Нил Джостен против новых правил NCAA по прививкам от гриппа

Начало осеннего сезона по Экси для Лисов сложилось так, как и ожидалось: это была полная катастрофа. Все знали, что так и будет — учитывая, что Ваймак принимал только травмированных безнадежных детей с их часто нестабильным характером и склонностью к насилию. Никто не надеялся, что нескольких недель летних тренировок хватит, чтобы ввести новичков настолько, чтобы они могли играть как сплоченная команда. Но их жалкие выступления на протяжении первого месяца сезона все равно действовали Нилу на нервы, словно их скребли лезвиями бритвы. Единственной причиной, по которой они не проиграли первые 4 игры, был Эндрю, который закрывал ворота всякий раз, когда он был в них - как и обещал, когда подкупал Нила во время уколов Эбби. В понедельник Лисы собрались в комнате отдыха на утреннее собрание команды, после того, как в пятницу едва вырвали победу со счетом 9:8. Нил развалился на диване рядом с Эндрю, размышляя о том, что он можно добавить к тренировкам. Новичков нужно привести в форму, чтобы их не разгромили в следующей игре, теперь, когда Эндрю выполнил свое обещание. Дэн только что закончила свою воодушевляющую речь о том, как они прогрессируют и бла-бла-бла, и теперь они ждали, пока Ваймак расскажет последние объявления и отпустит их, когда... —… а вот списки, в которых вы будете отмечаться у Эбби для прививок от гриппа на этой неделе, — продолжал Ваймак, поднимая лист бумаги. И вот теперь внимание Нила было полностью на них. — Что?!! — выпалили несколько человек, пока Нил и Аарон застыли на своих местах, пристально уставившись на Ваймака. Даже безразличный взгляд Эндрю с интересом устремился на сурового тренера. — Новые требования NCAA, — пояснил Ваймак. — С этого момента и в дальнейшем все студенты-спортсмены обязаны ежегодно проходить вакцинацию от гриппа. Те, кто откажется, не имея медицинского освобождения, не будут допущены к участию в играх или любых других командных мероприятиях, и в конечном итоге потеряют свое место в команде. Если продолжат отказываться. По комнате прокатилось несколько волн стонов, вздохов и недовольств, в то время как Нил и Аарон резко побледнели. Эндрю тихо вздохнул и незаметно протянул руку, расположив её сзади Нила. На всякий случай. — Да, да, потерпите! — рявкнул Ваймак. — Это список составляла Эбби, поэтому я не знаю, почему именно такой порядок, так что не жалуйтесь мне на это. Повторяю, вы будете идти группами. Уайлдс, Бойд, Рейнольдс и Уокер — вы записаны на завтра после утренней тренировки, перед занятиями. — По крайней мере, завтра в спортзале у нас не будут болеть руки, — тихо пробурчал Мэтт, с чем Дэн неохотно согласилась. Рене просто мягко улыбнулась, а Эллисон закатила глаза и фыркнула, скрестив руки и откинувшись на спинку стула. Ваймак громко прочистил горло, чтобы снова привлечь внимание всех присутствующих, и продолжил: — Новички! Вы пойдете к Эбби по очереди во время тренировки в среду днём. Кевин пробормотал: — Что?! Но... — Даже не начинай, Дэй! Они будут уходить от силы минут на пять. Ничего важного не пропустят, — Кевин фыркнул и пробормотал проклятия под нос, но спорить не стал. — И, наконец, что не менее важно: Хеммик, Миньярды, Дэй и Джостен — вы пойдете прямо сейчас. Нил тихо ахнул и нервно заерзал на стуле. В ушах зазвенело, а сердце забилось в груди от прилива неожиданного адреналина, пронзившего его тело. Он больше всего на свете хотел сбежать из комнаты, но Эндрю предвидел это желание и, проведя рукой по спине парня, схватил его за затылок, удерживая его на месте. Аарон опустил голову на руки, а затем начал нервно почесывать пальцами волосы. Кевин просто беззаботно пожал плечами, а Ники начал жаловаться от имени всех. — Что?! Да ладно, тренер, почему мы должны идти первыми? — заныл он. — Какую часть фразы «Это список Эбби, не жалуйтесь мне на это» ты не понял с первого раза? — Ники открыл рот, но Ваймак быстро перебил его: — Не отвечай на это. Слушайте внимательно! Если кто-то из вас пропустит встречу с Эбби, вам придется бегать субботние утренние марафоны в течение месяца! А теперь шевелите задницами и убирайтесь с глаз долой! За считанные секунды команда разбежалась, не желая рисковать навлечь на себя гнев тренера. Эндрю тем временем, погнал свою семью, словно стадо, через стадион к клинике Эбби. Он постарался идти позади Аарона и слегка сжал запястье Нила, на случай, если те воспользуются моментом, чтобы сбежать. Но до двери клиники им удалось добраться без происшествий. Кевин распахнул дверь и заметил новые складные стулья вдоль стены рядом с осмотровым столом. Должно быть, кто-то их поставил здесь специально к «Неделе уколов». Поэтому, недолго думая, он сменил маршрут и они с Ники, который увязался за ним, плюхнулись на них. Аарон последовал за ними, неохотно волоча ноги и практически упал на стул. Его ноги тут начали нервно постукивать по полу, а ногти впились в кожу вокруг ногтя. Складывалось впечатление, что еще немного, и он выпрыгнет из кожи от беспокойства. Нил даже не взглянул на стулья и вместо этого сразу же начал нервно ходить по кругу в маленькой процедурной. Эндрю же, заранее все спланировавший, оказался последним. Он закрыл за собой дверь и встал прямо перед ней, словно страж, став последним сдерживающим фактором от любых побегов. Через несколько мгновений Кевин наконец заметил, что Аарон и Нил ведут себя чересчур нервно, и, посмотрев то на одного, то на другого, спросил с явным недоумением: — Что, черт возьми, с вами двумя? Ники весело хмыкнул и приобнял Аарона за плечи, слегка наваливаясь на него: — Не знаю, как Нил, но вот малыш Аарон боится уколов — уф! — Ники тут же согнулся пополам, задыхаясь и хрипя, от сильного удара локтем в живот от Аарона. — Серьезно? — воскликнул Кевин, не веря своим ушам. — Вы оба? — Заткнись, Кевин! — одновременно прошипели Нил и Аарон, покраснев от смущения. Удивительно одновременно, они бросили на Кевина гневные взгляды, а затем с недовольством переглянулись друг с другом, возмущенные тем, что хоть в чем-то были согласны друг с другом. Лицо Кевин забавно исказилось. Даже если бы Ники прямо сейчас достал рыбу и ударил ей по лицу парня, он выглядел бы в разы менее удивленным. — Как? Ты же хочешь стать врачом! В старшей школе ты буквально колол себе наркотики! — наконец, выйдя из ступора, с возмущением воскликнул он, указывая на Аарона. — Ну и что, придурок, — практически прорычал Аарон. —Уколы — это… другое, — нелепо закончил он, грубо потирая рукой свое пылающее от унижения лицо. — А ты! — тут же переключил он внимание на Нила. — Чем это хуже всего того, что ты уже пережил? Лола? Рико? Твои гребаные родители? — Ничем, — пробормотал Нил сквозь стиснутые зубы, глядя куда угодно, только не на людей в комнате, и выглядя так, будто хотел, чтобы пол разверзся и поглотил его целиком. — Тогда какого черта… — Хватит, — твердо приказал Эндрю как раз перед тем, как Эбби открыла дверь с веселым приветствием. Эндрю отошел в сторону, чтобы впустить ее в комнату, и Аарон с Нилом тут же устремили взгляд на маленький поднос, наполненный склянками и флакончиками, который Эбби принесла с собой. Вся краска, обрезавшаяся от разговора с Кевином, тут же отлила от лиц обоих. — Ладно, ребята, давайте попробуем сделать это быстро, чтобы вы успели на занятия. Кевин, ты первый. Залезай, — бодро начала Эбби, похлопав по кушетке. К счастью обоих парнем, она целенаправленно проигнорировала Нила и Аарона, не упоминая разговор, который прервала. Эндрю поманил Нила рукой и тот пересел на стул рядом с ожидающими - поближе к Эндрю - пока сам блондин остался стоять рядом. Он положил руку Нилу на шею, чтобы тот не сбежал, пока Кевин быстро забрался на кушетку. От резкого движения бумага, покрывавшая её смялась, но нападающий совершенно не обратил на это внимания, вместо этого закатав правый рукав, не дожидаясь указаний Эбби. Как только медсестра вернулась, Кевин протянул ей руку и отвернулся. Женщина ловко протерла ему руку спиртовой салфеткой, ущипнула дельтовидную мышцу и, бегло просчитав «1, 2, 3», вонзила иглу. Нил наблюдал за этим с широко раскрытыми глазами, испытывая ужас и одновременно восхищение мужеством парня. Кевин сидел на кушетке с видом, будто игла под кожей это ничто. Правда, Нил заметил, как его глаз слегка дернулся, стоило медсестру начать выпускать лекарство, но в остальном он не проявил никакой реакции. Все закончилось за считанные секунды, и Кевин уже слез с кушетки и потирал руку, когда Эбби закончила закрывать пузырек и протянула ему пластырь. Он был белый с маленькими оранжевыми ракетками Экси, в оцепенении заметил Нил. — Ладно, Ники, твоя очередь. — Ну что ж. Думаю, пришло время побыть хорошим примером для своих маленьких кузенов, — драматично вздохнул Ники, забираясь на стол. Дождавшись просьбы Эбби выбрать руку, он уверенно поднял левую и быстро закатал на ней рукав. Как и Кевин, Ники отвернулся и позволил ей уколоть себя без лишних церемоний. В отличие от Кевина, он слегка поморщился и тихо зашипел, когда она начала пускать лекарство в кровь. Эбби заклеила место укола белым пластырем с оранжевыми отпечатками лапок, чему парень был очень рад. Он спрыгнул со стола с неловкой улыбкой, потирая место под пластырем. — Это было не так уж и плохо! — сказал он по пути на свое место и ободряюще улыбнулся сначала Аарону, затем и Нилу. — Эндрю или Аарон, кто хочет следующим? Близнецы переглянулись: бесстрастный взгляд Эндрю встретился с нервным и умоляющим выражением лица Аарона. Эндрю приподнял бровь, молчаливо предлагая Аарону возможность пойти первым и покончить с этим. Но Аарон побледнел еще больше, слегка покачал головой и сгорбился в кресле. Эндрю закатил глаза и подошел к столу для осмотра, согласившись пойти первым, хотя бы для того, чтобы больше не видеть такое жалкое выражение на лице брата. Он обошел предложенную табуретку и без труда запрыгнул на кушетку — наконец разорвав изношенную бумагу. Сегодня он был одет в рубашку без рукавов и повязки, поэтому он просто молча указал на левую руку. И тут Эбби перестала для него существовать. Эндрю не сводил глаз с Нила. Он не двигался, не дёргался, не издал ни звука и никак не реагировал, на махинации Эбби. Она проделала привычную схему: обрабатывала ему руку, сжимала дельтовидную мышцу, вела свой маленький обратный отсчёт, и следом без лишних церемоний сделала инъекцию. Он даже не потёр место укола, терпеливо ожидая пока она наклеит и ему пластырь, который оказался полной противоположностью пластырю Ники - оранжевый, с белыми отпечатками лапок. По окончанию процедуры, которая в действительности заняла не больше минуты, он спрыгнул с кушетки, насмешливо поклонился перед Аароном, и только после этого вернулся к Нилу. Брат проводил его раздраженным взглядом и, под действием эмоций, практически добежал до медсестры. Всем своим видом показывая как сильно он зол, он резко взобрался на табурет, и, едва не опрокину его, залез на кушетку, уже по пути начав резко дергать рукав на правой руке вверх. Но, к сожалению для парня, на этом вся злость иссякла. Стоило ему увидеть упаковку спиртовой салфетки в руках Эбби, как вся его напускная бравада вытекла, как вода сквозь дырявое сито. От звука открывания упаковки, он сильно вздрогнул и еще больше побледнел, а на лбу выступили мелкие капельки пота. В редкий для себя момент такта Ники молча протянул руку. Аарон закусил губу и вызывающе нахмурился — но всё же протянул свою левую ладонь и вцепился в Ники так, что побелели костяшки пальцев. — Готов? — спросила Эбби. — Нет, подожди! — почти крикнул Аарон хриплым голосом, прежде чем сделать несколько глубоких, дрожащих вдохов. — Просто… подожди, подожди секунду. Затем он подтянул правое колено к груди, вжал подбородок во внутреннюю сторону бедра, обхватил ногу правой рукой и прижал ладонь ко лбу, запустив пальцы в волосы. Такая поза удобно подставляла его руку Эбби, одновременно затрудняя ему возможность вырваться из ее захвата — что он научился делать, чтобы избежать удержания кем-то другим. — Готов… — напряженно и еле слышно прошептал он куда-то в колено. Кевин смотрел на него в полном ошеломлении, - он высоко поднял брови, явно в возмущении, да так что они скрылись за волосами. — Да ты издеваешься, — сказал он монотонным голосом, полным недоверия. — Заткнись, Кевин! — послышалось со всех сторон. Промолчали только Эбби, которая бросила на него разочарованный взгляд, и Нила, который обошелся только одним гневным взглядом. Слишком был занят собственным кризисом. Кевин поднял руки в знак капитуляции и мудро промолчал. Эбби быстро продезинфицировала руку Аарона, отсчитала до трех и сделала ему укол, прежде чем он успел потерять самообладание. Аарон дернулся при первом уколе, но благодаря позе, которую он принял, рука осталась на месте. Когда Эбби нажала на поршень, видимая половина его лица скривилась в гримасе, челюсть сжалась, и в горле застрял сдавленный стон. А вот руке Ники не повезло - суставы пальцев слышно хрустнули в жестком захвате Аарона, отчего он скривился. В тот момент, когда игла покинула его кожу, Аарон обмяк, и с облегчением громко выдохнул. Он опустил ногу, наклонился вперёд, провёл правой рукой по волосам, схватился за затылок и уткнулся лицом в колени, тихо простонав от боли. Затем он начал делать глубокие, размеренные вдохи, словно старался не вырвать или не потерять сознание — или и то, и другое, — пока Эбби наклеивала ему пластырь — на этот раз противоположный тому, что был у Кевина: белые ракетки для экси на оранжевом фоне. Спустя несколько мгновений и несколько глубоких вздохов, Аарон медленно сел и отпустил руку Ники из своей смертельной хватки. Теперь, когда его рука освободилась, он стал осторожно потирать место укола, выглядя при этом совсем как пятилетний ребенок — с розовыми щеками, надутой губой и носом, сморщенным от недовольства от остаточного жжения. — Знаешь, — подразнил Ники, нарушив краткую тишину, не прекращая массировать онемевшие пальцы, — было бы не так больно, если бы ты хоть чуть-чуть ослабил хватку. — Отвали, Ники, — проворчал Аарон без привычной раздражённости, наконец слезая с кушетки и, слегка шатаясь, добрался до стула. Неловко рухнув в него, он поднял руку поближе и снова стал потирать то место, где теперь красовался цветастый пластырь. И вот. Остался только Нил. Когда по прошествию пары минут никто так и не сдвинулся, в дело вступил Эндрю: — Давай, Наркоман. Покончим с этим. Нил громко сглотнул — горло щёлкнуло в пересохшем рту, — медленно поднялся со стула и, шаркая ногами, направился к Эбби, словно шел на верную смерть. Он почти добрался до стола, когда заметив поднос, резко остановился. Застыл на полсекунды, он тут же попытался отступить и едва не споткнулся, но чудом врезался в грудь Эндрю. Блондин, как и следовало ожидать, поймал его и удержал на месте. — Почему их два?! — дрожащим голосом спросил Нил, предпочитая остаться в куда-то более безопасных объятиях парня. — Прошло восемь недель, Нил. Пора делать последний бустер от гепатита B. Я подумала, что мы можем сделать оба прямо сейчас, чтобы тебе не пришлось приходить еще раз через неделю, — виновато ответила Эбби. — Блядь! — громко выругался Нил, на мгновение прижав ладони к глазам, а потом поднял их и в отчаянии запустил пальцы в кудри. Ники выглядел озадаченным: — Погоди, а почему Нилу нужно два укола, а нам нет? — озадаченно переспросил Ники. — Заткнись, Ники! Она уже ответила! — с силой ударив брата по руке, ответил Аарон. — Ай, придурок! Эбби только что сделала мне тут укол! Эндрю с легкостью проигнорировал вопрос Ники и привычную семейную , сосредоточив все свое внимание на рыжеволосом. Уверенно идя вперед, он стал медленно вести Нила через всю комнату к столу для осмотра. После того как "пациент" прочно устроился на остатках потрёпанной бумаги, Миньярд перевёл их в то, что он начал называть «позицией Нила», с некоторыми изменениями. Эндрю встал между ног Нила и сжал его колени так, чтобы они легко легли по обе стороны от его собственных узких бёдер, пока его ноги могли свободно болтаться. Поскольку сегодня Эндрю был в безрукавке, он взял Нила за запястья и направил его ладони к своей рубашке — чуть выше пояса, под нижние рёбра. Слегка сжав запястья Нила — невербальное указание не позволять рукам блуждать, которое, как он знал, Нил послушается, — он ловко закатал рукава рубашки несопротивляющегося парня. Медленно, его пальцы скользнули вверх по плечам Джостена к шее. Одна рука задержалась чуть ниже, чтобы спокойно лечь пальцами на учащённый пульс, а другая продолжила движение вверх и взяла Нила за подбородок, чтобы тот перестал сверлить взглядом лоток с иглами. Внимательным взглядом блондин изучал испуганное лицо напротив, лениво переходя от расширенных зрачков к бледным губам, от сжатой челюсти к потному лбу. — Сначала левая или правая? — безэмоционально спросил Эндрю, когда их взгляды снова встретились. Нил скорчил гримасу, но выжал из себя короткий ответ: — Правая. Эндрю изменил хватку так, чтобы левой рукой сжимать правую руку Нила чуть выше локтя и слегка нажал, прижав плечо парня к собственным рёбрам. Другой рукой он взял его за затылок и медленно наклонил вперёд, чтобы он мог спрятать лицо в изгиб, где шея Эндрю переходит в левое плечо. Их публика замолчала, завороженно наблюдая за тем, как Эндрю, с непривычной им нежностью, обращается с оцепеневшим Нилом. Никто даже не удивился, когда тишина нарушилась взволнованными визгами Ники и его громкими восклицаниями о том, какие они милые, и «кто бы мог подумать, что наш Эндрю может быть таким милым???» и прочей чепухой. От его громких возвгласов Аарон едва сдерживал так и рвущийся наружу смех, в то время как Кевин только закатывал глаза, глядя на всю эту ненужную драму. И если кончики ушей Эндрю слегка покраснели — нет, погодите. Это не было заметно потому что единственный человек, который мог бы это заметить, только что зарылся лицом в шею Эндрю и был занят тем, что через плечо Эндрю бросал убийственные взгляды на его надоедливую семью. Тут уже не выдержала Эбби и пришла к ним на помощь, предупредив Ники, что ему нужно успокоиться или он будет ждать всех снаружи. Ники, не желая пропустить ни одной минуты "Милых Эндрю и Нила" так быстро закрыл рот, что зубы щёлкнули друг о друга, отчего Аарон недовольно поморщился. Медсестра тем временем разорвала еще одну спиртовую салфетку, отчего Нил застыл, комично расширив глаза, и быстро снова уткнулся лицом в шею Эндрю. — Все так же, как в прошлый раз. Ты не шевелишься, а я не пропускаю ни одного гола еще в двух матчах, да или нет? — прошептал на ухо нападающему Миньярд. Нил медленно и глубоко вдохнул, а затем выдохнул невнятное «да» куда-то в ключицу парня и еще сильнее прижался к нему. Эбби, уже привыкшая к этой процедуре и правильно уловившая сигнал, предупредила рыжеволосого, что сейчас начнет, и одним длинным движением протерла ему руку спиртовой салфеткой. Как и остальным, она осторожно ущипнула дельтовидную мышцу Нила и сделала обратный отсчет, прежде чем вонзить иглу сквозь кожу в мышечную ткань. Всё время пока медсестра его готова, он дрожал как осиновый лист и дышал так часто, будто бежал марафон. Когда Эбби наконец ввела содержимое шприца ему в руку — через полсекунды и целую вечность, — дыхание Нила остановилось, и он заглушил стон в плечо Эндрю, дрожа и задыхаясь от отвращения к ощущению жидкости, растекающейся между мышечными нитями. — Не смей, Джостен. Если ты на меня вырвешь, я тебе врежу, — пригрозил Эндрю, пока его большой палец успокаивающе поглаживал шею нападающего. Как и было задумано, угроза заставила его тихо рассмеяться, что замедлило его дыхание до менее тревожного ритма. Эндрю дал знак перейти на другое плечо, что парень без вопросов сделал. Блондин перевернул хватку, прижал левую руку Нила к своему торсу и положил ладонь ему на затылок, пока Эбби переместилась слева от них. И снова все повторилось: пока медсестра обрабатывала и подготавливала руку к уколу, Нил снова часто-часто задышал, стараясь как можно меньше двигаться. Ему удалось сдержать рывок, когда игла вошла ему в кожу, но стоило женщине нажать на поршень, как он тут судорожно дёрнулся и болезненно прошипел: — Ай-ай, как жжет!, — он даже отпустил рубашку Эндрю, только чтобы дотянуться до своей руки. Намеревался ли он сам вырвать иглу или просто действовал рефлекторно, чтобы прикрыть болезненное место, никто никогда не узнает, потому что Эндрю тут же отпустил локоть Нила и схватил его руку, прежде чем она достигла цели, отдернув ее и твердым голосом сказал: — Нет, не двигайся. Нил застыл, и через почувствовал как место укола было заклеено пластырем. Осознание того, что игла наконец вышла из кожи, однако ничуть не успокоило огонь, разливающийся по руке. Боль не утихала намного дольше, не так как с предыдущими уколами. Больше походило на тот горячий свинец, которым Эбби продолжала его мучить. Как только Эндрю отпустил его руку, Нил начал тереть её, облегченно выдыхая, когда жжение утихло, и он, наконец, понимал, что уколов больше не будет. Сделав несколько успокаивающих вдохов, Нил приподнялся, и Эндрю послушно убрал руку с его шеи. Он отступил на шаг, молча наблюдая за действиями нападающего. Сначала он неохотно отпустил вторую руку, которая все это время сжимала его рубашке, затем он скрестил руки, словно недовольная мумия, и начал одновременно потирать обе руки. Ещё несколько вдохов — и Нил осмотрел руки, надув губы от раздражения: они выглядели совершенно невредимыми, несмотря на адскую боль. Он смутно отметил, что его пластыри совпадают с пластырями Эндрю и Кевина, потом посмотрел на Эбби и спросил: — Почему, чёрт возьми, этот укол так сильно жёг? — Ну, в основном потому, что ты был слишком напряжён, — объяснила Эбби виновато. — Мышечные волокна сильные и довольно плотные, а внутримышечная инъекция заставляет жидкость попадать в несуществующее пространство. Мышечные волокна должны раздвинуться, чтобы вместить дополнительный объём. Чем расслабленнее твои мышцы, тем легче им сдвинуться в сторону и дать жидкости распределиться более равномерно. Вот почему рука болит несколько дней после укола — требуется день-два, чтобы жидкость полностью впиталась, а мышца вернулась в прежнее состояние. — Ха! — перебил её Ники, добродушно толкнув Аарона локтем. — Я же говорил, что будет легче, если расслабишься! — Да-да, как скажешь, — проворчал Аарон, закатывая глаза. Эбби улыбнулась им и продолжила: — Вторая причина в том, что формула вакцины от гриппа в этом году немного более кислая, чем естественный pH твоего организма. Твоя кровь держится примерно на уровне 7,40, а инъекция ближе к нейтральному — 7,0. Очень небольшая разница, но некоторые эксперты предполагают, что этого достаточно, чтобы люди чувствовали её чуть сильнее, чем вакцину с pH ближе к 7,4. — Хм, — буркнул Нил. Потом повернулся к Эндрю: — Как, чёрт возьми, ты даже руку не потёр после этого? — Ну я же не ребенок, — с едва заметной ухмылкой ответил Эндрю. Подразумеваемое «в отличие от тебя» было громким и чётким, и Нил фыркнул, не в силах сдержать улыбку. Затем он, наконец, поправил рукава, соскользнул со стола и начал расхаживать по комнате, чтобы выгнать остатки адреналина из ног. Все это происходило под пристальным взглядом Эндрю - на всякий случай. Решив воспользоваться моментом, Эбби продолжила свою речь: — Ладно, ребят, давайте пройдёмся по инструктажу. Руки могут болеть несколько дней — это нормально. Также могут появиться лёгкие боли в теле, озноб, небольшая температура, тошнота или другие незначительные симптомы гриппа. Все это нормально. Можете принимать Тайленол и Ибупрофен от боли или при появлении других симптомов. Ещё можно прикладывать лёд к рукам на 20 минут, потом 30 минут отдыха. — Встретившись с каждым в комнате взглядом и удостоверившись, что все её внимательно слушают, она продолжила: — Если место укола покраснеет, станет горячим, опухнет или боль усилится — немедленно приходите ко мне. Понятно? Ответом ей был хор «да, мэм», «да, Эбби» и ворчание Эндрю. — Отлично! Думаю, я задержала вас достаточно. Идите на занятия и обязательно возьмите информационный буклет о прививке от гриппа из стопки у двери на выходе. К счастью, Эбби не пришлось повторять дважды и все послушно выполнили её просьбу. Друг за дружкой все покинули комнату, попрощавшись с медсестрой Все вышли из комнаты. Вплоть до машины Нилу и Аарону пришлось терпеть добродушные поддразнивания Ники, чему ни один из них не был доволен. Эндрю отвёз всех обратно в общежитие, решив, что Кевин, Аарон и Ники сами определяться что им делать. По негласному соглашению, сами Эндрю и Нил решили пропустить свои занятия. Остаток дня они провели, сидя на мешках под общим одеялом, борясь с ознобом и ломотой, которые никто из них не признавал, пока Эндрю ел мороженое из банки, прижатой к «гриппозной» руке Нила. И если Кевин, вернувшись с занятий, нашёл застал их обоих с горячим лицом от лихорадки, свернувшихся калачиком и крепко спящих, — что ж, он знал, что надо держать это при себе.