Гаечный ключ на Четырнадцать

Пылесос печатает•••: Поход за деталями состоялся на следующий же день. Звали всех, кому не лень, помочь, ведь жить без электричества было почти невозможно. Слишком много оборудования стало бы бесполезным, да и обычные продукты начинали портиться быстрее. Этого нельзя было допустить. Поэтому механики собрались в долгий путь на восток — в поисках металлолома и недостающих частей генератора. Как и говорилось, путь нелёгкий, а учитывая, что Джон имел проблемы с нагрузкой, ситуация становилась куда сложнее. Но если бы его оставили на базе, он точно затаил бы обиду на Билдера. Это последнего не хотел никто из них. --- Солнце пекло неимоверно, а сил оставалось всё меньше и меньше. Пот лился ручьями из-под чёлки, которая вечно падала на лицо, преграждая взгляд. Группа шла целые сутки по бескрайней пустыне строго на восток, к старой свалке. Компас время от времени сбивался, стрелка моталась в разные стороны, что сильно тормозило путь. Очередная ямка, в которую чуть не наступил Дэвид по невнимательности, заставила понять: пора сделать привал. Все устали — а точнее, группа из пяти человек, включая Джона и Дэвида. Небольшой костёр, две палатки — и зона привала была готова. Все расположились у костра, когда солнце только начало садиться за горизонт. На небе вспыхнули звёзды — кто ярче, кто тусклее, но все они были частью одного из созвездий. Любимым занятием южан было рассматривание ночного неба и созвездий. Можно было подойти почти к каждому на улице и спросить: «А что это за созвездие?» — тебе бы ответили и даже рассказали бы больше, чем требовалось. Очень любили те звёзды. Сразу и не поймёшь, что просидел два часа, просто заворожённо глядя в ночное небо. Ужин прошёл в тишине. Трое парней не очень хотели заводить общую беседу со всей группой, в основном переговариваясь между собой. Билдермен и Шедлетски сидели в стороне, даже не пытаясь разбавить напряжённую обстановку. — Как себя чувствуешь? — начал расспрашивать Дэвид, как обычно, из-за волнения, размешивая лекарство для Джона. — Устал, — честно признался тот. К горькому вкусу раствора Джон уже давно привык, проглатывая всё залпом и поднимая взгляд к Дэвиду. «Но с тобой мне куда спокойнее...» — пробежала в голове мысль, заставляя глупо улыбаться. Где-то за горизонтом завывали гиены, а над пустыней взошла полная луна. За пустыми разговорами парни и не заметили, как прошло много времени, а Билдер уже клевал носом. Подхватив того за плечи, Джон оттащил Билдермена к палатке, где спокойно уложил спать. --- Не сказать, что Дэвиду часто снились сны, но сегодня, видимо, в голове что-то щёлкнуло. Вместо привычной жары или обычной прохлады у водоёма тело окутывал холодок. Холодок, который не ранил и не заставлял сильно мёрзнуть, а просто заставлял бегать мурашки по коже. Перед глазами — белая пелена, и самое удивительное — снег. Белые пушинки, падающие с неба прямо на землю. То явление природы, которого никто не видел очень давно. Билдермен стоял в окружении огромных бетонных полуразвалин, напоминавших бывшие многоэтажки. Это совсем не было похоже на их город — точнее, на то, что от него осталось. Но эти постройки вызывали странное чувство дежавю. Дежавю до боли в висках. Поступь по сугробам давалась нелегко. Это не то что ходить по песку — совсем другое. Где-то нога проваливалась, где-то становилась некрепко. Дэвид неуклюже кренился в разные стороны, чуть не падая лицом в заледеневшую глыбу льда. Шёл он, казалось, час, а может, и больше. Как ни странно, ноги не устали, а тело рвалось куда-то вперёд. Само сознание привело его в развалины здания, похожего на театр. Белые колонны были изувечены россыпью трещин и сколов. Полуразрушенные и покрытые инеем статуи львов были единственным декором, который сохранился. Все окна выбиты, бетон потрескался и почти не представлял из себя ничего. Мелкая дрожь прошлась от затылка до самого низа. И вновь это чувство — дежавю. Чувство, что он уже был здесь, причём не раз. Проходя вглубь здания, боль в висках всё нарастала. Это была как игра — горячо, холодно. В комнатах, где боль зашкаливала, перед глазами мелькали силуэты. Толпа из трёх человек и один очень маленький — прямо на бетонном полу. Приближаясь всё ближе, Дэвид наконец вспыхнул. Это Джон. Джон лежит связанный вдоль и поперёк. Живот вспорот... И огромная лужа крови, ползущая прямо к нему. Билдермен не шелохнулся. Видеть эту картину было просто ужасно. Сердце разрывалось от боли, желудок скрутило так, что хотелось знатно проблеваться. Масса, подтянувшаяся к подошве ботинок, начала полностью поглощать ноги. Стоять становилось всё сложнее. Боль была невыносимой, и Дэвид просто упал на колени, впечатываясь коленками в бетон, покрытый красной жижей. Кровь переползла на его руки, будто крича: «Ты в этом виноват!» — и так же поползла выше, стягивая все мышцы вместе. Строитель хотел закричать, да вот только губы даже не приоткрылись, когда он попытался вымолвить слово. Сердце дёргалось как бешеное. В конце концов масса добралась до головы, полностью перекрывая доступ к воздуху. Дэвид закашлялся, пытаясь вдохнуть колючего морозного воздуха, но в лёгких уже давно плескалась чужая кровь. --- Билдера будто водой окатило — он вскочил со своего лежака под возгласы снаружи палатки. Джона рядом не было, и Дэвид заподозрил неладное. Холодная тревога после кошмара долго не проходила, заставляя сердце биться ровно тем же тоном, что и тогда. В последнее время ему зачастили кошмары. И хрен его поймёшь, было ли это связано с той неизвестной фигурой, что так хорошо напугала взрослого мужчину позапрошлой ночью. Дэвид осторожно вылез из палатки, как вдруг его схватили за руку и потащили куда-то вбок. Это был мужчина по кличке «Серый» — прозвище появилось из-за седых волос, и вовсе не от старости. Он оттащил механика за палатки, чтобы тот не словил удар по голове. Как понял Дэвид — бандиты. Песчаные разбойники, готовые на всё ради ресурсов и драгоценностей, сейчас громили их небольшой лагерь. Пытаясь хоть как-то оценить размер проблемы, Билдермен выскользнул из рук товарища, выглядывая из укрытия, которое даже не назвать укрытием — скрылись они лишь от одной стороны, а вокруг была всё та же пустыня. — Дурак, что ли? Хочешь по голове получить? — его жёстко схватили за руку тот самый Серый. — Где Джон? — даже не задумываясь, спрашивает Дэвид, пытаясь хоть чуть-чуть выглянуть. Раздался громкий вой, и гуща теней будто туман начала окружать их жалкий лагерь, обрывая последние пути к побегу. Наездники на ручных верблюдах создали плотный забор почти без единой щели — так что даже бескрайней пустыни не было видно. Отбиваться было бесполезно: своих оказалось в два раза меньше. Попробуешь быкануть — сразу повяжут, не разбирая, что и как. В этом странном замкнутом круге из людей вдруг выползла одна большая фигура в красочном одеянии, непохожая ни на кого из присутствующих. Длинные усы были приглажены воском и закручены на концах, отдавая блеском. Как понял Дэвид — главарь. Тот обвёл взглядом двоих парней, прищуривая глаза и всматриваясь в черты лица. — Связать, — грубым и властным тоном приказал мужчина. С разных сторон подлетели люди, сжимая руки и запястья, накидывая верёвки на загоревшую кожу. Билдермен злобно прорычал, пытаясь оттолкнуть гору, навалившуюся на него. Удар ногой прилетел одному прямо в пах, отчего мужчина согнулся пополам, припадая на колени. В этот раз сорваться ему не дали — стукнули арматурой по голове, лишая сознания и права говорить.