Весеннее обострение

Если говорить по факту, первый их поцелуй за вторую жизнь (и в целом первый поцелуй) состоялся 14 февраля 2025 года... Но если говорить с точки зрения чувств, поцелуем это считаться никак не может. СССР и Рейх были бы не против вообще стереть его из памяти. Настоящий первый поцелуй, естественно, значительно отличался от того недоразумения. И был явно не как в одном из любимых фанфиков ООН с каким-то тупым названием... как там его... «Их усы слились в посасались». Первый настоящий поцелуй у них был на первом настоящем свидании. Тогда они, как все нормальные пары, вышли из бункера и направились в кафе, которое советовала Беларусь словами: «Бульбу там готовят не лучше, чем я, но и не хуже. Хорошая столовочка». Ну, да, они пошли не в кафе, не в ресторан, а в столовую. Какая разница? Что там жратва, что там. Могли бы вообще в стрип-клуб пойти. Все современные страны, прогуливающие в том же «кафе» работу, увидев двух бывших диктаторов, сразу сбежали из заведения, несмотря на то, что были сильнее. Видимо, дух прошлого всё ещё витал вокруг Рейха и СССР. Или ООН просто рассказал об их плане по становлению действующими странами и совместному захвату мира. В общем, неважно. Главное: нежелательные свидетели, которые могли испортить атмосферу первого свидания, были устранены, и теперь точно никто не помешает. Кроме КИ и ЯИ, если им всё же не хватило мозгов остаться в бункере. Ладно, что-то Рейх слишком много думает о таких вещах. Даже если два идиота из оси поехали за ними: ничего криминального в этом нет. Лучше сосредоточиться на чём-нибудь более подходящем: например, оценить обстановку вокруг. Столовая действительно была уютной и больше напоминала нечто между кафе и рестораном. Где-то стояли просторные тёмные диванчики, где-то — стулья. И столы, конечно. С чистейшими белыми скатертями и лежавшими меню в красивых обложках на каждом из них. На некоторых столах остались кружки с недопитым кофе от стремительно ушедших современных стран. Непрактичные какие-то. Вот Рейх бы на их месте допил сначала, а потом уже сваливал бы. Выбрав чистый столик без всяких остатков еды и напитков, окружённый двумя привлекательными диванчиками, коммунист с нацистом устроились за ним поудобнее и начали рассматривать меню. И обсуждать блюда, там представленные:       — «Сумасшедший банан», блять... Хорошо, что здесь Италии нет, — прокомментировал СССР, увидев название какой-то пиццы.       — Торт «Геноцид». Как символично, — невесело усмехнулся Рейх.       — Милкшейк «Хандрызвачкондирхуй»-... Дальше даже у меня язык сломается, — это уже серьёзно. Обычно коммунист мог выговорить абсолютно всё. Что неудивительно, учитывая непроизносимые названия у него в стране. Однако, похоже, и для него нашёлся достойный соперник в виде милкшейка со столовки. — Кто им названия придумывал?       — Не могу поверить, что слышу это от Союза Советских Социалистических Республик, — фыркнул нацист.       — Мои названия хотя бы произнести возможно, — парировал Совет. — А это... Если кто-то сможет это прочитать без запинки, я отдам той стране свою зарплату. Конечно, Рейх словил того на слове и принялся пытаться хотя бы мысленно прочесть странное, явно не существующее слово, чтобы разделить его на части и быстро проговорить по ним. Однако ничего не получалось: оно просто не делилось. И на родной немецкий совсем не было похоже! В общем, зарплата осталась у СССР, а обсуждение идиотского меню продолжилось:       — Баранина... Кто вообще додумался поставить вместо названия смайлик!? — не понимал Рейх, глядя на надпись "Баранина «🐑»" в меню. Видимо, этому «кому-то» было очень лень придумывать название...       — О, кальян, — пролистав в самый конец меню, заметил дополнительную услугу СССР. М-да, типичная столовая. — Помню, РИ вроде такого курил...       — Это у него спёрли после смерти, — голосом знатока предположил Рейх. — У моего отца тоже, после того как он сдох, поспирали почти всё. Мы с Веймаром только самое основное успели. Да, с обсуждения блюд из меню они перешли на обсуждение отцов. Когда даже роботизированному работнику «столовой», всё это время терпеливо ожидавшему заказ, надоело творящееся нечто, нациста с коммунистом наконец прервали:       — Молодые люди, вы определились?       — Да я бы не сказал, что мы молодые, — хмыкнул Рейх.       — Считай за комплимент, — добродушно посоветовал СССР.       — Тогда спасибо, — ухмыльнулся тот.       — Определились или нет? — с нажимом повторил работник заведения.       — Сейчас, — Рейх, не глядя, полистал страницы и ткнул пальцем в случайное место, полагаясь на силу рандома. Посмотрев на название выпавшего блюда, он начал проклинать силу рандома: — Чего!? Паста!? Да я её каждый день ем! КИ как будто ничего другого не готовит!       — Принесите бутылку вина пока что, — наблюдая за ахуевавшим Рейхом, сделал адекватный заказ СССР. — Красное, полусладкое. Официант с облегчением запомнил пожелание единственных — на данный момент — посетителей столовой, и поспешил съебаться подальше. В конце концов, пока рядом не было работников, пара всё-таки определились с заказом. Так как это их первое свидание, нужно было отрываться по полной. Шашлыки: мясной, грибной, овощной, все существующие виды; бульба (куда ж без неё); нарезка из сыра и каких-то колбасок, которые захотел Рейх; тот самый торт «Геноцид» и ещё один сорт вина, больше подходящий к мясу. Милкшейк с непроизносимым названием они решили не брать. Осознав, что стрёмная парочка уже определились с заказом, даже роботизированный официант испытал облегчение. Вот до чего доводит этот ваш "национал-большевизм". Все работники столовой крестились, дабы их конторку не разнесли; пока СССР и Рейх трапезничали, обсуждая, какой странный здесь персонал. А торт «Геноцид» оказался ничего такой... То есть, расправившись с остатками еды, пара осознали, что в помещении совершенно никого нет, кроме них. Возможно, это очень подходящее мгновение. Ариец и сам не понял, как они вдруг оказались так близко, почти вплотную, лицом к лицу. Рейх и СССР сомкнули руки, переплетая пальцы. Тогда их губы наконец встретились. Не в «борьбе за власть», как подумали бы Комму с Наци раньше; а в нежности, взаимном понимании, боязни снова потерять и нежелании отпускать. Они будто ждали этого на протяжении всех двух жизней. Два идиота, созданные судьбой друг для друга, после стольких преград, заблуждений, лет, всё же воссоединились. Время вокруг словно приостановилось, давая насладиться моментом и запомнить все детали. Наконец-то можно будет перекрыть неприятные воспоминания о недоразумении в День влюблённых чем-то... более подходящим и желанным. В этот момент в столовую впервые за всё время кто-то зашёл. Рейх уже собирался убивать нежелательного свидетеля, испортившего такой момент. Для осуществления своей цели пришлось оторваться от СССР и повернуться к вошедшему, потянувшись за первой попавшейся вещью для метания. Однако, так получилось, что «кем-то» являлся Россия, просто собиравшийся поесть после закончившегося рабочего дня. Естественно, к открывшейся картине он готов не был, поэтому подавился воздухом, закашлялся и как можно скорее вылетел из заведения.       — Упс... — невинно проронил Рейх, глядя вслед убегающему России.