Все же ты мне интересен...

      Особняк оказался огромным. Белый мрамор, колонны, увитые плющом, ярко освещённые окна, широкая лестница перед входом. Машины подъезжали одна за другой, высаживая гостей в масках. Капитан вышел первым. Затем обернулся и подал руку Бану. Тот вложил ладонь в его пальцы — жест вышел естественным, плавным. Капитан помог ему выбраться из машины, придержал за талию якобы чтобы поддержать на каблуках. Но его ладонь задержалась на пару секунд дольше, чем требовала вежливость. — Осторожнее, — тихо сказал он. — Здесь ступени и твой разрез... его видно. — Я не стеклянный, ничего страшного. И это платье такое, — пробормотал Бан, поправляя юбку. — Не я его шил. — Я заметил, — голос Капитана прозвучал ниже обычного. — Идём. Они поднялись по лестнице рука об руку. Главный зал особняка был великолепен. Хрустальные люстры заливали пространство тёплым светом, отражаясь в зеркалах в полный рост. Бархатные портьеры, живые цветы в высоких вазах, струнный квартет в углу. Гости в масках прогуливались с бокалами, смеялись, склонялись друг к другу. Воздух пах духами, воском и шампанским. Бан шёл под руку с Капитаном, и его взгляд скользил по залу. Он включал свою память на полную: лица из-под масок, особые приметы, украшения, жесты. Капитан иногда наклонялся к его уху, чтобы шепнуть короткие заметки, и от его дыхания по коже Бана бежали мурашки. — Мужчина в золотой маске у левой колонны — Виктор Громов. Организатор. Наша цель. — Женщина в красном — его помощница. Опасна. — Справа буфет. Если устанешь отойдём. — Я не устаю, — шепнул Бан в ответ. — Я оперативник. — Знаю, но каблуки. Бан усмехнулся. Они прошли в центр зала. Около левой колонны стоял Громов в окружении гостей. Все в масках, все с бокалами. Капитан направился прямо к нему. — Господин Громов, — он слегка поклонился. — Рад знакомству. — Аап, наш иностранный гость! — Громов широко улыбнулся. — Наслышан. Прошу, присоединяйтесь. И ваша очаровательная спутница, конечно. Он взял с подноса два бокала и протянул один Капитану, другой Бану. — Шампанское. Лучшее в этом зале. Попробуйте. Бан машинально взял бокал, сделал глоток просто чтобы не вызывать подозрений. И тут же понял, что ошибся. В бокале было не шампанское. Что-то крепкое. Очень крепкое. Коньяк? Виски? Напиток обжёг горло, Бан закашлялся. Краем глаза он заметил, что Капитан тоже сделал глоток и на секунду замер, явно осознав ту же ошибку. Но его лицо осталось безупречно спокойным. — Осторожнее, — Громов рассмеялся, глядя на Бана. — Кажется, я перепутал бокалы. Это не шампанское. Простите, у меня иногда бывает рассеянность. Вам нехорошо? — Ничего страшного, — Бан выдавил улыбку, чувствуя, как тепло разливается по телу. — Просто... крепче, чем я ожидала. Капитан незаметно коснулся его локтя и притянул чуть ближе к себе. — Моя спутница не привыкла к крепким напиткам, — сказал он, и его голос был светским, но пальцы на локте Бана сжались чуть сильнее. — Позвольте ей просто постоять рядом. — Конечно-конечно! — Громов уже потерял к Бану интерес и повернулся к Капитану. — Итак, вы интересовались нашим скромным клубом... Разговор потёк своим чередом. Громов говорил о рынках, о возможностях, о сотрудничестве. Капитан отвечал обтекаемо, задавал правильные вопросы. Бан стоял рядом, делая вид, что ему интересно. Микрофон в платье записывал всё. Алкоголь приятно согревал. Бан не был пьян — всего один глоток, но ощущал лёгкое головокружение. Капитан, судя по всему, тоже выпил глоток, прежде чем понял, что бокал не с шампанским. Но держался безупречно. Хотя Бан заметил, как его пальцы иногда чуть крепче сжимались на бокале. В течение вечера Громов ещё дважды подзывал официантов и предлагал напитки. Каждый раз что-то крепкое, замаскированное под шампанское. Капитан больше не делал глотков только подносил бокал к губам. Бан следовал его примеру. Но Громов, казалось, наслаждался этой игрой. Через некоторое время Бан заметил, что Громов слишком часто поглядывает в его сторону. Особенно когда платье чуть сдвигалось и разрез открывал ногу. Капитан тоже это заметил. Он плавно переместился так, чтобы заслонить Бана плечом. Защитный жест. Собственнический. Бан почувствовал это без слов. В середине вечера оркестр сменил мелодию. Заиграл вальс. Медленный, тягучий, наполняющий зал своей плавной волной. Пары потянулись в центр. Громов, который как раз закончил очередную тираду о перспективах сотрудничества, махнул рукой — Танцуйте, господа! Это бал! Не только же о делах говорить! Капитан повернулся к Бану. Его рука скользнула вниз по локтю и взяла ладонь Бана. — Потанцуем? — Ты умеешь? — Бан приподнял бровь. — Этикет с пяти лет. Бальные танцы входили в программу. — Охренеть. Ты реально с пяти лет вальс танцуешь? Он вывел Бана в центр зала. Его рука легла на талию уверенно, но бережно. Другая ладонь держала пальцы Бана. Платье струилось вокруг ног, разрез приоткрывал бедро при каждом шаге. Свет люстр плыл над головой, разбиваясь на тысячи золотых искр. Они закружились. Капитан вёл идеально. Плавно, без рывков, без напряжения. Бану оставалось только следовать. И он следовал. — Ты хорошо танцуешь, — тихо сказал Капитан. — Я не умею. Я просто следую за тобой. — Иногда этого достаточно. Их лица были близко. Очень близко. Бан чувствовал запах его парфюма что-то сдержанное, древесное, с ноткой цитруса. Чувствовал тепло его ладони на своей талии. Чувствовал, как каждый поворот делает их чуть ближе друг к другу. —Как это вообще случилось? Капитан чуть сбился с шага на какую-то долю секунды. Потом выровнялся. И ответил — тихо, одними губами: — Не знаю.. Его рука чуть сильнее сжалась на талии Бана. Большой палец скользнул по ткани платья — едва заметное движение, но от него у Бана перехватило дыхание. Он поднял голову и встретился взглядом с единственным видимым глазом Капитана. В нём было что-то, чего Бан не видел раньше, не просто профессиональная сосредоточенность. Желание. Нерешительность. И теплота, от которой кружилась голова. Они сделали ещё один поворот. — Можно? — спросил Капитан. Голос был едва слышен из-за музыки, но Бан понял. Он не знал, о чём именно спрашивает Капитан. О танце? О чём-то большем? — Можно?... — сказал Бан. Капитан наклонился. Медленно давая время передумать, отстраниться, остановить. Но Бан не отстранился. Он стоял, чуть приоткрыв губы, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Их маски почти соприкоснулись краями. А потом Капитан преодолел последние сантиметры. Их первый поцелуй был осторожным. Лёгким касанием губ. Капитан целовал так, будто боялся спугнуть. Коротко, невесомо, но от этого ещё более пронзительно. Бан замер на секунду, а потом ответил. Привстал на каблуках, опёрся ладонью о грудь Капитана, чувствуя под пальцами дорогую ткань рубашки и быстрые удары сердца. Оркестр всё играл. Пары всё кружились. Никто не заметил. Капитан отстранился первым. Его дыхание было чуть неровным. Для него это было равносильно признанию. — Бан, — выдохнул он. — помолчи, — Бан всё ещё держался за его рубашку. — Просто танцуй дальше. А то я упаду сейчас от неожиданности. Капитан едва заметно улыбнулся краешком губ, видимым из-под маски. И они продолжили вальс. Но теперь его рука лежала на талии Бана не просто бережно, а словно имела на это право. И Бан не возражал. Совсем не возражал. Музыка закончилась. Пары зааплодировали оркестру и начали расходиться. Капитан и Бан остановились, но не спешили отходить друг от друга. — Мне нужно ещё кое-что записать у буфета, — сказал Бан, чуть охрипшим голосом. — Там компания, они походу обсуждают южный маршрут. — Хорошо, — Капитан кивнул. — Я пока закончу с Громовым. Через полчаса встречаемся на террасе. Идёт? — Идёт. Жень... — Бан помедлил. — Это... то, что сейчас было... — Я знаю, — перебил Капитан. — Я тоже. Позже. Терраса. — Терраса, — повторил Бан и отпустил его руку. У буфета действительно собралась группа гостей. Бан взял с подноса канапе, чтобы не стоять с пустыми руками, и включил внимание. Говорили трое. Мужчина в серебряной маске, женщина в фиолетовой и ещё один в чёрной маске, похожий на военного. Обсуждали поставки, сроки, южный маршрут. Мелькали названия компаний, даты, суммы. Бан запоминал каждое слово, надеясь, что микрофон пишет чисто. Краем глаза он заметил Громова. Тот снова стоял у колонны, разговаривал с Капитаном и периодически поглядывал в сторону Бана. Липкий взгляд. Бан поёжился, но не подал виду. Пусть смотрит. Главное данные. Через полчаса, когда разговор у буфета иссяк и группа разошлась, Бан пробрался через зал и вышел на террасу. Терраса была пуста. Стеклянные двери приглушали музыку из зала, и здесь царила тишина. Только цикады в саду и шорох ветра в кронах деревьев. Фонарики мерцали между ветвей, как упавшие звёзды. Капитан уже ждал. Он стоял, облокотившись на перила, глядя в тёмный сад. Его силуэт в идеально сидящем костюме и с маской на пол-лица выглядел как иллюстрация к роману, который Бан никогда не читал. — Я записал много, — сказал Бан, подходя и вставая рядом. — Южный маршрут, какие-то компании. Громов упоминал дату пятнадцатое число следующего месяца. Кажется, в этот день что-то будет. — Хорошо, — Капитан повернулся. — Ты молодец. — Ты тоже. Говорил с Громовым битый час и даже не вспотел. У меня бы нервов не хватило. — У тебя хватило нервов на другое, — Капитан помолчал. — Ты выпил. — Ты тоже выпил! — Я сделал глоток. Один. Дальше только делал вид, — он усмехнулся. — Он всем подсовывает крепкое под видом шампанского. Проверяет людей кто потеряет контроль, кто нет. — Вот же урод, — Бан фыркнул. — Но я держался. — Ты держался прекрасно. Они замолчали. Ночной воздух холодил открытые плечи Бана, и он чуть вздрогнул. Капитан заметил. Снял пиджак и накинул ему на плечи. — Держи. — Не надо, я... — Ты дрожишь. Надень. Бан взял пиджак и закутался плотнее. Ткань хранила тепло Капитана и пахла им — древесным, сдержанным парфюмом. Бан вдохнул этот запах и прикрыл глаза. — Спасибо. — Всегда пожалуйста. Тишина, ветер. А потом Капитан повернулся к нему всем телом и сказал тихо, почти шёпотом. — Бан. То, что случилось в зале. На танце. Я не хочу, чтобы ты думал, что-то не то. Я не хотел, это наверное была случайность или по легенде. Прости.. — Ничего, я сам ещё не до конца все понял, — Бан поднял голову. — Прости. Может это алкоголь, но.. — сказал Капитан и сделал паузу. — Но я хотел бы ещё раз... И хочу сейчас. Если ты не против. — Я не против, — сказал Бан. —Я совсем не против, наверное. И тогда Капитан шагнул ближе. Его пальцы коснулись щеки Бана легко, невесомо, как в первый раз. Затем легли на затылок, путаясь в распущенных прядях. И он наклонился. Второй поцелуй был совсем другим — глубоким, настоящим, с привкусом того самого крепкого напитка, который они оба пробовали. Здесь, в тишине террасы, без чужих глаз, без оркестра и публики, он был смелее. Капитан целовал дольше, увереннее, одной рукой придерживая Бана за талию, другой за плечо, притягивая ближе, ещё ближе. Бан отвечал, запустив пальцы в его хвост, чуть растрепав аккуратные пряди. Пиджак соскользнул с плеча и упал на каменный пол, но Бан даже не заметил. Их маски соприкоснулись краями, и Бан тихо рассмеялся в поцелуй. — Что? — спросил Капитан, отстраняясь ровно настолько, чтобы видеть его лицо. — Маски мешают, — Бан улыбнулся. — Никогда не думал, что мой первый поцелуй будет с тобой. С мои администратором. Так ещё будет через карнавальную маску. — Правда? — Правда. — Он помолчал. — Это означает, что будут ещё. Бан почувствовал, как краска заливает лицо. Хорошо, что темно. Хорошо, что маска. — Ты всегда такой... прямой? — Когда дело касается важных вещей то да. — Я для тебя важная вещь? — Ты для меня важный человек, — поправил Капитан. У Бана перехватило горло. Он не знал, что ответить. Он вообще не привык к таким словам. К словам, которые бьют прямо в сердце. Поэтому он просто поднял руку, коснулся щеки Капитана там, где маска не закрывала лицо, и сказал. — Тогда поцелуй меня ещё раз. Капитан не заставил просить дважды. Третий поцелуй был медленным, нежным, без спешки. Он целовал так, словно у них было всё время мира. Словно не было задания. Словно не было протоколов, главы, всего комплекса. Только они двое в масках, в лунном свете, на пустой террасе, одни во всём мире. Когда они наконец отстранились, Капитан прислонился лбом ко лбу Бана. — Три, — прошептал Бан. — Что? — Это был третий. Я считаю. — Тогда будет и четвёртый, — сказал Капитан. — И пятый. И ещё. Но сейчас нам нужно возвращаться в зал. Задание ещё не закончено. — Я знаю. Бан нехотя оторвался от него, наклонился и поднял упавший пиджак. Отряхнул. Протянул Капитану. — Держи. Твой выход. А то без пиджака ты выглядишь слишком человечным. Громов заподозрит неладное. Капитан принял пиджак, и его губы дрогнули в улыбке. Настоящей, не сдержанной, не спрятанной. Он надел пиджак, поправил манжеты и подал Бану руку. — Идём, — сказал он. — Закончим это. А потом... продолжим. — Обязательно, — сказал Бан, вкладывая свою ладонь в его пальцы. И они вернулись в зал...