"Однажды далеко не в сказке: Когда террор тут правит бал"

      —...Отец сказал, что мы пока задержимся.—прошептала Эльза, удерживая мою ладонь у себя и теребя кончики перчатки.—...Сказал, что, в лучшем случае, мы вернёмся до конца августа. В худшем к началу октября.       —Имеет смысл писать в Роммелигборг?—спросил я, наслаждаясь запахом её волос, обнимая со спины и служа для неё удобной подушкой, терпя твёрдость ствола и корней ивы у озера.       —Пожалуй, что да.—ответила она.       —...Я знаешь что заметил?       —Что?       —Ты стала на датском говорить практически без акцента.—сказал я, на что Эльза ответила смешком.       —Я помню, как я попыталась в первый раз с тобой на твоём языке заговорить. Стыдоба была.—просмеялась она, а за тем притихла.—...Ты-же слышал о том, что происходит сейчас во Франции?—спросила она, на что я ответил тихим "угу".—...Думаешь, там правда так плохо, как пишут в газетах?       —...Я думаю, газеты сильно приуменьшают и там, на деле, всё намного хуже. И я думаю, что пламя, что горит там, только раздувается.       —...Ты боишься?       —...Скажу так. Я-бы предпочёл, чтобы меня отправили послом к правителю, который ведёт войну и постоянно в местах сражения. Война хоть понятна. А эта "революция"...—проговорил я, после чего снова повисло молчание. Тишины не было лишь из-за птиц и ветра, от которого шёл лёгкий прибой довольно спокойного озера с зеркальной гладью и шелестение висячих вестей древа.       —...Знаешь, Анна на тебя сильно осерчала.—услышал я слегка задорные нотки Эльзы.       —Что-то больно внезапно ты настрой сменила. Ну и чем я заслужил её опалу? Чем впал в её немилость?       —Ты ей внимание не уделял вообще. Со мной — да. С ней — нет. Я с ней — тоже нет...Плохая я старшая сетра, если честно.       —Слушай, да куда лучше, чем большинство моих старших братьев!—заявил я, на что Эльза хмыкнула.       —...Ты...думал о...шалостях?—спросила она внезапно. Гипотетически я понимал, о чём могла быть речь, но лучше уточнить.       —В плане?       —Ну...ты когда нибудь хотел узнать...женщину?...В смысле...как мужчина женщину.       —...Ты про плотские утехи?—спросил я, но ответа не получил. Я инстинктивно это почувствовал и повернул её к себе...и сразу заулыбался.—Обожаю видеть, как ты краснеешь.       —А ты дурак.—надулась она.—...Не ответишь?       —...До тебя — фантазий было много. С твоим появлением — о нас вместе лишь и осмеливаюсь мечтать.—сказал я, на что Эльза покраснела сильнее и я коснулся её щеки ладонью.—...Но лишь мечтать...Не смотря на то, что мы можем, я не буду к этому принуждать, пока ты сама не будешь готова морально...и физически. Насколько мне известно, тела наши готовы выполнять базовые репродуктивные функции млекопитающих, но в таком раннем состоянии это может сильно навредить и в первую очередь тебе...Так что остаётся уединятся по отдельности и заниматься рукоблудием.—сказал я, от чего Эльза застыла и уставилась на меня в немом не то шоке, не то шоке, который как-то иначе называется.       —...Мне кажется, что нам не пристало о таком сраме говорить.       —Ты первая начала.—сказал я, после поцеловав её в губы и улыбнулся ей.       —...Ещё.—сказала она и я повторил.—...И ещё.—и я повторил.       —Ещё?       —Тебе хватит.       —Ууууу. Ну ещёёёёёёё.—проскулил я, на что Эльза закатила глаза, усмехнулась и сама поцеловала меня и легла на грудь.       —...Можно тебя о кое-чём попросить?—спросила она, на что я кивнул. Она, ясное дело, этого не увидела, но точно почувствовала.—...Когда...будешь в Версале или Париже и обустроишься...открой письмо и прочитай его именно там. Когда будешь один.—прошептала она, после зашуршав и протянув на уровень моих глаз конверт. Уже запечатанный. Разумеется, я его взял.       —...Что там такого, чего ты не можешь сказать мне сейчас?       —Сейчас сказать могу, но...просто...Там про часть меня. Про такую часть, которую...не все принять могут. И я...если ты не примешь, я бы, просто, не хотела видеть это вживую.—...всё ясно. Признание в магии...Что-ж. Говорим клишированную очевидность, однако-же, всё равно правду.       —...А я тебя любой приму и уже не отпущу.—сказал я, от чего Эльза лишь плотнее прижалась ко мне.—...Точно. Феликс нам подарок сделал. Нашёл он, кое-что.—сказал я, после потянувшись за корзиной, где у нас была еда с книгами. Открыв её, я вытащил, не смотря на то, что повреждённые, всё ещё целые венки. Красно-белый и сине-фиолетовый. Последний я сразу надел на Эльзу.—...Они подсохли, права...       —...А мне и так хорошо.—ответила Эльза, после забрав у меня из рук мой венок и одев его мне на голову.—...Ну да. Свежесть уже не первая.—похихикала она.—...Это хорошее место...Не такое, как тот холм, но хорошее...       —На что намёк?—спросил я, на что Эльза хитро прищурилась.       —...Да всё пытаюсь одному дураку намекнуть, где было-бы хорошо моей руки и моего сердца попросить.—сказала она, от чего я чуть выбыл из реальности.—...По возвращению этого дурака из опасной миссии, разумеется. Его дождаться я смогу, как и чужеземных сватов погнать на их родины.       —В таком случае, это место очень подходит, разве что придётся беспокоится, что очередной Антиной объявится, которому мне придётся шею прострелить...Местечко-бы только не забыть. Я его сам срублю и сам сделаю кровать...Или оставлю так и будет место отдыха.—сказал я, после вспомнив одну фишку из 20-21-ого века. Привстав, я вытащил нож из-за пояса.       —...Ты даже на рандеву оружие взял?       —А как-же? Рыцарь всегда должен быть готов за свою даму постоять!—заявил я, после став аккуратно вырезать на стволе ивы наши имена.—Та-да. Вернусь — его найти легко будет.       —...Ты королевские титулы ни Дании, ни Норвегии не добавил.       —У меня тут проблемы со зрением возникли.—ответил я.       —То есть?       —Не увидел в том смысла.— пошутил я.       —...Ты это...вернись, главное.—прошептала Эльза, начиная терять настрой, но я не дал ей этого сделатЬ, поцеловав.       —...Ты помнишь, как я тебя назвал на балу при всех?—спросил я, от чего Эльза лишь несколько секунд прибывала в задумчивости, но за тем заулыбалась.       —Своим сердцем меня нарёк.       —Вот и всё. Моя смерть только в твоей власти. Пока цела ты — буду цел и я, чтобы вновь увидится....Так что себя береги.—проговорил я, после чего мы опять поцеловались...и сколько ещё раз за день — не счесть.

***

      Спал я плохо. Прежде всего из-за того, что сон был коротким. Мы с Эльзой проводили вместе время до двух часов, а подъём мне был намечен на шесть. Мне назначили смотрителя и небольшую стражу. Роль камердинера выполнял некий Иоганн Йоханнес Тольман. Он и занимался сбором всех вещей, подготовкой каретного экипажа и прокладыванием маршрута. Правда, когда я ознакомился с маршрутом, я заранее позеленел от подступившей тошноты. Путь от Роммелигборга до Версаля проходил через северо-западные германские земли, Рейн и Фландрию, а после по половине северной Франции и должен был занимать 40-50 дней с учётом остановок на отдых. То есть практически два месяца.       Я поинтересовался, не будет ли легче идти по морю, на что мне ответили, что случаи пиратства в Ла-Манше стали более частым явлением, чем случаи разбоев на дорогах. Учитывая тот факт, что Ла-Манш был креветкой между крабом, по имени британский королевский флот, и омаром, по имени французский королевский военный флот, которую эти два ракообразных постоянно мониторили, то очень странно, что рассадником пиратства являлся именно он. Хотя он по-прежнему уступал место Карибам, Средиземноморью и водам общеевропейской эст-индии, носящей имя и Франции, и Британии, и Испании, и Португалии, и Нидерландов и даже, хотя каким образом — не знаю, России.       Отъезд намечался на 4 часа. Время попросту тратить я не стал, сразу стал прощаться с братьями, даже теми, кто меня недолюбливал. Я вверил Деймоса Феликсу окончательно. Тем более с ним он казался здоровее. А вот Фобоса я оставить уже не мог, его пришлось запрягать в экипаж. Он просто никому не давался. Лишь Эльзу подпускал и, с недовольством откровенным, Анну. Я даже попытался примериться с Оливером. И хотя тот принял моё рукопожатие, за ним оставалась недомолвка. Словно наш вопрос всё ещё не решён.       Отец удивил, про меня не забыл. Понимал, какой у меня возраст и какой путь у меня лежит. Пожелал успехов, счастья и даже попросил, чтобы я обождал, пока меня и мой экипаж не благословит святой отец. Мать явно горевала, но в этот раз противиться уже не стала. Главнейшей отрадой моей среди братьев были Магнус, Феликс, Отто и Олаф.       Первый, на прощание, дал скандинавскую руну бога Локи. Сказал, что он мне подходит более всего.       Феликс-же порадовал просто тем, что он пришёл лично прощаться на своих двоих. Деже без костылей. На память дал простой нож, для самообороны, потому как никогда не знаешь, что может быть у дикого сброда в голове. Он был одним из немногих, кто верил, что события во Франции — не сезонное потрясение, а события огромного масштаба с будущим широким резонансом.       А вот Отто и Олаф...они были — как всегда, в своём репертуаре. Отто мне полноценную саблю откуда-то выциганил, а Олаф пистоли. И оба не простые, сделанные на заказ. Сабля, например, скрывала в себе ещё один пистоль. А подарок Олафа был очень даже хитрым или даже коварным. Он мог...стрелять дважды с одного ствола.       С Эльзой-же, до моего отбытия...мы проспали несколько часов. Но на этот раз я спал на ней. На её коленях. И опять под той-же ивой. На прощанье она не обратила внимание на посторонних и поцеловала меня открыто. Из подарков она отдала обычный платок.       Перед прощанием я как-то высказался, чтобы развеять атмосферу, что мне будет, цитирую: "тяжело без твоих чёртовых поцелуев"...На платке был след от её губ и она сказала, что недостатка у меня не будет, но я должен буду потом вернуть их все, до единого, ей лично...       Анну никто не предупреждал, что надо что-то дарить и я попытался ей объяснить, что и не нужно, но она всё равно втюхала мне подзорную трубу, чтобы я, как она выразилась, всегда мог увидеть их...И всё таки она немного привязалась ко мне. Расставаться не хотела, маленький ребёнок в ней заиграл и она заплакала, уткнувшись в меня.       При отъезде нас провожало построение из гвардейцев и три пушкарских залпа. Я-же ещё долго смотрел на дворец, пока он окончательно не скрылся за горизонтом. Так начался мой путь к настоящим приключениям...и великому человеческому безумию...       А тем временем меня ждала совсем другая сказка.