Если я...

— Если я ещё раз поведусь на твои идиотские планы… — зашипел Чуя, но так и не закончил, потому что знал, что поведётся. Это понимание раздражало, и озвучивать его было совсем не обязательно. Дазай, наверняка, тоже это понимал. — Не ври, тебе понравилось, — Дазай с довольным видом потянулся и оглядел пустую улицу, — Где мы, кстати? — Конечно, — ядовито отозвался Чуя, — Мне очень понравилось убегать от стаи собак, которых ты откопал на какой-то помойке, только ради проверки твоей способности прыгать через забор на огромной скорости. И нет, я понятия не имею, где мы теперь! — Я же не знал, что в заборе есть дырка и они сквозь неё пролезут, — оправдался Дазай. Чуя закатил глаза.       Нет, определённо он мог на это не соглашаться. Мог просто проигнорировать это странное предложение и пойти домой. Дазай бы определённо справился и сам несмотря на свою ненависть к собакам. Вообще в этом была вся суть эксперимента — проверить, насколько выше будет прыгать напуганный человек. Чуя, который не боялся собак и владел гравитацией, в этом эксперименте даже не участвовал, но всё равно почему-то пошёл туда вместе с ним, оправдывая себя желанием посмотреть на этот невероятный забег со стороны. Увы, всё пошло не совсем по плану. — Смотри на жизнь позитивно, — посоветовал Дазай, заметив его хмурый вид, — Вон там отличное заброшенное здание, оттуда будет видно, куда идти. — Это ты мне про позитив говоришь? — Чуя снова закатил глаза, но всё же взлетел на крышу, присев на краешек. Дазай появился спустя несколько минут, тяжело отдуваясь и выглядя обиженным до глубины души. — Закат, — он мотнул головой в сторону опускающегося солнца. — Вижу, — хмыкнул Чуя, — Полдня из-за тебя убил на бесполезные догонялки по городу. — Если тебе не нравится наше совместное времяпровождение, предложи что-нибудь другое, — фыркнул Дазай, садясь рядом на край крыши. — Я не хочу, чтобы у нас вообще было какое-то времяпровождение в мой законный выходной, — отрезал Чуя, щурясь на яркое солнце. — Ты опять врёшь, — самодовольно объявил Дазай, — Но ничего, я всё равно люблю тебя, даже если ты этого не принимаешь. — Иди нахер, придурок.

***

      Чуя устало шатался по тёмным коридорам мафии. Конечно, он мог бы пойти домой, но из-за одного безотвественного лентяя у него осталось ещё несколько отчётов, которые стоило бы закончить сейчас, потому как завтра он всё равно проспит до обеда. Однако подойдя к кабинету, он услышал тихую возню и ругательства. Решив не испытывать судьбу, он резко распахнул дверь. Что-то мелькнуло у него перед глазами, прежде чем с грохотом упасть на пол. Чуя успел порадоваться, что на их этаже уже никого не было, и поймал второй неопознанный объект, который тут же схватился за него. — Чуя, очень мило с твоей стороны ловить именно меня! — воскликнул Дазай. Чуя от неожиданности выронил его прямо в кучу цветов, разбросанных по полу. — Что за хрень ты опять устроил? — он отошёл на пару шагов назад, стараясь осмотреть кабинет целиком. Куча цветов под Дазаем зашевелилась, из-под неё выполз слегка смущённый таким поворотом Акутагава, — А он чего здесь забыл? — Здравствуйте, — тихо поздоровался Рюноске, явно желая побыстрее отсюда свалить. Чуя полностью его поддерживал, но ему, к сожалению в этом кабинете ещё работать и работать. — Ну мне нужно было как-то залезть на шкаф для усиления эффекта, — объяснил Дазай, вытряхивая из волос цветы, — Акутагава согласился помочь, ещё и цветы туда закинул. — Ты решил превратить наш кабинет в клумбу? — Чуя уставился на изрядно подавленные фиолетовые тюльпаны, которые покрывали весь пол, — Очень оригинально, я даже не знаю, что тебе сказать. — Рад, что тебе нравится, — просиял Дазай, — Вообще я хотел не совсем так, но получилось достаточно эффектно. Ты свободен, кстати, — кивнул он Акутагаве, и тот с явным облегчением выпрыгнул в окно. Чуя не успел его окликнуть, но предположил, что желание смерти воздушно-капельным не передаётся, и понадеялся на его сохранность. — И зачем ты обворовал цветочный? — он осторожно, стараясь не давить несчастные растения, закрыл дверь и прошёл внутрь, садясь на собственное кресло. Усталость сняло как рукой, но драться с Дазаем за цветы пока не хотелось. — Я не обворовал, я взял на время, — возразил Дазай, собирая цветы обратно в корзину, — Тебе всё равно цветы не нравятся. — Зачем брал тогда? — Ну это же традиция, — он пожал плечами, — Чтобы признаться в любви, нужны цветы, — повисла тишина, только Дазай еле слышно шуршал цветами по полу. — Я думал, в таких случаях дарят розы, — вяло отозвался Чуя, стараясь отогнать от себя главную мысль этой фразы, — И кто тебе сказал, что надо притащить весь цветочный? — Одасаку. Прошлое моё признание ты не принял, я решил спросить его. Он и посоветовал взять цветы, — спокойно отозвался Дазай, подтаскивая к нему гигантскую корзину, — Ну, точнее, он сказал, что цветов нужно просто много. Я решил, что чем больше, тем лучше. К тому же цветочный был закрыт и я не мог спросить, сколько нужно. — Ты думаешь, это меняет дело? — Я же не виноват, что закат на крыше тебе не понравился.       Чуя потёр глаза, искренне надеясь, что весь этот бред сейчас исчезнет. Он никогда не пытался воспринимать Дазая всерьёз, а сейчас особенно не хотелось. Если это очередная глупая шутка, Чуя не уверен, что понял юмор. Присутствие во всём этом Одасаку сбивало его с толку. Чуе всегда казалось, что Сакуноске достаточно адекватный, чтобы не участвовать в странных планах Дазая, но если он его ещё и подбивает на это… В какой момент мир решил сойти с ума? — Ладно начнём с начала. В какой такой любви ты решил мне признаться? — он поднял взгляд на стоящего прямо перед ним Дазая. — В самой обычной, — без капли удивления отозвался тот, — Мы живём с тобой в одной квартире, спим в одной кровати и без тебя мне ужасно скучно. — Ты живёшь в моей квартире, ты спихиваешь меня с кровати во сне, а скучно тебе, потому что ты ничем больше не занимаешься, — возразил Чуя, начиная терять терпение. Нет, это определённо самая глупая шутка в его жизни. — А Ода сказал, что это и есть любовь, — Дазай, кажется, действительно был в этом уверен. — И ты ему поверил? — Чуя помассировал виски, надеясь всё же отследить логическую связь — Да, — Дазай плечами, — Одасаку обманывать не будет. — Я бы не был так… — протянул Чуя, но его прервала вновь открывшаяся дверь. Мори замер на пороге, пристально оглядывая кабинет, — Босс? — Здравствуй, Чуя, — коротко поприветствовал его Огай, потом перевёл взгляд на Осаму, — Дазай, верни цветы в магазин, нам не нужны лишние проблемы, — он смерил их странным взглядом, потом неожиданно улыбнулся, — Впрочем, это может немного подождать. — Ну уж нет, — Чуя вскочил, хватая напарника за локоть, — Мы займёмся этим прямо сейчас.       Дазай что-то протестующе забормотал, но Чуя не стал останавливаться, вытаскивая его из кабинета вместе с корзиной. Если даже босс участвовал во всём этом заговоре, то лучше было уйти от мафии как можно дальше и обдумать всё самому. Осаму не сильно сопротивлялся, тащаясь за ним по этажам с кислой мордой, но зато молча. Чуя воспринял это как хороший знак.       Оказавшись на улице, Чуя слегка выдохнул и только сейчас понял, что не имеет понятия, в каком именно цветочном Дазай взял цветы. Он вопросительно обернулся к Осаму, но тот уже шагал в одному ему известном направлении, волоча за собой корзину. Чуя вздохнул и догнал его, всё ещё пытаясь обмозговать всю эту странную ситуацию. Нет, это, безусловно, было немного приятно, но сам посыл — признание в любви, абсолютно сбивал. Таких шуток раньше не было. К такому Чуя не был готов. Хотелось теперь хоть раз пересечься с загадочным Одой Сакуноске и если не вмазать ему, то хотя бы спросить, как чёрта он в это вообще полез. — Сюда, — Дазай кивнул в сторону маленького магазинчика, вырывая Чую из мыслей. Он подошёл ближе, осматривая абсолютно целую и не сломанную дверь. Дазай действительно заморочился насчёт проникновения. — Ты думаешь, это того стоило? — спросил Чуя, наблюдая, как напарник с кряхтением затаскивает корзину на порог магазина. В его голове не укладывалось, что ленивый придурок потратил на него столько сил. — Если бы я не старался ради этого, ты бы ничего не понял, — Дазай наконец справился с корзиной и критически осмотрел измятые цветы. Главное, что они ещё были целые, остальное его уже не касалось. — Я и так ничего не понял, — огрызнулся Чуя, — Ты даже толком ничего не сказал, только со шкафа на меня свалился. — Точно, — Дазай хлопнул себя по лбу и резво обернулся с охапкой тюльпанов в руках, — Я тебя люблю.       Никто из них не двинулся. Чуя тупо уставился на его руку, не желая смотреть в глаза. Что бы там ни происходило с миром, он желал остаться в здравом уме и не участвовать ни в каких заговорах против себя самого. Дазай продолжал сверлить его взглядом, словно чего-то ждал, хотя Чуя вообще не понимал, как на это реагировать. В крайнем случае, конечно, можно было врезать, но вроде как было не за что. — Ладно, предположим. И что это должно значить? — наконец отмер он, так и не подняв взгляд. — По идеи ты должен сказать что-то вроде «я тоже», — пожал плечами Дазай. Эта часть его определённо волновала меньше всего. — К чему весь этот цирк? — не выдержал Чуя, поднимая на него раздражённо-растерянный взгляд, — Что-то изменится, если я скажу «да»? — Ну… — Дазай задумчиво почесал шею, — Об этом Ода не говорил. — Вот подумай теперь сам, — сьязвил Чуя, хватаясь за спасительную соломинку обоснованного недовольства, — Ты признался мне в любви, а что теперь? — Свадьба, дети, счастливая старость, — перечислил Дазай, размахивая неудавшимся букетом. — Все три пункта выпадают, бери что-нибудь другое, — фыркнул Чуя. Стало немного легче. Если он всё-таки участвует в этом сумасшествии, пусть всё будет по его правилам. — Тогда хотя бы ужин, — проныл Дазай, выкидывая букет куда-то за спину, — Я дико есть хочу. — Обойдёшься, — мстительно отрезал Чуя, разворачиваясь к выходу из магазина, — Я из-за тебя так и не доделал отчёты. — Так мы теперь счастливая пара? — Дазай вприпрыжку догнал его, не заботясь о закрытии магазина. — Я глубоко несчастлив, придурок, — проворчал Чуя, — Ты действуешь мне на нервы. — Зато если я умру от голода, это будет на твоей совести! — Нихуя подобного!

***

      Поздним вечером в баре перегорела лампочка. Хозяин методично выкручивал бесполезную теперь стекляшку, краем глаза наблюдая за своим гостем. Сегодня к нему пришёл незнакомый подросток, долго мялся на пороге, а потом хмуро уселся на дальнем от входа стуле. Он явно кого-то ждал.       Дверь с тихим скрипом распахнулась, впуская в подвал запах дождя и лёгкий холод. Подросток подскочил на своём стуле мгновенно подлетая к вошедшему. — Сакуноске, — прорычал он, — объясни мне, почему Дазай каждый день пытается признаться мне в любви, утверждая, что не перестанет, пока не дождётся ответа?!