Ты мне нравишься, но как враг

Джей предлагает посмотреть кино, потому что Чонвон точно сегодня если и уснёт, то исключительно тревожным сном. Судя по характерной складке меж бровей, его бедная головушка снова перегружена до невозможности. Джей одновременно ужасно любит и ненавидит это в Чонвоне. Порой эта слепая самоотверженность заводит его же самого в тупик. Вообще, Джей не помнит, когда они в последний раз смотрели фильм вместе. Вот прям только вдвоём. Такова жизнь. Быть в стае лидером — примерно то же самое, как быть многодетным родителем. Приватность исчезает даже в туалете, что говорить про прочее. Стоит только запустить какой-нубудь фильм, как тут же на диване рядом материализовывается Сону, готовый комментировать каждую сцену. Непременно подтягивается Сонхун, приватизирующий миску попкорна, а где Сонхун — там и Джейк… через двадцать минут от просмотра они уже не семь отдельных существ, а какой-то единый диванный монстр, перепутанный руками, ногами и скреплённый одеялом.  Эти посиделки хороши, они превращают даже просмотр скучного фильма в интересный вечер с драками за закуски, ставками на концовку, пиханиями ради лучшего места, и спорами чуть ли не с пеной у рта до глубокой ночи о том, кого должна была на самом деле выбрать главная героиня. Джея всё устраивает. Он любит это. Любит стругать закуски на всех, любит спихивать Сонхуна с насиженного места под громкую ругань, любит шептаться весь просмотр с Чонвоном и Сону, строить рожицы недовольному Ники, который — наивная душа — предпочитает смотреть в тишине. Ещё он любит пальцами невесомо водить вверх и вниз по бедру Чонвона, слегка забираясь за кромку домашних шорт, чтобы слегка подразнить.  Вдвоём на диване явно свободнее и позволить себе можно куда больше, но Чонвона это разнообразие в их досуге скорее нервирует. Видно по тому, как он долго елозит на месте. Не спасает ни миска сырного попкорна, ни запредельно мягкий плед, ни даже уютные объятия. Чонвон лежит в его объятиях маленькой ложечкой, немного миленько сопит, прижимается к его груди. Кажется, даже следит за происходящим на экране. И всё равно Джей чувствует, что мыслями Чонвон сейчас далеко не здесь.  — Эй… — склоняется и выдыхает Джей ему на ушко, чувствуя, как парень в его руках вздрагивает. — Малыш, ты со мной?  — А? Да, да.  — Ты как на измене. Не думай ни о чём. Завтра Чон Хосок проснется, и мы всё решим. Я запрещаю тебе накручиваться сейчас.  — Да кто накручивается? Я? Я точно не накручиваюсь, просто фильм интересный.  — Как зовут главного героя?  — Э… — Чонвон краснеет. Джей из последних душевных сил держится, чтобы не ущипнуть его за щёку. Ну вот как с этим бороться, когда он так, так сильно слаб перед этим очаровательным тревожником?  Чонвон всегда берет на себя всё без разбору. Даже то, к чему не имеет никакого отношения. Любой кризис в стае, любое неприятное событие — и у Чонвона крупной строчкой на лбу написано и в глазах дублируется: это моя вина.  Винит себя сам, также сам себя наказывает. Джею каждый раз приходится следить и «бить по рукам», напоминая: взваливать на себя ответственность за поступки пусть и близких, но шести совершенно разных людей — очень большая глупость.  При этом Джей прекрасно осведомлён: Чонвон не слаб. Он из тех, кто будет стоять за своё до последнего и сделает всё ради благополучия своей стаи. Имено поэтому он и лидер. Джея вовсе не пугает эта другая сторона Чонвона, которая плохо сочетается с тем, что парень обычно показывает людям вокруг. Он любит Чонвона со всех сторон на 360 градусов. Его больше волнует, когда Чонвон начинает замыкаться в себе, думая, что его тёмные стороны могут кого-то напугать.  Наивный.  Фильм продолжается, главный герой глупо лезет на рожон без своих друзей, а Джей оглядывается кругом, проверяя, нет ли никого из его собственных друзей поблизости. С Хисыном всё ясно, не отходит от раненого, наверняка прямо рядом с ним и уснул, не выпуская ладонь из рук.  Сону и Ники ещё за ужином вели себя предельно странно. Джей впервые видел, чтобы Сону так быстро заканчивал трапезу. Запихнул всё в себя не пережевывая, сполоснул наскоро тарелку и сбежал быстрее, чем Сонхун успел поругать его за небрежность. Ники вообще доедать не стал, ушел следом тут же. К-драма нервно курит в сторонке.  Сонхун буквально только что мелькнул где-то в коридоре. Наверняка они с Джейком тоже уже готовятся ко сну.  Чудесно.  Есть у Джея несколько действенных способов очищать кэш в голове своего парня, разной степени соотношения усилия и результата. Раз уж их никто не побеспокоит…  Рука, что спокойно покоилась на талии всё это время, приходит в движение и скользит ниже. Мягко, неторопливо, так, что Чонвон даже не сразу ощущает подвох, пока пальцы не касаются внутренней стороны бедра. Тогда только мерное дыхание сбивается, а ноги непроизвольно скрещиваются.  — Джей… Мы в общей зоне… — выдыхает Чонвон, но слышно, что лишь потому, что должен. Сам же установил правило о том, что любые непотребства не должны выноситься в места совместного пользования. Однако он так же знает, что Сонхун с Джейком всё равно нарушают это правило переодически. Как, судя по свежей драме, скоро начнут Ники с Сону. Как и они, потому что у Чонвона совсем маленький тайный пунктик на эту тему, а Джей не может не потакать.  — Мы тихо.  Чонвон ахает, когда рука Джея ложится на уже слегка заинтересованное возбуждение поверх ткани шорт. Он вжимается плотнее спиной в грудь Джея, и, как и всегда, позволяет ему творить что вздумается, легко отдаёт контроль, за который держится мертвой хваткой двадцать четыре на семь. Джей ухмыляется и приспускает резинку его шорт вместе с бельём. Со стороны, должно быть, даже ничего не видно, они не сменили положение, но Чонвон так очевиден, что зайди кто, тут же бы смекнул, что происходит под покровом пледа.  Хватает всего пары минут поглаживающий, ритмичных уверенных движений и щелчка дверью, когда в коридоре мелькнул Джейк, чтобы Чонвон с совсем тихим всхлипом кончил и обмяк, наконец расслабившись всем телом впервые за день. Плед нужно будет определенно постирать, но Джей готов на подобную жертву. Чонвон разворачивается, льнёт ближе в объятии. Джей с готовностью предоставляет желаемую ласку. — А ты… — Чуть позже. Не обращай внимания. Чонвон улыбается несколько смущенно и утыкается лицом в его грудь. Нашёл чему радоваться: инициации близости исключительно из желания сделать приятно безвозмездно. Хотя ладно, Джей только счастлив таким его улыбкам.  Где-то под подушкой вибрирует телефон. Джей тянется за ним автоматически, лениво поглаживая Чонвона по спине.  Слишком яркий дисплей бьет по глазам, и Джейк морщится, прежде чем пробегается по сообщению на экране блокировки. Резко застывает, осознавая одновременно две вещи.  Первая, это телефон Чонвона.  Вторая: кажется, ситуация намного серьёзнее, чем он предполагал.  — Чонвон. — говорит он медленно. — Похоже, мы сегодня не выспимся.  — А, так вот в чем твой коварный план…  — Не, — вздыхает Джей, хотя очень бы хотел, чтобы это был именно его коварный план. Потом показывает Чонвону его же телефон с сообщением от Сонхуна. 

***

— Фу-ух, я объелся. Можем продолжать?  — Ага… Стоп, а куда делись Джей-хён и Чонвон-и?  — Я видел, как они шли в сторону туалета.  — Оу. —…тогда… может ещё по пицце? — Тебе лишь бы пожрать…