СЛОВО КАПИБАРЫ СВИНОБУЛЛЕР НА АСФАЛЬТЕ

​Глава 1: Кошмар в бирюзовых тонах ​Тьма была густой и липкой, как сырая нефть. Влакс стоял посреди бесконечного ничто, когда перед ним из пустоты соткался силуэт. Это был Эдгар, но он выглядел иначе — его тело мерцало битыми пикселями, а в глазах застыла ярость. ​— Как ты меня посмел убить, био-обезьяна?! — прошипел Эдгар, подходя ближе. — Не переживай, мой хозяин за меня отомстит. Я же его любимчик! Ты лишь ошибка в его коде! ​— Ты ублюдок нефорский, — огрызнулся Влакс, пытаясь вызвать свои силы, но тело его не слушалось. ​Вдруг из-за спины Эдгара вышел еще один силуэт. Влакс похолодел: это был он сам. Те же черты лица, та же одежда, но ярко-красные очки горели во тьме, как два кровавых угля. ​— Ты умрешь, рано или поздно, — произнес Красный Влакс ледяным, лишенным эмоций голосом. — Я тут настоящий Влакс. А ты — просто черновик. ​— Ты самозванец, а не Влакс! — закричал настоящий Влакс, делая шаг вперед. ​Двойник лишь холодно улыбнулся и вытянул руку. Вокруг него закружились искры темной энергии. — Прощай. ​Он активировал телепорт прямо под ногами Влакса. Мир перевернулся, и Влакс провалился в бездонную пропасть, чувствуя, как его сознание разрывается на части. ​Пробуждение ​Влакс резко сел на кровати, тяжело хватая ртом воздух. По лбу катился холодный пот. Вместо бесконечной пустоты он увидел светлую комнату, пахнущую целебными травами и ванилью. ​— Влакс! Вы очнулись! — раздался звонкий, радостный голос. ​Рядом с кроватью сидела Эми Роуз, сжимая в руках молот (на всякий случай) и полотенце. Её глаза светились искренним облегчением. ​— Госпожа Роуз... — прохрипел Влакс, прижимая руку к гудящей голове. — Я сейчас позову твоих друзей, они очень рады будут! — Эми вскочила с места, сияя от счастья. — Урахара сказал, что ты пойдешь на поправку, но мы все равно очень переживали! ​— Спасибо вам... что вылечили, — тихо сказал Влакс, провожая её взглядом. ​Мысли в тишине ​Когда дверь за Эми закрылась, Влакс откинулся на подушки и уставился в потолок. ​Личное дело: Влакс Сабстроук ​Возраст: 13 лет. ​Статус: Пожалуй, единственный в команде, у кого было нормальное детство. ​Семья: Обычная, любящая семья в Нальчике — папа, мама и старшая сестра. Все живы и здоровы. ​Способности: Неизвестного происхождения. Просто однажды они появились, и жизнь превратилась в круговорот сражений с роботами и магами. ​«У меня всё хорошо», — подумал Влакс, сжимая одеяло. «Дома меня ждут, я не сирота, за мной не охотятся призраки прошлого, как за Азимусом. Но этот сон... и этот парень в красных очках...» ​В горле встал ком. Влакс посмотрел на свои ладони — они всё ещё слегка подрагивали. У него было очень плохое предчувствие. Красный Влакс из сна не казался просто плодом воображения. Он казался... реальностью, которая уже начала свой путь за его душой. Двери в комнату распахнулись, и внутрь ввалилась шумная компания. Настроение в палате мгновенно сменилось с тревожного на хаотичное. ​Глава 2: Старые обиды и новые пути ​Пукки первым подскочил к кровати, его глаза светились искренней радостью. — Влакс, наконец-то ты очнулся! Мы очень переживали за тебя, особенно после того, как тебя приложило в битве с Эдгаром. ​Влакс слабо улыбнулся, но тут его взгляд упал на массивную фигуру в маске, маячившую в дверях. — Я тоже рад всех видеть... — Влакс прищурился. — А Надар что тут забыл? ​— У меня тоже способности есть! — гордо баснул Надар, выпятив грудь. — Я теперь часть команды, если ты не заметил. ​Метал Соник недовольно заискрил суставами. — Влакс, этот скибиди туалет конченный сломал ручку от двери в школе и всю вину на меня свалил! — пожаловался робот, указывая на Надара механическим пальцем. — А ты меня вообще дауном назвал, забыл?! — тут же вскипел Надар. ​Флешбэк: Будни в школе Нальчика ​Коридор школы № 5 Азимус спокойно шел в класс, размышляя о теории струн, как вдруг двери кабинета распахнулись от удара. Оттуда пулей вылетел Метал Соник, а за ним, тяжело топая, несся разъяренный Надар. Надар схватился за ручку двери с такой силой, что металл не выдержал — ручка с мясом оторвалась от полотна. ​Азимус замер, глядя на оторванную деталь в руках гиганта. — Надар, ты даун, блять! — выкрикнул Метал Соник, запрыгивая на подоконник. — Это ты виноват! — проорал в ответ Надар, швырнул ручку в сторону и убежал. ​Азимус повернулся к роботу: — Что случилось? — Надар начал со мной драться, — Метал Соник спрыгнул вниз, потирая корпус. — Он сказал, что у него хотя бы настоящие родители, а не отчим. Соник вообще мой опекун, а не отец, но это было обидно! Я его дауном назвал, и он за мной погнался. — Пиздец, — коротко резюмировал Азимус, потирая переносицу. ​Реальность: Примирение и разлука ​— Не надо ссориться! — Пукки решительно прервал поток взаимных обвинений. — Надар нам помог победить Мехагодзиллу. Без его физической мощи мы бы не справились, так что мы у него в долгу. ​Метал Соник на мгновение затих, анализируя данные последнего боя. — Насчёт этого я согласен, Пукки. В бою он был полезен. ​Надар скрестил руки на груди, его голос стал серьезным: — Ладно, проехали. Но мне пора. Мне надо уйти на пару недель, чтобы стать сильнее. Урахара сказал, что я должен научиться контролировать этот «метеорит» внутри себя. — Удачи, Надар, — кивнул Пукки. ​Когда за Надаром закрылась дверь (на этот раз аккуратно), в комнате стало тише. ​Мысли Пукки: «Фух... Хорошо, что он какое-то время не будет ко мне домой приходить. Мои нервы этого не выдержали бы». ​Мысли Метал Соника: «Идеально. Главное, что он не знает, где я живу. Мои системы безопасности не рассчитаны на таких вандалов». Вечерний Нальчик за окном медленно погружался в сиреневые сумерки. В доме Пукки было тихо — Лайм и Аста, вымотанные приключениями, наконец-то уснули, а Соня возилась на кухне. ​Азимус сидел на полу в гостиной, прислонившись спиной к дивану. Перед ним на низком столике лежало то самое письмо от отца — пожелтевшее, с неровными краями. Он перечитывал его уже в десятый раз, пытаясь между строк найти ответ на вопрос: кем на самом деле был Азим Куросаки? ​Тихие шаги по ковру заставили его вздрогнуть. ​— Азимус... там Соня приготовила... — голос Пукки прозвучал мягко, почти шепотом. — Азимус? ​Тот не ответил. Он смотрел в одну точку, и его пальцы едва заметно дрожали, сжимая край конверта. Весь его холодный, аналитический ум сейчас казался бесполезным перед лицом этой семейной тайны. ​— Пукки... — выдохнул он, едва шевеля губами. ​Капибара не стал стоять в дверях. Он подошел и присел к Азимусу так близко, что их плечи соприкоснулись. От Пукки пахло домашним уютом, свежестью и тем самым спокойствием, которого Азимусу так не хватало. В этой близости не было слов, но было нечто гораздо более глубокое — безмолвная поддержка, готовность разделить любую ношу. ​Азимус внезапно покраснел. Сердце, которое всегда работало как четко отлаженные часы, вдруг пропустило удар, а затем забилось быстро и неритмично. Он почувствовал странное тепло в груди, что-то гораздо большее, чем просто дружбу. Ему захотелось на мгновение положить голову Пукки на плечо и забыть обо всех битвах, роботах и письмах. ​Но в следующую секунду в его голове всплыли сухие, строгие установки, которые он слышал в школе или в интернете: «Это неправильно», «Геи — это психически ненормальные люди». ​Азимус резко выпрямился, стараясь унять дрожь. Он решил отмахнуться от этой мысли, подавить её своей логикой, как он всегда делал с проблемами. ​— Еда, говоришь? — Азимус быстро отвел взгляд, делая вид, что убирает письмо. — Да, я... я сейчас приду. Просто задумался. ​Он встал слишком быстро, почти споткнувшись, и не глядя на Пукки, направился к выходу из комнаты. Но тепло в том месте, где их плечи соприкасались, всё еще жгло кожу, напоминая, что логика не всегда может победить чувства. ​Тем временем на кухне: Соня расставляла тарелки, не подозревая о буре внутри Азимуса. — О, Азимус, ты как раз вовремя! Садись, пока горячее. За обеденным столом повисла странная, густая тишина, которую нарушал только стук ложек о тарелки. Соня приготовила свой фирменный острый суп, и пар от него поднимался вверх, смешиваясь с напряжением, которое буквально исходило от Азимуса. ​Азимус механически черпал суп, стараясь сосредоточиться на жжении специй во рту, лишь бы не думать о том, что произошло в гостиной пару минут назад. ​— Кстати, это мой любимый суп, — с улыбкой заметил Пукки, глядя на друга. ​— А, ну круто, понятно... Очень вкусный суп, — невпопад ответил Азимус, даже не глядя в тарелку. Его голос звучал как у робота, у которого закоротило речевой модуль. ​Мысли Азимуса: «Блин, блин, блин... Неужели мне реально нравится Пукки? Что мне делать? Что сказать? Я теперь, получается, гей? А если Пукки меня осудит? Если он расскажет всем в школе? А если это просто из-за стресса? Нет, Азимус, успокойся, ты же гений, ты должен это проанализировать... но анализировать не получается, в голове только его плечо рядом с моим!» ​— Что-то не так, Азимус? — Пукки чуть наклонил голову, внимательно всматриваясь в лицо друга. — Ты какой-то дерганый. Суп слишком острый? ​Лицо Азимуса в этот момент сравнялось по цвету с красным перцем чили в тарелке. Он густо покраснел, чувствуя, как уши буквально горят. ​— Да нене... ниче! — выпалил он, чуть не подавившись бульоном. — Просто... специй много. Глаза слезятся. Всё нормально! ​Азимус уткнулся обратно в тарелку, поглощая суп с такой скоростью, будто от этого зависела его жизнь. Лайм и Аста, сидевшие напротив, переглянулись. Лайм подозрительно прищурился, а Аста просто пожал плечами и продолжил уплетать свою порцию. Глава 3: Вечер настолок у роботов ​Пока у Азимуса дома кипели нешуточные страсти, в квартире Соника, где жил Метал Соник, обстановка была куда более уютной. Соник, будучи фанатом всяческих активностей, собрал целую коллекцию настольных игр, и сегодня роботы решили устроить настоящий турнир. ​В центре комнаты на ковре сидели Влакс, Метал Соник и Метал Наклз. Перед ними была разложена огромная карта с фэнтезийным миром, по которой нужно было передвигать фигурки, бросая кубик. ​— Так, моя очередь, — проскрежетал Метал Соник, аккуратно взяв манипулятором белый кубик. — Если выпадет шесть, я захвачу твою крепость, Влакс. ​Метал Соник бросил кубик. Результат: 4. — Черт. Хожу на четыре клетки, — робот передвинул свою маленькую стальную фишку. — Влакс, твой ход. ​Влакс взял кубик. После комы ему всё ещё было непривычно находиться в такой мирной обстановке, но игра помогала отвлечься от дурных мыслей о Красном двойнике. — Посмотрим... — Влакс кинул кубик. Выпало 5. — Так, раз, два, три, четыре, пять. Я попадаю на клетку «Таверна». Метал Наклз, ты должен угостить меня воображаемым элем! ​Метал Наклз, который в этой компании был самым молчаливым и серьезным, тяжело вздохнул (насколько это позволял его динамик). — Мои системы не предназначены для имитации гостеприимства в тавернах, — пробасил он. — Но правила есть правила. Вот твой эль. ​Метал Наклз сделал вид, что подает Влаксу невидимую кружку, и сам бросил кубик. Ему выпала единица. — Моя фишка застряла в болоте, — констатировал Наклз. — Кажется, удача сегодня не на стороне металлических моделей. ​— Это всё потому, что ты слишком сильно трясешь кубик, — подколол его Метал Соник. — Влакс, кстати, как ты себя чувствуешь? Голова после больницы не болит? ​Влакс на мгновение замер, вспоминая красный блеск очков во сне, но быстро взял себя в руки. — Да нормально всё. Главное, что мы сейчас просто играем, а не спасаем мир от очередного сумасшедшего ученого. Хотя... Метал Соник, ты уверен, что у Соника нет игры про Эггмана? Было бы забавно его обыграть хотя бы на картоне. ​Роботы переглянулись. — У Соника есть игра под названием «Побег с Острова Ангела», — ответил Метал Соник. — Но там Эггман слишком сложный босс. Давай лучше доиграем в эту. Твой ход, Наклз! ​В квартире Соника раздавался методичный стук кубика и споры о том, сколько клеток прошел Метал Соник. На один вечер война с роботами и личные драмы отступили на второй план. Глава 4: Встреча на вокзале ​20 декабря 2023 года. Нальчик накрыло предновогодним морозом, но на перроне вокзала было жарко от волнения. Метал Соник стоял у самого края платформы, крепко сжимая в механических манипуляторах огромный букет алых роз. Рядом, скрестив руки на груди, стоял Метал Наклз — его взяли в качестве «группы поддержки» и носильщика чемоданов. ​— Мои сенсоры фиксируют приближение поезда из Челябинской области, — пробасил Метал Наклз. — Тимоти, уровень твоего давления масла зашкаливает. Успокойся. ​— Замолчи, Наклз! — Метал Соник поправил воображаемый галстук. — Для тебя я «Тимоти», а для неё — Тимочка. Она ехала из самого Копейска! Ты представляешь, какое это расстояние? ​Когда поезд «Кисловодск — Тында» со скрипом остановился, из вагона повалил пар. Среди толпы пассажиров показалась невысокая девушка с ярким взглядом. Это была Арина, та самая «интернет-девушка», с которой Метал Соник месяцами переписывался в соцсетях под ником Тимур. ​— Ариночка! — выкрикнул Метал Соник, забыв о своей крутости, и рванул навстречу. ​— Тимочка! — Арина бросила сумку на снег и прыгнула к нему в объятия, ничуть не смущаясь того, что её парень — синий робот. Холодный металл её совсем не пугал, для неё он был самым лучшим. ​Метал Соник протянул ей букет: — Это тебе. Добро пожаловать в Нальчик. Теперь ты будешь жить у меня (ну, то есть у нас с Соником, но я всё обустроил!). ​Арина зарылась носом в цветы, сияя от счастья. — Они прекрасны! Я так ждала этой встречи. В Копейске сейчас жуткий холод, а здесь... здесь ты. ​Метал Наклз молча подошел, поднял тяжелый чемодан Арины одной рукой, будто тот ничего не весил, и кивнул: — Объект доставлен. Инициализация совместного проживания начата. Пошли, а то Соник там уже весь холодильник из-за нервов опустошил. ​Интересный факт: ​Метал Соник так дорожил своим человеческим именем «Тимур», что даже в базе данных переименовал свой корневой каталог. Для всего мира он — ультимативная машина Эггмана, но для Арины он — просто любимый Тимочка. Арина, приехавшая к Метал Сонику (Тимочке) из Копейска, была девушкой заметной и с характером, который сразу выдавал в ней родственную душу Джеки из Brawl Stars. ​Внешний вид: Боевой строитель ​Арина — невысокая, коренастая девушка с пышными тёмно-каштановыми волосами, собранными в два тугих хвоста, торчащих из-под ярко-жёлтой строительной каски. Каска была не для галочки — на ней виднелись царапины и наклейки с логотипами строительных фирм и забавным смайликом в респираторе. ​Её лицо украшали большие защитные очки с затемненными линзами, которые она носила, сдвинув на лоб, когда не работала. На переносице и щеках виднелись следы строительной пыли, а на шее болтался респиратор. ​Одета Арина была практично и стильно: ​Укороченная джинсовая куртка поверх серой футболки. ​Широкие рабочие штаны-карго (цвета хаки) с множеством карманов, из которых торчали отвертки, рулетка и моток изоленты. ​На ногах — массивные, грубые ботинки на толстой подошве, способные выдержать падение кирпича. ​На поясе у неё висел не просто ремень, а патронташ для инструментов, где вместо пуль были закреплены гаечные ключи и запасные свёрла. Нальчикский Арбат заливал мягкий вечерний свет. По дорожке, неспешно и торжественно, вышагивал Метал Соник, крепко (но осторожно, чтобы не погнуть пальцы) держа за руку Арину. ​Арина, в своей неизменной каске и с защитными очками на лбу, то и дело громко хохотала, рассказывая про суровые будни копейских строителей, а Метал Соник (он же Тимур) светился синими светодиодами от счастья. ​За этой идиллической картиной из-за ближайшего дерева наблюдал Метал Наклз. Его лицо выражало абсолютную, монументальную неподвижность. Метал Наклз: 🗿🗿🗿🗿 Глава 5: Великое разоблачение ​В этот момент мимо проходил Влакс, который всё ещё немного пошатывался после больницы. — О, привет, Метал Наклз! Чего в засаде сидишь? ​Робот медленно повернул голову к Влаксу. — Зови меня просто... хм... о... Ратмир. Этот Тимур гуляет с Ариной. ​Влакс замер, моргая глазами. — Какой ещё Тимур? Метал Соник, что ли? — Именно, — Ратмир скрестил мощные красные руки на груди. — Ему 13 лет (по документам Эггмана), и уже в отношениях нафиг, с какой-то Ариной. ​— Бляяяяяя... — Влакс схватился за голову. — Робот и человек. Это же... это как вообще в физику процесса вписывается? ​Тут из-за угла вырулил Пукки, бодро размахивая лапами. — О, привет, ребя... — Тихо, Пукки! — зашипел на него Влакс, дергая за плечо и указывая в сторону «сладкой парочки». ​Пукки проследил за направлением пальца и его глаза стали размером с блюдца. — У Метала девушка?! 😰 — Да, — подтвердил Влакс шепотом. — Она только приехала из Копейска. У неё он Тимочка, а она у него Ариночка. Любовь, все дела. ​— Че делать-то? — Пукки впал в ступор. — У него же даже сердца нет, там же турбина стоит! ​В этот момент к ним подошел Азимус, всё ещё задумчивый после вчерашнего супа и письма отца. — О, привет, ребята. Чего столпились? Пукки резко развернулся и прижал лапу к губам Азимуса. — Тихо, придурок рыжий! — прошептал он, обдавая Азимуса жаром. — Тимур теперь с Ариной. ​Азимус замер. Соприкосновение с лапой Пукки снова заставило его сердце предательски ёкнуть, но новость о Метал Сонике перебила все чувства. Он медленно убрал лапу Пукки от своего лица, стараясь не смотреть ему в глаза. ​— Какой Тимур? — переспросил Азимус, пытаясь вернуть самообладание. — Наш Метал? С Ариной? Из Копейска? С той, которая с буром ходит? ​Все четверо — Влакс, Ратмир, Пукки и покрасневший Азимус — синхронно выглянули из-за дерева, наблюдая, как Метал Соник бережно поправляет Арине каску. Ситуация становилась всё более абсурдной. Четвёрка героев, притаившись за кустами сирени, выглядела как конспиративный кружок, решивший сорвать свидание века. ​— Кстати, почему вы называете себя с Металом Тимуром и Ратмиром? — шёпотом спросил Азимус, пытаясь отвлечься от того, что Пукки всё ещё стоял к нему почти вплотную. ​Метал Наклз (он же Ратмир) даже не повернул окуляров, продолжая следить за целью: — Потому что нас Эггман создал как копии Соника и Наклза. Нас обеспечивает Соник, и чтобы не путаться в именах, Метал Соника просто называем Металом или Тимуром, а меня — Ратмир. Удобно, лаконично, по-нашему. ​— Окей, логично, — Азимус поправил очки. — Но объясните мне другое: почему мы следим за Металом? Мы что, ФСБ? Это его личная жизнь, пусть хоть с бетономешалкой встречается. ​Пукки, который слишком увлёкся процессом наблюдения, случайно подался вперёд и хрустнул веткой. ​В ту же секунду сенсоры Метал Соника сработали на движение. Он резко обернулся, всё ещё сжимая руку Арины. Его синие глаза-окуляры вспыхнули ярким неоновым светом, сканируя кусты. ​— Ой... — только и успел пискнуть Пукки, вжимая голову в плечи. ​Тимур (Метал Соник) выпрямился во весь рост, а Арина, заметив его реакцию, мгновенно перехватила свой отбойный молоток поудобнее, готовая бурить любого, кто посмеет прервать их прогулку. ​— Так-так-так... — проскрежетал Метал Соник, делая шаг к кустам. — И что это за комитет по встрече? Азимус? Пукки? Влакс? Ратмир, вы-то куда со своими глазами в шпионаж полезли? ​Арина нахмурилась и громко выкрикнула на весь Арбат: — Тимочка, это что за сталкеры?! Это твои друзья, что ли, вж-ж-жух?! А ну выходите из гербария, пока я вам капремонт лиц не устроила! ​Азимус вышел первым, стараясь сохранить остатки достоинства: — Мы... мы просто проходили мимо. Влакс вот после больницы, гуляем, воздухом дышим. Нальчик — город маленький, знаете ли. ​Влакс нервно закивал: — Да-да, лечебная физкультура. Ходьба по пересеченной местности... в кустах. ​Пукки виновато посмотрел на Тимура: — Прости, мы просто... мы в шоке были. Арина, привет! Очень... э-э... эффектная каска! ​Арина прищурилась, оценивая компанию, и её гнев сменился любопытством: — Ладно, раз друзья — живите. Я Арина! Из Копейска приехала за своим железным принцем. А вы, значит, та самая банда, про которую он в чате писал? Рыжий, Капибара, Мелкий и... Ратмир, ты че, сумку мою уже потерял? ​Ратмир (Метал Наклз) молча ​Арбат Нальчика замер на мгновение, пока компания переваривала громкое явление Арины. Азимус стоял прямо, не отводя своего тяжёлого, пронзительного взгляда. В отличие от многих, он никогда не носил очков — его глаза всегда были открыты миру, и в них читалась сталь человека, который привык видеть суть вещей раньше, чем они успеют подействовать. ​— Тимочка? — Пукки нервно хихикнул, переводя взгляд с грозного Метал Соника на Арину. — Значит, ты теперь у нас «Тимочка ​Метал Соник (он же Тимур) издал звук, похожий на перегрев процессора, и его металлические пластины на шее слегка порозовели — Это... техническое сокращение, — буркнул он, отпуская руку Арины. — Так, раз уж вы всё равно здесь, давайте без лишних драм. Арина приехала издалека, и ей нужно где-то обосноваться ​Арина с грохотом поставила свой отбойный молоток на плитку Арбата, отчего та подозрительно треснула — Вж-ж-жух! — воскликнула она, вытирая лоб. — Слышь, Железный Принц, ты мне обещал люкс с видом на горы! А пока я вижу только этих сталкеров в гербарии....»? чемодан, показывая, что всё под контролем. Глава 6. Розовые тени депрессии ​Лаборатория, которая обычно гудела от работы сервоприводов и зловещего смеха, теперь была погружена в полумрак. Единственным источником света был огромный монитор, на котором по кругу крутилось слайд-шоу с фотографиями погибшего Эдгара. ​В центре комнаты, на огромном механическом шезлонге, лежал Доктор Эггман. На нём была пушистая розовая пижама с принтом маленьких роботов и смешная пижамная шапочка с помпоном. Доктор обнимал подушку и безутешно всхлипывал. ​— Ой, как мне грустно... — простонал Эггман, вытирая слезы краем пижамного рукава. — Мой любимчик Эдгар погиб... Как я без него? Как без рук! ​Он тяжело вздохнул и посмотрел на пустую тарелку, стоявшую на тумбочке. ​— Какие он мне чебуреки вкусные готовил... Хрустящие, сочные, прямо как в лучших ларьках на рынке! — Доктор снова зарыдал. — Теперь мне приходится есть магазинные полуфабрикаты. Мой гениальный мозг требует качественного мяса и теста, а не этой безвкусной резины! ​Орбот и Кюбот стояли неподалеку, не зная, как подступиться к рыдающему хозяину. Орбот в сотый раз протирал одну и ту же деталь, а Кюбот пытался изобразить сочувствие, хотя его голосовой модуль периодически выдавал звуки ломающегося тостера. ​— Сэр, — осторожно начал Орбот, — мы с Кюботом пытались найти рецепт тех самых чебуреков в базе данных, но... ​— Но я перепутал соль с сахаром! — радостно перебил его Кюбот. — И вместо мяса положил туда старые микросхемы! Получилось очень... хрустяще! Хотите попробовать, босс? ​Эггман швырнул в Кюбота подушку. — Идиоты! Вы не понимаете! Эдгар вкладывал в них душу! А вы — только программный код и мусор! Уходите! Оставьте меня наедине с моим горем и этим слайд-шоу! ​Доктор отвернулся к стене, натянул шапочку пониже на глаза и включил грустную музыку. Лаборатория снова погрузилась в тишину, прерываемую только тихим всхлипыванием величайшего злодея, который остался без своего главного кулинара. В лаборатории повисла тяжёлая пауза. Орбот и Кюбот вжались в угол, боясь издать лишний звук, пока Доктор Эггман в своей розовой пижаме продолжал разглядывать портрет Эдгара в золочёной рамке. Глава 7: Тень у школьных ворот Утро в Нальчике выдалось морозным и серым. Влакс шёл к школе, ссутулившись и засунув руки глубоко в карманы куртки. Его взгляд был устремлён в асфальт, а мысли путались в тригонометрических формулах, которые никак не хотели укладываться в голове. Рядом, мерно лязгая подошвами по плитке, шагал Метал Соник. Его окуляры пульсировали спокойным синим светом, сканируя окружающее пространство на наличие угроз, которых, на первый взгляд, не было. — Влакс, твои биоритмы показывают повышенный уровень кортизола, — проскрежетал Метал, слегка повернув голову к другу. — Не переживай из-за контрольной по алгебре. Мои вычислительные мощности позволяют передать тебе ответы по зашифрованному каналу, если ты не справишься сам. Это логичнее, чем тратить нервные клетки на синусы. Влакс криво усмехнулся, пнув попавшийся под ноги камень. — Спасибо, Тимур, но Азимус сказал, что если я опять спишу, он мой молоток на металлолом сдаст. Надо самому... хотя бы попытаться. Они подошли к главным воротам, когда Метал Соник внезапно замер. Его окуляры мгновенно сменили цвет на тревожный красный, а из грудного отсека донеслось нарастающее гудение турбины. — Идентификация угрозы... — голос робота стал холодным и механическим. — Влакс, назад. Из-за густых кустов акации, прямо на пути к школьному крыльцу, медленно вышла фигура. Ученики, пробегавшие мимо, в испуге замирали. Перед ними стоял второй Влакс. Но этот «двойник» выглядел иначе. На его лице сияли ярко-красные очки, в которых отражалось блёклое зимнее солнце. Его одежда была идеально чистой, а движения — пугающе отточенными, лишёнными всякой человеческой неуклюжести. В руках он сжимал матово-чёрный молоток, от которого исходила тяжёлая, липкая энергия. Настоящий Влакс почувствовал, как по спине пробежал холодок. Картинки из его недавних ночных кошмаров вспыхнули перед глазами с невероятной чёткостью. — Ты... ты из моего сна? — прошептал он, крепче сжимая лямку рюкзака. Влакс-Альфа поправил свои красные очки и заговорил голосом, который звучал как эхо в пустом колодце: — Твой сон был лишь побочным эффектом нашей квантовой связи, оригинал. Но теперь я здесь, в реальности. Доктору не нужны ошибки. Ему нужен результат. Метал Соник мгновенно загородил собой Влакса, из его предплечий с лязгом выдвинулись острые стальные пластины. — Объект — копия. Уровень угрозы: критический. Что тебе нужно, жестянка в очках? Клон даже не взглянул на Метала как на личность. Его линзы сфокусировались на груди робота. — Я пришёл за твоим процессором, Метал Соник. И за каждую слезу Доктора в его розовую пижаму ты заплатишь своей системной платой. Сегодня месть за Эдгара обретёт форму. В воздухе над школьным двором запахло озоном и грядущей битвой. Контрольная по алгебре только что официально отошла на второй план. Глава 8. Школьный двор Нальчика превратился в зону отчуждения. Ученики разбежались, почуяв неладное, а в центре площадки замерли три фигуры. Метал Соник стоял в боевой стойке, закрывая собой дрожащего Влакса. Влакс-Альфа медленно вытащил из-за пояса матово-чёрный молоток. Его красные очки блеснули, отражая утреннее солнце, которое внезапно показалось холодным. — Резонанс... — прошептал клон, и из его ладони выскочили три длинных стальных гвоздя. — Посмотрим, оригинал, насколько ты привык к боли. Сражение у входа Альфа двигался невероятно плавно. Он со свистом запустил первый гвоздь в Метал Соника. Синий робот выставил защитное поле, но гвоздь, коснувшись щита, не отлетел. Он словно приклеился к энергии, и в ту же секунду клон ударил молотком по воздуху. — Утяжеление: х10!— холодно скомандовал Альфа. Метал Соник охнул. Его ноги мгновенно ушли в асфальт по щиколотку. Датчики замигали алым: корпус, который весил сотни килограммов, внезапно стал весить тонны. — Системы... перегружены... — проскрежетал Метал, пытаясь поднять руку. — Оставь его! — Влакс наконец преодолел оцепенение и выхватил свой молоток. Он бросился на клона, целясь в голову, но Альфа просто исчез в черном тумане и появился за спиной оригинала. — Ты слишком медленный, — прошептал клон. — Ты полон сомнений. А я полон мести за Эдгара. Его чебуреки были единственным светом в жизни Доктора, и ты — причина, по которой этот свет погас. Расширение территории Альфа не стал затягивать бой. Он сложил пальцы в сложную печать, и вокруг него начала пульсировать черная аура, пахнущая озоном и старым подвалом. — РАСШИРЕНИЕ ТЕРРИТОРИИ: ПЛОЩАДЬ СТРАШНЫХ КОШМАРОВ! Мир вокруг школы треснул и осыпался, как битое стекло. В мгновение ока Влакс и Метал Соник оказались в ледяной пустоши. Небо было черным, а вместо деревьев из земли торчали гигантские ржавые гвозди высотой с дом. Холод пробирал до костей, а под ногами хрустел не снег, а замерзшие куклы-вуду. — Что это за место? — Влакс оглядывался, его дыхание превращалось в пар. Вдруг из ледяного тумана послышался странный звук. — Бака! Бака-бака! — писклявый, неестественный голос раздался прямо над ухом. Влакс обернулся и замер от ужаса. Перед ним в воздухе парила Чирно. Но это была не обычная фея льда. Это была плюшевая игрушка — круглая, мягкая, с огромным синим бантом и нелепыми крыльями. Её пуговичные глаза смотрели в никуда, а рот был вышит в вечной, пугающей ухмылке. — БАКА! — закричала плюшевая Чирно, и из её лапок вылетели ледяные гвозди. — Это... мой кошмар из больницы, — прошептал Влакс, пятясь назад. — Та самая игрушка... — Именно, — кивнул Влакс-Альфа, паря над ледяной землей. — В моей Территории все твои детские страхи обретают форму. Чирно заморозит твою волю, пока я буду вырывать процессор из твоего друга. Метал Соник попытался атаковать Чирно лазером, но игрушка просто пролетела сквозь луч, продолжая кричать своё «Бака!». Вес Метала продолжал расти — в условиях Территории утяжеление работало в разы сильнее. — Влакс! — крикнул Метал, едва удерживая голову. — Не смотри на неё! Это просто плюшевая бака! Используй свой Резонанс на Территорию! Влакс-Альфа лишь усмехнулся, занося молоток над головой скованного весом робота: — Слишком поздно. Время платить за Эдгара. Школьный двор Нальчика превратился в арену. Метал Соник застыл в стороне, сканируя местность — он понимал, что это личный поединок. Влакс-Альфа медленно вытащил из-за пазухи три длинных стальных гвоздя. Его красные очки отражали холодное утреннее небо. — Ты позоришь это лицо, оригинал, — проскрежетал клон, подбрасывая молоток. — Эггман дал мне цель. А какая цель у тебя? Дружить с капибарами? Влакс молча достал свой молоток. Его руки больше не дрожали. Он знал: если он проиграет здесь, следующей целью клона будет Метал, а потом и все остальные. Первый обмен Они рванули друг на друга одновременно. ДЗЫНЬ! — сталь молотков столкнулась с такой силой, что по асфальту пошли трещины. Альфа оказался быстрее. Он выплюнул изо рта гвоздь прямо в воздухе и ударом молотка вколотил его в плечо Влакса. — Утяжеление! — выкрикнул клон. Плечо Влакса мгновенно налилось свинцом. Рука дернулась вниз под весом в 100 килограммов. Клон замахнулся для решающего удара в висок, но Влакс, перетерпев боль, схватил руку двойника. — Попался, — выдохнул Влакс. Он не стал вытаскивать гвоздь из своего плеча. Вместо этого он прижал свою куклу-вуду прямо к торчащей шляпке гвоздя, соединяя их своей энергией. — РЕЗОНАНС! — Влакс нанёс сокрушительный удар молотком по кукле. Черная вспышка проклятой энергии прошила тело Альфы. Клона отшвырнуло на добрых десять метров, его красные очки треснули, а из груди вырвался столб фиолетовых искр. Техника «Шпилька» Альфа вскочил, тяжело дыша. Его движения стали дергаными. — Ты... ты использовал собственную рану для связи? Безумец. — В Нальчике по-другому не выживают, — отрезал Влакс. Клон в ярости рассыпал вокруг себя десяток гвоздей. Они вонзились в землю вокруг Влакса, образуя круг. — Шпилька: Множитель веса!— Альфа ударил молотком по земле. Гвозди в асфальте начали вибрировать, создавая зону аномальной гравитации. Влакса буквально впечатало в землю. Каждый его вздох теперь весил как бетонная плита. Альфа медленно подходил, вращая молоток. — Знаешь, почему Эггман так грустил по Эдгару? Потому что Эдгар был преданным. А ты... ты просто ошибка программы. Влакс лежал на животе, чувствуя, как ребра начинают трещать под весом зоны утяжеления. Он видел ботинки клона совсем рядом. Но Альфа совершил ошибку — он подошел слишком близко. Влакс из последних сил вытянул руку и вбил один-единственный гвоздь прямо в подошву ботинка клона, пригвоздив его к асфальту. — Что?! — Альфа дернулся, но не смог сдвинуться. — Мой молоток... тяжелее твоего... потому что за мной друзья, — Влакс схватил свой молоток обеими руками и ударил по шляпке гвоздя, вошедшего в ногу клона. — МАКСИМАЛЬНЫЙ РЕЗОНАНС! Вспышка была такой силы, что окна в школе задрожали. Влакса-Альфу буквально разорвало на куски проклятой энергией, оставив на месте боя лишь разбитые красные очки и обломки черного молотка. Нальчик окутала предновогодняя суета. Зима в этом году выдалась капризной: снега не было, лишь сухой морозный воздух бодрил прохожих, а голые ветви деревьев наряжали в разноцветные гирлянды. Город готовился к празднику, и даже в суровом быту Команды Капибары наступило временное затишье. Глава 9: Новогодний гость из кошмаров Пукки и Аста бодро вышли из калитки двора, застегивая куртки на ходу. У обоих было праздничное настроение. — Ёлку мы уже нарядили, — рассуждал Пукки, поправляя шапку. — Но игрушек маловато. Нужно купить шаров, мишуры и, может, тех конфет, которые Лайм любит. Азимус там вообще в ударе — командует, куда гирлянду вешать, чтобы «тактически правильно светило». — Главное, чтобы Лайм опять не попытался запитать гирлянду напрямую от своих молний, а то останемся без света на весь Нальчик, — усмехнулся Аста, сжимая в кармане список покупок. Но их разговор прервал странный, ритмичный звук. Топ... топ... топ... Металлический лязг о холодный асфальт заставил друзей замереть. Из-за угла соседнего дома медленно вышла фигура, при виде которой у любого, кто вырос на мультфильмах, похолодело бы внутри. Встреча с Железным Ушастиком Перед ними стоял Робот-Заяц. Его стальное тело тускло блестело в лучах зимнего солнца. У него не было мимики — только два огромных, пустых глаза, которые внезапно вспыхнули ядовито-красным светом. Его длинные металлические уши дергались, улавливая каждый звук, а в груди глухо гудел старый, но мощный мотор. Робот поднял свою манипуляторную лапу и навел её прямо на Пукки, хотя его окуляры сканировали всё вокруг. — ЗАЯЦ... ВОЛК... ЗАЯЦ... ВОЛК... — проскрежетал он динамиком, а затем голос сменился на холодный синтетический тембр. — Идентификация завершена. Я пришел за Рыжим. Меня прислал Доктор Эггман. Пукки на секунду опешил, а потом его глаза округлились. — У Азимуса фанаты есть?! — выпалил он, прячась за Асту. — Причем такие... специфические? Слышь, ушастый, Азимус сейчас занят! Он там Лайма строит и ёлку проверяет. У нас Новый год на носу, нам игрушки купить надо! Робозаяц не шелохнулся. Его пальцы-манипуляторы начали удлиняться, превращаясь в острые сверла. — Цель: Азимус. Задача: Доставить для кулинарного допроса по делу о чебуреках. Препятствия: Устранить. — Опять эти чебуреки! — вздохнул Аста, выхватывая свой меч. — Эггман в своей розовой пижаме совсем рассудок потерял, если шлет за нами советскую классику. Пукки, беги за Азимусом! Кажется, покупка мишуры откладывается. Робозаяц сделал резкий рывок вперед, и из его спины выскочили дополнительные кабели, искрящие от перенапряжения. Праздничное утро в Нальчике перестало быть томным. Центр Нальчика, район улицы Толстого. Обычно здесь гуляют люди, пахнет кофе и свежей выпечкой, но сегодня воздух вибрирует от статического электричества. Подготовка к Новому году прервана: вместо звона колокольчиков слышен скрежет металла по асфальту. Глава 10: Резонанс на Толстого Робозаяц стоял посреди дороги, его глаза-фары горели ровным, жутким красным светом. Он не просто робот — Эггман накачал его старые советские схемы технологиями Хаоса. Силы Робозайца: Адаптивная броня: Его корпус сделан из сплава, который запоминает тип атаки. Если ударить его один раз огнем, второй раз броня станет жаропрочной. Светошумовой крик: Мощный ультразвуковой импульс, дезориентирующий всех живых существ в радиусе 50 метров. Реактивные ускорители: Скрытые турбины в пятках позволяют ему совершать рывки, которые быстрее человеческого глаза. Начало схватки — ЗАЯЦ... ЗАЯЦ... ЦЕЛЬ ЗАФИКСИРОВАНА, — Робозаяц резко вскинул лапу, которая трансформировалась в многоствольный пулемет, стреляющий замораживающими капсулами. Пукки среагировал мгновенно. — Бакудо №1: Сай! — выкрикнул он, сложив пальцы. Невидимые путы энергии на долю секунды сковали движения робота, заставив его промахнуться. Капсулы врезались в асфальт, мгновенно превратив кусок дороги в каток. — Получай подарок от Деда Мороза! — Пукки выхватил пенал-бомбу, активировал её и точным броском отправил прямо под ноги жестянке. БА-БАХ! Взрыв заполнил улицу дымом и конфетти (Лайм явно модифицировал взрывчатку), но когда дым рассеялся, Робозаяц стоял на месте, лишь его обшивка слегка обгорела. Аста сорвался с места, выхватывая свой массивный Анти-магический меч . — Эй, железка! Попробуй на вкус это! — Он замахнулся, разрубая воздух. Черная энергия меча должна была отключить системы робота, но Заяц в последнюю секунду совершил сальто назад, его движения были неестественно ломаными и быстрыми. Пробуждение в глазах Пукки почувствовал странное жжение в глазницах. Мир вокруг него внезапно замедлился. Снежинки, которых в Нальчике почти не было, но которые кружились в виде пыли, замерли в воздухе. — Что это... — прошептал Пукки. В его зрачках вспыхнул алый свет, и вокруг зрачка закружилась одна одинокая запятая — Шаринган (1 томоэ). Способности Шарингана Пукки: 1. Око прозрения: Теперь он видит малейшие сокращения «мышц» (сервоприводов) Робозайца до того, как тот начнет движение. 2. Копирование техник: Он может мгновенно анализировать ритм атак врага. 3. Улучшенная реакция: Пукки видит мир как в замедленной съемке. — Аста, берегись! Он сейчас ударит током через землю! — крикнул Пукки. Он увидел, как энергия концентрируется в левой пятке робота за секунду до атаки. Аста успел подпрыгнуть, и вовремя — через то место, где он стоял, прошел мощнейший разряд, расплавивший плитку. Робозаяц замер, его голова повернулась на 180 градусов прямо к Пукки. — АНАЛИЗ... ГЛАЗА ОБЪЕКТА ИЗМЕНИЛИСЬ. УГРОЗА УРОВНЯ: ШАРИНГАН. ПЕРЕХОД В БОЕВОЙ РЕЖИМ «ВОЛК», — проскрежетал робот. Его пальцы удлинились, превратившись в острые когти, а из спины выдвинулись антенны, подавляющие радиосигналы. Битва в центре города только начиналась... Глава 11: Огневой рубеж на улице Толстого Улица Толстого содрогнулась. Робозаяц, перешедший в режим «Волк», уже занёс свои когти-свёрла над Астой, а Пукки, чей **Шаринган** бешено вращался, пытался высчитать траекторию следующего удара. — АННИГИЛЯЦИЯ ЦЕЛИ... — проскрежетал робот. Но прежде чем сверло коснулось плаща Асты, из переулка раздался тяжёлый шаг. Из тени вышел Азимус. Его взгляд без очков был холоднее зимнего Нальчика, а в руках он сжимал два блестящих, модифицированных Узи, точь-в-точь как у Пико. — Эй, металлолом, — голос Азимуса прозвучал как гром. — Ты ошибся районом. Свинцовый град Азимус не стал ждать. Он вскинул руки, и улица наполнилась ритмичным грохотом. ТРА-ТА-ТА-ТА-ТА! Огненные вспышки из дул Узи осветили хмурые лица друзей. Азимус стрелял в стиле Пико — в движении, закручиваясь в боевом танце. Пули были не обычные: Лайм явно начинил их специальным составом, разрушающим броню. 1. Первый каскад: Пули врезались в суставы Робозайца, заставляя его искрить и терять равновесие. 2. Перекрёстный огонь: Азимус скрестил руки, поливая свинцом датчики на груди робота. 3. Тактическое подавление: Каждая очередь отбивала ритм, не давая Робозайцу даже поднять лапу для контратаки. — Ничего себе! — крикнул Пукки, чьё зрение в Шарингане позволяло видеть каждую вылетающую гильзу. — Азимус, откуда у тебя пушки Пико?! — Меньше болтай, больше используй глаза! — отрезал Азимус, на ходу перезаряжая оба Узи эффектным движением (подбросив их в воздух и поймав уже с новыми магазинами). Реакция Робозайца Робот-Заяц, чья обшивка теперь напоминала дуршлаг, внезапно замер. Его красные глаза начали пульсировать. — ОБНАРУЖЕНА КРИТИЧЕСКАЯ ОГНЕВАЯ МОЩЬ. АКТИВАЦИЯ ПРОТОКОЛА «КРОЛИЧЬЯ НОРА». Его тело начало странно вибрировать. Благодаря Шарингану, Пукки увидел, что робот собирается совершить сверхзвуковой рывок прямо в сторону Азимуса, игнорируя пули. — Азимус, снизу! Он уйдёт в подкат! — предупредил Пукки. Азимус лишь крепче сжал рукоятки Узи. — Пусть пробует. У меня ещё остались патроны с солью... специально для таких «зайчиков». На школьном дворе пыль после битвы наконец осела. Влакс и Влакс-Альфа одновременно приподнялись с земли, тяжело дыша. Оба выглядели одинаково потрепанно, и даже красные очки клона теперь висели на одном дужке. — Я — оригинал, — прохрипел Альфа, вытирая черную жидкость с лица. — Мой расчет идеален, а ты лишь набор сомнений. — Настоящий Влакс не рассчитывает, он чувствует! — огрызнулся оригинал, сжимая свой молоток. — У тебя даже в глазах вместо души — программный код Эггмана! Метал Соник, стоявший рядом, сменил боевой режим на аналитический. Его окуляры печально мигнули. — Эггман... — проскрежетал он. — Использовать твою личность, чтобы создать послушного раба... Это за пределами даже его обычной жестокости. Он просто ломает жизни ради своего эго... В этот момент небо над школой потемнело. Знакомый гул мотора заставил всех поднять головы. Сверху на своем Эгг-мобиле плавно опустился Доктор Эггман. Но на нем уже не было розовой пижамы — он был в своем классическом мундире, и вид у него был крайне скверный. Он спрыгнул на землю, подошел к Влаксу-Альфе и, прежде чем тот успел что-то сказать, наотмашь ударил его по щеке. — Ты мне больше не нужен! — взревел Доктор. — Ты такая же бесполезная груда хлама, как и Метал Соник! Я дал тебе технологии, дал тебе цель — месть за Эдгара! А ты проиграл школьнику с молотком! Влакс-Альфа замер, его линза окончательно треснула. А настоящий Влакс просто вскипел от такой наглости. — Ты дебил вообще, Яйцеголовый?! — закричал Влакс. — Он — твоё творение, он сражался за твоего повара, а ты его как мусор выкидываешь?! Влакс не стал ждать ответа. Вспышка энергии — и он использовал Телепорт, оказавшись прямо над Эгг-мобилем. — МАКСИМАЛЬНОЕ УТЯЖЕЛЕНИЕ! — Влакс ударил ладонью по корпусу машины. Эгг-мобиль жалобно заскрипел, под ним мгновенно просел асфальт. Доктор Эггман едва не прикусил язык, когда его самого вжало в сиденье силой в несколько сотен тонн. — Ах ты, дерзкий сорняк! — прохрипел Эггман, судорожно нажимая на кнопки. Метал Соник, чьё терпение лопнуло после слов о «бесполезном хламе», начал стремительную трансформацию. Металл заструился, плащ взметнулся за спиной, и голос зазвучал с божественной мощью: — I'M ULTIMATE OVERLOAD NEO METAL SONIC! Теперь ты заплатишь за каждое слово, Доктор! Нео Метал Соник занес кулак, искрящийся энергией Хаоса, готовый превратить Эгг-мобиль в консервную банку вместе с владельцем. Но в последний миллисекунду Эггман нажал на тревожную кнопку. ПШИК! Вокруг машины возникло поле искажения, и Эггман вместе со своим перегруженным транспортом просто исчез, оставив после себя лишь запах озона и облако пыли. — Сбежал... — Нео Метал Соник медленно опустил руки, постепенно возвращаясь в обычную форму. — Трусливый создатель. Влакс подошел к Альфе, который всё еще сидел на земле, глядя в пустоту. — Эй... «копия»... — Влакс протянул ему руку. — Похоже, теперь мы оба в одном списке у этого лысого безумца. Пойдем, Азимус там как раз ёлку наряжает... может, и для тебя место найдется. На улице Толстого развязка была близка. Воздух дрожал от гари и искр, а асфальт под Робозайцем превратился в крошево. Робот, перешедший в режим «Волк», двигался уже не так уверенно — пули Азимуса и анти-магия Асты сделали своё дело, но он всё ещё оставался смертельно опасным. Глава 12: Финальный аккорд на Толстого Пукки замер, его Шаринган бешено вращался, анализируя каждое движение железного монстра. Мир вокруг замедлился, и вдруг за правым ухом робота он увидел едва заметное мерцание — маленькую, вибрирующую деталь под треснувшей бронепластиной. — Азимус! Аста! Вот оно! — закричал Пукки, указывая пальцем. — За левым ухом, под защитным кожухом! Это его центральный предохранитель, вся энергия Эггмана проходит через него! Азимус молча кивнул. Он вскинул оба Узи и выпустил длинную, ювелирно точную очередь. Пули сбили остатки брони, обнажив светящийся красным узел проводов. — Твой выход, Аста! — скомандовал Азимус, перезаряжая пустые магазины. Аста рванул вперёд, его Анти-магический меч гудел, поглощая остатки проклятой энергии района. Одним мощным прыжком он взлетел над Робозайцем и нанёс сокрушительный удар сверху вниз. Чёрное лезвие вонзилось точно в уязвимую точку. — ПОЛУЧАЙ! — выкрикнул Аста. Робозаяц замер. Его красные глаза вспыхнули в последний раз, динамики выдали долгое, затихающее: «Заааааяц... воооолк...», и по его телу пробежала волна фиолетового распада. Технологии Эггмана, смешанные с нестабильной энергией, не выдержали анти-магии. На глазах у изумлённых пацанов стальной корпус начал рассыпаться. Сначала отвалились уши, затем корпус, и через секунду на месте грозного терминатора осталась лишь горстка серого праха, которую тут же развеял зимний ветер Нальчика. Улица погрузилась в тишину. Азимус медленно опустил Узи, поставив их на предохранители, и убрал за спину. Он вытер пот со лба и окинул взглядом разрушения. — Хлам, — коротко бросил Азимус, поправляя воротник. — Я даже свой меч не использовал. Пукки, чьи глаза наконец вернулись в обычное состояние, устало выдохнул и спрятал пенал-бомбу в карман. Он посмотрел на свои ладони, всё ещё ощущая остаточное жжение Шарингана. — И я, — добавил Пукки, ухмыльнувшись. — Обошлись подручными средствами. Но глаза теперь чешутся просто жуть... Ладно, пацаны, погнали игрушки на ёлку покупать, пока рынок не закрыли. А то Азимус нас за невыполнение праздничного плана сам в прах сотрёт. Аста вогнал меч в землю и рассмеялся: — С таким арсеналом нам никакие зайцы не страшны! Главное, чтобы к Новому году Эггман не прислал нам Робо-Кота из Леопольда. В логове Доктора Эггмана царила гробовая тишина, нарушаемая лишь тихим гудением серверов. Весь блеск недавних амбиций угас. Робозаяц рассыпался в прах, клон Влакса оказался «бракованным» из-за своей человечности, а план по захвату Нальчика снова трещал по швам. Глава 13: Одиночество гения Доктор сидел в своём огромном механическом кресле, сгорбившись и глядя в одну точку. Его классический красный мундир был помят, а на усах застыли крошки от вчерашнего неудачного чебурека. Орбот и Кюбот испуганно жались друг к другу за массивным пультом управления. — Как думаешь, он нас сейчас расплавит или просто отправит чистить канализацию? — шепнул Кюбот, его квадратные глаза испуганно мигали. — Тсс! — Орбот приложил металлический палец к динамику. — У Доктора сейчас «кризис идентичности». Лучше притворись мебелью. Вдруг Эггман медленно потянулся к потайному ящику стола. Он достал оттуда небольшую рамку. На фотографии, сделанной в один из редких солнечных дней на базе, был запечатлён Эдгар. Он стоял в своём фартуке, гордо держа на подносе гору дымящихся чебуреков, и слегка улыбался в камеру. Доктор долго смотрел на снимок. Его нижняя губа задрожала. — Эдгар... — голос Эггмана сорвался на хриплый шёпот. — Только ты понимал, что гению нужно не только мировое господство, но и сочный бульон внутри хрустящего теста. Эти клоны... эти зайцы... они просто куски железа. У них нет души. В них нет твоего кулинарного огня! Эггман бережно, почти благоговейно, поднёс фотографию к лицу и поцеловал стекло. Затем он крепко прижал снимок к груди, буквально обнимая его, словно пытаясь вернуть друга из небытия. — Как же я по тебе скучаю! — взвыл Доктор на всю лабораторию. — Нальчик проклят! Пукки, Азимус, Шаринганы, Узи... Всё это прах, если рядом нет того, кто подаст мне салфетку после пятого чебурека! Орбот и Кюбот переглянулись. — Это... это очень трогательно, — всхлипнул Кюбот. — Это очень тревожно, — поправил его Орбот. — Если он начнёт готовить сам, мы точно взлетим на воздух. Эггман резко выпрямился, всё ещё сжимая фото. Глаза его за стеклами очков фанатично блеснули, несмотря на слёзы. — Орбот! Кюбот! Слушайте мой приказ! — он ткнул пальцем в сторону роботов. — Забудьте про захват школ! Отставить разработку новых зайцев! Мы найдём способ вернуть Эдгара... или я сожгу этот город дотла, пытаясь повторить его рецепт! Доктор снова посмотрел на фото и тихо добавил: — Обещаю тебе, Эдгар. В этот Новый год у меня будет самый сочный чебурек в мире... даже если мне придётся украсть для этого все духовные силы Нальчика.