9.
22 апреля 2026 г., 21:35
НИК
Какая же наглючая маленькая… Я пытаюсь найти возражение и, запинаясь, бормочу: — Ну, я… — но вовремя останавливаюсь. Я не могу ослушаться прямого приказа Евы. — Да, конечно, — выдавливаю я. — Буду… рада. От едва заметной ухмылки Бри мое раздражение разгорается еще сильнее. Я всегда умела хорошо скрывать свои эмоции, но эта женщина, похоже, читает меня как открытую книгу. — Прекрасно, — ровным голосом отвечает Бри, слегка растягивая слова. — И благодарность вам, Ева, за поддержку. Сегодня я чувствую себя очень любимой. А вы знали, что даже чикагский синдикат «Стикс» прислал своих представителей? — Она кивает в сторону блондинки и брюнетки, стоящих в другом конце зала. Ева с интересом смотрит в их сторону — еще один потенциальный покупатель всегда к лучшему. — Прошу меня извинить, я должна поприветствовать остальных друзей и семью. — Разумеется, — бормочет Ева и удаляется. Бри поворачивается ко мне спиной, оглядывается через плечо и тихо произносит: — Рядом. Я стискиваю зубы, чтобы не огрызнуться, и подчиняюсь. Вот так я и оказалась в роли сторожевого пса при вдове Коломбо. Я внимательно слежу за происходящим в зале, пока Бри приветствует нескончаемый поток скорбящих. Ее самообладание впечатляет, а печаль — лишь «подспудное течение». Либо она безупречная актриса, либо искренне скорбит. Ставлю на первое. Судя по тому, что я о ней знаю, Бри Коломбо — та еще манипуляторша-проказница. Когда, наконец, наступает затишье, Бри обращается ко мне. — Хочешь чего-нибудь поесть или выпить? — Нет, — коротко отвечаю я. Она вздыхает. — Что ж, мне нужен перерыв. — Она делает шаг в сторону, и я, подавив вздох, следую за ней. Я хочу спросить ее, во что, черт возьми, она играет, требуя, чтобы я, из всех возможных людей, была рядом с ней, хотя у нее мог быть профессиональный телохранитель Евы или, блять, кто-то из охраны Коломбо. Зачем вообще было соглашаться на предложение Евы? Бри наверняка знала, что Еве нужны были глаза и уши в семье Коломбо. Я следую за ней к фуршетному столу. В зале — море черных костюмов и платьев, оживляемое редкими вспышками драгоценностей или яркими нагрудными платками. Бри начинает наполнять две тарелки — одну для себя, другую для меня, несмотря на мой отказ, — и наклоняется ко мне. —Значит, ты не рассказала Еве о том, что произошло на днях ночью? — Мне не пришлось, — отвечаю я, тон мой резкий. — Поскольку ваш дружок Фрэнк с радостью все ей разболтал. На самом деле, я была так же удивлена, как и Бри, когда Ева тогда выдала этот комментарий. Потому что я действительно держала язык за зубами, и теперь мне интересно, знает ли Ева, что я была там с Бри в то время. Вряд ли, заключаю я. Ведь я бы уже была мертва, если бы Ева Новак заподозрила, что я скрываю от нее информацию. — Я имела в виду «Тайный сад», — добавила Бри еще тише. Тут она меня подловила. — Я не из тех, кто выдает чужие секреты, — наконец нашлась я. Не успевает Бри ответить, как к ней подходит дородный мужчина в дорогом костюме с зачесанными назад волосами. Даже без представления я чувствую исходящий от него запах мафиозного босса. У него маленькие блестящие глазки и маслянистая улыбка. — Миссис Коломбо, — льстиво начинает он. — Какая трагедия. Если я могу чем-то утешить вас в это трудное время, не стесняйтесь обращаться. — Он похотливо оглядывает ее с головы до ног, не оставляя сомнений в том, какого рода утешение предлагает. Я немедленно шагаю вперед, вставая между Бри и этим подонком. — Проваливай, — рычу я, инстинктивно потянувшись к оружию. К моему изумлению, Бри нежно кладет руку мне на плечо. Моя кожа покалывает от ее прикосновения. Тем временем мужлан сверлит меня взглядом, но ничего не говорит. — Простите, Дон Гатто, — извиняется Бри. — Как вы понимаете, мои друзья сейчас чересчур меня опекают. Уверена, что вы просто хотели выразить свою поддержку. — С уважением, — добавляю я. Он продолжает сверлить меня взглядом, затем коротко кивает и исчезает в толпе. — Все в порядке, Ник, — говорит Бри с ноткой веселья в голосе. — Если я с чем-то и могу справиться, так это с похотливыми стариканами. — Может, и так, однако вам не стоит терпеть эту чушь, — ворчу я. — Особенно на похоронах мужа. — Слова вылетают из меня с большей яростью, чем я рассчитывала. Бри иронично фыркнула. — Да ладно тебе. Я знаю, ты не думаешь, что я горюю, — произносит она, продолжая раскладывать еду по тарелкам. Бри вздергивает подбородок, словно бросая мне вызов. — Впрочем, так уж вышло, что мы с Терри были очень близки. Я очень по нему скучаю. — Она делает паузу, и смотрит мне прямо в глаза. — Тем не менее… спасибо, что заступилась за меня. Я испытываю удовлетворение от хорошо выполненной работы. И все же дело не только в этом: в ее благодарности сквозит искренняя теплота, которая застает меня врасплох. — Меня не касается, какие у вас были отношения с покойным мужем, — грубо отвечаю я. — Вы занимайтесь тем, чем вам нужно. Остальное я возьму на себя, включая похотливых стариканов. Бри улыбается, и сразу же меняет тему. — Ты многих здесь знаешь? Я осматриваю комнату, выискивая знакомые лица. Главный зал похоронного бюро переполнен, что явно свидетельствует о влиянии Дона Коломбо. — Конечно, я знаю Джуно Бьянки. Синдикат «Стикс» стал притчей во языцех с тех пор, как Адрия Империоли раскрыла себя как «Аид». Я знакома с вами, Коломбо; с другими Семьями Вегаса — меньше. Меня проинструктировали о клиентах Консорциума до нашего прибытия, но… ну, мы, естественно, не ожидали оказаться на похоронах. Бри начинает негромко рассказывать мне о присутствующих: указывает на Винса Сабателли, проницательного мужчину, от которого буквально исходит амбициозность; вот Ларри Карузо, уважаемый силовик Коломбо, сложенный как кирпичная стена и излучающий ауру жестокости. Она обращает мое внимание на Фила Рейнольдса, управляющего «Золотыми песками», с его гладким обаянием, пока тот общается с гостями. Софи Картер, финансовый директор казино, выглядит потерянной и немного напуганной среди всех этих гангстеров. — А это Холден Брукс», — сказала она, кивнув на молодого, очень привлекательного мужчину примерно одного роста с Бри. — Он был… личным секретарем Терри. — Я заметила легкую заминку в ее голосе. Любопытно, что бы это значило? С тем же успехом я могу начать собирать информацию для Евы. — Могу я спросить, есть ли у вас какие-либо предположения, кто убил вашего мужа? Бри мгновение молчит, добавляя еще одну ложку запеченной пасты в одно из двух блюд. Затем приглушенным голосом начинает тараторить: — Я не могу быть уверена, однако полагаю, это был кто-то, кого он знал, а значит, кого знаю и я, потому что иначе никто не смог бы проникнуть в кабинет и прикончить его. Это был кто-то из своих. Фрэнк, кузен Терри — он ведь всегда был в Семье, но, вероятно, решил, что пришло время взять бразды правления в свои руки, только он не такой уж и смекалистый, так что я не вижу, как он мог бы провернуть все это без помощи, может, от Винса — Винс всегда был амбициозен — или Ларри, у которого есть и сила и авторитет, хотя он всегда был так лоялен, что я просто не могу поверить, что он бы… — Она замолкает со вздохом. Бризи не просто красивая. Она еще и умна. — Пожалуй, нам не стоит это здесь обсуждать, — бормочу я. — В конце концов, кто-то стрелял в вас в ту ночь. Но Бри уже разошлась, охваченная паранойей. — А еще есть Фил, — продолжила она. — Он управляет казино. Может, он увидел возможность урвать себе кусок, а Терри об этом узнал. А Софи… — Она осеклась, качая головой. — Софи занимается деньгами. Что, если она не просто бухгалтер? Что, если она… — Что, если она что? Ее взгляд метнулся к женщинам из Синдиката, а затем вернулся ко мне. Она решительно покачала головой. — Ты права. Мне не стоит здесь об этом говорить. Я заметила легкую дрожь в ее руках, когда она протянула мне тарелку, которую я не хотела принимать. Но я взяла ее. — Бри, — сказала я, удивившись тому, что назвала ее по имени. — Успокойся. Ты накручиваешь себя. Она моргнула, словно выходя из транса. — Ты снова права, — согласилась она, выдавив смешок. — Я веду себя нелепо. — Ее глаза забегали по комнате, и тут я, наконец, поняла. Наконец осознала ту электрическую энергию, которая, казалось, исходила от нее. — Ты думаешь, убийца в этой комнате. — Это был не вопрос. Она снова оглядела комнату. — Мне кажется, я схожу с ума, — выдохнула женщина. — Однако я чувствую это здесь, с нами. Какую-то… враждебность. Мне стало любопытно. — Тогда почему ты доверила охрану именно мне? Я тебе чужая. Ты понятия не имеешь, что Ева Новак не прочь устранить неудобных людей, когда ей это выгодно. Возможно, она и санкционировала убийство. Это, пожалуй, немного бесчеловечно с моей стороны. Но Бри не колебалась. — Я доверяю тебе, потому что в ту ночь ты защитила меня, не раздумывая. И ты явно понятия не имела, кто стрелял. — Она сделала паузу. — Если это была подстава от твоего босса, то весьма удачная. Плюсом ко всему я также предпочитаю, чтобы ты меня защищала из-за наших… общих интересов. Коломбо не знают о… ну, об этой стороне моей жизни. Ее слова вызвали у меня трепет, хотя я и напомнила себе о необходимости оставаться профессионалом. То, что мы обе предпочитаем женщин, не делает нас преданными друг другу. Хотя она права насчет того, кто стрелял в ту ночь. Я понятия не имела, кто это был. Бри пялилась через комнату на Еву, и я не могла не посмотреть на свою начальницу. Смотрела и гадала. Ева поймала мой взгляд, улыбнулась и слегка кивнула. Она довольна моим присутствием здесь, без сомнения, ожидая, что я доложу обо всех делах Бри и любых пикантных секретах семьи Коломбо. Впервые я испытала укол обиды. Я всегда гордилась своей преданностью, готовностью выполнять приказы и защищать Консорциум. Защищать интересы Евы. Но что-то в Бри вызывает у меня желание ее защитить. Может, она и вдова криминального авторитета, может, она и притворяется кем-то другим, и все же… в ней есть какая-то уязвимость, задевающая «струны» глубоко внутри меня. Похороны проходят без сучка и задоринки. Бри даже удается выдавить из себя пару слезинок. Но наблюдая за толпой, стараясь сосредоточиться на окружении и собравшихся людях, мне кажется, что я тоже чувствую то, о чем говорила Бри. Нечто зловещее.~ ~ ~
После похорон и второй поминальной трапезы, на которой я не ем, мы с Бри возвращаемся в ее номер в «Золотых песках». Там царит такая роскошь, что у большинства людей отвисла бы челюсть. А я? Я слишком занята тем, что оцениваю возможные пути проникновения и потенциальные угрозы. Мои вещи уже перевезли из отеля, где остановился Консорциум, и аккуратно расставили в гостиной. Мне не нравится мысль, что кто-то из Консорциума собирал мои вещи в отеле и рылся в них. Но, по крайней мере, они догадались положить кое-что дополнительно: несколько трекеров, пару запасных пистолетов и даже винтовку. — Я собираюсь принять душ, — объявляет Бри, когда я заканчиваю осмотр. В её голосе слышится нотка усталости, которой раньше не было. — Располагайся. После поговорим. Мысль об этой женщине, обнажённой и мокрой, всего в паре дверей от меня… Я трясу головой. Моя задача — защищать её, а не фантазировать о ней. Я уже второй раз осматриваю гостиную, когда слышу, как ключ-карта снова открывает замок входной двери. Нужно принимать решение. Достать пистолет? Если это кто-то из Коломбо и у него законные причины здесь находиться, я не хочу начинать конфликт. Тем не менее, я проверяю, чтобы ничто не мешало доступу к кобуре, и кладу руку на рукоять пистолета. Дверь распахивается, и в комнату врывается вихрь из дизайнерского костюма и праведного гнева. Мужчина начинает кричать, даже не переступив порог. — Клянусь богом, Бри, если мне придётся выслушать ещё хоть одно… — Он резко замолкает, увидев меня, и слова застревают у него в горле. Его рука стремительно взмывает вверх, и внезапно я уже смотрю в дуло пистолета, а дверь за ним тихонько закрывается. — Какого дьявола ты здесь делаешь? — требует он. Его голос дрожит почти так же сильно, как и руки, сжимающие девятимиллиметровый пистолет. — Где Бри? Что ты с ней сделала? Я, кажется, знаю этого мужчину. Личный секретарь Терри или кто-то в этом роде. Поэтому сохраняю спокойствие и убираю руку с собственного оружия. Никаких порывистых движений. — Бри в душе. Я её новый телохранитель, временно приставленный к ней. А теперь почему бы тебе не опустить пистолет, пока ты сам себя не поранил? Его глаза расширяются, оружие он не опускает. — Телохранитель? С каких это пор у Бри… — Холден! — Голос Бри прерывает нашу маленькую сцену. Она выходит из ванной: волосы мокрые, а тело обёрнуто лишь в крошечное полотенце, которое с трудом прикрывает её пышные формы. Я заставляю себя отвести взгляд и сосредоточиться на всё ещё вооружённом «незваном госте». — Опусти пистолет, милый, — со вздохом попросила Бри. — Она сказала правду. Мужчина — Холден — медленно опускает оружие. На его лице написано полное недоумение. — Что происходит? Бри проводит рукой по влажным волосам, откидывая их с усталого лица. — Ник, помнишь, я рассказывала тебе о Холдене, личном секретаре Терри? Он ещё и мой близкий друг. У него всегда был доступ на мой этаж и в мой номер. — Она делает паузу, обмениваясь с Холденом многозначительным взглядом. — И он всегда носил с собой оружие. Приказ Терри. Что-то здесь не сходится. — Что на самом деле происходит? — подозрительно спрашиваю я. Холден и Бри снова переглядываются, и я вижу, как его плечи опускаются в знак смирения. — Холден был не просто секретарем Терри, — продолжает Бри, и её голос смягчается. — Он был его любовником. Вот те на! Такое не каждый день услышишь в мафиозных кругах. — У нас с Терри… хм, ты уже знаешь обо мне. У нас был брак по расчету, — объясняет Бри. — Но Терри всегда четко давал понять, что мы с Холденом должны быть осторожны с теми, кого подпускаем к себе. Я не особо вникала в повседневные дела. А вот Холден вникал — и продолжает вникать. Отсюда и пистолет. — Её голос становится отрывистым. — Надеюсь, ты пока сохранишь эту информацию в тайне. Я не могу сдержать хмурую гримасу. — Я уже сказала тебе, я не занимаюсь тем, что раскрываю чужие секреты. Холден, кажется, оправившись от шока, оглядывает меня с ног до головы. — И ты действительно способна обеспечить безопасность Бри? Я пронзаю его взглядом, от которого и покрепче людишки съеживались. К его чести, он лишь чуток вздрагивает. — Собирай свои манатки, — говорю я Бри, отворачиваясь от Холдена. — Мы перевезем тебя в «Солару». Там безопаснее, чем в окружении потенциальных убийц. Я слишком поздно осознаю свою ошибку, когда Холден подает голос: — Что такое Солара? Сууука. Бри нарочито небрежным тоном объясняет: — Это место в пустыне, где Терри построил для меня дом. Убежище. Он взял с меня клятву хранить это в тайне. Я замечаю, как в глазах Холдена что-то мелькает. — Я не знал. — Он не хотел, чтобы кто-то знал, — уверяет она его. — Он никогда там со мной не бывал — это было мое место. И есть мое место. Только мое. — Зато она знает, — холодно кивает Холден в мою сторону. — Она меня защищает. — Она из Консорциума! — Она стоит прямо здесь, — нетерпеливо вклиниваюсь я и повторяю: — Бри, собирай свои мана… вещи. — Терри всегда заботился о твоих интересах, — с грустью изрекает Холден, все еще зацикленный на тайне, о которой не знал. Лицо Бри смягчается. — И о твоих тоже. Он очень тебя любил. Ты ведь это знаешь, правда? Они обнимаются, и я чувствую себя лишней. А когда Бри отстраняется, на ее лице — сама деловитость. — Холден, не мог бы ты лично подготовить для меня гостевую комнату на сегодня? Ник останется здесь, и я бы предпочла, чтобы пока никто об этом не знал. — Прошу прощения, — холодно возражаю я, — наверное, ты меня не расслышала. Мы здесь не остаемся. Она даже не взглянула в мою сторону. — Я никуда не поеду, — сказала она мне. — После смерти Терри мне предстоит решить слишком много проблем. Фрэнк постоянно просит меня появляться на мероприятиях от имени Семьи, а у меня есть работа. — Работа? Бри не отвечает. После того, как она уходит одеваться, Холден обращается ко мне. Взгляд у него суровый, голос низкий. — Ты, может, и блатная торговка оружием, но если ты причинишь вред Бри, или позволишь ей пострадать, ты ответишь передо мной. Я могла бы уделать этого щегла, не вспотев, однако я уважаю преданность. Я единожды киваю ему, и он кажется довольным. Холден удаляется, бормоча что-то о том, что необходимо организовать комнату по соседству. Бри возвращается через несколько минут в коротком блестящем золотом коктейльном платье, при виде которого мне хочется надеть солнцезащитные очки. Платье без бретелек держится, кажется, только на честном слове. А ее уши похожи на люстры из-за количества бриллиантов, свисающих с них. — Какого хрена ты вытворяешь? — возмущаюсь я. — Кто-то пытается тебя убить, а ты выпячиваешь себя на всеобщее обозрение? — У меня есть работа, — упрямо повторяет она. — И я не собираюсь прятаться. — Какая работа? — раздражённо спрашиваю я. Бризи выпрямляется во весь рост, и между нами возникает напряжённость. Наши глаза почти на одном уровне. Почти. — Я знаю, ты и все остальные считаете, что я была просто красивой мордашкой и трофейной женой для Терри Коломбо. Но правда в том, что я работала так же усердно, как и он, для этой Семьи. Я, мать твою, лицо «Золотых песков» — и Семьи Коломбо. И будь я проклята, если не буду делать свою работу только потому, что ты думаешь, будто тебе будет проще, если я скроюсь в пустыне. Она не собирается отступать. И я буду тратить время зря, если продолжу спорить. — Ладно, ладно. Не истери. Я сдерживаю улыбку, когда Бри раздраженно фыркает, и иду за ней, когда она направляется к двери.
