"Однажды далеко не в сказке: Когда террор тут правит бал"

      —...Я требую наказания.—заявил после долгого молчания Агнарр, сидя возле отца и смотря в некуда. Я-же, с перемотанными бинтами, что были вымочены в медицинском растворе, руками, стоял рядом с Эльзой и Анной, что всё ещё жалась от страха.       —...Не просите? Сразу требуете?—спросил после паузы отец.       —Именно. И очень сурового.—кивнул он.—Это...поразительная...безответственность...При чём я требую наказания не только для 13-ого, но и для 3-его принца. В первую очередь именно он оставил вашего младшего отпрыска с артиллерией и с полным доступом к пороху. А вот сам уже 13-й принц допустил...до такой абсурдности проступок...Что должно быть в голове, чтобы позволить маленькой девочке, пусть и принцессе, иметь доступ к тому-же пороху, орудию, так ещё позволить ей это орудие заряжать самой, и, в довершении ко всему, даже не следить за ней, просто повернувшись спиной?—проговорил Агнарр, после чего молчание воцарилось.—...Или вы мне прикажете это понимать, как покушение на мою дочь?! М!? 13-й датский принц хитро и подло пытался убить Анну!? Как мне трактовать его оправдания!?—наконец вспылил король Норвегии.       —...У "13-ого датского принца" имя есть.—тихо пробубнил я, на что Агнарр молча повернулся ко мне и стал сурово прожигать взглядом.       —...А ты вообще молчи, паршивец...Тебе слово никто не давал и права у тебя на него сейчас нет!       —...Я позволю себе напомнить вам, что из нас двоих — гость здесь вы.—вежливо проговорил я, на что отец ударил кулаком по столу.       —Хватит! Ханс — молчи!—прорычал он.—...И так себе яму роешь...Но в кое-чём я с ним согласен, мой высокородный брат.—уже спокойнее проговорил отец, на что Агнарр возмущённо уставился на него.—Вы, как и ваши дочери и супруга — здесь гости. Однако я замечу, что вас я пригласил сам и от того нахожу ваше требование законным...Возможно вас это огорчит, но выпороть Ханса мы не рискнём. Тем более, что он сам себя, в физическом плане, наказал более, чем достаточно. Да и как он подверг опасности жизни ваших дочерей, так он их и спас...Принцесса Анна, вы говорили, что вы зарядили 5 зарядов, за тем вложили сухой пыж, калёное ядро и влажный пыж?       —Д-да...—сдавленно пропищала Анна.       —Как скоро принц Ханс стал уводить вас с крон-принцессой Эльзой?       —Я...я...       —После двух секунд, как из запального отверстия пошёл дым, Ваше Величество.—позволила себе вклиниться Эльза.       —Ясно. Видите, брат мой? Ханс ещё очень даже быстро среагировал. А если верить их рассказам и рассказам очевидцев, то он ещё и собственными руками остановил остатки ствола пушки, чтобы он не навредил вашим дочерям. О том свидетельствую его страшные ожоги, которые вы и сами видели.       —...Да...видел.—пробубнил Агнарр, после чего снова воцарилось молчание.—...Вы что-то предпринимать будете?       —Разумеется. Просто так оставить это я не имею право ни как Государь, ни как отец...Принцев Якоба и Ханса лишат на пол года права верховой езды, Якобу ограничат доступ к пороху и всякая норма будет строго проходит учёт, Хансу порох так вообще не будет выдаваться ни под каким предлогом до шестнадцатилетия, во двор Ханс сможет выходить на время прибывания гостей, вплоть до их отъезда, только один раз за день на любой угодный ему час...       —Я-бы хотел настоять на его полном домашнем аресте до отъезда гостей.—прервал отца Агнарр.       —Увы, это было-бы возможно, когда о нём ещё не знали...Сейчас уже не выйдет, многие начинают видеть в нём потенциальный объект для сватовства. Да и если мои наблюдении верны, то Ханс всё больше и больше становится непослушным и непокорным и домашний арест его-бы удержал только в случае, если двери запирать на ключ и поставить у них гвардейцев, а их и так поставят и они будут всюду за ним следовать, а на его окна повесят решётки, чего уже не сделают, ибо это будет слишком сильно выделяться. В ином случае он будет просто сбегать даже под угрозой физического наказания...В чём я сомневаюсь, так в том, осмелится ли на это ваши дочери.       —Только Анна. Не Эльза...В таком случае Эльза не покинет своих покоев до бала и после него, до нашего отбытия.       —Стало быть, мы пришли к соглашению.—улыбнулся отец, а за тем он задумался.—...А, да, точно. Ханс. Марш в свои покои.—сказал он, на что я стал молча смотреть на него.—...Кхм, извини, забываю. МАРШ!

***

      Меня потом ещё вызывали на ковёр из комнаты. Но в тот раз отца Эльзы и Анны не было. Вероятно он занимался персональным отчитыванием дочерей. А решил я так на основании того, что это происходило со мной и Якобом. Правда Якоба чихвостили значительно меньше меня. Но оно и понятно, его вина состояла только в том, что он за мной не следил. А вот я...Если бы не мама, отец-бы меня живьём, наверное, сожрал.       После отчитывания, отец всерьёз занялся моим арестом. Гвардейцы взяли под конвой, отвели в комнату и остались у двери. Благо мне не запретили учиться. Правда это стало значительно труднее из-за раненых рук. Приходилось обходиться устным обучением, а это значительно труднее, ибо надо было кое-что запоминать в моменте.       Обед мне принесли прямо в комнату. Когда я открывал дверь и выходил, гвардейцы всюду следовали за мной. Беседу поддержать они могли, но вот тему моего наказания они избегали. При чём нетактично. Едва заходила речь — монотонно все разом говорили "не положено". Когда я подходил к выходу, они преграждали мне путь и спрашивали, точно ли я хочу потратить свой час на прогулку сейчас...и я, пожалуй, решил сделать глупость. С одной стороны. А с другой — что со мной можно ещё сделать? Казнить не посмеют, максимум отрекутся, но это сильно маловероятно и явный перебор, особенно после того, как обо мне стало известно европейским домам, а самое реалистичное — лишить доступного прямого обучения. Но в этом случае я мог и как в первый раз, пытаться прятаться и учиться сам.       И я решил на прогулке подготовится к нашему с Эльзой побегу...Да, скорее всего нас по головке не погладят, особенно если мы пропадём на целые сутки, как и хотела Эльза, но...Я ведь джентельмен, хм-хм-хм...Вообще нет, но...юношеское желание выпендрится перед красивой девчонкой имеется. 14 лет — дело такое.       План был прост. Свалить через окна по верёвке из простыней, пробраться в конюшню, забрать Фобоса, подъехать к окнам Эльзы, дождаться, когда она сделает тоже самое, а потом на всех парах ускакать к моему схрону у пригорода Копенгагена...Заодно надо будет раздобыть и для неё маскировочные тряпки. Лишь бы согласилась одеть. И главным затыком в плане является что? Правильно. Конец 18-ого века и отсутствие какой либо дистанционной коммуникации, кроме писем и звуковых сигналов. И поскольку последнее использовать нельзя, так как будет шум, который заподозрят, я решил использовать письма...Но тут новая проблема. Меня не пускали в крыло, где были Анна с Эльзой...Меня не пускали...остальных-то братьев совсем наоборот. Оставалось только определить, кто мне точно поможет...Ну и нужны были какие нибудь перчатки, чтобы когда я правил Фобосом, ладони или не болели, или болели сильно меньше.       —Ну ты, конечно, учудил!—усмехнулся Отто, подойдя ко мне сзади и нажав на плечо. Гвардейцы это проигнорировали.       —Ты хоть представляешь, во что превратил наш причалик, м?—с усмешкой спросил уже Олаф, сделав тоже самое, что и Отто.       —Там одни руины. Как на войне!—рассмеялся Отто.       —Ну ладно, будет тебе.—пихнул его Олаф.—Ты сам-то как? Слышал, тебя ранило сильно.       —...Пустяк. Ожоги на ладони. Я дураком был, пушку голыми руками пытался остановить.—пробубнил я, заметив в одном из окон Эльзу, которая меня тоже заметила и помахала. Я помахал в ответ.       —...Хммммм. Никак норвежскую принцессу решил заарканить, шкет?—спросил Отто.       —Отто, прекрати. Даже если так, Хансу ничего не светит. Норвежский дом — не какой-то мелкий княжеский немецкий или итальянский. Тут партия нужна соответствующая, тем более, что она именно КРОН-принцесса, а он 13-й принц. Шансов ничтожное количество.       —...Вы что себе напридумали?—спросил я.—Она затворница. Ни с кем, практически, не общается. А я с ней нашёл общий язык легко и быстро. Вот и всё.       —...Прям-таки ни с кем?—спросил Олаф.       —Отец, мать, сестра, вся её родня?—самодовольно улыбнулся Отто.       —...Я очень сомневаюсь, что их общение за день превышает то, что у нас с вами сейчас происходит.—сказал я, после продолжив анализировать местность.       —...А может тебе сбежать помочь с ней?—прошептал Отто, на что я резко повернулся к нему и проверил гвардейцев. Те никак не отреагировали.—...Да ладно? Неуж-то угадал?—спросил он, после чего я понял, что он, на самом деле, просто дурачился, а я, своей реакцией, себя выдал.       —...Ханс, проблемы будут.—прошептал Олаф.—При чём куда серьёзнее, чем те, что ты получил сегодня.       —...От того интереснее будет, верно?—расплылся в улыбке Отто, на что Олаф долго не реагировал...но за тем, всё таки, тоже улыбнулся.       —Верно.       —А учитывая тот факт, как он тут всё осматривал, он от своего явно не отступит.       —Не отступит.       —Поможем?       —...Поможем. Но!...Если попросят.—коварно усмехнулся уже Олаф.—Если что, мы будем молчать, как лосось на льду. Если тебе что-то нужно...       —...Вообще...—задумался я, видя в старших близнецах вполне себе подходящую помощь, так как то, что я с Эльзой учиним — есть шалость высшего порядка, которую классифицирует обыватель как безумство и безответственность...А Отто и Олаф в этом спецы.

***

      План претерпел некоторые корректировки. Так как гвардейцев у двери Эльзы не было, то доставить ей сообщение было очень даже просто. Сообщение не имело ничего лишнего, без гиперболизации, которая принята в этом веке. Простая постановка перед фактом с обозначением действий. Первое письмо гласило всего несколько слов: "Завтра, в три часа. Готова?". Не больше и не меньше...Вернулся Отто не очень быстро. Как он потом поделился, за дверью долго не было звуков и он рискнул войти, но дверь сразу-же закрыли. Также он поделился об ощущении холода и я понимал, что это. Возможно, после вчерашнего, у неё закрались сомнения...но итог оказался закономерным. Она хотела свободы хоть на сутки. Простой ответ "Да" подтолкнул меня написать уже более всё подробно.       Всё, что требовалось от Эльзы — объявить бойкот и голодовку. Такое уже было, Анна о многом трепалась. Так что это бы никого не удивило. Главное надо было обозначить это с утра. Также ей нужно было сплести верёвку из простыней, но Отто поступил проще...он просто самую обычную верёвку ей принёс под одеждой и сам-же, как он заявил, прикрепил одн конец, ибо Эльза не имела представления, как вязать узлы. Деймоса я заранее оставил на Феликса, чему он был безумно рад. Отговорился предлогом, что хочется дня покоя.       Мне верёвку уже проносить не решились и я сам сплёл её. По инструкции Отто должен был привлечь общее внимание с другой стороны дворца. Я должен был погулять сразу утром, чтобы меня больше не выводили. И я должен пораньше поесть. Олаф должен был приготовить Фобоса для двух ездаков и вывести его мне под окно, а за одно он-же и должен был раздобыть женскую крестьянскую одежду.       На следующий день всё пришло в движение. Я последний раз отдал письмо Эльзе, где был лишь обозначен сигнал к её выходу — камушек в окно, три раза. Олафу я заранее дал одну из своих вещей, чтобы он успокоил Фобоса, ибо он вряд-ли стал-бы позволять тянуть к себе чужие руки. Перчатки были приготовлены вчера, но...на утро я заметил, что ран не было. Были лишь следы от них, но ни повреждений, ни боли, ничего...Я списал на то, что это могла быть магия или препарат, коим были пропитаны повязки, был зельем.       ...И вот наступил тот момент. Через тридцать минут после обеда, я достал свой "канат" и привязал его к ножке кровати. Вскоре в окно постучало три камушка. Я открыл его, выглянул и внизу уже был Олаф с Фобосом, который облегчённо фыркнул, увидев меня.       —Давай быстрее. Фризская порода у нас в конюшне одна. Пропажа выразительная.—прошипел Олаф и я сбросил канат.       —То есть нас всё равно спалят, да?—спросил я, став спускаться между окон, чтобы меня не заметили. В это время послышался взрыв пороха с другой стороны дворца.       —Это не гарантировано. Твоё седло и уздечка остались в конюшне. Это от моего Мимирома. Думал от Астры Отто взять — она кобыла. Легче, удобнее, но комплекция неподходящая для жеребца.—ответил он, после чего я приземлился прямо в седло.—...П-перчатки где? Ты чего, ты-же не...—начал было Олаф, взяв меня за руку, а за тем застыл на месте, увидев отсутствие повреждений.—...Э-это как?...Всего-же только позавчера, а уже...       —Я думаю, что на мне магическое зелье использовали, наверное.—ответил я.       —Магия не приветствуется в Дании. Этим только дикие викинги балуются.       —Монаршей семье можно больше, чем обычным крестьянам и дворянам.—пожал я плечами.       —...Ладно, не суть важно. Какое окно — помнишь?       —Что там помнить? Ты его вчера крестом пометил красным. Я утром его видел.       —Уже закрасили. Но свежий след краски ты увидишь и почувствуешь.—кивнул мне брат, а за тем отступил.—Стучать не будем...но ты-уж или спались, или подробности расскажи по возвращению завтра. Я пока Отто подсоблю.—сказал он с ухмылкой, после чего он указал на круп Фобоса.—Оружие — сабля, кинжалы, порох и пули про запас, два кремниевых. Одежда для твоей норвежской зазнобы, что тебя пленила, тоже.       —Она не...       —Всё, пошёл.—махнул он, шлёпнув Фобоса по крупу и тот помчался вперёд. Выведя его под окно Эльзы, я достал из кармана три камушка и стал бросать их в окно. Через несколько секунд оно открылось и из него выпала верёвка.       —...Чего ждём?—спросил я.       —Я...волнуюсь. Я первый раз таким способом...Как это делать?       —Выйдя на карниз, держись крепко за верёвку. Свисни ногами вниз и аккуратно ослабляй хватку, чтобы ты медленно скользила.—ответил я, очевидно по голосу, Эльзе. Через несколько секунд показалось её платье и я сразу опустил взгляд...а потом послышался писк. Посмотрев вверх, я увидел, что эта неумеха слишком сильно ослабила хватку и откровенно уже летела по тросу. Подставив руки, я легко её поймал на них.—Я-же сказал, "аккуратно".       —Прости...Аууу...—тихо прошипела она, после посмотрев на свои руки, которые стремительно краснели.       —Ничего. Доскачем до той стороны озера — помочишь их...Видимо это для баланса вселенной.—сказал я, усмехнувшись и показав свои здоровые ладони.       —Что?...К-как они...?...Я-же сма видела, как...       —Думаю, что магические зелья. Да, магия не в почёте, но мы монарший дом. А теперь быстрее.—сказал я, усадив Эльзу перед собой.—Вперёд, Фобос. Со всех ног.—прошептал я коню и тот, услышав меня, сразу рванул, став очень быстро набирать скорость. Через несколько минут мы были на противоположной стороне озера, но Эльзу уже не так сильно беспокоило её раздражение кожи. А через пару часов, которые прошли, в основном, молча, за исключением нескольких моментов, состоящих из вопросов и ответов, мы были уже у пригорода Копенгагена. Я спустился первым, а потом спустил и Эльзу, стараясь удерживать её за талию, от чего она засмущалась. Однако времени тратить впустую не было.—Держи, это твоё.—сказал я, дав ей сменную одежду, а сам направился к схрону. Быстро переодевшись в простые обноски, которые не выдавали во мне принца, но и не делали похожим на полного нищего, я вернулся к Эльзе.—...Вами получено новое звание, мадам. Самая красивая крестьянка Дании.—сказал я при виде её и забрав её платье, спрятав его в свой схрон и достав от туда деньги. Схрон, к слову, был одновременно простым и мудрёным. Это был простой трухлявый пень, который в земле почти уже не держался, а от того легко открывал дыру под собой.—...Ещё не поздно передумать. Мы проведём тут остаток дня, заночуем в таверне...       —А у тебя нет...палатки?—резко спросила она, от чего я застопорился.       —...Ну...небольшая, но в городе можно найти и купить побольше. Только...если ты хочешь спать в палатке, нам, скорее всего, одну на двоих делить придётся.       —...Мы делили одну постель на двоих.—скептически сказала она, после чего скепсисом её одарил и я.       —...Это звучит двояко.—сказал я, на что она снова зарумянилась.—...Палатка — так палатка. Тогда ночь у нас и ужин будут на свежем воздухе, как и завтрак.—сказал я, после услышав урчание в её животе, а за тем улыбнувшись её новому смущению в виде отвода глаз.—И, очевидно, обед будет в городе.—усмехнулся я, после подойдя к Фобосу и оседлав его, а за тем подав руку Эльзе, подсобив ей и самой залезть. Правда теперь она была сзади меня, удерживаясь за мои плечи.—...Поверь. Лучше обними за пояс. Крепче и надёжнее будет.—сказал я ей и она тут-же выполнила рекомендацию.—Ну-с, достопочтенная госпожа, куда изволите-с в первую очеред-с?       —...Наверное...площадь?—спросила она неуверенно, после чего её живот вновь заурчал, явно став агрессивнее взывать к справедливости и выдачи довольствия.       —Хм-хм-хм. Не, типичный туризм сейчас не для нас. Для начала — харчевня!