Эхо сквозь время | Echoes Across Time

Точка зрения Аннеи После нескольких недель путешествия по неспокойным водам Аннея наконец прибыла в Редклиф. Последний разговор с магистром Каландриасом не просто разозлил её, но и подтолкнул убраться оттуда со всей возможной поспешностью. Этот человек был напыщенным ослом со своими идеями о том, что ей следует и не следует делать, чтобы найти эльфийских магов, заявившихся в Минратоус. Текущее восстание эльфов в Минратоусе не стало большим сюрпризом. Особенно учитывая, сколько магистров игнорируют эльфийских магов, пришедших за Павусом. Называя их шарлатанами, магистры не могли развеять веру эльфийских рабов, и, честно говоря, она и сама в это не верила. Аннея стояла на причале Редклифа с тяжёлой сумкой у ног и смотрела вверх на замок на краю утёса. Она мельком видела его с палубы корабля, когда пересекала озеро. Ещё находясь на корабле, она проплывала мимо башни магов, возвышающейся посреди воды на собственном острове, и заметила, что она не пуста. Даже после того как Инквизитор освободила магов, некоторые из них предпочли остаться в Круге. Южный Тедас так разительно отличался от её дома в Тевинтере. Почему маг добровольно выбирает жизнь в заточении вместо свободы, не укладывалось в голове. Один из мужчин, сходящих с корабля позади неё, задел её плечо, и, когда она взглянула на него, он одарил её лёгким оскалом, проходя мимо. На минуту, стоя там на причале, она забыла, что жители Южного Тедаса не слишком радушно принимают магов или её соотечественников. Осознав это, она наклонилась, подхватила сумку и быстрым шагом направилась по причалу к таверне на холме. Последнее, что ей было нужно, — это привлекать к себе внимание. Надеюсь, у трактирщика найдётся комната, которую можно снять, пока она ждёт прибытия своего контакта. Он должен был появиться через два-три дня после её прибытия в Редклиф. Глаза резанул резкий контраст освещения, когда она вошла в тёмное помещение таверны. Тёмные панели на стенах и горстка разбросанных свечей, освещающих столы, едва разгоняли сумрак. В таверне не было много окон, пропускающих естественный свет, и пространство источало атмосферу тесноты и неблагонадёжности. С осторожностью подойдя к трактирщику за стойкой, она попросила комнату. Он на мгновение окинул её взглядом, прежде чем вернуться к вытиранию кружки. — Ага, есть одна. Два медяка за ночь. Заплатив медяки и сняв комнату, она поднялась наверх, чтобы убрать вещи, и переоделась из дорожного костюма во что-то более соответствующее моде жителей Редклифа. Она внимательно следила за тем, что носят местные женщины, и если не хотела привлекать внимания, ей нужно было ассимилироваться. Население Тевинтера одевалось модно. По её наблюдениям, для её южных собратьев это не имело значения. Аннея спустилась вниз в общий зал и заказала чай, наблюдая за окружающими. Трактирщица принесла ей корзину хлеба к чаю, и Аннея держала голову опущенной. Пока что она будет тихо наблюдать, и, может быть, если повезёт, услышит что-нибудь об эльфийских магах и о том, где они прячутся.

***

Точка зрения Фенлин — Это невозможно, — тихо произнесла Митал, пока мы с Соласом стояли в зале планирования, обводя взглядом стол и остальных, которые выглядели не менее ошеломлёнными. Солас наполнил нашу связь успокоением, и я улыбнулась ему, прежде чем снова переключить внимание на Митал. — Все здесь знают, что Эмитлен владеет как светом, так и тьмой. Он использует магию Тени и магию Бездны. На Перекрёстках мы стали свидетелями того, как он применил магию смерти, превратив Антаам из тридцати человек в пепел. Обычно его глаза меняются, как наши, когда он использует магию, но в этот раз они были чёрными, как оникс, словно он был самим воплощением смерти. Все за столом выглядели неуютно, пока Анарис не покачала головой и не окинула всех раздражённым взглядом. — И что? Он — смерть и разрушение. Никто из нас в этой комнате не похож на пушистого котёнка. У всех нас есть силы, способные убивать, просто его более разрушительны. На чём мы должны сосредоточиться, так это на том, что он могущественнее всех нас в этой комнате, и это хорошо. Элгар'нан не ожидает, что он сможет его одолеть. — Элгар'нан постарается уничтожить его как можно быстрее, — недовольно парировала Митал. — Пока не придёт время, мы должны найти способ скрывать способности Эмитлена, — объявила она. Я обвела взглядом комнату, видя согласные кивки на их лицах, и мне захотелось закричать от разочарования. Они хотели, чтобы я отправила своего сына прочь. Да, это было для его защиты, но всё равно я не хотела этого делать. Я взглянула на Соласа, увидела печаль в его глазах и поняла, что он собирается мне сказать. Нравится мне это или нет, Эмитлена нужно будет спрятать, и как можно скорее. — Венан [моё сердце], так будет лучше. Пока что. Он — наш лучший шанс на победу, а мы ещё не готовы сражаться. Если мы сможем подождать, пока Эмитлен достигнет полной зрелости, невозможно предсказать, чего он сможет достичь. Я покачала головой, сжимая кулаки от разочарования. — И куда ему идти? Где будет достаточно далеко, чтобы Элгар'нан и остальные не смогли его найти? Оглядывая стол, я видела, что все выглядят неуверенными. Гельдауран задумчиво постучал по подбородку, прежде чем раскинуть руки. — Почему не в Бездну? Все задумались, кроме Соласа, который отрицательно покачал головой. — Хотя это хорошее место, чтобы избежать обнаружения, это ослабит его магически, когда он вернётся. Завеса не подавляет магию в Бездне. Все здесь могут вспомнить чувство истощения от отсутствия доступа к Тени, когда они покидали её. Все, кроме меня, согласно кивнули, и я взглянула на него. — Значит ли это, что Адален Дурлан тоже не подойдёт, потому что он находится на Перекрёстках? Солас быстро взглянул на меня, задумался и задумчиво постучал пальцем по подбородку. — Возможно, это будет лучше всего. Это хорошая крепость. Она хорошо скрыта. Завеса там тонка, но не настолько, чтобы повлиять на его магические способности. Это также будет хорошим местом для его тренировок. Он сжал мою руку, пытаясь успокоить меня, а Митал хлопнула в ладоши, словно дело было уже решено. — Тогда решено. Эмитлен отправится в Адален Дурлан, пока не настанет время действовать против Элгар'нана. Мы не должны тратить время на его перемещение. Солас почувствовал моё раздражение от поспешного решения Митал и сжал мою руку. Я взглянула на него и знала, что он видит гнев в моих глазах, прежде чем я повернулась к Митал и остальным. — Эмитлен уедет, когда сам будет к этому чертовски готов. Его не будут выталкивать за дверь. Возможно, мы выбрали путь, чтобы сохранить его в безопасности, но у него есть выбор, хочет ли он вообще по нему идти. Он не обязан нам подчиняться. Он один из нас. Равный, пусть и молодой, но всё же равный. То, что, как я надеюсь, вы все помните. Анарис ухмыльнулась. Гельдауран и Даэрн'тал выглядели должным образом пристыженными, но Митал была готова спорить, и Солас поднял руку. — Ты права, венан. Мы обсудим с Эмитленом варианты и посмотрим, что он сочтёт подходящим для себя. В конце концов, выбирать должен он. Выражение лица Митал стало ещё холоднее, и она покачала головой в знак несогласия. — Я всё ещё считаю, что мы тратим время впустую, но если вы чувствуете, что так будет правильно, пусть будет так. Мы проводили её взглядом, когда она выходила из комнаты, и Анарис рассмеялась, качая головой. — Не думаю, что ей понравилось, когда ты сказала ей «нет». Я рассмеялась и покачала головой. — Я не говорила ей «нет». Я просто напомнила ей, что у Эмитлена есть мозг, и мы должны позволить ему его использовать. Я знаю, что как только мы объясним ему ситуацию, он поймёт важность того, чтобы уйти в тень, пока не настанет время показать себя эванурисам. Митал не ошиблась, сказав, что Элгар'нан захочет его смерти. Я просто не хочу делать выбор за него, когда он вполне способен сделать его сам. Те, кто остался в комнате, согласно кивнули, и мы все вышли. Я не ждала с нетерпением момента, когда придётся отправить Эмитлена прочь. Даже если это было ради его безопасности.

***

Точка зрения Эмитлена — Мы говорили с остальными о твоей способности использовать истинную магию смерти, и все считают, что если Элгар'нан узнает об этом, он найдёт способ нацелиться на тебя и убить. Поэтому мы подумали, что, возможно, использование нашего дома на Перекрёстках, который хорошо скрыт, было бы хорошим местом, чтобы ты залёг на дно и тренировался. Туда можно попасть только через элувиан, который настроен только на нас. Мы с Лин смотрели на моих родителей. Чувство тревоги наполнило меня при мысли о разлуке с ней. Как долго, по-твоему, тебя не будет в этот раз? — спросила Лин. — Как долго? — спросил я, сглатывая ком тревоги, растущий в горле. Бабаэ [папа] пожал плечами и откинулся на спинку стула. — Мы не уверены. Мы знаем лишь то, что сейчас не готовы противостоять Элгар'нану и остальным. Мы знаем, что сокрытие твоих способностей от них — единственный способ обеспечить твою безопасность, пока твоя магия не достигнет полной зрелости, и в конечном итоге не принесёт нам победу. Фен'едис! Они говорят о трёх годах. Изумрудные глаза Лин расширились, и её хватка за мою руку стала крепче. Не без меня, — ответила она, а затем посмотрела на моих родителей. — Я пойду с ним. Мамаэ [мама] и бабаэ на мгновение застыли с шокированными выражениями лиц, прежде чем мамаэ подалась вперёд, уже выглядя так, будто ей не нравится эта идея. Что касается меня, я считал эту идею хорошей. Никто из нас не любил разлучаться друг с другом. — Милая, не знаю, хорошая ли это идея. Я знаю, что вы встречаетесь, и понимаю твоё нежелание разлучаться так надолго, но поверь мне, если этому суждено случиться, время в разлуке ничего не изменит. Я посмотрел на мамаэ и покачал головой. — Разве это не нам решать? Я понимаю, что ты беспокоишься, потому что мы ещё не связаны узами, но мы будем. Дядя Фелассан и тётя Сири знают, что я объявил Лин своей парой. Я не уеду без неё, если она захочет отправиться со мной. Я выдержал её взгляд, пока она смотрела на меня. Бабаэ прочистил горло, и я посмотрел на него. Он проницательно изучил меня, прежде чем встать и заложить руки за спину. Мы с мамаэ вздохнули, когда он начал медленно расхаживать. Мне предстояло выслушать лекцию или урок. Не имело значения, что именно, любое будет долгим, но я не собирался уступать. Не в этот раз. — Я понимаю ваши чувства по этому поводу, но вы должны понять и наши опасения. Вы оба ещё молоды, и у вас будет предостаточно времени вместе. Эта разлука будет лишь мгновением, а затем вы сможете провести церемонию связывания. Лин на мгновение посмотрела на меня, прежде чем обратиться к бабаэ. — Ваши опасения отмечены и услышаны, но мы поедем вместе. Я не могу жить без него больше, чем он без меня. В конце концов, дядя Солас, тётя Фенлин, нам не нужно, чтобы вы понимали. Вам нечего позволять или запрещать. Мы взрослые, и прямо сейчас нам нужно, чтобы вы уважали наше решение. Это наш выбор. Не ваш. Вы хотите, чтобы Эмитлен ушёл в тень, пока его магия не достигнет зрелости. Что ж, это три года. Три года наших отношений, которые мы никогда не вернём. Для вас, проживших сотни лет, это может показаться недолгим сроком, но для нас это звучит как целая вечность. Отлично сказано, моё сердце. Она взглянула вверх, и её глаза засияли любовью. Я всегда буду рядом с тобой, Эми. Я обхватил её лицо и поцеловал в лоб, прежде чем посмотреть на родителей. — Мы соберёмся и подготовимся к отъезду утром. Спокойной ночи, — сказал я, уводя Лин с собой.

***

Точка зрения Фенлин Мы стояли вместе в ошеломлённой тишине, когда Эмитлен и маленькая Фенлин покинули наши покои. Когда дверь тихо закрылась, я скрестила руки и рассмеялась. Солас с любопытством посмотрел на меня, и я не могла его винить. Думаю, это произошло впервые. — Не знаю, стоит ли мне аплодировать или немного злиться из-за того, как дипломатична она была, словно настоящий посол, сказав нам не лезть не в своё дело. Мы смотрели друг на друга ещё мгновение, прежде чем оба рассмеялись. Через пару минут Солас согласно хмыкнул. — Она была дипломатична, как настоящий посол. Я буду гордиться, называя её нашей дочерью, когда они наконец свяжут себя узами. Мы разделили тихий момент согласия, прежде чем Нел и Кир проснулись от дневного сна и начали капризничать. Что бы ни случилось, я не хотела, чтобы они уезжали, потому что это означало конец этой главы его жизни, и теперь он начнёт новую, свою собственную, а это значило взросление. Это также означало, что мне придётся смириться с тем фактом, что мой малыш стал мужчиной. Утром мы встали рано и встретились с Сири и Фелассаном в обеденном зале. Пока мы ели, мы с Сири обменялись несчастливыми взглядами, когда наши дети подошли. Никто из нас не хотел, чтобы они уезжали, но в конце концов мы знали, что ничего не можем с этим поделать. Эмитлена нужно было спрятать, а маленькая Фенлин была его второй половиной. Мы оба это знали. Так что, нравится нам это или нет, наши дети уезжали сегодня. Эмитлен поприветствовал Сири поцелуем в щёку: «Доброе утро, тётя Сири», прежде чем подойти к Фелассану и протянуть ему руку. «Дядя Фелассан». Фелассан крепко сжал его предплечье, прежде чем притянуть его для объятий, затем отпустил и сел обратно рядом с Сири. Эмитлен перешёл, чтобы сесть рядом с маленькой Фенлин, и помог ей наложить еду в тарелку. Они действительно были хорошей парой. Солас посмотрел через стол на двоих, смирившись с тем, что его сын уезжает сегодня. Прошлой ночью он выразил своё недовольство необходимостью этого, и я видела, что он старается не показывать им своих чувств. — У вас есть всё необходимое? Эмитлен кивнул и быстро прожевал кусок колбасы, который только что засунул в рот, чтобы ответить. — Да. Поскольку есть ещё те, кто остался присматривать за замком, мы должны быть в порядке. Если нам что-то понадобится, мы можем вернуться за этим, или я свяжусь с тобой в Тени. Солас согласно кивнул. — Хорошо. Хорошо, — сказал он и снова принялся за еду. Митал подошла и сжала их обоих за плечи там, где они сидели. — Всё так, как должно быть. Счастливого пути вам обоим, — сказала она, прежде чем уйти. Мы все проводили её взглядом, когда она пошла и села рядом с Гельдаураном, а маленькая Фенлин наклонилась и прошептала: «Могла бы она быть хоть капельку конкретнее?» Когда мы все разразились смехом, мы продолжили трапезу. Как только мы закончили, все встали, отнесли посуду на кухню, а затем последовали за Эмитленом и маленькой Фенлин вниз, к элувиану. Я быстро заметила, что их рюкзаки уже стояли рядом с зеркалом. Их вид вбил в меня осознание того, что они действительно уезжают вместе и, скорее всего, их не будет полные три года. Я знала, что смогу навещать их, просто это будет не то же самое без них. Рука Соласа обвила мои плечи и крепко притянула меня к его боку. Когда я взглянула на него, я увидела неподдельные эмоции в его взгляде, пока он смотрел на нашего сына. Я почувствовала гордость, которую он испытывал, текущую через нашу связь, и его печаль от их отъезда. После того как все обнялись и попрощались, Эмитлен и маленькая Фенлин перекинули рюкзаки через плечо и повернулись, чтобы помахать нам, прежде чем Эмитлен положил руку на поверхность элувиана, открывая зеркало на Перекрёстки, взял свободную руку маленькой Фенлин и шагнул сквозь него. Мы ждали, пока зеркало не потемнеет, прежде чем отвернуться. Теперь, когда они не могли видеть, я позволила слезам на мгновение упасть. Это было новое начало. Для всех нас, но также и горько-сладкий конец. Мы вырастили одного ребёнка, и теперь он покинул наш дом, чтобы подготовиться к битве, и никто из нас не был уверен, когда она наступит. Поднимаясь по лестнице вслед за Соласом вместе с Фелассаном и Сири, я не была совсем уверена, что чувствую по поводу всего этого. Мой старший сын нашёл свою собственную любовь, которая, я уверена, была предначертана, и теперь они были сами по себе. Тренировались и готовились к неизбежной атаке Элгар'нана. Это было слишком много, чтобы уложить в голове. Не только всё это, но и то, что у меня был взрослый ребёнок. Я не чувствовала себя такой старой. Ну, по крайней мере, сегодня. Добравшись до вершины лестницы, я увидела, что меня ждёт Коул. — Ему полезно уехать. Он беспокоится о том, чтобы ты гордилась им. Это будет его способ показать тебе. Я на секунду взглянула на него, прежде чем кивнуть. Наконец я поняла, почему он не расстроился из-за того, что его отправили в целях безопасности, а переживал только из-за возможности оставить маленькую Фенлин. Но теперь я беспокоюсь о Кире и Нел. Когда они достигнут совершеннолетия, мне тоже придётся их отправить? Будут ли эванурисы мертвы к тому времени? Так много вопросов и так мало ответов. Солас переплёл наши пальцы, и я взглянула на него. — Я чувствую твоё беспокойство, венан, и в нём нет необходимости. Всё будет хорошо. Эмитлен вернётся к нам, когда придёт время. Пока он держал мой взгляд, я чувствовала, как любовь и преданность, которые он испытывал ко мне, затопили нашу связь. Не знаю, как мне так повезло найти подходящего мужчину, но это произошло, и я была благодарна, потому что его любовь ко мне была прекрасна. — Я знаю, что всё будет хорошо. Он умён и силён, как его отец. Я люблю тебя, — сказала я, привстав на цыпочки для поцелуя. Солас наклонился и прижался губами к моим. — Ар лат ма [я люблю тебя], венан, — прошептал он, прижимаясь лбом к моему, и я знала, что всё будет хорошо.

КОНЕЦ