"Однажды далеко не в сказке: Когда террор тут правит бал"

      —Ну? Что скажешь?—спросил я Эльзу, которая только и могла, что вертеть головой по сторонам и смотреть на город в оба глаза. А если быть откровенным — посмотреть было на что. Так уж вышло, что мы умудрились сбежать на время какого-то фестиваля. Не Рождество, конечно, но что-то на подобии смеси октоберфеста Германии и дня независимости США.       —Мммм...Эт-то...Завораживает.—прошептала она.       —Ты только не подумай, что тут так каждый день. Это мы просто удачный момент выбрали...Сегодня, кажется, день какого-то святого благодетеля...Вроде день святого Ханса, который проводил обращение страны в христианство.—ответил я, подгоняя Фобоса к таверне, в которой я ел в первый раз, как оказался в городе. Запах жаренного мяса побудил живот девочки снова заурчать...А вот я, учуяв варёные крупы, есть, как-то, расхотел. Но я понимал — надо. Я, как и в прошлый раз, завёл Фобоса за таверну и заплатил за корм для него, а сам, ведя Эльзу за собой, которая ни на секунду мою руку не отпускала и следовала хвостиком, пошёл внутрь. А внутри было пооживлённее, чем в мой первый раз. И даже последующие...Да, я неоднократно сбегал, для меня это становилось нормой. В конце концов кое-чему я и здесь учился.       —Тут более...эмоционально.—прошептала Эльза, осматривая весь зал.—...В сравнении с этим — дворцы кажутся...холодными.       —Здесь люди простые, не замаскированы масками титулов. У них потребности куда проще, а следовательно и желания.—ответил я, после проведя её за стол и к нам сразу подошла, с подносом чьей-то еды, трактирщица.       —Ох, неуж-то сам Господарь Ханс пожаловал!—улыбнулась слегка полноватая женщина, а за тем хитро посмотрев на Эльзу.—Никак невестой решили обзавестись?!       —Нет, Хильдегарде. Это моя родственница. Кузина из Норвегии. Приехала с родителями погостить, а я, вот, вывел её увидеть жизнь в столице.—ответил я спокойно, игнорируя обеспокоенный взгляд Эльзы.       —А, воно как. А я уж думала, что ты уже начал думать о супружестве.       —Зачем? Я молодой, пожить ещё хочу спокойно.—ответил я, после чего за барной стойкой послышался громкий хриплый смех.       —Вот и правильно! Не-че на них лучшие годы тратить! Потом все остальные сами заберут!—просмеялся мужчина в летах.       —Ноксимильян, ты старый хрыч, захлопни своё хлебало, а то эль наружу будет потом течь!—пригрозила женщина, на что мужчина лишь снова рассмеялся.—Так чего изволите, дорогие мои?—спросила она у нас.       —Она сегодня голодна, так что что посолиднее. Олень и кабан по два. А вот на гарнир...Даже не знаю.       —Ханси, я вспомнила. Ты спрашивал в прошлый раз про диковинные из Нового. Кукурузу и фасоль на днях завезли к празднеству. Фолдик сейчас во всю рагу из них делает. Там ещё лук, морковь и грибы.       —...Разу с грибами?—поморщился я.—Не самое удачное сочетания, я так считаю...Давай лучше по-проще. Помидоры есть?       —В том числе, мой мальчик.—подмигнула женщина.       —Тогда омлет с ними и с грибами.       —Поняла, щас скажу!—ответила женщина, а потом её окрикнули.       —НУ ГДЕ ЭЛЬ, МЫ ОХЛАЖДАЕМСЯ, ХИЛЬДЕГАРДЕ!—крикнул один из мужчин в одной из компаний.       —ЩАС Я ТЕБЯ ПИНТОЙ ОХЛАЖУ, НАВЕЧНО! А КОЛЬ НЕ Я, ТАК ТВОЯ ЖЕНА! ЭЛЕН В КУРСЕ ТОГО, ГДЕ ТЫ СЕЙЧАС, АЛЬФРИК!? ВОТ И ТЕРПИ!—ответила Хильдегарде.       —П-погодите...—прошептала внезапно Эльза, на что женщина повернулась к ней с весёлой улыбкой и любопытством в глазах.       —Да-да, деточка?       —А...в-вы знаете...кто он?—спросила с удивлением Эльза, указав на меня, на что Хильдегарде слегка изумилась, а за тем тихо просмеялась.       —Ну да. Ханс фон Витгенштайн. Сын немецкого купца Леопольда фон Витгенштайна. Из Мекленбурга с ним и женой переехал не столь давно. Правда родители Ханса нелюдимы, их ещё никто не видел.       —...А почему вы тогда уверены, что эти люди существуют?       —Ханс на карманника и шпану не похож. Опрятен, вежлив, красноречив и всегда при средствах, что не скажешь, что с ними у него перебои.—ответила Хильдегарде, а после направившись на кухню. Эльза-же, с недоумением, уставилась на меня.       —...Я сюда несколько раз за минувший месяц бегал. Не мог-же я в заведении, где меня запомнили, представится Вестергордом.—прошептал я, на что она кивнула.       —Ооооо! Ханси!—услышал я юношеский голос и, обернувшись к нему, увидел музыканта.—Какое превеликое счастье, что ты сегодня здесь. Надеюсь ты ноты принёс?       —Ноты?—не понял я, став вспоминать и, в последствии, у меня это даже вышло...Ни на одном из инструментов я так ещё и не научился играть. Разве что на дудочке что-то свистеть. Банально не до этого было...Но вот музыкальному письму обучиться я смог. При чём это одна из нескольких вещей, которым я обучился именно в столице. И в один из моих визитов про это прознали местные трубадуры, которые выступали в таверне. Они, как оказалось, читать ноты умеют, но талантов к написанию...Не сказать, что у меня сей талант был, я так не считал. Но для простого люда всё, что для них было, по их мнению, непостяжимо, но что может другой — есть талант...В отношении танцев-же я был профан.—...А! Да-да, Гуннар. Сейчас-сейчас...Вот.—проговорил я, передав молодому музыканту листы, которые он сразу стал просматривать один за другим.—Я пометил, кому какие. Лучше отрепетируйте, а потом...       —Да ну.—махнул он.—Раньше не репетировали, щас-то чё?       —Я просто не уверен, хорошо-ли вышло. Я композицию не слышал ещё. Она сложная, зажигательная, практически праздничная.       —Ооооо! Тогда это я вовремя!—заявил он с широкой улыбкой, а за тем наклонился к Эльзе.—Эй, крошка. А бери-ка этого козлика за рожки. Уверяю, будет бык потом. Хе-хе-хеАААЙ-ЯЙ-ЯЙ!—проверещал музыкант.       —Ты что-ж это делаешь, собака! Это его кузина, бестолочь!—проговорила вернувшаяся Хильдегарде, после толкнув музыканта.—А ну марш работать, не доставай моих клиентов.—прошипела она, на что парень прохихикал, потирая ухо.       —ЭЙ, ПАРНИ! НОВЫЙ НОМЕР ОТ НАШЕГО КОРОТЫШКИ-ВИТГЕНШТАЙНА!—заявил он остальным музыкантам, что взорвались одобрительными возгласами.       —...Не обращай внимание, деточка. Он всегда такой...экстравагантный.—улыбнулась Хильдегарде Эльзе.—Я на кухню передала, скоро будет всё.       —Господа, внимание! Композиция! Новая! Называется...Эм...Ханс, название есть!?—спросил меня Гуннар, от чего я замешкался, ибо его не придумал. Осмотрев таверну, я развёл руки и пожал плечами.       —Эм..."Хмельная лисица"?       —...Серьёзно?       —Ну я...       —Идеально! Композиция — "Хмельная лисица"! Парни! Пошли!—после этого крика стали бить барабаны и ладоши, а через несколько секунд пошло соло скрипки. На моё удивление вышло довольно хорошо, да настолько, что ритм быстро подхватили посетители таверны. А следовательно быстро начались...танцы.       —Хаааанс?—послышался девчачий голос и когда я повернулся...я чуть не упал со стула от через чур близкого расстояния лица девочки с веснушками и косичками. Кабы не смолянисто-чёрный цвет волос — почти Анна. На том и реакция защитная.—Давно тебя не видела.—протянула она лукаво.       —Да я это...учился на дому, постигал науку, всё такое...       —А танцам уже обучился?—спросила она, сделав моську ещё более лисьеподобной, чем было.       —Ээээм...Я это...как-бы...       —Моё предложение ещё в силе. Я могу научить. Давай сейчас?—проговорила она, напирая. Тайра — дочурка местного конюха. Девчонка не плохая, но...как-то умудрился я её в себя очаровать. А вот как?...Первое время думалось, что смазливой дворянской внешностью и легендой о том, что я сын купца...Думал, что если узнает, что вообще принц, хоть и самый последний в престолонаследии, то так вообще будет пытаться или в штаны лезть, не смотря на такой юный возраст, а было ей 12, или вовсе напоит и в постель затащит. Но потом эти подозрения расселились, когда я заикнулся, что со средствами начинаются проблемы, а сам я был с синяком под глазом. Она не изменилась и даже заботой окружила...Но вот только взаимностью я ей не отвечу к её прискорбному "увы"...—...А это кто?—спросила она тоном, который можно было от неё редко услышать. Проследив за её грозовым взглядом, я понял, что она буравила Эльзу...и я сразу за это зацепился. Иного спасения нет.       —А, это кузина моя. Эльза.—представил по легенде я её, на что Тайра слегка изумилась и собралась уже что-то уточнить, но я не дал.—И я это...знаешь, я ей вчера обещал быть сегодня всё время с ней, так что...я, пожалуй, с ней станцую. Извини, Тайра!—протараторил я, после вскочив и схватив Эльзу за руку. Та, не ожидав такого напора, сразу последовала за мной.       —М-мы что делать собрались?       —...Э...о-очевидно, танцевать? Хе-хе...Ой-йой...       —Ты звучишь не очень уверенно.—прошипела Эльза, проявив ту немногую строгость, что позволяла себе.       —Логично. Я-ж не умею.—сознался я.       —Ч-чего?       —Только ирландский степ, но я не уверен, что ты его знаешь.       —Ты-же...сам знаешь, кто ты. Тебя банальным бальным не научили?       —Ты глаза раскрой и оглянись. Какие бальные? Тут...другое...—пробормотал я, когда мы вышли к танцующим в центре таверны.       —...Ладно. На твоё счастье, я умею. С Анной и не такому научиться можно. Просто повторяй за мной.—сказала она внезапно и я уставился на неё с удивлением. Она, к тому моменту, уже поклонилась учтиво, а потом взглянула на меня пытливо. Я повторил за ней.—Ноги только, пожалуйста, не отдави.—произнесла она с улыбкой, на что я ответил тем-же, но с неловкостью...и она повела, при чём не вальсовые круги, а эти энергичные народные скачки. Краешком глаза я заметил, что за нами пристально...вернее только за мной, наблюдала Тайра. И наблюдала она всё с тем-же хитрым лисьим прищуром и улыбкой. Видимо она склюнула, что Эльза — кузина, а значит римско-бетонно решила, что она точно ей не соперница.

***

      —...Между прочим, после третьего был уже перебор.—сознался я, идя с Эльзой по улице рядом.       —Что?...Почему? Было весело.—сказала она уже куда более смелее.       —Я рад, что тебе понравилось. Но я танцевать не привык от того, что я танцор никудышный. И от того у меня ноги ватные немного.—сказал я, чуть рассеяв смелость Эльзы.       —Оу...Я...прости, просто...       —Всё нормально. Я тоже сглупил. Отказать не смог.—пожал я плечами, после чего мы продолжили идти молча, пока я не заметил, как она поглядывала на типа сувенирную лавку с цветами. Продавались там простые безделушки из них и за очень скромные, по меркам крестьян, деньги.—...Красиво?—спросил я её, указав на цветы.       —Угу.—ответила она.       —Нравится?       —Да.       —Купить?       —Было-бы...Чего?...Нет-нет, не нужно, я обойдусь.—чуть виновато улыбнулась она, замахав рукой. Дежурная вежливость заработала...Но по глазам было видно, что хочется хоть что-то.       —...Да не выдумывай. Подожди, я быстро.—сказал я, направившись к лавке.       —Ханс, правда, не нужно, я...       —Подожди у скамейки, я быстро!—крикнул я ей, отойдя уже на приличное расстояние. За мной она не пошла и когда я чуть обернулся, я увидел её как раз сидящей на скамье рядом с женщиной с младенцем. Убедившись в том, что она там, где надо, я спокойно купил простой венок из синих и пурпурных цветов, названий которых я не ведал, а когда подошёл к ней сзади, стал свидетелем коротенького разговора. Эльзу заинтересовал младенец и она просто любовалась им. Он-же смотрел на неё в ответ и улыбался.       —...Кажется ты нравишься Хансу.—произнесла мать, качая младенца, а за тем она с хитрой улыбкой посмотрела на Эльзу.—Может станешь его невестой, как он подрастёт?—спросила она, от чего Эльза опешила и неловко улыбнулась. В этот момент я и нацепил ей на голову венок.       —Та-да.—возвестил я тихо, после показавшись перед лицом Эльзы.—Знаешь, тебе идёт. Вы согласны, мадам?       —Да, действительно. Очень.—улыбнулась она.       —Я-же говорила, что не нужно...—пробубнила Эльза, натягивая венок на глаза, пряча их в нём.       —Это ты словами говорила. Взгляд прямо говорил о почти что сгорании от желания.—ответил я.—Пошли, нам до темноты надо ещё успеть на дворец посмотреть, ты хотела.       —А?...Д-да.—кивнула она, после встав.       —А это вам.—подарил я женщине цветок.—Торговка мне сказала, что этот, вроде, символ здоровья. Маленькому не повредит, будет на пользу.       —Ой, спасибо большое.—улыбнулась она мне, приняв цветок.       —Попрощайся с мадам и маленьким.—прошептал я Эльзе.       —В-всего хорошего, мадам. Всего хорошего Ханс.—помахала Эльза.       —...Дааа?...Хм. Всего хорошего, мадам. Всего хорошего, тёзка.—помахал и я и женщина помахала в ответ, после чего я повёл Эльзу в сторону королевского дворца.—...Ну так что, дождёшься Ханса?—спросил я её хитро, на что она чуть покраснела и надулась.       —(нор.) Дурак.       —...Напомню, норвежский, хоть ещё и не полностью, но знаю.       —Знаю.—усмехнулась Эльза, после уставившись куда-то за меня. Проследив за ней взглядом, я увидел караульного гвардейца на входе в государственное учреждение.—...А Фобоса точно следовало оставлять?       —Да, не беспокойся. К тому-же было-бы многовато вопросов к детям на лошади, так ещё и на такой редкой в Дании породы.—ответил я, после задумавшись.—Погоди ещё чуток, я сейчас.—сказал я, оставив её и быстро подбежав к рынку, где шустро купил морковку, а за тем вернулся к Эльзе, которая только начала осознавать, что меня нет рядом.       —Зачем тебе...?       —Погладить хочешь?—спросил я, указав на гвардейскую лошадь.       —Что?...Н-нет, это перебор, да и есть-же Фобос...       —Фобос — не гвардейская лошадь. Тут другая атмосфера...Да и не так часто они ласку получают.       —...Ну не знаю я. Это, как-то...       —Да давай.—сказал я, взяв её за руку, которая вмиг ощутилась холодной. Она сделала одну попытку её выдернуть, но я всем видом показывал, что ничего странного не замечаю.—Вечер добрый, господин. Позволите лошадь погладить и угостить?—спросил я, на что гвардеец в жёлтом мундире с красными элементами и в чёрном шлеме с пером и конским хвостом лишь, без явных эмоций, обратил на нас свой взгляд. За тем он посмотрел на морковь, потом на лошадь и снова стал смотреть вперёд. Через несколько секунд он слегка качнул головой и легонько стукнул лезвием шпаги по шлему.—Давай, можно.—прошептал я Эльзе, протянув её руку к шее лошади.—Только на морду не переходи. По крайней мере, если лошадь не проявит дружелюбия.—после этих слов Эльза, естественно по-моему мановению, коснулась шёрстки на шее лошади и та чуть вздрогнула, но не испугалась. Когда Эльза начала сама гладить, у неё невольно проявилась улыбка.—Нравится?       —Да...Только высоковато...—ответила она, на что гвардеец просто слегка ударил шпорами и натянул поводья, от чего лошадь приспустилась на колено. Когда Эльза в изумлении уставилась на меня, я просто кивнул ей и дал морковь.

***

      —...Он, какой-то...—замялась Эльза, смотря на Амалиенборг со стороны с сомнением, пока я просто вспоминал, как там серо и прохладно внутри.—...странный.       —Он не цельный, в этом вся странность. Это не единый дворец, а четыре здания на площади перед набережной.—вставил я свой комментарий.       —В сравнение с остальным городом, он...не выглядит, как центр сосредоточения королевской власти...Вот тот, из которого мы уехали — да. Но это...Даже наш дворец в Эренделле выглядит как дворец, не смотря на то, что стиль готический...А мы можем...       —Внутрь, без выдачи наших настоящих личностей, мы не попадём. А если выдадим — то наше суточное приключение быстро закончится. От Амалиенборга до Роммелигборга два часа верхом. А если пошлют военного гонца, то может и полтора...В связи с этим, предлагаю побыстрее уйти подальше от него. Не дай Бог наткнёмся на кого нибудь, кто меня узнает.—проговорил я, став уводить Эльзу от дворца.       —А как там, хоть?       —Скучно.—ответил я.—Там...мало ярких красок, всё серое, блёклое, много пустоты. Украшений, картин, мебели мало. Ещё и сравнительно тесно. Освещение достаточно далеко друг от друга расположено. Самое подходящее слово, которое я мог бы подобрать для его обозначения — холодный.       —...Хм...А холод всегда мне был по душе.—произнесла Эльза, на что я хмыкнул.       —Но это не такой холод. Он...внутренний. Не внешний. Это не тот холод, что бывает зимой с блестящим снегом, разгорячённой кровью, сбитым дыханием, иногда кашлем, скрипом под ногами и бодрящей свежестью. Это...очень сильно похоже на склеп, или...Отбивается там желание радоваться и чужая радость за окнами кажется раздражающей.       —Оу...Н-ну...В любом случае остальной Копенгаген весьма хорош!—заявила она, улыбнувшись—Я давно себя не чувствовала такой живой. С тех пор, как...с сестрой...Кхм. И в Эренделл я давно не выходила, ворота дворца практически всё время закрыты. А здесь так...свежо. Так ярко. Живо...Иной раз хочется просто бросить всё и жить простой, нормальной, жизнью, без титулов, регалий и прочего...       —Ты так говоришь, потому что у нас есть средства.—сказал я ей, на что она недоумённо посмотрела на меня.—У нас есть деньги, есть прислуга, есть довольствия. Нам не приходится ради них напрягаться. Нас просто зовут — и еда на столе. Мы просто приходим — постель уже согрета и разобрана. Нас даже без нашего вмешательства могут раздеть, помыть, почистить зубы и переодеть. Нам не надо беспокоится об укрытии от непогоды и от холода, нам не надо беспокоиться о том, когда надо отложить кусок хлеба, а когда этот сухарь лучше съесть, чтобы не было поздно, пока не заплесневел, нам не надо беспокоится о безопасности и здоровье, потому что мы всё время под защитой специалистов с оружием...У крестьян ничего из этого нет. То, что ты видела — это те, кому нашлось вполне себе приличное место в системе государственности. А есть те...—я запнулся и задумался. Эльза-же свой энтузиазм слегка растеряла, продолжая смотреть на меня с непониманием.—...Да. Это конечно, слегка омрачит наше приключение, но это будет полезно. Пошли.—махнул я ей и взял за руку. Пройдя несколько улиц, я привёл её в квартал Копенгагена, который, в сравнение с остальной частью города, был словно заброшен. Окна треснуты, кладка в мхе, начинался чувствоваться смрад. Люди, что здесь были, сегодня тоже были веселы, но по их одежде нельзя было сказать, что они живут в достатке. Особенно этого не скажешь про некоторых ветеранов-инвалидов, для которых самой приличной одеждой были их медали и ордена, которые они не решились на своё благо продать.—...Это — лучшее из худшей стороны крестьянства.       —...Что это?—просипела Эльза, сильно потеряв голос.       —Последствия необдуманной политики моего предка и вялых и неумелых попыток отца восстановить страну. Большинство из этих людей имеют одно весомое благо. Крышу над головой. Другим повезло меньше — они укрываются в переулках между домами под карнизами, бочками, коробками, корзинами...Их основные заработки — чёрный, почти рабский, труд в полях, куда им ещё надо доходить, или на рыбных предприятиях. А то вообще ручные грузоперевозки. Другой, более простой, но никчёмный и имеющий под своей основой сплошную удачу и щедрость третьих лиц — милостыня. А с нашей церковью — это очень нездоровая конкуренция. Эти люди, дай Бог, чтобы хоть раз в сутки корку хлеба съели. Большинство умирают или от болезней, или от голода. И сюда до сих пор приходит пережиток Тёмных Веков — Чумные Доктора. Простые гробовщики отказываются прикасаться к умершим здесь. И здесь-же начинается рассадник преступности. А чуть начнётся эпидемия — сразу весь район на карантин, без разбирательств истинного происхождения.       —...Ханс...П-пожалуйста, давай уйдём. Очень прошу.—прошептала Эльза, сильно сжимая мою руку.       —Эй, Ханси...—услышал я знакомый голос и от которого Эльза застыла и сильнее прижалась ко мне.—Негоже на первом свидании девицу водить по таким местам. Это может испортить романтический тон рандеву.—после этих слов я спокойно повернулся к молодому мужчине лет 25-ти, одетом в богатом красном мундире со шпагой в ножнах и широкой красной шляпой с пером. Волосы его были длинными, волнистыми, смолянистыми. Глаза ледяные, острые, хищные. Но ухмылка крысья, а манера ходить была подобна волнам.       —Это не то, чем кажется, Джеймс.—ответил я ему, сразу узнав одного из культовых персонажей Диснея.       —Ну да, оно видно, как "не кажется". Аж в экстазе почти с тобой сплелась, щас в чресла засосёт, дёсны будут кровоточить.—пробубнил он, после вытащив из кармана насадку с двумя сигарами и поджёг их спичкой.       —...Х-ханс, он очень вульгарен.—пролепетала Эльза.       —Всё нормально, я его знаю. Он мой неофициальный учитель с моего второго визита в столицу. Учит...ловким премудростям.—попытался я успокоить Эльзу.—Эльза, это — Джеймс Хук...       —Гххх...—прохрипел мужчина, выдохнув дым.—...Капитан. Капитан Джеймс Хук.       —Да. Капитан Джеймс Хук. Он пират и...       —Но-но-но! Попрошу!...Пока я не в море или океане — я благородный капер на службе короны...которая заплатит.—вновь прервал меня Хук.       —...Сути не меняет. То-же самое, просто легальное в одной конкретной стране.—ответил я.— Джеймс, это — моя...       —В бред, что это твоя кузина — я не поверю.—прервал он меня.       —...Кронпринцесса Норвежская Эльза фон Разенграффе.       —...Понятно.—выдохнул он дым, а за тем поклонился Эльзе и взял её руку. Та, поморщившись от вида черноватых ногтей пирата, захотела выдернуть руку, но я похлопал её по руке, которой она меня держала, говоря этим, что всё нормально. В итоге пират просто поцеловал ей руку.       ...Первая встреча с Хуком, который ещё не был Крюком и, видимо, даже ещё не подозревал о существовании Нетландии, была неожиданностью. Узнать в молодом пирате того самого беднягу, которому один шкет, не желающий взрослеть, отрезал руку и на глазах её хозяина скормил её крокодилу, который страдает от будильника и которому одна часть пирата так пришлась по вкусу, что он возжелал остальное, было трудно. Во второй свой визит я...немного влип. Я спалил королевскую регалию перед гвардейцами и за мной начали гнаться. Принца во мне не узнали, подумали, что просто что-то украл из Амалиенборга. Кабы узнали, то о моих похождениях сразу стало-бы известно отцу.       Так уж вышло, что я забежал в бедный район. И там я и встретился с ним. То, из-за чего на меня заагрились гвардейцы, он сразу приметил и возжелал, а потому он помог и мне, и себе. Он забрал простую брошь себе, представился гвардейцам моим дядей и разрешил им меня обыскать. Ничего не найдя, гвардейцы отстали, сказав, что в следующий раз, когда я буду уверен в своей невиновности, лучше не убегать, а дать гвардии в этом удостоверится.       Хук-же меня не отпустил, завёл в переулок и стал требовать ответов, кто я и откуда у меня драгоценности короны. Ложь он распознавал хорошо, нюх, видимо, на это у него был. Пришлось сознаться, а заодно пояснить, почему я начал сбегать в город. Он на это лишь рассмеялся и отстал от меня. Однако он меня зацепил. Он тоже не успел поосторожничать и брошь гвардейцы нашли уже у него. Началась погоня за ним...но не простая. По крышам. Он легко лазил по стенам, прыгал по крышам, перебегал по канатам. Всё как в Ассасинах. И прятался на виду он также легко. И тут я захотел получить такие навыки. От меня он спрятаться не смог и сел рядом с ним. Я поставил ультиматум. Или он учит меня этим "премудростям", или я его выдаю гвардейцам. Наглость ему понравилась и с тех пор каждый раз, когда я приезжал в город, он давал мне уроки и тренировки.       —Приятно познакомится, Ваше Высочество. Как и Его Высочество Ханса, я вас не выдам. Тем более вы так красиво смотритесь.—усмехнулся Хук, на что Эльза уже точно выдернула руку, вызвав новый смешок Хука.       —...Вы убивали людей?—спросила она внезапно, от чего Хуг опешил.       —...ПФХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!—звонко рассмеялся он.—Деточка, я — капер. Или, как наш общей друг сказал, пират. Джентельмен удачи. Естественно я убивал людей. Ты думаешь, у меня сабля и пистоли для красоты?...На самом деле — почти. Для устрашения. Что раньше, что сейчас, наша профессия, в основном, основана на том, чтобы запугивать, отбивая желания сопротивляться, и грабить в угоду своей собственной чёрной душе.       —...Вы говорите так, словно вы значимая историческая фигура...Вы не из дворян?—спросила она.       —...Какие дворяне добровольно, без потерь средств и титула, уходят в пиратство? Такие на одном листке с полными именами и прозвищами размашистым подчерком уместятся. Один Стид Боннет чего стоит, а это низина из этой категории....Моя родословная куда лучше, чем какая либо дворянская.       —...Ты слышала про Эдварда Тича?—спросил я у Эльзы.       —Нет.       —Его ещё называли "Чёрная Борода".       —Да.       —Его прадед.—указал я на пирата.—А Джека Спэрроу знаешь?       —Да.       —Его дед.—снова указал я на пирата. Стоило всей этой информации дойти до Эльзы, она, пусть всё ещё с опаской, стала интересоваться у пирата всем подряд, от чего он даже успел одарить меня взглядом "Я тебе это ещё припомню".

***

      С Хуком, на сей раз, я пробыл не долго. Пират вошёл в моё положение и даже просто предложил Эльзе пронаблюдать за моим обучением паркура. Конечно, за Хуком я всё ещё угнаться не мог и мне стоило больших усилий подниматься на здания. Но Эльзе нравилось и видя её увлечённость таким зрелищем, я наполнялся силами...Когда мы спустились к ней, я узнал, что это, по идее, был последний раз, когда Хук меня учил. Через три дня он отъезжал в Корону, где он планировал "реквизировать" корабль. На том мы и распрощались, с надеждами, что ещё встретимся.       Остаток вечера и начало ночи прошёл в празднестве. Люди стали более активно веселиться. Петь, пить, танцевать, фейерверки запускать. И главным атрибутом праздника было сожжение чучела на реке. В полночь планировался полноценное шоу небесных взрывов. Счастья Эльзы не было предела. Она, будто, чувствовала, что времени мало и старалась насладиться каждым своим естеством народной радостью. Я-же чуть-чуть позаботился о хлопотах и прикупил большую палатку и немного утвари. Для этого пришлось Фобоса уже забрать и использовать его, к его собственному неудовольствию, как осла. У меня уже даже были планы, что сделать на ужин. Готовил я так себе, но что-то простое делать мог.       Любовь Эльзы к простой еде была очевидна. Мало того, что у неё почти звёзды в глазах были, когда мы ели омлет и жаркое...в основном из-за отражения огней свечей в слезах удовольствия...так от десертов она была почти в наркотическом приходе. Простая выпечка с фруктами, ягодами, корицей и шоколадом (особенно с ним) была для неё манной небесной. Мёд тоже. А шоколад вообще был её главной слабостью. За один час она уплела три кружки горячего шоколада. А удовольствие это было не из дешёвых с нынешним уровнем развития. И уж не знаю, ударил ли ей так сахар или ещё что, но ей явный перебор сладостей не помешал меня уже самой вывести танцевать.       И она смогла удивить меня. Она настаивала на суточное исчезновение. Но после дня она сказала, что готова к утреннему возращению, чтобы минимизировать возможность проблем для меня. Мне на это оставалось только поблагодарить её...Готовкой.       Приготовил я простые блюда из продуктов, которые было тяжеловато достать. Бутерброды из лука, яиц и помидоров на чёрном хлебе, томатный крем-суп, жареная картошка с беконом и козьим стейком...И эклеры с шоколадом, но это уже пришлось купить.       С тех пор, как я купил ей венок, она его так и не сняла. И в ней-же принимала пищу и сидела со мной у костра на холмике, с которого отлично открывался вид на город с горящими фонарями и чучелами на воде, которая была спокойной и яркими полосами отражала пламя и сияние луны. Ночь была чистой, яркой, с полным ночным светилом и яркими звёздами, которые были рассыпаны по бледным следам туманности. И была только одна проблема.       —Да что-б тебя...—прошипел я, шлёпнув себя по щеке, от чего Эльза дёрнулась.       —Ты чего?—удивилась она.       —Как раз таки то, с чем дворянство, в отличие от крестьянства, почти не сталкивается. Вредители. Комары. Сейчас лето, Скандинавия им пока не страшна.—прошипел я, после уставившись на неё и обратив внимание на то, что её комары старались обходить стороной.—...А вот тебя они не любят.—сказал я, после услышав шлепок. Я повернулся к Фобосу, который периодически махал хвостом.       —...Зато Фобос на себя основной удар берёт.—похихикала Эльза.—Ничего, ты меня сегодня целый день баловал. Сейчас моя очередь.       —В смысле?—спросил я, повернувшись к ней, а за тем...она водрузила на мою голову венок из красных и белых цветов.       —Оп! Короную тебя крестьянским королём Копенгагена. Да здравствует Его Королевское Величество Ханс Первый!       —...Вообще, если я коронуюсь в Дании, то я буду Вторым Хансом. Первый и, пока ещё, единственный, был почти три столетия назад.—сказал я, польщённый такого рода вниманием. Казалось-бы, пустяковина. Но с каким посылом...К слову, а действительно, с каким вообще?       —Пф. Вторым не интересно...А если Норвегии?—съехидничала она.       —Тоже самое. При том Хансе уния, как федерация, распалась, став конфедерацией и у вас ваша династия образовалась. Потом уже уния кончилась.       —Это если смотреть по вашей истории. Моего пра-прадедушку звали Хансом. Ты-бы был Третьим.       —Ну это минимальная вероятность, так что не загадываем.—махнул я со смешком, после чего воцарилось молчание. Внезапно музыка в городе стихла, а потом...с набережной со свистом полетели искры в небо. В один момент небо озарилось десятками огнями, хлопок взрыва от которых прозвучал чуть позднее. Начался финальный салют.       —...Слушай, Ханс...—начала Эльза.       —М?—отозвался я, посмотрев на неё, увидев, как она непрерывно смотрела на небесные огни.       —...Спасибо.—проговорила она.—Ну...за то, что стал моим другом.       —...Как говориться, "к нашему удовольствию".—кинвул я ей, после чего я лёг на расстеленный коврик и уставился в небо.       —...Я ведь здесь, с родными, до бала включительно нахожусь.—проговорила она, после также приляг рядом.—...Скорее всего, от ухажёров зарубежных отбоя не будет...       —Мда...это ушлый народец.       —Можно тебя об ещё одной услуге попросить?       —Что? Сказать, что мы помолвлены во всеуслышание, чтобы к тебе не приставали?—спросил я, но ответа долго не следовало.       —...Нет. Просто...можешь помочь их спроваживать? Просто...не хочется думать и выбирать на будущее.       —Ну...ты-бы подождала с этим. Выбор большой в Европе. Есть на чём прицениваться.—пробубнил я, ощущая неприятное ощущение досады.       —Да нет. Я просто уже...ну выбрала.—прошептала она, после чего мы продолжили лежать.       —...Ладно, помогу.—прошептал я.—...Так. Спать пора. Если мы хотим возвращаться завтра, то надо ложиться уже.—проговорил я, начиная вставать, чтобы залезть в палатку.       —Погоди. Можешь глаза закрыть, пожалуйста.—остановила меня Эльза.       —Зачем?—не понял я.       —Ну...Нужно. Закрой и всё.—упрямилась она, на что я закатил глаза, а после и закрыл их по её просьбе. Спустя несколько секунд...ничего не произошло.       —...Ну и чего мне ожидать? Долго ещё? Или мне...—но не успел я договорить, как почувствовал напор. Губы сомкнулись, звук прошёл в некуда. Лёгкая освежающая прохлада стала сменяться на тепло, а цветочный запах усилился. Через несколько секунд давление прекратилось и запах ослабел.       —...Спасибо...за всё.—услышал я слова девочки, после которых последовало шуршание одежды и шаги, а за тем и шуршание палатки. Открыв глаза, я уставился на горящий костёр, ощущая от него жар на лице...Или не от него был жа...Да нет, точно от него. От него! Точно так! Решив не акцентировать на этом внимание, я заполз в палатку и лёг напротив Эльзы, спиной к ней, не забыв закрыть палатку, чтобы вероятность попадания комаров было минимальным...Внезапно я услышал сзади шевеление, а за тем маленькая, совсем слегка прохладная, рука просунулась под моей и обняла меня за грудь.       —...Зачем?—прошептал я.       —...Ты тёплый.       —...Холод всегда тебе был по душе. Разве не так?       —Не сегодня.—пробубнили мне вплотную в спину.—...Я-же выбрала...