Приключения Ёрики

Одиночество в пустой квартире давило на Ёрики. Мика была на дежурстве, и тишина лишь подстегивала хаос, творящийся в голове. Мысли метались, словно загнанные звери: ярость вспыхивала короткими, болезненными импульсами, сменяясь леденящим осознанием собственного бессилия. Главный вопрос — как заманить Кисаки в ловушку — оставался без ответа, и эта неопределенность отравляла разум. Сердце пустилось в бешеный пляс, выстукивая рваный ритм в самых висках. Злость пробирала насквозь, пока Ёрики не вскочила с места. Её руки мелко дрожали, а дыхание стало тяжёлым, свистящим. От резкого скачка давления голова начала раскалываться, словно череп сжимали тисками. Вцепившись мертвой хваткой в край стола, она пыталась удержать равновесие, но реальность поплыла. Это была паническая атака — удушающая и беспощадная. Но вместо того чтобы поддаться страху, Ёрики начала злиться ещё сильнее. Гнев на саму себя за эту слабость лишь перекрывал кислород, делая каждый вдох непосильной задачей. «Неужели я настолько слаба? Или просто тупая, раз позволяю Кисаки водить себя за нос?» — пульсировало в сознании. Имена смешивались в неразличимый гул: Кисаки, Ханма, бесконечные многоходовочные интриги... Всё это сбилось в одну плотную, непроницаемую кучу, из которой было невозможно вычленить ни одной здравой подсказки, ни одного выхода. Ёрики металась по комнате, не находя себе места. От запредельного уровня ярости и стресса перед глазами вновь поплыли серые тени — галлюцинации, которые она ненавидела всей душой. Ощущение потери контроля над собственным разумом было невыносимым. Чтобы окончательно не провалиться в это липкое марево, Ёрики с силой замахнулась и наотмашь ударила себя по лицу. Резкая боль и звон в ушах на мгновение протрезвили её, заставляя мир вокруг снова обрести четкие, хоть и по-прежнему мрачные контуры.         Тем временем в логове Кисаки обстановка была пропитана холодным расчетом. Пока Ерики боролась с приступами безумия, здесь царила пугающая тишина, нарушаемая лишь скрипом ручки. Кисаки сосредоточенно черкал в своем блокноте, выстраивая очередной план, где живые люди были лишь фигурами. Он не мог позволить себе упустить ни единой детали. Ханма, вальяжно развалившийся напротив, нарушил молчание: — Ну и что ты придумал? М-м, Кисаки? Тот не отрывался от записей, его голос звучал ровно и отстраненно: — У меня созрел план. Мы заманим её на заброшенное здание , где заранее подготовим ловушки. Я не собираюсь пачкать руки напрямую. В подвалах того здания давно стоит застойная вода. Если всё рассчитать верно, она упадет именно туда. Кисаки наконец поднял взгляд, и в его глазах блеснул фанатичный огонек: — Там идеальная среда для инфекции — амебы, пожирающей мозг. Смерть будет мучительной, но её сочтут за несчастный случай. Никаких улик, никаких подозрений. Ханма привычно ухмыльнулся, но в этой гримасе проскользнула едва заметная нотка фальши. В глубине души ему не хотелось, чтобы всё закончилось так «просто» и грязно, но преданность Кисаки и жажда хаоса перевешивали остатки сочувствия. — Допустим, — протянул Ханма, прищурившись. — Но как ты заставишь её прийти именно туда? На губах Кисаки заиграла торжествующая усмешка: — Мы взломаем её телефон. Отправим сообщение от имени её сестры, будто ту держат в заложниках в этой самой заброшке. Она примчится туда, не раздумывая, и прямиком угодит в мои сети.         Кисаки продумал всё до мельчайших деталей, но одного он точно не учёл... Ёрики сидела в кинотеатре вместе с сестрой. Пока на экране разворачивался сюжет фильма, на телефон Ёрики пришло уведомление. Отправителем значилась Мика, вот только сама Мика сидела в соседнем кресле и внимательно смотрела на экран. Чтобы не мешать остальным зрителям, Ёрики коснулась плеча сестры и кивком головы указала на выход. Девушки тихо покинули зал. — Мика, глянь. Похоже, кто-то взломал мой телефон, — произнесла Ёрики, как только они оказались в пустом коридоре. Мика нахмурилась, вчитываясь в сообщение: — Кому вообще пришло в голову тебя взламывать? — Я не знаю, — ответила Ёрики, хотя в глубине души уже догадывалась, что это дело рук Кисаки. Не раздумывая долго, она резко переломила гаджет пополам. Мика лишь усмехнулась, глядя на обломки: — Ну, ты в своём репертуаре. Ладно, не переживай, купим новый. Ёрики оставалась серьёзной. Она пристально посмотрела на сестру: — Мика, ты сейчас на какой должности? — Пока только помощник следователя, — Мика сразу поняла, к чему клонит сестра, и помрачнела. — Но у меня нет полномочий, чтобы выяснить, кто за этим стоит. Если я полезу в базу без приказа, меня могут уволить. Ёрики видела, как сильно Мика дорожит своей карьерой. — Хорошо. Я поняла, спасибо, сис. Кисаки был в бешенстве. Он методично громил квартиру, превращая мебель в щепки, а Ханма молча наблюдал за этим зрелищем. Поначалу Шуджи было весело, но это веселье быстро испарилось, когда градус безумия начал зашкаливать. Кисаки остановился и хмуро взглянул на подельника: — Она буквально вынуждает меня прикончить её собственными руками. Ханма нахмурился. Перспектива смерти Ерики его совсем не радовала. — Ты слишком на ней зациклился, — холодно бросил он. — КОНЕЧНО! — сорвался на крик Кисаки. — Она разрушила мои планы! И всё из-за её тупой жажды мести! Ханма прищурился, его голос зазвучал непривычно серьезно: — А чего ты ожидал? Конечно, она будет мстить. Ты забил её дядю до смерти. Если вдуматься, она-то у тебя никого не убивала, верно? Кисаки медленно повернул голову, в его глазах читалась неприкрытая угроза: — Ханма... Ты что, сейчас за неё заступаешься? — Я лишь констатирую факты, — Ханма безразлично пожал плечами, направляясь к выходу. — Делай что хочешь, но эта твоя шарманка мне начинает надоедать.