Демон Конохагакуре

Итак, к счастью, мне снова удалось остаться наедине с самим собой. Шуншин — воистину великое изобретение этого мира. Нет, серьёзно. Я не шучу. За то недолгое время, что я посвятил изучению базовых шиноби-штучек, именно эта маленькая, на мой скромный взгляд, техника стала моим любимым открытием. Благодаря небольшой концентрации в стопах и короткому импульсу, бац, и ты уже в нескольких десятках метров от того места, где только что стоял. Идеальное средство для побега от назойливых паразитов. Впрочем, шуншин был лишь вершиной айсберга. За эти месяцы я освоил базовый контроль чакры. То, над чем дети в академии, по словам тоу-сана, обычно бьются годами. Научился ходить по деревьям, освоил технику смещения — Каварими но Дзюцу, которая, признаюсь, казалась мне сначала абсолютно бесполезной. Я искренне не понимал, кому нужна техника, где ты меняешься местами с бревном или другим объектом. Однако в момент, когда каа-сан в очередной раз сжимала меня в объятиях, и я поменялся местами с фарфоровой вазой, мнение я своё быстро изменил. Это, действительно, была поистине полезная вещь. Ну и, разумеется, Синтенсин но Дзюцу, которая являлась моей текущей головной болью. Причём как в прямом, так и в переносном смысле этого слова. Поэтому, как только я покинул Наруто, то сразу отправился в лес, что раскинулся на окраине деревни. Это было идеальное место для уединённых тренировок, вдали от любопытных глаз. [Спустя пятнадцать минут. Лес вблизи территории Конохи.] Я углубился достаточно далеко, чтобы не слышать деревенского гула. Затем огляделся по сторонам. Мой выбор пал на густые кусты орешника, росшие возле небольшой поляны. Присев за ними, я скрестил ноги и уже привычно принял позу для концентрации. Технику переноса разума я пока что мог использовать только на мелких животных. Тоу-сан говорил, что это нормально, ведь даже взрослые Яманака иногда тренируются на кроликах и птицах, прежде чем применять технику в реальных условиях. Вот только проблема была в том, что меня волновала не норма, а прогресс. Я прикрыл глаза, выравнивая дыхание и медленно расширяя сенсорное поле. В пяти метрах от меня на ветку опустилась птица. Я скривил губы. Нет. Слишком быстрая, не пойдёт. Дальше. Под корнями деревьев пробегает мышь. Тоже не то. Слишком мелкая, поэтому и сознание едва ощутимое. Промахнусь. А вот… Я чуть расслабился, и мои слегка нахмуренные брови выпрямились. Белка, другое дело. Пушистая задница появилась на поляне секунд через двадцать. Рыжий комок с широким хвостом застыл возле поваленного дерева. Её чакра пульсировала ровно, и осознанность была стабильной, что являлось идеальной мишенью для тренировки. Я сфокусировался на ней. Пальцы уже почти на автомате сложились в знакомую форму круга, через который проходит указательный и средний палец правой руки. Ладонь направилась на цель. — Синтенсин но… Глубокий вдох. Чакра сконцентрировалась между бровями в точку. Мой разум словно уплотнился, сжавшись в сферу. — …Дзюцу. И в этот самый момент… В одну чёртову долю секунды до того, как моё сознание покинуло тело… Прямо перед сраными кустами, между мной и белкой из ниоткуда материализовался силуэт. Я едва смог заметить спину в стандартной униформе шиноби. «Какого…?!» Остановить свою технику я просто не успел. Моё сознание уже вылетело вперёд и врезалось в ту самую спину. Щёлк. Сначала прошла секунда дезориентации. Ощущение чужого тела, которое было больше и тяжелее. Чужая чакра, что заполняла каналы с незнакомой структурой мышц и другим весом и ростом. Затем пришло осознание. Я. Твою. Мать. В. Человеке! На мгновение я просто застыл. Губы начали медленно расплываться в улыбке. Впервые. Впервые за месяцы тренировок я смог провернуть это не на сраных кроликах или белках, а на настоящем человеке! И не просто на человеке… На взрослом и полноценном шиноби! Пусть это и вышло случайно, но всё же. Всё же я ге… — Кто ты такой? …ний. Голос раздался прямо за моей спиной. Всё ликование быстро сошло на нет и просто схлопнулось. Я помнил, что тоу-сан говорил, будто сознание жертвы никуда не исчезает при использовании Синтенсин. Каждый раз, тренируя технику, я готовился к чему-то подобному. Надеялся на то, что был готов к чему-то подобному… Но я ещё никогда так не ошибался. Ошарашенный неожиданным голосом, который прорезался прямо за моей спиной в чёрном пространстве сознания незнакомца, я сделал резкий разворот. Щёлк. Пространственный карман на автомате раскрылся в миллиметре от моих пальцев, и в ладонь послушно легла металлическая рукоять куная, который я взял с собой на всякий случай. Оружие весило примерно двести грамм, отчего спокойно умещалось в пространстве. Дальше, я не стал ждать и мгновенно вонзил остриё ножа в полупрозрачный силуэт мужчины. Клинок прошёл сквозь мерцающий силуэт. И… Произошло то, чего я точно не ожидал. Во всяком случае, оно так не должно было сработать, если я правильно понимал механику этого мира. Глаза мужчины округлились, а его губы дрогнули. Однако звука из них не вышло. Силуэт пошёл рябью, словно отражение в воде. Затем он начал рассыпаться на мелкие голубоватые частицы, которые осыпались к моим ногам. А потом и вовсе растаяли в чёрном пространстве. Я замер с кунаем в руке и несколько раз сморгнул. «Это… Я его сейчас… Смог убить?!» Стоп. Но ведь душу нельзя убить куна… Вспышка. Боль обрушилась на меня так резко, что на мгновение, показалось, будто я ослеп. Это была просто невыносимая головная боль. Когда я распахнул глаза, то осознал, что снова очнулся в своём теле. — …Твою… Я едва выдавил из себя эти слова сквозь стиснутые зубы. Колени подкашивались, когда я попытался подняться на ноги. А в ушах стоял противный и тонкий звон. Без понятия, сколько прошло времени, я не засекал, но всё это время мне пришлось просто сидеть, прижавшись лбом к холодной земле, и пытаться заставить пульсирующий в черепе комок боли утихнуть хоть немного. Когда я смог это сделать, то поднялся и, шатаясь, выбрался из кустов. На поляне ничком лежал шиноби. Тот самый, в теле которого я был некоторое время назад. Сейчас я мог рассмотреть его получше. У него были коротко стриженные тёмные волосы и шрам через левую бровь. Его лоб повязан хитай-ате, как у тоу-сана, однако знак был другим. Не таким, какие носят шиноби Конохи. Я осторожно приблизился, прижимая ладонь к виску, и опустился возле него на корточки. Грудная клетка едва заметно поднималась и опускалась. Видимо, он был ещё жив. Значит, я просто повредил его душу? Но как? Такое вообще возможно? Может, я смог погрузить его в кому своим кунаем? Но даже так… По всем канонам техники Синтенсин и самой концепции работы с сознанием, то, что я только сделал было просто невозможно. Душа, выдавленная техникой Яманака, не может быть уничтожена физическим оружием. Она вообще не существует в материальном плане в привычном смысле. Но я только рассыпал её куском металла. Возможно ли, что это… Я опустил взгляд на руку, где виднелся шестигранный знак. Особое свойство Слезы Акаши? Ведь больше никаких догадок у меня попросту не было. Это была единственная мысль, которая хоть как-то объясняла то, что я только что уничтожил душу этого незнакомого человека. Эй. Не осуждайте меня. Я и сам прекрасно знаю, что убивать чужие души незнакомцев — это плохо. Но, во-первых, я не знал, что могу так сделать, ведь инструкцию по использованию силы артефакта из моего мира мне никто не передал. А во-вторых, я правда испугался его неожиданного голоса. Разве можно пугать вот так людей? Даже тех, кто забрался в твоё сознание? Так что, можно считать, что он сам виноват. Моей целью вообще была мелкая пушистая задница, которая, кстати, до сих пор сидела на том же месте и, казалось, вообще не особо беспокоилась о том, что происходит вокруг. Я лишь на мгновение встретился с ней взглядом, когда она спокойно и внимательно смотрела на меня в ответ, грызя шишку, что была зажата у неё между лапок. Кажется, резко свалившееся тело шиноби и моё появление её не особо испугало, а вот интерес, который проскальзывал в её чёрных глазах бусинках, сама ситуация вызвала. И возвращаясь к ситуации… Я ведь и сам пострадал от этого. Впервые за долгое время тренировок Синтенсин, я чувствовал такую боль, словно мой череп сейчас расколется на две части, а голова просто лопнет. Я хотел было подняться и быстрее свалить отсюда, чтобы отлежаться где-нибудь, желательно, на своём мягком футоне дома, но мой взгляд зацепился за свиток, что был в правой руке этого бедолаги. Он был плотным и перевязанным тёмно-красной лентой с печатью. Мой взгляд остановился на нём на пару секунд. Потом на бессознательном владельце. Затем снова на свитке. Ну что ж, этот парень вряд ли в ближайшее время вообще очнётся. Так что и свиток ему точно не будет нужен. «Ну, пусть это будет моим… моральным возмещением», — в общем, выбор был очевиден. Я разжал его пальцы, они поддались легко, так как мышцы были расслаблены, и извлёк свиток. Карман пространства раскрылся с тихим щелчком, и свиток утонул в пустоте. Готово. Я снова попытался подняться на ноги, и тут же пожалел об этом. Боль, которая до этого только пульсировала, теперь обрушилась на меня со всей силой. Как будто мой мозг решил, что прямохождение — это слишком большая роскошь для таких идиотов, как я, и принялся наказывать меня за дерзость. Однако я всё же пересилил себя и сделал шаг. Затем другой. Деревья поплыли. «Домой. Просто дойти до дома. Это не так далеко. Это…» Третий шаг дался уже с трудом. Четвёртый ещё хуже. Я попытался сконцентрировать чакру для шуншина, но в ответ мой собственный источник будто сжался в кулак и полыхнул новой волной боли. Что ж, техник на сегодня достаточно. Я сделал ещё один шаг, опираясь ладонью о ствол ближайшего дерева. Мир вокруг медленно смещался вбок и кренился. Я смутно осознавал, что в таком состоянии меня может найти кто угодно. И это будет, пожалуй, худший сценарий из возможных. Нужно идти. Ещё шаг. Ещё… Моё правое колено подогнулось первым. Второе через долю секунды. Я успел подумать: «Ну хотя бы кусты мягкие», — прежде чем щека впечаталась во влажный мох, а мир окончательно схлопнулся в темноту. Последняя мысль, мелькнувшая перед тем, как сознание провалилось в ничто, была до странного знакомой: «Вот так всё и… опять?..»