Второй шанс

Башня Ви всегда пахнет смертью. Не важно, где ты сейчас находишься: если ты был там хоть раз, то, вероятно, тебе повезло, что тебя сразу выкинули, как кусок говна. В противном случае тебя бы с головы до ног зацеловали, чтобы потом посадить на цепь и издеваться вечно. Вот и сейчас Вокс пришёл в подвал башни, чтобы проверить кое-кого. — Ричердд, ну как ты здесь? Не соскучился по нам? Сколько лет здесь уже сидишь? — спросил Вокс в темноту. — Вы сюда меня упекли за то, что покушался на Вала, но знайте: я ни капли не жалею. И сделаю это снова при любой возможности, — ответил демон в виде белой змеи. — Ха. Ты сейчас мне угрожаешь? Послушай, ты в безвыходном положении. Пойми, тебе отсюда не выбраться. Но впрочем, я пришёл по делу. — Что тебе надо? — спросил Ричердд, поднимая взгляд на демона телевидения. — Вот это уже другой разговор. Мы знаем, что Хаскер уехал. Нам нужно, чтобы ты укусил Энджела Даста, пока кошара не вернулся. Твои клыки содержат яд, поэтому Даст умрёт. Пусть не навсегда, но зато долго и мучительно, — ответил Вокс. — Да угадаю: и Вал не должен об этом узнать, не так ли? — спросил Ричердд. — Ну конечно, никто из двух «Ви» знать не должен. Это важное условие. Вал уже помешан на этом Дасте. Хочу хотя бы столетие не слышать про него от Вала, — ответил демон телевидения. — А что, если я не согласен? — спросил змей. — То тогда пеняй на себя. Мне придётся снова отправить в твою кровушку разряд тока. И вообще, ты впервые за очень долгое время выходишь на свет, поэтому не советую отказываться, — сказал Вокс. Змей думал, потому что он знает Вокса. Его план звучит неплохо. Но есть проблема: Ричердд никогда и никого не убивал своим ядом. Получится ли? — Ну что? — спросил Вокс, нервно теребя пальцами. — Хорошо, — ответил змей.

***

– Так, молодец, Нана. Теперь возьми гуашь и нарисуй цветочек, – сказал Энтони, открывая для дочери пузырёк краски. Нана макнула кисточку в пузырёк и начала старательно вырисовывать цветок, морща лоб от усердия. – Вот так красиво? – спросила девочка, показывая готовый рисунок. – Да. Очень, ты молодец, – похвалил Энтони дочь. Вдруг к Энтони подошли: – Босс, к нам поступил сигнал о чужаке в казино. Что прикажете делать? – спросил демон. – Вы его поймали? – спросил Энтони. – Да. Нам привести его к вам? – спросил подчинённый. – Да, – приказал Энтони, уводя дочь в другую комнату. – Папа, что случилось? – спросила Нана, начиная волноваться. – Всё хорошо, не волнуйся, я разберусь. А ты пока в другой комнате порисуй. Окей? – спросил Даст. Дочь кивнула и села за стол уже в другой комнате. Как вдруг к нему ворвался змей. Энтони впервые видел этого демона: – Кто ты? – спросил он, отходя подальше, но внимательно следя глазами за действиями противника. – Меня зовут Ричердд. Вокс очень хочет, чтобы ты сдох. Поэтому я здесь, – ответил змей, начиная копить во рту как можно больше яда. – Ясно. Так значит, тройка «Ви» никак успокоиться не может, – сказал Энтони, ходя по кругу. Нана увидела в щёлку двери папу и какого-то дядю. Она начала снимать на камеру для папы Хаска. – Это не моё дело. Мне главное – убить тебя, чтобы увидеть свет, – ответил Ричердд. – Скажи, ты продал им свою душу до меня или после? – спросил Энтони. – Какое это имеет значение? Стоп. Ты тоже у них на поводке? – удивлённо спросил змей. – Уже нет. Но был когда-то. Странно, что ты меня не знаешь, – ответил Паук. – Конечно, не знаю, – сказал змей, стуча хвостом по полу. – Значит, всё-таки до. Я понял. То есть ты видел их падение? – спросил Энтони, продолжая следить за противником. – Какое падение? Я ничего не знаю. Я много лет в подвале сидел. Только недавно вышел, – ответил Ричердд, щепелявя языком. – Ясно, Ричердд. И что: ты хочешь убить меня, и ради чего? Думаешь, они тебя отпустят? – спросил Энтони. – Надеюсь, – ответил змей. – Ты такой наивный. Они никогда никого не отпускают. Так что даже не надейся на свободу. Лучше скажи, как ты попал к ним? – спросил Даст. — Я просто полз по улице. Ко мне подъехал лимузин, и Валентино предложил присесть. Следующей ночью мы переспали, а потом ещё и ещё. И, о боже, эти ночи были великолепны. Ключевое слово — «были». Потому что в скором времени, примерно через месяц, когда мы после очередного секса лежали на кровати, он вдруг заговорил про славу, деньги, любовь народа, что я талантливый, и предложил заключить контракт. Я согласился. Но после подписи на моей шее вмиг появилась удавка, и он изменился. Он бил меня месяцами, может, годами — я уже не помню. Но я всё равно любил его… пока не появился ты, Энджел Даст. Он так легко меня заменил. А когда я начал возмущаться, он показал мне контракт, и тогда я понял, в какую жопу попал. Тогда я покушился на его жизнь, он узнал и запер в подвале на очень долгое время. — рассказал Змей. — Ага. И теперь ты хочешь убить меня, чтобы тебя якобы отпустили. Потому что Вокса я уже заебал. Ясно, теперь всё. Но ты ведь понимаешь, что я всё равно потом снова очнусь в аду, ведь так? — спросил Энтони. — Это уже не моё дело. Главное — свобода. — ответил Ричерд и резко плюнул ядом. Энтони попало везде: и на лицо, и на руки, и даже в рот. Паук случайно проглотил его. Нана тем временем продолжала снимать происходящее и отправлять кружочки дяде Хаску. — Ах, мразь. Посмел прийти на мою территорию и покушаться на мою королеву! — сказал Хаск. — Ну вот и всё, Энджел Даст. Теперь ты точно сдохнешь — медленно и мучительно. — сказал Змей. Энтони ощутил вкус яда, слезнул с губ и закрыл глаза. — Ммм… Восхитительно… — прошептал паук, будто был под наркотой. — Что? В смысле — восхитительно? Ты должен был сдохнуть! — прошептал Змей, отходя назад. — Видишь ли, это невозможно. Уж так вышло, что я ядовитый паук, а это значит, что никакой яд мне не страшен. Поэтому, извини, сука. Я даже больше скажу: он для меня как наркотики. Я теряю голову, а когда я теряю голову, я от врага и крошки не оставляю. —ответил паук. — Нет. О чёрт! — закричал змей, начиная пятиться назад. — Ну куда же ты, дорогой? Ты хотел меня убить — вот он я, — сказал Энтони, превращаясь в свою оверлордскую форму. У него вырос горб, когти стали размером с головы, глаза начали светиться розовым светом, а потом Энтони, как безумный, прыгнул на змея. Тот уполз. «Скользкий тип», — подумал Даст. Но паук всё же подцепил змея в области шеи и начал душить. Ричердд задыхался, пока вдруг не выбежала Нана с Хаском на видеозвонке, и кот сказал грозным голосом: — Так довольно. Ты, змей, иди и передай своим боссам, что они были лохами и всегда ими останутся. И если ещё раз хоть посмеешь посмотреть на мою королеву, я кишки тебе наружу выкручу. Ясно? — спросил Хаск. Змей быстро закивал и уполз. — Ну а ты, Энтони, неплохо справился. И даже поговорил прежде, чем нападать. Умничка, хвалю, — сказал Хаск, вмиг делая свой голос мягче и добрее. — Спасибо, милый. Но ты слышал, что Ви хотели меня ядом отравить? Нет, конечно, меня не отправишь — я сам кого хочешь отправлю. Просто это значит, что они всё никак не могут успокоиться, — сказал Энтони. — Да, я всё слышал. Но теперь они знают, что тебя никак не отравить. Поэтому уверен, больше этого змея посылать не будут. Так что пока можно выдохнуть, но всё равно держать дуло наготове. Понял? — спросил Хаск. — Понял. Ладно, мне пора нашу дочь ужином кормить. До скорого звонка, детка, — сказал Энтони, и в ответ он услышал: «До скорого, дорогой».

***

Ричердд вернулся в башню. Его вмиг встретила вся троица. Вокс уже им всё рассказал, из-за чего Вал теперь, как маленькая обиженная девчонка, сидит в углу и дуется. Но Воксу похуй. А Вельветт смотрит видеоролик в телефоне и всего лишь мельком подняла взгляд на змея. — Ну что, всё получилось? — спросил Вокс. — Нет. Оказалось, что он тоже ядовитый, поэтому его невозможно отравить, — ответил змей. Вокс повернулся лицом к окну и убрал руки за спину: — Ясно. У нас был последний шанс уничтожить эту шлюху — и то провал. Что ж, я думаю, мы так и будем вечно воевать. Ты можешь идти, как и обещал. Вот разорванный контракт. — Вы сейчас издеваетесь, да? — спросил Ричердд, не веря словам телебашки. — Нет. Отныне ты свободен, — сказал Вокс и краем глаза увидел, как змей уполз. — Ну и зачем ты его отпустил? Он был нашим последним козырем, — сказал Вал. — Не волнуйся: если он нам понадобится, мы им обязательно воспользуемся, — сказал Вокс, и в отражении окна Вал увидел спираль в глазах своего партнёра и ухмыльнулся.

***

Энтони уложил дочь спать и позвонил котику: — Слушай, а ведь Вокс умеет гипнотизировать. Где вероятность того, что он не сделает это? — спросил паук, лёжа в кровати. — Да, вероятность есть. Но на тебя или на любую душу из моего казино это не сработает, потому что с вами всеми у меня контракты и все ваши души — мои. Даже все души, которые тебе принадлежат, тоже автоматически становятся моими, потому что ты — мой. Так что не волнуйся. Всё будет в порядке, — успокоил Хаск. — Хорошо. Ты меня успокоил, — сказал Энтони, шумно выдыхая. — Ты так великолепно сегодня сражался, дорогой. Я уже безумно хочу приехать домой, впиться своими клыками в твою нежную кожу и вновь окунуть своё лицо в твой мягкий пушок, начав его вылизывать, пока ты будешь сладко стонать моё имя, — прошептал кот, хлестая хвостом по полу на другом конце провода. — Ох, милый. Ты всегда знаешь, как отвлечь меня от тревожных мыслей. Люблю тебя, — сказал Энтони. — Конечно, дорогой. А теперь давай спи. Сон тебе сейчас очень поможет, — сказал Хаск. — Доброй ночи, котик, — пожелал паук. — Доброй, моя любовь, — ответил кот на другом конце провода и отключился, услышав сопение.