"Поцелуй"

Часть 1. Глава 3.

С собой у них не было ничего лишнего, из старого дома они взяли только необходимое-тишину. Он давно пустовал и напоминал музей. Всё здесь было ровно расставлено, чисто и безжизненно. Они так и не вспомнили о бассейне-БанЧан без их ведома закрыл его навсегда. Они договорились уехать одновременно. Вещи уже были перенесены в машины, но БанЧан суетился по привычке, проверяя свет или шкафы зачем-то. Феликс же остановился в этот момент в воспоминаниях. Движения жалюзей на окнах вдруг странно обозначили страхи, что поплыли, теряясь в тёмных углах пустого дома. Потянулись напряженные, резкие звуки и отблески от глянцевой плитки. Феликс замер в ступоре. Его спас Хёнджин, уловив короткий миг этих прежних моментов памяти. Он резко схватил связку ключей, и выталкивая опешившего БанЧана, взял Феликса за руку. Он держал его взглядом, он вел, вытаскивая Феликса из небытия. Его решительность в действиях вернула Феликса в реальность, что была очевидна-Хван сам закрыл дверь, выводя Феликса к последнему рубежу.       - Я решил сбрить волосы под ноль!! Примешь такие перемены? –проникновенно прошептал с язвительной улыбкой Хван Хёнджин, отвлекая Феликса и выводя его из дома за руку. Феликс, улавливая дерзость в глазах Хёнджина, невольно улыбнулся такому решению. За эти секунды он отмерил каждую линию на его лице, собирая себя воедино через любовь к Джинни. Тот же утопал в его глазах, что излучали что-то новое, параллельно пытаясь закрыть все двери незаметно для Ли. И бережно натянув капюшон Феликсу на голову, Хван спрятал ему обзор на дом, улицу около железных ворот и весь этот город, на который как-то странно надвигалась тёмная мгла резко наступающей ночи. Хван быстрее восстанавливался физически, прошлое выдавало только руки в багровых следах от уколов. Жизненный настрой возвращался к нему, набирал силу с каждой минутой присутствия предельно близко от Феликса. Он зависел от него вот так всецело. И в такие моменты в Хване как никогда бушевала двойственность, его ранимость, милая неуклюжесть, беспечность, которая граничила с мощью мужской энергией. Она было приятно томительна, и уверенно становилась началом их союза. Он трепетал, чувствуя слабые руки Феликса, когда тот пытался опереться ему на плечо сзади, возвращаясь после длительной прогулки. Сейчас же он пытался усадить Феликса в авто, оглядываясь на ворота, с глупой улыбкой на лице.        -Что происходить? -спросил Феликс        -Пытаюсь завершить начатое или что-то в этом роде! –с улыбкой бубнил Хван, продолжая тормошить связку ключей в замке в калитке. Он коротко переливисто смеялся, оглядываясь на Феликса, что стоял, наблюдая комичность ситуации за машиной. И вдруг взгляд Хвана упал на слабые очертания дома, которые брезжили в щели ворот, напомнив ему тот злополучный вечер. Он чувствовал приближение сзади тяготеющего неба, что двигалось поедающими воронками, с гулом и металлическим скрежетом. Он не хотел это больше выносить и понимал, что чем быстрее он посмотрит на то, что у него за спиной, тем быстрее он сможет найти в себе силы с этим справиться. Он резко повернул замученный ключ, и услышав долгожданный щелчок закрывшегося замка, решительно обернулся назад. Он стоял, уверенно всматриваясь в картину, что пленила своей выразительностью, проникновенностью и ясностью очевидности. В плавающем отблеске от прожекторов и фонарей от машины, среди этой ползающей тьмы бликовала фигура Феликса- он светился. Хван видел его улыбку, хотя тот прятался в худи. Сняв капюшон, поплыла волна светлых волос Феликса. Он, опершись на крышу такси, положил руки навстречу Хвану. В них ничего не было. Никогда. Они ждали только его прикосновений, объятий, поддержки.         -Походу я в замке ключ сломал! -гремя по привычке этой связкой, отвлечённой и чуть сдержанно смеясь, он двинулся к машине, ловя взгляда Феликса.       -И это значит, что мы никогда не сможем сюда вернуться,-завершил Хван, неожиданно изменившись в лице и став серьёзным, заглядывая проникновенно и волнительно в его глаза. Хван видел только его, и это было пронзительно, больно, но бесповоротно решительно. Он нашёл в себе силы избавиться от протраченных чувств, удалить страницы затянувшихся, недописанных глав, закрыть двери дома, даже если в этом доме он был убит.  Он растворялся, плыл и в тоже время наполнялся невероятной мощью, силой, что уверена вела вперед в каком-то новом состоянии единения с любимым человеком напротив.