Неушедший

Моя шея выгнулась, я громко и жадно глотала ртом влажный воздух. — Люси! — радостно всхлипывала Холли. — Слава богу… — выдохнул Джордж. — Что вы наделали! — выкрикнула я, задыхаясь. — Я почти вытащила его, он был у меня в руках! Еще бы одно мгновение, и у меня бы получилось! — Что ты несешь?! Еще мгновение, и ты была бы мертва! — вырвалось у Локвуда. Часто дыша, я бросила на него дикий взгляд, но тут же осеклась, заметив его встревоженный вид. Локвуд был бледен, холодный пот стекал с его виска, а под глазами залегли фиолетово-серые синяки. — Люси, твое сердце остановилось почти на минуту, — тихо уведомила меня Холли, беря за руку. — Отпусти! — нервно выкрикнул Джордж. Холли отдернула руку, но касание уже произошло. В панике она взглянула на свою ладонь, а потом с удивлением подняла на нас глаза. — Следа нет, — сказала она, повернув руку так, чтобы мы могли удостовериться в ее словах. — Ты не светишься. Свечения нет. Все еще бледно-зеленая, но уже не лампочка, — заметил Киппс, уставившись на меня. В его глазах все еще читалась вчерашняя печаль. Я хотела сказать ему, как мне жаль Кэт, но тогда пришлось бы объяснять, как я об этом узнала, а сейчас мысли путались. Поэтому я только скинула с ног одеяло, оголяя стопы, торчащие из-под пижамных штанов, и вытянула перед собой руки. Кожа и правда все еще была нездорового цвета, но больше ничем не отличалась от обычной, человеческой. — Голос! — воскликнул Джордж. — Голос вернулся! Или я один слышал, как вместо благодарности она на нас наорала? — Да, точно. Люси, а ну скажи что-нибудь еще, — попросила Холли. — Ну… это… спасибо, — неуверенно произнесла я, обводя взглядом друзей. — Не за что, — хмуро ответил Локвуд. — Почему у меня такое чувство, что ты даже во сне умудрилась подвергнуться опасности? Ничего не ответив, я только пожара плечами. Может, пережитое за ночь и смешалось в кучу, и мне потребуется время, чтобы переосмыслить увиденное, но одно я поняла точно: силы больше не было. Проникновение через темную завесу и последующий прыжок стоили мне всей призрачной энергии. Я израсходовала «выпитые» жизни призраков до последней капли. Может, если бы я не лезла в голову Киппса, не подслушивала Джорджа с Фло и не заглядывала в спальню к Локвуду, мне бы хватило сил вытащить Черепа с Той Стороны — или где он там сейчас находится. Но увы, я облажалась. Снова… *** В половине седьмого утра, едва я переступила порог погруженной в полумрак кухни, меня обдал пряный запах горячего шоколада. — Ммм, это то, о чем я думаю? — спросила я, обращаясь к нависшему над огромной кастрюлей Джорджу. — Я держу обещания, — ответил он, добавляя в кастрюлю небольшие кусочки шоколада. С конца стола донесся едва слышный шорох. Краем глаза я заметила, как Локвуд аккуратно сворачивает утреннюю газету, пытаясь незаметно убрать ее со стола. Ему бы это почти удалось, но предательский шелест бумаги выдал его с головой. — Что там? — спросила я. — Ничего интересного, — нарочито непринужденно ответил он. Я прищурилась. Локвуд сидел в торце стола, прикрывая газету рукой. Рядом с ним, в тени, притаился Киппс. Его глаза были прикованы к скатерти, но взгляд казался отсутствующим. — Тебе уже лучше? — попытался сменить тему Локвуд. — Дай посмотреть, — сказала я, протягивая руку через весь стол к газете. Локвуд лишь выпрямился и подтянул газету ближе к себе. Я вопросительно изогнула бровь, и он, поджав губы, нехотя подтолкнул выпуск ко мне. Причина его попыток скрыть от меня прессу уставилась на меня прямо с первой полосы «Таймс». ЧТО С ЛЮСИ? Под заголовком, написанным неприлично крупными буквами, красовалась фотография: друзья поспешно ведут меня, укутанную с ног до головы в серое покрывало, к дому из машины ДЕПИК. Половину снимка закрывала какая-то размытая садовая зелень и колья чужого забора — папарацци явно снимал из канавы или из-за угла. Я пробежала глазами по первым строкам статьи: «В деле Эдмонтона наконец-то произошел сдвиг, но какой ценой? Вчера утром агенты прибыли домой в тяжелом состоянии, а мисс Карлайл настолько пострадала, что команде пришлось скрыть ее лицо от глаз общественности. Нам остается только гадать, какие увечья призрак нанес лучшему Слухачу Лондона, и задаваться вопросом: куда смотрели агенты ОАПИ, пока "Локвуд и компания" рисковали головами, выполняя чужую работу?» — Не самая худшая моя фотография. Странно, что после такого снимка репортеры еще не выломали нам двери, — сказала я, отодвигая газету. — Наши няньки из ДЕПИК, может, и не обладают манерами и раздражают своим присутствием, но следят, чтобы к дому никто не подходил. Включая журналистов, — ответил Локвуд. — Но одного они все же пропустили. — Да, видимо, он успел сбежать до того, как наши надзиратели зачистили периметр. — Самое обидное, что эти дураки из «Таймс» все переврали. Статья полностью игнорирует полевую работу ОАПИ. Теперь их агенты возненавидят нас еще больше, — вздохнула я, вспоминая толпу оперативников перед будкой-офисом Барнса и бледных ребят Вудса. — Ничего не поделать. Общественность все еще отдает предпочтение нам и с недоверием смотрит на объединение старых агентств — ведь именно из налогов граждан оплачиваются их зарплаты. Поэтому люди и ожидают от ОАПИ большего, чем от нас. — Они правы в одном, — подал голос Джордж, откладывая поварешку. — Дело сдвинулось только благодаря нам. Это еще раз доказывает, что мы не можем сидеть сложа руки. — Возможно, — ответил Локвуд, но голос его прозвучал уклончиво. Джордж не ответил и потянулся за пухлой бутылочкой из рифленого стекла. Когда он снял крышку, комнату заполнил резкий аромат рома. Я вдохнула смесь запахов шоколада и алкоголя в упоительном предвкушении. После этой статьи и событий последних дней мне точно не помешало бы успокоить нервы. — О, Люси, кажется, кожа приобретает нормальный оттенок. Помог горячий душ? — спросила зашедшая на кухню Холли, заметив мои влажные волосы. — Ага, чувствую себя намного лучше, — ответила я, садясь за стол. Честно говоря, состояние все еще было странным, но мне не хотелось пугать друзей. Холли сделала всем тосты и присела рядом, поставив тарелку в центр стола. Джордж наконец снял кастрюлю с огня и разлил напиток. Когда перед каждым из нас оказалась дымящаяся кружка с густым нектаром, Джордж, поправив очки, решил поделиться результатами ночных изысканий: — Во-первых, мне пока не удалось разобраться, почему Люси не умерла от соприкосновения с плазмой. Моя теория такова: скорее всего, Марисса не предполагала, что в плазме можно просто искупаться. Но такое заявление принижает масштаб ее фантазии, а это кажется мне маловероятным. А вот мысль о том, что новый энтузиаст в области вечной жизни смог изменить свойства плазмы, кажется мне более логичной. — Звучит резонно, — отозвалась Холли, а затем машинально отпила из кружки и элегантно покашляла. — Какой крепкий, Джордж! Ты не переборщил? — По-моему, в самый раз, — тихо сказал Киппс, который уже почти опустошил свою порцию. Холли повернулась к нему. — Ну, учитывая положение дел, мне кажется — чем крепче, тем лучше. — Положение дел? Но ведь все хорошо, Люси больше не светится, и мы все живы… или нет? — Холли окинула нас взглядом. — Не совсем, — ответил Локвуд, смакуя шоколад. — Нам еще предстоит разговор с работниками ОД, которые скоро приедут за реликвиями. Они все еще могут попытаться увезти Люси с собой. Нам разрешили забрать ее только на один день. Не забыли? — Точно… — Холли слегка поникла. — Не стоит волноваться, думаю, все закончится хорошо, но лучше держать ухо востро. Так что крепость напитка в самый раз. В нашей ситуации можем себе позволить. Но Холли права, — Локвуд посмотрел на Джорджа, — ты бы не увлекался с ромом. — Ладно, — буркнул Джордж. — Возвращаясь к моей теории: новый глава «Орфея» знает какой-то тайный рецепт приготовления плазмы — прямо как я знаю, как готовить этот шоколад. — Джордж поднял кружку над столом. — Странно вот что: если новый лидер — кто-то из старых членов общества, почему он не рассказал Мариссе о свойствах плазмы? Если же он пришел после ее смерти, то где научился ее «готовить»? — Его научил тот болотно-зеленый призрак, — отозвалась я, пожимая плечами. — Я тоже пришел к такому выводу, — поддержал Джордж, поправляя очки. — Но из этого следует один занятный вопрос: почему те призраки Третьего Типа — зеленый, розовый и желтый — отказались учить этому рецепту саму Мариссу? Или она сочла их интеллектуально несостоятельными, эдакими «бесполезными болванчиками», как нашего Черепа? Конечно могло получится, что она просто закупорила их в банки и зашвырнула куда-нибудь в пыльный подвал, а позже их откопал кто-то из Общества Орфея. Если все обстояло именно так... — на секунду замолчав, Джордж в замешательстве пожал плечами, — то Марисса, с позволения сказать, законченная дура. И это еще самое мягкое определение, которое приходит мне в голову. — Нет, те новые духи Третьего типа не принадлежали Мариссе. Болотный назвал ее эксперименты нелепыми попытками обрести бессмертие. Друзья уставились на меня. — Вчера ты об этом ничего не писала! — возмутился Джордж. — Наверное, из головы выпало. Он еще сказал, что ему и его покровителю было весело наблюдать за нелепыми экспериментами Мариссы. — Люси, это же невероятно важная деталь головоломки! Я тут строю догадки, не обладая всеми имеющимися у нас — то есть у тебя — данными! — заявил Джордж с нескрываемым упреком. — Извини, но вчера многое произошло, и я просто не успела записать в дневник каждую мелочь. — Это не мелочь, это важный пласт информации! — Тогда мне стоит еще кое-что рассказать, но держи себя в руках. И прошу добавки, — потребовала я, протягивая Джорджу кружку. Исследователь насупился и молча исполнил просьбу. Сделав глоток, я вновь пересказала друзьям события на Той Стороне, только теперь уже своим голосом. Главным дополнением стали воспоминания, которые я увидела, коснувшись болотного призрака по имени Алден. — Аппендицит, — буркнул Джордж, когда я закончила рассказ. — Чего? — морщась, спросил Киппс. — Проведенная операция очень напоминает первые попытки удаления аппендикса, — пояснил Джордж. — Исходя из этого и описания одежды, мне кажется, что болотный дух мог жить где-то на рубеже семнадцатого и восемнадцатого веков. Точнее пока не скажу. Тот иссохший отросток на четках — думаю, это и есть вырезанный аппендикс. Киппс громко закашлялся, поперхнувшись шоколадом. После чего он скривил такую гримасу, словно его сейчас стошнит. — Что, слишком жуткая история для твоего желудка, Квилли? — язвительно спросил Джордж и демонстративно отпил из кружки, желая показать, что его-то рассказ совсем не потряс. — Да ну тебя, Каббинс, такие беседы не ведутся за завтраком. — Да, неприятная история, — поддержала Киппса Холли, слегка наморщив свой аккуратный носик. — За столом агентов других историй не бывает, — холодно заметил Локвуд. — Ну хоть в чем-то мы согласны. Это первый раз за последние пару месяцев, или я что-то пропустил? — Ты снова не в настроении? — терпеливо спросил Локвуд. — Конечно я не в духе! Люси забыла про такой важный момент, и я провел бессонную ночь впустую! — Я отправил всех отдыхать не просто так. Тебе стоило послушать — иногда я говорю полезные вещи. — Ты и сам не выглядишь выспавшимся. Почему я должен тебя слушать, если ты сам не следуешь своим же советам? Джордж с Локвудом, наверное, препирались бы еще долго, но тут в мрачную кухню через окно начали просачиваться первые лучи солнца. Полосы света начали скользить по столу, когда Локвуд, как ошпаренный, вскочил со стула и бросился к занавескам, чтобы задернуть их. — Стой! — крикнула я. Локвуд замер с занавесками в руках и обернулся к нам. Из узкого просвета на скатерть падала полоска света. Выдохнув, я подставила руку под луч. — Ну? — нетерпеливо спросил Джордж, придвигаясь ближе и не сводя с меня глаз. — Немного покалывает, но уже не жжет, — ответила я, слегка морщась. — Думаю, это хороший знак, — сказал Джордж. — Да, но занавески недостаточно плотные. Будет лучше полностью перекрыть доступ свету в этой и других комнатах. Джордж, Холли, я принесу вам простыни или что-нибудь еще. Перекиньте через гардину. Киппс, зашторь библиотеку, — раздав всем задания Локвуд вышел из кухни. *** Было почти восемь утра, когда доступ солнца был перекрыт на первом и цокольном этажах. Примерно в это время в дверь дома номер 35 на Портленд-роу постучали. Холли уже двинулась было к выходу, когда Локвуд остановил ее, решив лично встретить гостей. На пороге показался Грейвенор. Пятясь обратно в кухню в попытке скрыться от света, я успела рассмотреть едва заметную самодовольную ухмылку на лице прибывшего. — Мистер Локвуд, доброе утро. Мы за артефактами, а Вернон — за анализами, — прошелестел знакомый шелковый голос. — Да, проходите, — ответил Локвуд без тени эмоций. На кухне, помимо меня, стояли Киппс и Джордж, вновь разогревая шоколад. По коридору в нашу сторону раздавались уверенные и размеренные шаги Грейвенора, за которыми семенила пара нервных ножек Вернона. Шествие замыкало шарканье тапочек Локвуда и топот тяжелых ботинок. Вскоре в дверном проеме показались жадные бледно-серые глаза Грейвенора. Он улыбнулся, вновь рассматривая меня с тем же хищным любопытством, что и вчера утром. Мой Дар более не позволял мне считывать эмоции, но нутро предостерегающе заныло. — Мисс Карлайл, вижу, эффект плазмы спадает. Теперь Вы можете ослеплять нас только силой Дара, — он расплылся в чарующей улыбке, так искусно скрывающей его истинную натуру. Скорее всего, внешний вид и этот ласкающий уши баритон были его главным оружием, но те ощущения, которые я уловила от него прошлым утром, смыли пелену с моих глаз. Он явно вел какую-то двойную игру, водя Барнса вокруг пальца. Кто знает, какими полномочиями он обладал, будучи правой рукой главы ОАПИ? Его странная заинтересованность реликвиями родителей Локвуда тоже настораживала. — Привет, Люси! Ого, свечение пропало! — воскликнул вышедший из-за спины Грейвенора Бобби Вернон. — Бобби, можешь расположиться здесь. А Вас попрошу проследовать за мной, то, что Вам нужно, в прачечной, — бросил через плечо Локвуд, огибая гостей и двигаясь в сторону цокольного этажа. Он открыл дверь, приглашая Грейвенора пройти дальше, и застыл у входа с каменным лицом. Грейвенор не спешил. Он отступил в сторону, позволяя Вернону пройти к столу первым, словно хотел удостовериться, что его исследователь не будет отлынивать от работы. Вслед за Бобби на кухню прошагал Том в тяжелых рабочих сапогах, держа в каждой руке по увесистому кейсу. За ними протиснулась и Холли с блокнотом. — Привет! — восторженно произнесла я искренне радуясь его приходу. После нашего последнего задания Том казался мне каким-то родным. — Привет, — неуверенно произнес он, бросая нервные взгляды на Грейвенора, но уголки его рта поползли вверх, когда он снова взглянул на меня. — Голос вернулся! — заметил Бобби. В его голосе послышалось облегчение. — Да, рады вновь слышать Вас, — медленно произнес Грейвенор, и в его глазах вновь вспыхнул нездоровый интерес. — Кхм-кхм, давайте поскорее покончим с этим, — напомнил о себе Локвуд, терпеливо приглашая Грейвенора войти в прачечную. Грейвенор элегантно кивнул и скрылся в дверном проеме, Холли последовала за ним. Локвуд метнул серьезный взгляд на Киппса, давая понять, чтобы они с Джорджем не спускали с Бобби и Тома глаз и ни в коем случае не покидали кухни. Квилл моргнул в знак согласия и сел за стол рядом со мной. Удостоверившись, что я в надежных руках, Локвуд скрылся за дверью. Том закинул на стол один из кейсов. Бобби тут же раскрыл его и выудил уже знакомые мне предметы: градусник, тонометр, шприцы и пробирки для анализов — все прочее, что он использовал прошлым утром. Готова поспорить на что угодно: во втором кейсе, который Том оставил на полу, была техника для измерения призрачного голоса. Следующие пятнадцать минут Бобби проводил со мной ту же серию тестов. Он выглядел немного разочарованным, когда все показатели оказались в норме. Даже его переносная радиостанция — или как там правильно называется этот набор приборов с микрофоном — не засекла никаких странных частот в моем голосе. Помимо разочарования, его лицо выдавало и признаки облегчения. Думаю, Бобби сожалел о том, что ему не удастся изучить мой случай более глубоко, но мысль о том, чтобы увезти меня в лабораторию и лишить свободы, ему претила. — Эм, спасибо, — послышался удивленный голос Тома, облокотившегося о стену за нами, когда Джордж сунул ему в руку дымящуюся чашку с шоколадом. Бобби обернулся на звук и жадно проводил глазами Джорджа, когда тот, огибая стол, возвращался к кастрюле. — О, тоже хочешь? — издевательски спросил Джордж. — Да, если можно, — ответил Бобби, сглатывая подступившую слюну. — Фиг тебе, — отрезал Джордж, скрестив руки на груди. Бобби вытаращил на него глаза, полные непонимания. — То, заслуживаешь ли ты шоколад по моему особому рецепту или нет, целиком и полностью зависит от твоего заключения касательно Люси, — объяснил Джордж, вызывающе поправляя съехавшие на кончик носа очки. — Ты что, пытаешься подкупить меня шоколадом? — Отменным шоколадом! — за спиной снова раздался довольный голос Тома. Я обернулась и тут же расплылась в широкой улыбке при виде румяных от алкоголя щек Тома и его довольного лица. Кто-кто, а Том точно заслужил благодарность Джорджа за проделанную работу. — Так что, каково твое заключение по состоянию Люси? — спросил Джордж. — Да, мне бы тоже хотелось узнать это, — произнес шелковый голос, и из прачечной на кухню вышел Грейвенор, а за ним Локвуд и Холли, поспешно прикреплявшая карандаш к блокноту. Бобби открыл рот, чтобы что-то ответить, но потом закрыл его, будто решив еще раз обдумать свои слова. Грейвенор смерил Бобби пристальным взглядом, в котором, как мне показалось, читалась угроза. — По всем показателям Люси совершенно здорова, — неуверенно заключил Бобби. — Очень рад это слышать, — сказал Грейвенор, но глаза его на миг сузились, говоря мне, что ответ его не убедил. — А что насчет солнечного света? — спросил он, указывая на перекинутое через гардину покрывало. Бобби нервно сглотнул, и аппетитный запах шоколада в этот раз был ни при чем. — Вижу, что еще нет, — пропел Грейвенор. — Мистер Киппс, Вы ближе всех. Могу я попросить Вас открыть окно? Квилл бросил вопросительный взгляд на Локвуда, тот посмотрел на меня. Я моргнула, и Локвуд одобрительно кивнул. Квилл встал, резко отодвигая стул, который издал неприятный скрежещущий звук, и открыл доступ солнцу. Яркий свет заставил всех на мгновение поморщиться. Кожу неприятно покалывало — это чувство сродни ощущению, которое возникает, когда кровь приливает к затекшей конечности. Боли не было, несмотря на то что солнце сейчас светило намного ярче, чем на рассвете. — По моим наблюдениям, реакция на солнце минимальная, — нарушил тишину Бобби тревожным голосом, а потом добавил чуть увереннее: — Все еще считаю, что эффект плазмы сошел на нет. Грейвенор вновь прищурился, чем заставил Бобби опустить плечи и отвести взгляд. — Да, вижу, очень интересно. А что насчет крови? — К-к-крови? — заикаясь, переспросил Том. Грейвенор стрельнул в него взглядом, буквально пригвоздив Тома к стене и заставив вытянуться в полный рост и спрятать кружку за спину. Видимо, по мнению Грейвенора, младшим по званию не разрешалось встревать в разговор. — Да, крови. Вернон, Вы проверяли кровь на реакцию с железом или солью? — Эм, еще нет, у меня с собой нет железа, — замялся Вернон. — Это не проблема, у нас есть соль, — весело ответил Грейвенор, переставляя стоявшую на столе солонку ближе к Вернону. Бобби бросил на меня виноватый взгляд и потянулся к пробирке со свежевзятой кровью. «Вот урод», — подумала я, вспоминая довольный тон, с которым Грейвенор упомянул о соли. В тот миг мне почему-то представилось, что с такой же радостью он мог бы высыпать соль прямо мне на кожу в надежде, что та запузырится, вступая в реакцию с кристаллами. Он явно намеревался забрать меня с собой в лабораторию вместе с реликвиями. Бобби высыпал горстку соли на скатерть и вылил на нее пару капель из пробирки. Белая верхушка окрасилась в алый цвет, но более ничего не произошло. На миг мне показалось, что в холодных глазах Грейвенора промелькнуло разочарование. Но он быстро пришел в себя и, точно как Локвуд, натянул на лицо обворожительную улыбку. — Что же, думаю, мы с облегчением можем утверждать, что с мисс Карлайл все в порядке. Она может остаться на Портленд-роу, но мы все же считаем, что ей лучше не покидать стен дома. Мисс Карлайл все еще выглядит немного болезненно, — распорядился он, а потом добавил: — Коллекция ваших родителей великолепна. Мне особенно натерпится прочесть их дневники. Могу я, помимо оговоренных артефактов, позаимствовать и пару масок со стен? — поинтересовался Грейвенор еще более сладким голосом, чем обычно, указывая в сторону прихожей. — Берите что хотите, если уберете охрану, — холодно отрезал Локвуд. — Считайте, уже сделано. Я попрошу Гойла и Купера забрать артефакты из прачечной, и мы сразу же уедем в офис ОАПИ, — заверил Локвуда Грейвенор, а потом перевел взгляд на Бобби: — Мистер Вернон, заканчивайте здесь, жду Вас в машине. С этими словами Грейвенор улыбнулся мне и вышел из кухни. Все мы беззвучно выдохнули. Джордж поставил перед Бобби долгожданную кружку, а Киппс одобрительно похлопал бывшего коллегу по плечу. Атмосфера на кухне разрядилась. Пока Бобби наслаждался напитком, Том поспешно складывал приборы обратно в кейс. — Слышал, что мы пообещали Вам место? — спросил Локвуд, приближаясь к Тому. Рыжеволосый парень опешил и почти выронил магнитофон, но поймал его в последний момент. — Вы прекрасно себя показали на последнем деле. Люси с Джорджем обязаны Вам своими жизнями. Я готов провести повторное интервью, но считайте его лишь формальностью. Место Ваше, если пожелаете, — продолжил Локвуд. Том удивленно заморгал. Посмотрел на Джорджа, потом на меня, и взгляд его стал виноватым. — Спасибо за предложение, летом я бы принял его не думая, но сейчас… — Том осекся и опустил глаза. — То, что вы делаете, как расследуете дела и бросаетесь в гущу событий — просто невероятно. Вы и правда самые великие агенты, которых я знаю. Вот только я бы предпочел до седых волос рассказывать о том одном приключении, в котором мне удалось поучаствовать, чем вляпаться еще в одно, о котором мне уже никогда не удастся поведать. Рука Тома сжалась на ручке кейса, и он, сделав усилие, посмотрел в глаза Локвуду. — Понимаю и полностью уважаю Ваше решение, — искренне ответил Локвуд, протягивая Тому руку для рукопожатия. Том улыбнулся и крепко сжал руку Локвуда. Джордж закатил глаза и неодобрительно цокнул; я ударила его под столом ногой и улыбнулась Тому, давая понять, что в отличие от Джорджа уважаю его выбор. Том был хорошим агентом и я бы легко представила его в нашей команде, но пока оставалось надеется, что мы еще поработаем вместе на каком-нибудь расследовании. Место младшего оперативника в агентстве «Локвуд и компания» все еще оставалось вакантным. Тут в кухню друг за другом прошли два громилы. Одного я узнала — это он вчера рвался в Оружейную, требуя, чтобы я раздевалась прямо при нем. Не глядя ни на кого, оба мужчины проследовали в прачечную. — Бобби, у нас есть пара интересных наблюдений, которыми мы бы могли поделиться с ОД, а еще мне кажется — пришло время расширить ваши ряды, — сказал Джордж, вспомнив о вчерашнем плане. Бобби удивленно посмотрел на Джорджа, а потом бросил встревоженный взгляд на Тома, который, скорее всего, не входил в ряды ОД. — Да брось, Бобби, парень и так знает многое, — отмахнулся Джордж. — Ладно. Какая информация? Официально мы никого не принимаем, но если вы хотите присоединиться, Барнс не будет возражать, даже наоборот, — ответил Бобби. Джордж уже открыл рот, чтобы сказать больше, но его быстро перебил Локвуд: — Обсудив случившееся, мы лишь пришли к выводу, что призрак Третьего типа мог жить в семнадцатом веке и что его зовут Алден. Возможно, это как-то поможет. — Ого, очень интересно! А что насчет вступления в ОД? — поинтересовался Бобби. — Думаю, вам стоит рассмотреть кандидатуру Тома. Он уже и так знает многое, как верно подметил Джордж. Мое предложение он отклонил, а с вашей стороны будет просто глупо игнорировать его храбрость и навыки, — быстро соврал Локвуд, игнорируя вопросительные взгляды Джорджа. Из-за двери снова послышались тяжелые шаги, и «два шкафа» показались в дверном проеме. Каждый нес по коробке, доверху забитой артефактами, привезенными родителями Локвуда со всех уголков мира. — Дэвис, Вернон, поторапливайтесь, он ждет, — бросил один из мужчин, выходя из кухни. Том поспешно подхватил оба кейса и, попрощавшись с нами взглядом, поспешил прочь из дома. Бобби торопливо допил шоколад и уже хотел вылезти из-за стола, но рука Джорджа крепко обхватила его предплечье. Бобби замер. — Вам удалось что-нибудь узнать о Грэме? — шепнул Джордж. — Это… ну… — запнулся Бобби. — Я все время провел в лаборатории, ничего не могу сказать. — Ой, да ладно тебе, Вернон! — встряхнул его Джордж. — Твои дружки из ОД явно поделились с тобой происходящим. Колись! — Ну ладно, — пискнул Бобби и наклонился ближе к Джорджу. — Его местоположение все еще неизвестно, но, подробнее изучив сеть подземных переходов, мои коллеги выяснили, как Обществу Орфея удавалось незаметно перемещаться по Эдмонтону, несмотря на постоянные патрули, — зашептал Бобби. — Если, идя по туннелям, миновать выход, ведущий в паб, то дальше попадаешь в старый технический коридор. Он ведет прямо к железнодорожным путям под мостом — как раз туда, где Оскар когда-то отстал от команды. Именно этим путем убийца и члены Общества Орфея уходили из дома Уолбрук. Далее, как мы подозреваем, они пользовались неосвещенным участком путей, заранее зная расписание патрулей благодаря своему шпиону Грэму. С железнодорожных путей они спускались, но не не на саму станцию, а в старые вентиляционные шахты. Под Эдмонтоном полно заброшенных технических веток, которые прокладывали еще в прошлом веке и забросили из-за прорывов грунтовых вод или активности призраков. Чтобы спуститься в эти туннели, общество Орфея использовало старую будку, хорошо ее замаскировав, — мы даже не подозревали, что через нее можно попасть на станцию! Туннели идут параллельно линиям метро, но там, куда патрули ДЕПИК и не думал соваться. А выходили они, в смысле враги, через подвал заброшенного депо на окраине. — Как же вы так патрулировали? — возмутился Джордж. — В Эдмонтоне очень много складских помещений, и ты никогда наверняка не знаешь, что и куда ведет. На большинстве официальных чертежей отображены только рабочие секции станций. А чертежи старше пяти лет и вовсе пропали! — попытался защититься Бобби. — Ладно, а что насчет второго портала? Грэм должен был где-то выйти! Вы проверили Ту Сторону? — Ну, это уже совсем секретная информация! — Бобби! — Нам не удалось попасть на Ту Сторону. Выход там был завален камнями. Мы все еще пытаемся расчистить проход. — Черт! — выругался Джордж. — Призрак, с которым столкнулись Локвуд и Люси, видимо, успел обрушить потолок прежде, чем его запечатали. В таком случае у врага был запасной план. Можете не разбирать баррикаду: думаю, если и был второй портал, то враг его закрыл, чтобы замести следы. — Вернон, ты идешь? — с порога послышался недовольный голос одного из громил. — Все, мне пора, и от меня вы ничего не слышали! — застонал Бобби. Он уже подходил к дверному проему, когда я окликнула его: — В этот раз обойдешься без моих трусиков? Уши Вернона мгновенно вспыхнули, Холли распахнула глаза от удивления, а Киппс в голос заржал. — Эм, нет… что? Нет! — невнятно выговорил наконец Бобби. — Хорошо, я просто спросила. Ну знаешь, на всякий случай. — Нет, ничего не нужно… ну, пока! — выкрикнул Бобби, вылетая из кухни сверкая пятками. Реакция Бобби меня повеселила, и я сочла маленькую месть удавшейся. — Трусики? — весело переспросил Локвуд, явно одобряя то, как быстро я заставила Бобби превратиться в помидор. Сегодня он смотрел на меня намного мягче чем вчера, но я более не могла знать наверняка, что творится в его сердце. — Возможно, это было слегка грубо, — заметила Холли, садясь и кладя блокнот на стол. — Много они забрали? — спросила я, косясь на блокнот, куда Холли наверняка занесла все, что вынес Грейвенор. — Почти все… — выдохнула Холли. — Мне жаль. Извини, Локвуд, — сказала я. — Это всего лишь вещи. Я хотела было возразить, но Джордж опередил меня: — Что это была за фигня?! — Сделка. Я обещал Грейвенору реликвии, и он забрал их, — как ни в чем не бывало ответил Локвуд. — Я не про него! А про то, как ты перевел тему, когда я говорил с Бобби. Мы же договорились, что я вступлю в ОД. Это вообще была твоя идея! — Да, но это было, когда мы считали состояние Люси необратимым, а сегодня утром все само прошло. Не вижу нужды более связываться с ОД. — Ты что, пропустил наш разговор о призраке и его покровителе, наблюдавшем, как Марисса заполоняет Лондон Гостями? Не удивлюсь, если этот безымянный покровитель вышел из тени неспроста и сейчас каким-то образом пользуется Проблемой в своих целях! — Габриэль. В одном из воспоминаний болотный так обращался к своему другу. Думаю, он и есть покровитель, — отозвалась я, вспомнив имя. — Из четырехсотлетних воспоминаний, Локвуд! Если этому Габриэлю и вправду более четырехсот лет, то он и в самом деле создал эликсир вечной жизни. — Да, если так, то Габриэль — весьма изобретательный человек, — безмятежно ответил Локвуд, всем своим видом показывая, что разговор его не интересует. — Безусловно, интересный! И я бы очень хотел знать, как мы планируем изловить этого «интересного» подонка? — сверкал глазами Джордж. — Никак. Это не наше дело. — Не наше дело?! Да ты издеваешься! Опять та же пластинка! — не веря своим ушам, выпалил Джордж. — Нет, я совершенно серьезен. Вы двое чуть не умерли. Снова. И я убедился, что полевая деятельность не для нас. Снова. — Тогда это агентство мне не подходит, и мне не нужно твое разрешение, чтобы вступить в ОД! Джордж закипал. Наш спор, разгоревшийся еще перед делом Эдмонтона, грозил повториться, и в этот раз — со стократной силой. — Я не согласен, — тихо произнес Киппс. — С чем ты не согласен? — едва сдерживая подступавшие эмоции, спросил Локвуд. — Нам нельзя отсиживаться. Наше бездействие уже стоило жизней. Если ты решил поджать хвост, то я с Каббинсом, — отстраненно произнес Киппс. Он был спокоен, он не злился — просто случай с Кэт заставил его вспомнить о долге. Локвуд выгнул бровь и поджал губы. Обстановка накалялась. Напряжение в комнате стало почти осязаемым, воздух словно наэлектризовался. Меня душило недовольство, а мозг лихорадочно перебирал варианты. Работа с ОД могла стать ключом к разгадке всего, что со мной случилось. Мне не терпелось изловить Грэма, у меня накопилась уйма вопросов к Болотной твари. Но была и другая причина — внезапная, простая до ужаса, но бьющая наотмашь: чтобы вытащить Череп с Той стороны, мне была нужна та самая невероятная сила. Это единственный способ отплатить ему за спасение моей жизни и жизни Локвуда. Перед глазами снова вспыхнул образ еле живого юноши с серо-зелеными глазами. Его время истекало. Поддавшись панике, я уже подалась вперед, собираясь заявить, что тоже готова вступить в ОД, но меня остановил голос Холли. — Пожалуйста, прекратите! — взмолилась она, и в ее голосе прозвучало непривычное для нее отчаяние. — Просто послушайте себя. Все вы! Мы только что чудом уцелели, и теперь ясно: без Мариссы Проблема никуда не делась, а на горизонте маячит куда более страшный враг. Люси и Локвуд едва выжили после столкновения с одним из новых призраков — а ведь мы даже не знаем пределов его возможностей! Мы понятия не имеем, на что способны остальные двое Гостей Третьего типа. Наша команда всегда выходила из передряг только потому, что мы работали сообща. Сейчас не время для внутренних неурядиц. Нам нужно быть начеку, и держаться друг за друга! Не знаю, как на остальных, но на меня ее слова подействовали отрезвляюще. Но окончательно прийти в себя меня заставил вид Локвуда. Переведя взгляд на нашего лидера, я только сейчас заметила, как на нем сказался очередной переход на Ту Сторону. Виски за ночь поседели, под глазами залегли черные тени, лицо было болезненно бледным. Почувствовав себя наркоманом в поисках очередной дозы, я постыдилась своих вспыхнувших фантазий о бассейне, так как мне чудом удалось уцелеть. Я не собиралась бросать попытки вернуть Череп, но нужно было придумать способ получше купания в плазме. Кто знает, может, второго заплыва я бы не пережила. Мы не могли доверять ОД, ведь Грейвенор наверняка — одно из их доверенных лиц. Поэтому нельзя было позволять ни Джорджу, ни Киппсу вступать в их ряды. Холли была права, разделяться не вариант. Но если Локвуд вновь отправит нас караулить вазы его богатых клиентов, мне тоже не удастся вернуть Череп. Мне была необходима диверсия, временная смена фокуса. Новая цель, которая бы удержала команду и позволила Локвуду расслабиться достаточно для того, чтобы я позже возобновила разговоры о расследовании дела Орфея. Сквозь поток собственных мыслей до меня донеслись голоса Локвуда и Джорджа — двое вновь сцепились, выкрикивая что-то касательно книги Джорджа и его неблагодарности. Мой взгляд тем временем остановился на Киппсе, и решение пришло само собой. — Призрачный захват! — выпалила я, чем сразу же обратила на себя внимание друзей. — Предлагаю исследовать причины и возможные способы борьбы с Призрачным захватом, — пояснила я. Бровь Локвуда выгнулась, но не от раздражения, а от удивления. Он явно обдумывал мое предложение. — При чем здесь Призрачный захват? Причины ясны, а лечения нет, — сказал озадаченный моим заявлением Джордж. — Я за, — негромко сказал Киппс, и я уловила в его голосе лучик надежды. — Мне тоже эта идея кажется интересной. Если нам удастся пробудить от комы пострадавших агентов, это будет просто невероятным открытием и спасением для всех нас! Люси, ты гений, — заявил Локвуд и улыбнулся мне своей самой искренней улыбкой. — Вы что, глухие? От Призрачного захвата нет лечения! — запротестовал Джордж. — Пока нет, — перебил его Локвуд. — Джордж, неужели ты испугался вызова? Кому, как не тебе, может удастся найти ключ к решению этой головоломки? — Локвуд явно подначивал Джорджа, безжалостно беря его «на слабо». — Ну, я согласен, что вопрос мало изучен, и, может, мне бы и удалось что-то обнаружить… — задумался Джордж, поддаваясь на провокацию. — Прекрасно! Тогда Джордж — в архивы, Люси — отдыхать, а мне просто необходимо сделать пару звонков и назначить пару-тройку встреч. Холли, пойдешь со мной, — начал раздавать приказы Локвуд, уже предвкушая новое и в этот раз безопасное, как ему казалось, приключение. — Я тоже пойду в библиотеку, — отозвался Киппс. Джордж только озадаченно кивнул Квиллу, а наш лидер уже вылетел из кухни. Локвуд думал, что Джордж клюнул на его уловку, в то время как на самом деле он сам клюнул на мою. Я была почти уверена, что он согласится на мое предложение. Расследование захвата явно сведется к долгим часам в архивах и, возможно, походам по больницам. Оба занятия наверняка пройдут в дневные часы, что не могло не радовать Локвуда: больше солнца — меньше духов, меньше опасности. А если нам удастся что-то нарыть, то мы не только поможем жертвам, но и обеспечим себе новые газетные заголовки. И эта перспектива Локвуда тоже устраивала. В архивах, под прикрытием исследования Захвата, мы с Джорджем смогли бы параллельно искать информацию о наших новых врагах. Думаю, когда Локвуд отойдет от случившегося, нам удастся заинтересовать его новыми данными. Были и другие причины, по которым мне хотелось удержать Джорджа от вступления в ОД, помимо Грейвенора. Во-первых, по лицу Бобби было понятно: в ОД Джорджа ждет лишь медленная смерть от преждевременного старения. Меня возмутило и то, что Локвуд, по сути, бросил Тома под поезд, предложив его кандидатуру в ряды ОД. Наш рыжий друг хотел спокойной и долгой жизни, а Особый Отряд явно не располагал к такой роскоши. Но этот поступок, как и многое другое, что мне требовалось обсудить с Локвудом, придется снова отложить в долгий ящик. Возвращаясь к Джорджу: второй причиной моего нежелания отпускать его в ОД были их висевшие на волоске отношения с Фло. Я полагала, что если Джордж возьмется за менее опасную работу, им удастся замять вчерашнюю ссору и помириться. Хотя с Фло никогда не знаешь наверняка. Вот так «Локвуд и Ко» приступили к своему первому дневному расследованию.