моём сердце есть только забота о тебе и наших детях. Ты, Эмитлен и теперь эти неизвестные малыши — это всё для меня и причина, по которой я продолжаю дышать. Если я могу сделать что-то, чтобы обеспечить вашу безопасность, то я обязан это сделать. Он поднял мою руку и поцеловал кончики пальцев, пока наша связь и его глаза передавали его эмоции, и моя решимость не относиться к себе как к хрупкой вещи растаяла, и я сдалась. — Я не фарфоровая, Солас, но я понимаю, почему ты так думаешь. Двойня — это новое приключение, и это, блин, серьёзно меня пугает. Я не уверена, что уже готова к этому. Солас обошёл стол и опустился на колени. Взяв меня за подбородок, он полностью заглянул в мои глаза. — Мне тоже страшно, венан, и всё же я не могу дождаться, когда отправлюсь в это путешествие с тобой рядом. Обвив руками его шею, я наклонилась вперёд и завладела его губами. Их мягкая полнота, движущаяся в такт моим, была именно тем, что мне было нужно, чтобы успокоить мои гормональные нервы. Его рука соскользнула с моего подбородка и скользнула вниз по стороне моей шеи, посылая маленькие разряды электричества по моему телу. Легко укусив его за нижнюю губу, он застонал, а его ладонь накрыла мою грудь. Его большой палец дразняще провёл по моему набухшему соску, и теперь была моя очередь стонать от желания. Солас прервал наш поцелуй, и мы оба пытались перевести дух, пока его глаза искали мои. Желание, которое я увидела в них, возбудило меня, я прикусила губу и мысленно улыбнулась, когда его взгляд мгновенно проследил за моим действием, прежде чем вернуться к моим глазам. Потянувшись вверх, я провела кончиками пальцев по линии его челюсти. — Знаешь, именно этот твой взгляд втянул нас в эту переделку в первую очередь, — поддразнила я. Его плутовская улыбка заставила моё тело чувствовать себя так, словно оно тает, и он взял мою руку, которая гладила его челюсть, и поцеловал мою ладонь. — Я приму это к сведению, — ответил он, и хриплость его голоса была достаточной, чтобы я начала стягивать с себя одежду. Протянув руку и схватив воротник его туники, я облизнула губы и притянула его ближе. — Не сомневаюсь, что примешь, но вопрос в том, что ты собираешься с этим делать теперь, когда ты сделал свою пару очень... голодной? Взгляд Соласа сверкнул озорством, и я не смогла сдержать улыбку. Он внезапно встал, а затем подхватил меня со стула и заключил в свои объятия. Обвив руками его шею, я почувствовала, как он наклонился и поцеловал меня, прежде чем направиться к нашей кровати. — Не годится, чтобы моя пара оставалась такой неудовлетворённой. Мой долг — исправить эту проблему напрямую. Я хихикнула, когда он бережно опустил меня на нашу постель. — Немедленно звучит отлично, — дерзко сказала я. Солас стянул тунику через голову, и у меня пересохло во рту, когда его подтянутый живот открылся передо мной. Мой взгляд метнулся к его лицу, и я увидела его самодовольную ухмылку — он поймал меня на том, что я пялюсь. Я выдержала его взгляд почти вызывающе. Его взгляд стал более хищным, и я почувствовала, как его волк крадётся под поверхностью, пока он медленно заползал на кровать. Я потянулась, обвила одной рукой его шею и озорно улыбнулась ему в лицо, ожидая. Его глаза не отрывались от моих, когда он опускался, пока не накрыл меня, опираясь на локти. — Ты весьма искусна в том, чтобы испытывать мужскую приверженность самоконтролю, венан, — сказал он, наклоняясь и проводя кончиком носа по моей шее. — Мне требуется вся моя сила воли, чтобы не сорвать с тебя одежду и не овладеть тобой во всех возможных позах, — проговорил он соблазнительно прямо у моей кожи. — Я хочу услышать от тебя все мыслимые звуки, пока твои крики сдачи не разнесутся по всей комнате. Его хрипловатое признание, прошептанное-процелованное на мою кожу, ударило прямо в центр моего естества, и мои бёдра приподнялись ему навстречу, ища освобождения, которого требовало моё тело. Закрыв глаза, я почувствовала, как его губы сменили дыхание и начали прокладывать путь вниз по моей шее, зажигая маленькие огоньки на своём пути. Проводя руками по его плечам, я наслаждалась теплом его кожи, которое возбуждало меня ещё сильнее. Он целовал вдоль ключицы, вызывая во мне быструю дрожь желания, пока его ловкие пальцы расстёгивали пуговицы моей туники. — Ты этого хочешь, венан? Чтобы я исчерпал тебя до тех пор, пока ты не перестанешь думать? — спросил он, прежде чем укусить меня за плечо. Это что, вопрос с подвохом? Эта прелюдия убивала меня, и я провела ногтями вниз по его спине, притягивая его взгляд обратно к моим глазам. Я увидела расплавленное серебро, затаившееся под поверхностью, словно рыбы под водой, и почувствовала, как его магия потянулась к моей. — Для человека, который говорит о том, чтобы сорвать с меня одежду и брать меня, пока я не смогу ни говорить, ни думать, ты слишком много болтаешь и слишком мало берёшь, — ответила я прерывисто. Зрачки Соласа сузились, а затем он озорно улыбнулся мне. — Как пожелаешь, — ответил он, и ещё одна восхитительная дрожь пробежала по мне. Прежде чем я успела моргнуть, он снял с меня рубашку и штаны. Удивление охватило меня, когда он без усилий перевернул меня на живот и поставил на колени. Я почувствовала, как его пальцы проверили мою готовность, прежде чем он одним уверенным толчком вошёл в меня. Его движения были полными и жёсткими. Он следил за тем, чтобы задеть тот чувствительный узел нервов, встроенный в мои шелковистые стенки. Вцепившись в кровать, я издавала крики чистого наслаждения от каждого толчка. Мой оргазм приближался быстро, когда он двигался во мне сконцентрированными, глубокими толчками. Он знал, чего хочет моё тело, и, о боги, как я любила его за это. Одной рукой он держал меня за бедро, а другой скользнул вперёд и начал ласкать тот чувствительный бугорок, спрятанный между моими бёдрами — и этого оказалось достаточно. Двойная стимуляция была слишком сильной, моё тело задрожало, когда я достигла пика, выкрикивая его имя. Он вытянул из меня каждое ощущение, пока я не была уверена, что больше не смогу стоять на коленях, так как моё тело сотрясалось от удовольствия. Солас замедлил толчки, снова разжигая моё желание медленным огнём. Стенки моего лона всё ещё трепетали от первого оргазма, так что каждое движение его плоти внутри меня вызывало маленькие вспышки по всему телу. — Снова, — сказал он, выходя из меня и переворачивая на спину. Тяжело дыша, я уставилась на него. — Снова? О боже, опять эта улыбка. — Ты не только можешь думать, но и можешь говорить. Снова, — ответил он, входя в меня. Моё тело откликнулось и сжалось вокруг него. Его рот прильнул к моей груди, и соблазнительное скольжение его языка по соску отправило меня за край снова, и калейдоскоп цветов, вспыхнувших за закрытыми веками, ослепил меня, когда я снова выкрикнула свою разрядку. Он переждал мой оргазм и продолжил играть на моём теле, как на хорошо знакомом инструменте. Я понятия не имела, откуда у него такая выносливость и контроль, но моё тело было в восторге. Каждый толчок медленно сводил меня с ума, пока моё тело продолжало откликаться на его приятное вторжение. Его магия соблазнительно ласкала мою, поднимая моё удовольствие ещё выше. Чем больше он давал, тем больше я хотела. Словно моё тело принадлежало не мне. Солас соединил свою ауру с моей и поделился тем, что чувствовал, занимаясь со мной любовью, и мой разум опустел, когда всё моё тело затряслось от удовольствия. Это было слишком много. Выкрикнув его имя, я снова сорвалась с обрыва наслаждения, и на этот раз он был со мной. Его крик удовлетворения достиг моего затуманенного сознания, когда его движения стали неистовыми, и он погрузился в меня до самого основания. Лёжа под ним, мы тяжело дышали в унисон, дрожа, когда разделённый оргазм всё ещё посылал маленькие волны экстаза сквозь нас. Солас медленно перекатился, чтобы лечь рядом, и притянул меня к себе. Свернувшись у его бока, совершенно обессиленная, я закрыла глаза. Наша связь гудела от нашей любви друг к другу, и мои глаза отяжелели вместе с телом. Улыбнувшись, я поняла, что единственное, на что я сейчас способна, — это вздремнуть. Размеренный стук его сердца у моего уха убаюкивал меня.

***

Дориан вскинул руку, его выражение было полным недоверия. Я знала, что он подумает, будто я сошла с ума. Он смотрел на Соласа так, словно пытался подтвердить свои подозрения. — Смотрю, эта беременность наконец довела тебя до безумия. Бык усмехнулся и положил руку на плечо Дориана. — Просто выслушай её, кадан [сердце моё]. Терпеливо улыбнувшись моему другу, я увидела, как удивлённое выражение Дориана переключилось на Быка. Мысленно покачав головой, пока Дориан продолжал свою драму, Солас взял меня за руку. — Твоя идея заключается в том, чтобы я вошёл в Магистериум и объявил им, что всё, что мы знали, было ложью. А затем, чтобы дополнить эту кучу дерьма вишенкой на торте, ты хочешь, чтобы я велел им покончить с рабством, иначе... Ты, должно быть, бредишь, если веришь, что они станут слушать, — сказал он, скрещивая руки на груди. Я постучала ногтем по столу, чтобы привлечь внимание Дориана, и его карие глаза метнулись обратно ко мне и едва заметно прищурились. — Мы знаем, что они не станут слушать тебя, Дориан, но некоторые из тех рабов — могут. Глаза Дориана прищурились ещё сильнее, и он задумчиво погладил свои усы двумя пальцами, что сигнализировало о том, что он наконец начал обдумывать мою просьбу. — Просто подумай об этом. Ты однажды сказал мне, что рабы превосходят магистров по численности десять к одному, и это как минимум. Если они начнут верить, что где-то есть кто-то достаточно могущественный, чтобы дать отпор, это может стать именно той мотивацией, которая им нужна. — Ты говоришь о восстании, — произнёс Дориан, обводя взглядом всех присутствующих за столом. Пожав плечами, я одарила его приятной улыбкой. — Я предпочитаю думать об этом как о давно назревшей расплате. Веками Тевинтер брал то, что хотел, не заботясь о боли, которую причинял. Не думаешь ли ты, что пришло время не только положить конец лжи, но и исправить зло, причинённое эльфам? Дориан выглядел неуютно, и я не могла его винить. Он был окружён группой очень могущественных эльфов, и прямо сейчас они все смотрели на него, ожидая ответа. По сути, мы просили его повернуться спиной к своим соотечественникам и выбрать сторону. Я наклонилась вперёд, сжала его руку, лежавшую на столе, и ободряюще стиснула. — Ты говорил об изменениях, которые хотел бы видеть в своей стране, и одним из этих изменений была отмена рабства, и я верила тебе, — сказала я, указывая на всех собравшихся. — Позволь нам помочь тебе осуществить это изменение, Дориан. Вместе мы сможем положить хорошее начало. Дориан выдержал мой взгляд, его ранее напряжённые плечи медленно расслабились, и с его губ сорвался тяжёлый вздох. Он мельком взглянул на Быка и увидел, что тот улыбается. — Как ей удаётся уговорить меня на такие нелепые затеи? Бык усмехнулся, хлопнул его по плечу, и Дориан вернул своё внимание мне. — Когда ты хочешь, чтобы я выехал? Сжав его руку ещё раз, я отпустила её. — Через пару дней, — ответила я, и Дориан кивнул. С театральным вздохом он встал и разгладил свою шёлковую тёмно-синюю тунику, которая подчёркивала карий цвет его глаз и тёмный загар кожи. — Что ж, полагаю, мне пора идти собираться. Солас усмехнулся и встал, чтобы последовать за Дорианом. — Прежде чем ты уйдёшь, есть кое-что, что я хотел бы тебе показать, и, полагаю, ты найдёшь это интересным. Я увидела любопытство в глазах Дориана и ухмыльнулась. Книга, которую Солас приготовил для него, займёт Дориана надолго, поскольку она была написана во времена расцвета Империи. В ней описывались детали, не известные в настоящее время, о том, как много они на самом деле отняли у эльфов. Не только магически, но и культурно. Вплоть до падения Арлатана Империя ломала голову над тем, как им одолеть Элвен. Бык проводил их взглядом. — Это книга, да? — спросил он. — Ага, — ответила я и усмехнулась, когда Бык застонал, а я похлопала его по массивному плечу. — Ты любишь его за это, и ты это знаешь. Серый глаз Быка мельком взглянул на меня, а на его красивом лице заиграла ухмылка. — Да-да, сыпь соль на рану, — пошутил он, вставая и покидая зал совета.

***

Точка зрения Аннеи Аннея сжимала послание и постучала в дверь магистра Каландриаса. Эльфийская служанка, потупив взор, открыла ей дверь, и Аннея вошла, одарив девушку кивком в знак признания, прежде чем сосредоточить внимание на своём покровителе. Он оторвался от фолианта, который читал, и с любопытством посмотрел на неё. Протянув послание, она молча ждала, пока он его прочтёт. Магистр Каландриас развернул пергамент и прочитал то, что Аннея прочитала десять минут назад. Вен подтвердил сообщения о том, что произошло в Тревисе. «Аннея, Я нашёл пропавший груз, который должен был отправиться из Тревиса в Минратоус. Слухи об эльфийских нападавших подтвердились. Наша группа выдвинулась, чтобы попытаться вернуть украденные товары, но я единственный, кто выжил в этом предприятии. Наши противники — маги, не похожие ни на кого, с кем мы когда-либо сталкивались раньше. Как думаешь, что мне теперь делать? Я знаю направление, в котором они движутся. Очень надеюсь, что эта информация чего-то стоит для тебя. Вен» — Создатель, — прошептал Каландриас, роняя послание и потирая лицо. Он неуютно посмотрел на Аннею. — Эта информация не должна прозвучать в Магистериуме. Они никогда не поверят. Они лишат меня титула и оставят нас обоих квесторами на задворках Ста Столпов, и это если нам повезёт. Аннея не была уверена, что согласна с ним, но спорить было не её делом, и она кивнула. Каландриас взял сообщение, положил его в ящик своего стола, и она восприняла это как сигнал к уходу. — Передай ему, чтобы он оставался на месте, и что я найду ему подходящих воинов, которые помогут ему в возврате моей собственности. Аннея остановилась и одарила его лёгким кивком, прежде чем открыть дверь. Снаружи, у кабинета Каландриаса, ждала эльфийская служанка, и Аннея жестом указала на комнату. — Можешь возвращаться к своим обязанностям. Мы закончили наши дела. Эльфийка кивнула и быстро юркнула обратно в кабинет, чтобы завершить уборку. Аннея направилась по коридору к своему собственному маленькому кабинету. Ей нужно было отправить ответное сообщение Вену вместе с оплатой за информацию.