Второй шанс

Вал пришёл в башню. Его с порога встретили Вокс и Вельветт. — Ты где был? — спросила Вельветт. — В казино Хаскера. Прикиньте, он не отдаёт мне мою шлюху, — ответил Вал. — Вал, он давно не твой. Но ты нас уже заебал с этим Дастом. Слушайте, у них же есть дочь. Она поведётся на обычный леденец. Почему бы нам не украсть её? Будет для тебя потеха, Вал. Может, тогда ты перестанешь в казино свой нос совать, — сказала кукла. — А почему бы и нет? Если это поможет усмирить Вала, то давайте. Только вот теперь там усиленная охрана, — сказал Вокс. — Не парься, сейчас ночь. А значит, Хаскер и шлюха спят. Поэтому мы просто можем приманить мелкую леденцом, позвать, мол, сюрприз. Его комната рядом с кошаком и шлюхой, она с такими яркими обоями, что её издалека видно. Пойдёмте, чё стоите? Только леденец прихватите, — сказала Вельветт. Тройка Ви снова отправились в казино. Они закарабкались по стене и проверили окна, и на их удачу оно было открыто. Они зашли в комнату. Нана проснулась от прохлады и увидела их. Она хотела закричать и заплакать, но кукла достала леденец и дала его малышке, взяла на руки, и они унесли её. Ви пришли в башню, сразу закрыли малышку в логове и стали ждать.

***

Наступило утро. Хаск проснулся и перевалился на другой бок, прижимая паучка к себе. — Доброе утро, котик, — прошептал Паук. — Доброе, паучок, — ответил кот, и они поцеловались. — Пойдём завтракать? — предложил кот, и паук согласился. Энтони пришёл на кухню и начал готовить. — Разбуди нашу дочь, милый, — попросил Паук, и котик пошёл в её комнату. Открывая дверь, он увидел, что её нигде нет. Кот посмотрел в шкафу, за шторками, а также крикнул её во всё казино. Энтони, услышав крик, испугался и побежал к Хаску: — Что случилось? И где наша дочь? — спросил Энтони и увидел, как кот пожал плечами. У паука будто вся жизнь перед глазами пролетела — он сел на пол. Кот подошёл к нему: — Не волнуйся, мы найдём её, — сказал кот, пытаясь успокоить. — Стоп, подожди, — сказал паук и начал ходить по комнате, дёргая носом. — Ты что, принюхиваешься? — спросил кот. — Да. Здесь был Вал, вся комната его духами воняет. Я их за километр узнаю. Он забрал её. Хаск, наша дочь у психа, — сказал Энтони. — Так, успокойся, мы её спасём, — сказал Кот. Наша пара направилась в башню. Заходя в неё, они услышали детский плач и сразу побежали на звук. Прибежав, они спустились в подвал и открыли дверь, откуда исходил плач. Хаска сразу скрутили и привязали, а Энтони сам Валентино взял за шкирку и бросил на пол. — Так-так, кто это здесь у нас? И ты мне говорил, что не зависим от меня? Тогда почему ты пришёл сюда? М? — спросил мотылёк. — Ты украл нашу дочь! Быстро верни! — потребовал паук. — Вишь, какой смелый стал. Вон она, твоя сопля, — указал Вал в сторону, где была привязана малышка и горько плакала. — Милая, не волнуйся, всё будет хорошо, — пытался успокоить дочь паук. — Как ты украл её? — спросил Хаск. — Ты поставил везде охрану, но про окна забыл. Я ведь ползать умею как и мой Энджи, я умею по стенам лазить. И мои товарищи мне помогли, поэтому у тебя нет шансов, — ответил Валентино. — Да я тебя сейчас убью, урод! — кричал на него паук. — Что ты сказал? — спросил Вал, поворачиваясь к нему, и взял его за волосы. — А ну руки убрал! — приказал Кот, но Мотылёк лишь улыбнулся оскалом. Они были в безвыходном положении — оба обездвижены. Вал подошёл к малышке: — А вам понравится, если я сделаю так? — сказал он, хватая Нану за волосы. — Больно! Дядя, отпусти! — начала кричать Нана, заливаясь слезами. Энтони не выдержал и закричал. Подвал был старый, поэтому от крика потолок обвалился прямо на Тони. — Нееет! — закричал Кот. — Вот бля, это в мои планы не входило. Ладно, переродится потом, — сказал Вал. — Тони... милый... — шептал кот, чувствуя приступ паники. Вдруг вокруг появились силуэты разных цветов — все копии Тони. Хаск подумал, что у него рябит в глазах. Вал так вообще подумал, что это умерший Тони к нему пришёл. — Мы — эмоции Энтони. Вот страх, — указал он на Энтони синего цвета, который забился в угол и трясся. — Вот грусть, — указал он на копию Тони голубого цвета, который плакал в углу. — Вот удивление, — указал он на того, кто смотрел на всю эту картину с распахнутыми глазами и ртом и был бурого цвета. — А вон там — отвращение, — указал он на того, кто стоял и смотрел на всё происходящее свысока; он был золотым цветом. А там, возле стены, — любовь, — указал он на клона, который был красного цвета; он сидел и смотрел на Хаска тёплым взглядом, а вокруг него появилась красная стена, и на ней росли розы. — Вот там — вина, — указал он на клона каштанового цвета, который сидел с опущенным лицом в колени, забившись в угол. — А в том углу — гордость, — указал он на демона, который стоял и смотрел на всех с презрением. Вот там стоят надежда, вдохновение, скука, спокойствие, радость, жалость. Они все были розовым; скука был наполовину фиолетовым, наполовину синим; спокойствие медитировала; радость была жёлтым цветом, он прыгал и всем улыбался — точно как Чарли, подумал Хаск; и жалость, которая сидела возле тела паучка и гладила его по руке. — А ты кто? — спросил Хаск у клона, который сидел и копался в телефоне. Клон ответил: — Я — похуизм. — А собственно, что мы делать-то будем? — спросило отвращение. — Ну, нам надо вообще-то Тони в чувства привести и этого ублюдка избить, — ответил похуизм. — Хорошо. Значит, давайте я буду приводить Тони в сознание, — сказала жалость. — А мы тогда займёмся этой молью, — ответила гордость. Эмоции окружили моль и начали сводить с ума. Как вдруг появился клоун и начал то лазить по стене, то прыгать, как обезьяна. — О, прив, друг! Я — озорство, кстати, — сказал он и продолжил прыгать. Эмоции связали Вала. Мотылёк уже реально начал думать, что сошёл с ума. Вдруг надежда закричала: — Энтони жив! Все обернулись. Паук встал на ноги и увидел кого-то клоуна и много разных демонов, очень на него похожих. — Что? Кто это? Меня наркотой накачали, да? Ну точно наркотой. Это же Вал, блять, что же ещё можно от него ожидать, — сказал Энтони, глядя на эту картину. — Нет, это не галлюцинации. Энтони, мы — твои эмоции. Мы появились, чтобы дать тебе время на то, чтобы ты пришёл в себя, — сказала спокойствие. — Это не укладывается в голове, ты понимаешь? То есть вас как бы нет, но вы как бы появляетесь, когда я без сознания? — спросил Энтони. Клон кивнула. — О блять, я поверить не могу. Стоп, а почему я не кричу и не схожу с ума от этого хауса? — спросил Энтони. — Потому что я держу тебя за руку. И я тоже твоя эмоция, и имя мне — спокойствие. Поэтому ты спокоен, — ответил клон. — Ясно. И что теперь? — спросил Энтони. — Ты уже полностью пришёл в себя, поэтому действуй, а мы тебе поможем. — Хорошо, — ответил Тони. И эмоции начали вселяться обратно в душу паука. После чего Энтони встал на ноги. — Кто это был? — спросил Хаск. — Это мои эмоции. Появляются, когда без сознания, — ответил Тони. — Ахереть, — сказал Хаск. — Ты чё, тут же ребёнок, — сказал Тони. — Папа Энтони, кто были эти дяди? — спросила Нана. — Это мои друзья, — ответил паук. — Тебе конец! — вдруг крикнул Вал. — Ладно, давайте уже убьём эту семейку, — сказал Вокс.