Эхо света

Когда Эвлорус постучал в дверь, солнечные лучи едва коснулись деревьев, разливаясь золотом по верхушкам. Морриэль сонно потёрла глаза встала с кровати, поёжившись от прохлады комнаты, и оделась. Ткань неприятно холодила тело, заставляя без конца тереть руки, чтобы согреться. После плотного завтрака кашей Морриэль и Эвлорус нехотя вышли на улицу, где уже стояли их спутники. На плечах Балина верёвкой был закреплён большой свёрток тканей и кожи, который время от времени глухо тихо звенел металлом, а Тургос переступал рядом с ноги на ногу и грел ладони дыханием. Балин мерзко ухмылялся, оглядывая Иду. Морриэль набрала холодного воздуха в лёгкие и немного потянулась, чтобы размяться. Капюшон скрывал половину её лица и всё равно не грел, но девушке посчастливилось выторговать у хозяина таверны небольшой кусок меха, который она смогла накинуть на плечи. — Следи за языком! Ты ошибся, если принял меня за одну из местных потаскух, — девушка отвесила гному такой подзатыльник, что с его головы чуть не слетела шляпа, и плотнее закуталась в меховой ворот своей жилетки, сложив руки на груди. Гном чуть не прикусил язык от неожиданности, но быстро оправился. — Люблю женщин с характером, — Балин снова усмехнулся, поправил шляпу и повернулся к принцессе со стражем. — А вот и наши новые друзья! Морриэль было пошла в сторону спутников, но Эвлорус придержал её за локоть, тут же быстро убрав руку, будто резко вспомнив, что она принцесса. — Надо поговорить. — Что случилось? — Морриэль быстро глянула на гномов и девушку и остановилась. — Я им не доверяю, и вы не должны. Нам стоит держаться вместе и поглядывать за ними. Девчонка не кажется такой уж проблемной, а вот от гномов можно ждать что угодно. — Эвлорус, я принцесса, а не наивное дитя. Я поняла тебя, но не нужно так опекать меня, идёт? И, прошу, если не хотим привлечь внимание к нашим персонам, обращайся со мной как с равной. Страж неловко кивнул и указал рукой на спутников, уступая девушке дорогу, а затем положил ладонь на рукоять кинжала, покоящегося на поясе. — Итак, госпожа и господин… — Балин упёр руки в бока, обращаясь к Морриэль. Девушка на секунду в замешательстве уставилась на гнома, ожидая продолжения, но быстро спохватилась. — М… то есть Эль. — Эвлорус, — отозвался страж и приподнял руку, как бы помахав группе. — Итак, госпожа М… Эль и господин Эвлорус, какой у нас план? Морриэль неловко улыбнулась, слегка покрываясь румянцем и достала листы дневника, чтобы снова показать намеченный путь. — Наша ближайшая точка — вот здесь. Это Непроглядный лес на территории Лесных. Несколько дней пути. Полноценный привал сделаем сразу после него и там же обновим припасы, поохотимся. А остановки можем сделать тут и тут — на каждой трети пути, — Морриэль обводила всех глазами в ожидании каких-то вопросов, но собравшиеся только время от времени кивали. Когда девушка договорила, Балин чуть подпрыгнул, чтобы подтянуть груз на спине и громко отозвался: — Тогда чего мы ждём? Пора выдвигаться, если хотим хоть сколько-то пройти до темноты. Каменная дорога деревни быстро сменилась протоптанной широкой тропой, по которой изредка проезжали повозки с разными грузами: от круп и мяса до камней и брёвен. Дорога под ногами уходила вниз и петляла вдалеке, скрываясь за деревьями. Иногда тропинка обретала такой резкий наклон, что идущий впереди Тургос скользил вперёд, пытаясь тормозить пятками и поднимая клубы пыли за собой. Через несколько часов солнце уже высилось над горизонтом и постепенно прогревало воздух, а дорога выровнялась. По её бокам стали появляться редкие кусты и низенькие деревья, которые скоро должны были перерасти в густой лес. — Мы так и будем молчать всю дорогу? — кряхтя от тяжести свёртков на спине, спросил Балин, не обращаясь к кому-то конкретному. — А что ты хочешь обсудить? Поговорим о разнообразии растительности в лесу? Мы, считай, второй день друг друга знаем, а этих… — Ида махнула рукой в сторону стража и принцессы, — ещё утром даже по именам не знали. — В общем-то, гном прав. Нам ещё много дней предстоит провести вместе и, если мы хотим хотя бы отчасти доверять друг другу, то придётся научиться разговаривать, — Эвлорус обвёл взглядом спутников. — Благодарю покорно, — Балин остановился и развернулся к стражу, затем шутливо снял шляпу с головы, прижал к груди и опустил голову. Эвлорус весело хмыкнул в ответ, а гном снова накинул шляпу и продолжил идти. — Ладно, тогда у меня вопрос к ушастой. Как там? Эль? — Ида обернулась к Морриэль и пошла спиной вперёд. — Да, — девушка стиснула зубы из-за постепенно нарастающего раздражения от пренебрежительного тона, но кивнула. — На кой чёрт ты так в капюшон кутаешься? — Не хочу, чтобы на меня пялились всякие особо впечатлительные, — Морриэль нахмурилась и, когда Ида развернулась, вперилась взглядом в её спину. — У меня встречный вопрос. Почему ты всем грубишь? Думаешь, что лучше других? Ида остановилась на секунду, не оборачиваясь. Всё её тело вытянулось в напряжённую струну, но в следующий момент она лишь повела плечами и шагнула вперёд. Морриэль некоторое время продолжала сверлить затылок девушки в ожидании ответа, но, поняв, что не получит его, только усмехнулась. Было приятно почувствовать, что она может ответить, что может не игнорировать грубость, лишь бы следовать правилам приличия, как это было в замке. Эвлорус недоумённо глянул на принцессу, на что она вопросительно выгнула бровь и пожала плечами. Балин хохотнул и одобрительно подмигнул Морриэль, а Тургос продолжил упрямо идти вперёд. — Кажется, нам всё же лучше помолчать, — вздохнул Тургос достаточно громко, чтобы услышали все спутники. — Не знаю, по-моему, девушки точно подружатся, — посмеялся Балин. Эвлорус легко улыбнулся рядом, а Морриэль невесело хмыкнула и закатила глаза. Наконец путников стали окружать кроны деревьев. Где-то ещё тёмно-зелёные, где-то уже желтеющие и готовящиеся к зиме, они стремились высоко к небу, оставляя над головой лишь полосу голубого цвета шириной с дорогу под ногами. День обещал быть ясным, поэтому облаков почти не было. И, хоть деревья теперь не давали солнцу касаться идущих по земле, воздух уже потеплел, вынуждая скидывать слишком тёплые слои одежды и меха. От широкой дороги тут и там ответвлялись узкие тропинки, уходящие вглубь леса. Яркие лучи солнца кое-где всё же падали между деревьев. — Надо бы свернуть в лес, — Тургос присел ближе к земле и провёл пальцами по дороге. — Зачем? Так надоело в горах жить, что хочешь потрогать траву? — Ида посмотрела на гнома сверху вниз, сложив руки на груди, и приподняла бровь. Её рыжие волосы были завязаны на затылке в пушистый хвост, вьющиеся волоски по всей голове торчали в разные стороны, подобно одуванчику. Она давно сняла жилетку и перекинула её через кожаную сумку, висящую на плече. Гномы и Эвлорус тоже сняли тёплые кафтаны и несли в руках. — А тебе, видно, просто надоело жить, — Тургос поднял на девушку строгий взгляд и, вздохнув, пояснил. — Мы не знаем, кого можем встретить по дороге. Нас могут поджидать как обычные разбойники, так и другие такие же искатели лекарства. Если не хотим столкнуться с кем-то, то лучше пробираться через лес. Будет чуть дольше, но безопаснее. И для охоты не нужно будет уходить так уж далеко. Ида сконфуженно поморщилась и отошла, делая вид, что увлечена рассматриванием ели. — Хорошо, пойдём через лес, будем держаться северо-запада, но постараемся не слишком отходить от основной дороги, — Эвлорус активно двигал руками, указывая примерный путь. Путники свернули налево, идя след в след по одному. Деревья плотно стояли, норовя вот-вот ударить каждого идущего по лицу. Солнечные лучи изредка ослепляли, вынуждали прикрывать глаза рукой. Морриэль сконцентрировала всё внимание на ногах, лишь бы не запнуться об очередной пенёк, ветку или камень. Листва и трава шелестели своеобразной музыкой, заглушая все остальные звуки. Впереди Морриэль услышала звонкий шлепок. — Твою ж… чёрт бы этих ползучих тварей побрал, — Балин отёр правую руку об штанину и потрогал красноватый след на шее. — Вот бы одна из них уже тебе в рот заползла, — Ида закатила глаза, отодвинув очередную ветку от лица и обернувшись к гному, — а то больно много болтаешь. — Что сказала? — Балин со злостью скинул со спины свёрток тканей и вынул из ботинка маленький тонкий нож. Морриэль успела только замереть, чтобы не упасть прямиком на гнома, когда тот толкнул Иду под колено и обхватил её со спины, чтобы приставить нож, но девушка вовремя подставила запястье в кожаных наручах, и лезвие упёрлось в её руку. — Ну всё, хватит! — Эвлорус оттащил Балина от Иды. — Ты, убери нож, а ты… — он ткнул пальцем в сторону Иды и подошёл к ней ближе, — перестань вести себя как недалёкий ребёнок. Мы в одной лодке, так что, если не хочешь, чтобы тебя прирезали во сне, заканчивай уже с этим. Девушка сглотнула, но лицо её не смягчилось. Она тряхнула головой и, обойдя Тургоса, напряжённо смотрящего на брата, пошла первой. Балин одёрнул свою рубаху и сунул нож обратно в ботинок. Когда все спутники последовали за Идой, Морриэль стала задумчиво оглядывать её и Балина. Мысль, что тот, кто будет спать под боком много ночей, готов в любую секунду перерезать горло за одно неудачное слово, холодила затылок. Принцесса поёжилась и обернулась, ощущая на спине чужой взгляд. Когда путники вышли на крошечную полянку, солнце уже начало постепенно клониться к горизонту, а по небу разлились лиловые и оранжевые цвета, разбавленные светлыми перистыми облаками. Золотые лучи заливали полянку, подсвечивая её, словно волшебное озеро из снов Морриэль. Тёмные деревья скрывали это место от чужих глаз, будто только избранным было суждено увидеть. — На ночь остановимся здесь. Надо бы набрать хвороста на костёр и тонкие брёвнышки на палатку, — Балин скинул со спины свёрток прямо на траву. — Вон там хорошее место под деревом, ветви прикроют, если вдруг начнётся дождь. Распределив обязанности, они быстро обустроили маленький, но уютный лагерь для ночлега. Когда стемнело, под деревом расположилась большая палатка, укрытая лоскутами ткани и кожи, перед ней ютился небольшой костёр, обдавая теплом путников, что сидели вокруг на крупных брёвнах. После плотного ужина зайчатиной на вертеле было принято решение заварить чай из листьев мяты. Морриэль грела руки о пузатый, металлический стакан с ручкой, смотря в огонь. Тысяча мыслей роилась в голове. Она гадала, что сейчас происходит в замке, знает ли отец, где она, в ярости ли он или грустит. Интересно, примет ли он её обратно, если она не найдёт лекарство? А если найдёт? Выживет ли она вообще или сгинет по пути, упустив шанс спасти отца и выстроить шаткий мостик мира между враждующими королевствами. Много лет девушка готовилась занять место на троне и возглавить земли Королевства Лунарис, но вот теперь такое будущее уже не покрыто туманом и как никогда близко, а Морриэль не знает, готова ли она. Девушка поднялась с бревна и, подойдя к другому краю полянки, наугад развернулась в сторону замка. Высокие башни было всё ещё хорошо видно отсюда. В окнах блестел слабый свет от свечей. Замок — её родной дом — выглядел как всегда. Он величественно раскинулся на горе над собственными владениями, притягивая взгляды. Где-то ниже по горам должны проходить деревеньки, которые отсюда уже было не разглядеть — верхушки деревьев закрывали обзор. На глаза Морриэль стали наворачиваться слёзы. Она не знала, увидит ли ещё хоть когда-то этот вид, отца, свои покои, портрет матери, висящий в одном из коридоров, будто в назидание королю за его ошибки. Вытерев влажные глаза рукавом, девушка вернулась к костру, понуро опустив голову. Никто не заметил её красноватых щёк и глаз под капюшоном или не решился спросить. Ида уже ушла в палатку, но, похоже, не могла уснуть после происшествия с Балином, поэтому просто тихо ворочалась из стороны в сторону. У костра ещё остались гномы и Эвлорус. Страж на чистом от травы клочке земли рисовал палкой примерный путь и отмечал известные ему ориентиры, обсуждая всё с гномами. Морриэль напряжённо слушала их разговоры, надвинув капюшон на глаза посильнее и шмыгая носом не то от холода, не то от слёз. Вскоре Тургос начал устало зевать и, пожелав приятной ночи, забрался в палатку, где в какой-то момент всё же притихла Ида. Эвлорус отошёл недалеко от полянки, чтобы набрать ещё хвороста на своё ночное дежурство. Морриэль и Балин остались вдвоём. Никто из них не выдавал прямой неприязни, но недоверие и так чувствовалось в тишине. — М… Эль, значит? — гном подтолкнул немного выпавшие из костра ветки длинной палкой. — Не подумай, блондиночка, ничего не имею против фальшивых имён, но вокруг тебя прямо-таки ореол подозрительности. Имя своё не говоришь, амбал в спутниках, капюшон так натянула, будто полностью бы в него залезла, если бы была возможность. Морриэль удивлённо уставилась на гнома, а затем усмехнулась, всё-таки стянув капюшон с головы. Балин удовлетворённо хмыкнул. — Мы все здесь по своим причинам, но ясно одно — все отчаялись, раз идём незнамо куда незнамо за чем, — вздохнула Морриэль, снова опустив взгляд в огонь. А затем, подумав, уточнила: — Ты бы убил Иду? В смысле, её спасла быстрая реакция, или ты и не собирался всерьёз ей вредить. — Она, конечно, раздражает и совсем не следит за языком, но я не убийца. Просто припугнуть хотел. Да и грех такую красотку губить, — Балин засмеялся, вынуждая и Морриэль приподнять уголки губ в улыбке. — Я не могу ответить на все вопросы обо мне или лекарстве, да и чего греха таить, сама не понимаю, куда нас это приведёт, но я правда надеюсь, что мы все сможем довериться друг другу и найдём, что ищем, — Морриэль поднялась с бревна и, легко коснувшись плеча гнома, направилась в палатку. — Спокойной ночи.

***

Утро наступило внезапно. Морриэль с трудом разлепила глаза. Всю ночь она почти не спала, прислушиваясь к шорохам, в которых то и дело слышались чужие шаги и шепотки. Эвлорус спал рядом после ночного дежурства, в котором его сменил Тургос. Поднявшись на локтях, она выглянула из палатки, где уже сидели гномы и Ида. Морриэль выбралась наружу и выпустила облачко пара изо рта, накидывая на плечи свою меховую накидку, что использовала в качестве одеяла. Спутники сидели у костра и хлебали своеобразный суп из какого-то мяса, моркови и капусты, который изредка помешивала Ида. Гномы обернулись на шорох травы под ногой Морриэль. — О, утречко доброе, Эль! Ида, плесни-ка нашей Лунной подружке завтрака, — Балин легонько хлопнул Иду по колену. — Когда это вы успели так подружиться? — Морриэль натянула рукава на руки, сложила на груди и присела на бревно рядом с Идой. Девушка вгляделась в лицо принцессы, сощурившись. — Вдохновился нашим с тобой вечерним разговором и решил, что надо бы потолковать и с Идой, — Балин улыбнулся во все зубы, а затем отхлебнул суп из одного из тех же стаканов, что вчера мы использовали для чая. Морриэль взяла стакан и, мило улыбнувшись, протянула Иде. Девушка молча взяла посуду, плеснула суп почти до края и вернула в руки Морриэль, всё ещё кидая заинтересованные взгляды на её лицо. Принцесса хлебнула горячий бульон, исходящий паром, и он моментально разлился теплом по всему телу. Покончив с едой, путники собрали все вещи, снова завернули куски тканей, поместив внутрь всю посуду, как до этого, оказывается, и сделал Балин. В этот раз груз достался Эвлорусу. Деревья снова обступили их со всех сторон. Напряжение в группе немного рассеялось, поэтому Тургос и Балин шли, насвистывая какую-то незнакомую Морриэль мелодию, а Эвлорус еле заметно кивал в такт, идя перед принцессой. Где-то вдалеке раздался крик кабана, и весь отряд замер, прислушиваясь к звукам. Морриэль задумчиво уставилась в траву, когда в голове вдруг вспыхнуло воспоминание с рыжей копной кудрей. Принцесса подняла глаза на стоящую впереди девушку. Это она была у лавки Уирлоса. Интересно, что она здесь делает. Далеко впереди послышался удаляющийся шорох травы. Когда звук стих, путники двинулись дальше. Сейчас не хотелось тратить силы и время на животное, а припасы, состоящие из овощей и хлеба, ещё оставались, позволяя следовать плану поохотиться после Непроглядного леса. Морриэль внезапно остановилась и оглянулась. Если раньше шаги и обрывки фраз ей только чудились, то сейчас она была абсолютно уверена, что что-то слышала. Не заметив замешательства девушки, остальные двинулись дальше, а принцесса решила про себя, что догонит их, не желая беспокоить из-за собственных переживаний. К тому же будет неловко останавливать отряд, если это окажется какая-то мелкая живность. Тем не менее девушка так тихо, как могла, вытащила кинжалы из ножен на поясе. Держа лезвия наготове, она вертелась из стороны в сторону, беспокойно вглядываясь в стволы деревьев. Один шаг — и под её ногой треснула одинокая ветка. Краем глаза она уловила движение справа, а в следующую секунду на неё налетело что-то большое и зелёное. Зубы щёлкнули от удара челюстью обо что-то явно живое. Взвизгнув, Морриэль повалилась на землю спиной. То, что её ударило, приземлилось сверху, выбив весь воздух из груди, обзор закрыла бледно-зелёная ткань. Существо с кряхтением перекатилось на землю рядом и подскочило на ноги. Оно оказалось эльфом. «Лесной», подумала Морриэль. Девушка села и, найдя на земле выпавшие из рук клинки, наставила их на эльфа. Парень упёрся руками в колени, тяжело дыша. Каштановые волосы растрепались от бега сквозь ветви деревьев. Грудь тяжело вздымалась под бледно-зелёной рубахой. Он поднял взгляд на девушку, поморщившись. — Твою мать, я думал, что ты кабан.