Второй шанс

Энтони с Хаском зашли в комнату и увидели самую стандартную обстановку: кровать, тумбочку и какую-то картину с изображением пустого города. — Энтони, малыш, всё в порядке? — спросил Хаск, наблюдая с нервозностью паучка. — Я переживаю. Поверь, мой отец не так уж прост. Он что-то задумал. Это точно, — ответил Энтони, ложась в кровать. — Да, ну с чего ты взял, паучок? — спросил Хаск, тоже ложась. — Ну хотя бы с того, что он, блядь, меня шантажировал, когда позвонил. И что в итоге? Где Молли? А? Мне кажется, это ловушка, — ответил Энтони. — Ладно, в этот раз я с тобой согласен. Ты не волнуйся, на утро всё решим, сейчас давай спать, дорогой, — сказал Хаск, укрывая паучка одеялом. — Ладно. Доброй ночи, — сказал Энтони, обнимая котика. — Доброй, — ответил Хаск, целуя любимого. Наша пара уснула.

***

Старая квартира и маленький Энтони, идущий домой после гулянки. Он опять подрался с мальчишками с соседнего двора. Энтони очень боялся идти домой, потому что постоянно получал наказание от отца: то плетью, то шнуром от чайника. И сейчас грязный и избитый маленький мальчик идёт домой, трясущийся от боли в ногах и рёбрах. Но больше он переживал не от боли, а от того, что его накажет отец, а точнее — каким инструментом на этот раз. И вот он зашёл в комнату. Дверь со скрипучим звуком закрылась за ним, как клетка, из которой нельзя выбраться. С кухни он сразу услышал голос: — Отпрыск, иди ко мне живо! — покричал отец, смотря телевизор. Энтони с страхом в глазах и трясущимися ногами пришёл на кухню. Отец даже не удостоил его взглядом. Продолжая пить кофе, он сказал: — Опять ты, болван, грязный пришёл, избитый, как тряпка, — гневно вставая со стула. — Я… я просто упал, прости, — соврал Энтони, потому что отец не любил тряпок, потому что тряпки не достойны жизни. В следующую секунду по лицу прилетела пощёчина. Энтони почувствовал жжение. Сначала он смотрел в одну точку. Да, он получал не первый раз, но каждый раз удивлялся и испытывал сильный шок. — Ты ничтожество. Тряпка. Ты просто никто и всегда будешь никем. Я очень жалею, что ты появился на свет. Да чтоб ты знал как только я увидел тебя первый раз, такого уродца, я сразу тебя возненавидел. Ты не достоин любви, — кричал отец, замахиваясь ещё раз. Вдруг он услышал, как открывается дверь. В следующую секунду в квартиру зашла Молли. Она увидела, что Энтони лежит на полу и держится за щёку. — Энтони… — прошептала она и подошла к нему, чтобы поднять, но сразу получила удар в бок ногой. — Не смей поднимать этого уродца! — гневно сказал отец. — Но ему нужна помощь, — сказала Молли, всё же пытаясь поднять его. — Я СКАЗАЛ — НЕ СМЕЙ! — крикнул отец, взяв её за шею и начиная душить. — Кх… кх… п-папа, не н-надо… — прохрипела Молли, пытаясь вырваться от сильной хватки. — Надо. Вы мне не нужны. Если бы ваша матушка предохранялась, вас бы не было, и тогда не было бы проблем, — сказал отец. В это время на ноги встал Энтони и ударил своего отца в спину. Тот упал, отпустив Молли. Энтони подбежал к сестре, поднимая её, хоть в ушах звенело и сильно раскалывалась голова. — Молли, пожалуйста, только не закрывай глаза, — прошептал Энтони в слезах. — АХ ТЫ, СУКА! — кричал отец за спиной и ударил Энтони ещё раз. В этот раз он упал на пол и потерял сознание.

***

— Энтони, Энтони, малыш! — кричал Хаск, пытаясь разбудить. И вот наконец паучок открыл глаза и почувствовал слёзы. — Хаск, где я? Что со мной? — сказал Энтони, чувствуя стекающий пот со лба. — Тебе снился кошмар, ты кричал во сне. Говорил «прекратить», кричал «не трогать Молли», кричал, чтобы она не закрывала глаза, — сказал Хаск, обнимая Энтони, прижимая к себе. — Я… я, Хаск, мне снилось, что отец меня бьёт, что он бьёт Молли. А всё из-за того, что я пришёл домой после гулянки, меня там избили. Отец говорил, что я тряпка, что он жалеет, что я родился. Он ударил меня, это увидела Молли, он ударил её тоже. Я побежал к ней, он ударил меня, дальше — только тьма, — рассказал сон Энтони. — Тшш, всё, всё, мой дорогой. Я с тобой, — шептал Хаск, не отпуская, ожидая, когда паучок успокоится.