Второй шанс

По приезду в отель все сразу уснули. Поэтому неудивительно, что наши друзья не слышали звонок в дверь. На этот раз открывать пошёл радиодемон. — Доброе утро! Какой повод вас сюда привёл? — спросил Алостор. — Тут пришло письмо от имени Хенроина. Оно адресовано некому Энтони, — ответил почтальон. — Ого. Интересно. Ладно, я передам. — Извините, но я не могу передать письмо третьим лицам, — ответил олень. Внезапно на первый этаж спустился Энтони и увидел эту картину. Потирая глаза ото сна, он спросил: — Что-то случилось, ребята? — подходя к ним. — Тут письмо пришло на имя Энтони. Третьим лицам я передать его не могу, — ответил чертёнок. — Я Энтони, — ответил паук. — Наконец-то я вас нашёл. Вот вам письмо. Распишитесь, пожалуйста, — протянул ручку. — До свидания, — сказал чертёнок, и как только Энтони поставил роспись, он спешно удалился. — Ладно, и от кого же? — думал Энтони, пока не посмотрел на имя адресанта. Он не мог поверить своим глазам, руки начали дрожать при виде имени «Хенроин». Дыхание участилось, веки потяжелели. Энтони не заметил, как ноги стали ватными: в следующую секунду они его не держали, и Энтони начал падать вниз. Хаск, спустившись за водой, увидел Энтони и поспешно побежал его ловить, что у него благополучно получилось. — Энтони? Энтони, ты меня слышишь? — спросил Хаск, стуча по щекам, но ответа не было. Тогда Хаск поднял его в их спальню и уложил в постель. Хаск остался сидеть в комнате. Внезапно он увидел письмо в руках паучка, которое тот, на удивление, не выронил. Он знал, что читать чужие письма нельзя, но любопытство взяло верх. Распечатывая письмо, он увидел, от кого оно, и сразу понял причину обморока его паучка. Хаск думал, читал ли это письмо Энтони или не успел. Вдруг кот увидел, что паук открывает глаза. Энтони не сразу понял, где он. Но, увидев Хаска, осознал, что это их комната. — Хаск, что со мной? — спросил паук, наблюдая, как кот убирает письмо на тумбочку. — Пришёл почтальон, ты открыл дверь, увидел, кто отправил письмо. Я спускался вниз и вижу, как ты летишь на пол. Я подхватил и сразу сюда, — ответил кот, протягивая письмо: — Прочти. Вдруг что-то важное. — Ага. Конечно, важное. Мой отец пишет только тогда, когда ему что-то от меня нужно. Другого повода нет, — но всё же открыл письмо и начал читать вслух: «Дорогой Энтони! Я очень по тебе соскучился. Я хотел бы, чтобы ты приехал ко мне на юбилей. Я и твой брат очень тебя ждём. До нас дошли сведения, что приехала твоя сестра Молли. Ты же её так любишь и вы давно не виделись. Вот мой номер, если надумаешь — позвони. С любовью, твой отец». — Что? М-молли? Стоп, это невозможно. Она умерла. Я много лет её не видел. Как это возможно? — задался вопросом Энтони. — Тшш, милый, успокойся. Может быть, она так же, как и я, переродилась и попала в ад, — предположил Хаск. — Может. Но это не важно, я снова её увижу! Я снова её увижу, понимаешь, снова! — весело сказал Энтони, внезапно вставая и убегая в ванную. — Вы с отцом не ладите. А тебе же надо будет ему позвонить, — сказал Хаск. — Да. Ты прав. Не ладим. Но ради сестры я ему позвоню, — ответил Энтони, убегая на первый этаж, на кухню, под руку с Хаском — завтракать. — Хорошо. И ты поедешь к нему один? — спросил Хаск, разрезая омлет. — Почему один? Ты поедешь со мной, — ответил Энтони, делая глоток кофе. — Конечно, поеду. Я не отправлю тебя одного к этому полоумному. А вообще, ты не думаешь, что это ловушка? И откуда он знает твой адрес проживания? — спросил Хаск. — Я подозреваю, что всё это не просто так. У него есть связи, поверь: если он захочет, он любого из-под земли достанет. И приезд Молли — скорее, это лишь предлог, чтобы я точно приехал. Но если я увижу сестру, то мне абсолютно всё равно, ловушка это или нет, — ответил Энтони. — Так, ну всё, я звоню, — сказал Энтони, набирая номер дрожащими пальцами. Пошли гудки. Спустя секунду послышался голос: — Здравствуй, сынок. Понимаю, давно не виделись. Но вот видишь, повод появился. Так что жду тебя. Сегодня в 22:00. Как дела-то? — внезапно спросил отец. — Да. Нормально. Слушай, ты не писал, не звонил, а тут такие новости сразу в лоб, — сказал Энтони. — А ты разве с сестрой повидаться не хочешь? — спросил отец. В ответ — тишина. — Хочешь. Так что давай, я тебя жду. Пока, — ответил Хенроин, сбрасывая звонок. Энтони молча повернулся и посмотрел на Хаска. Тот сразу встал из-за стола и обнял Энтони: — Всё в порядке? — спросил он, глядя снизу вверх. — Да. Он хочет, чтобы я к нему приехал. И шантажирует тем, что если я не приеду, то не увижусь с сестрой. А я так по ней скучаю, — ответил Энтони. — Хорошо. Давай поедем вместе. Я тебя не оставлю, — ответил Хаск. — Тогда давай собираться и надо Чарли сказать, что мы уезжаем, — сказал Энтони. — Я всем займусь. А ты иди докушай завтрак. На голодный желудок мы никуда не поедем, — пригрозил Хаск. — Да. Хорошо, — ответил Энтони, садясь за стол.

***

По приезде в особняк мафии им открыли ворота, пока Хаск парковал машину. У Энтони тряслись коленки, и котик это заметил: — Детка, не волнуйся, я с тобой, — поддержал Хаск, беря его руку в свою. — Вдруг это всего лишь коварный план, — прошептал Энтони, смотря в любимые глаза. — Даже если и так, он тебя не тронет. Он не посмеет. Я с тобой и в обиду не дам, — ответил Хаск. Энтони кивнул. — Так успокаивайся. Вот так, дыши. Всё будет хорошо, — шептал Хаск. — Ты прав, — ответил Энтони, заметно приободрившись, и, поцеловав Хаска на прощание, они вышли из машины. Хенроин смотрел на эту картину через окно. Когда они вошли, он встретил их: — Привет, сын мой. Как доехали? — спросил паук, внимательно оглядывая Хаска. — Хорошо доехали. И так, отец, что за шантаж? Что за «хочешь повидаться с сестрой»? И вообще, если она тут, то почему не вышла? — раздражённо спросил Энтони, сжимая руку Хаска. — Да, я не думал, что мой родной сын с порога начнёт кидать претензии, — холодно сказал отец. — Ты сам виноват, что мы с тобой не ладим, — ответил Энтони. — Так, ладно, думаю, вы устали, ложитесь спать. Комната для вас готова, вас проводят, — ответил отец, разворачиваясь и уходя. — Тшш, милый, спокойно. Давай поспим, ты всё же устал с дороги, — сказал Хаск, уводя любимого. Энтони ничего не оставалось, кроме как идти за котиком.