Неушедший

В девятом часу машины ДЕПИК, следящие за Портленд-роу, с гулом покинули центр Лондона. В течение следующего получаса перед домом номер 35 образовалась толпа репортеров, надеющихся на интервью с членами парапсихологического агентства «Локвуд и компания». Гул прессы не остался без внимания, и вскоре на крыльце появился глава агентства в сопровождении своей элегантной ассистентки. Энтони Локвуд махал рукой и улыбался, скармливая журналистам свою версию событий позапрошлой ночи в районе Эдмонтон. Он великодушно хвалил ОАПИ за проделанную работу, стараясь приподнять имидж организации после последней статьи в «Таймс». Он ловко уходил от вопросов, касающихся здоровья его близкой соратницы, мисс Карлайл. Мистер Локвуд говорил о «глупой случайности» и излишней назойливости прессы, заверяя всех слушателей в прекраснейшем самочувствии своих агентов. Ведя себя крайне обаятельно и непринужденно, Локвуд и Холли умело уводили толпу подальше от дома. Все это было лишь отвлекающим маневром, позволившим Киппсу и Джорджу незаметно выбраться через черный ход и сесть в такси, которое должно было доставить парней прямиком в архивы. Заметив краем глаза, что его исследователь и старший инспектор оказались вне досягаемости репортеров, Локвуд изящно распрощался с журналистами. В мгновение ока он и Холли уже сидели в собственном такси, захлопывая дверь прямо перед носом особо назойливого работника СМИ. — Хорошо, что ты перевезла часть своих вещей на Портленд-роу на случай, если придется заночевать, а потом сразу идти со мной на утреннюю встречу, — сказал Локвуд, тяжело выдыхая. Интервью окончательно истощило его после двух бессонных ночей и бесконечных переживаний. — Да, и спасибо, что разрешил воспользоваться спальней Джессики. — Это просто комната. — Как те реликвии были «просто вещами»? — метко спросила Холли, пристально окидывая взглядом Локвуда, обмякшего возле нее на заднем сиденье. — Да. Просто вещи. — Мы оба... нет, мы все знаем, что это не так. — Не нравится мне этот Грейвенор, — резко сменил тему Локвуд. — Он точно не чист, но «Крыскам» Фло пока не удалось нарыть ничего компрометирующего. — «Крыскам»? — удивилась Холли. — Да, Фло придумала официальное название для своей банды бездомных. — Сомнительный выбор имени, но замечательно, что она помогает этим детям, и то, что ты помогаешь ей. Локвуд ничего не ответил. Он некоторое время молчал, провожая взглядом проносящиеся в окне дома и деревья, а потом вновь вернулся к тревожной теме: — Ты заметила, как он вел себя в прачечной и перебирал источники? Он не просто смотрел на них — он их слушал, выбирая самые опасные и редкие вещицы. Этот парень знает толк в зараженных артефактах. — Да, мне это тоже показалось жутким. Но он взял и пару вещей без всякого парапсихологического эха, — заметила Холли, сверяясь с записями в блокноте, который всегда носила при себе. — Ты права, но те вещи были редким антиквариатом. В одну коробку он отложил чистые источники, а в другую — раритеты. Думаю, их он прихватил просто потому, что мог. — Это все еще не дает нам повода в чем-либо его обвинять, — вздохнула Холли. — Нет. Но я это просто так не оставлю. Он опасен. — Да, и... — Холли закусила губу. — Что «и»? — Люси спросила у меня нечто странное на путях. Грейвенор показался ей почему-то знакомым. Может, она работала с ним, когда уходила из агентства... Локвуд неодобрительно цокнуть и заметно напрягся. — А может, это вообще ничего не значит. Просто девчачьи разговоры, не более, — поспешила успокоить его Холли. — Попытайся расспросить ее об этом, когда у вас состоится очередной «девчачий разговор», — попросил Локвуд. Остаток поездки прошел в полном молчании. *** В десять утра черное такси остановилось на площади Сент-Джеймс перед кирпичным фасадом в георгианском стиле, украшенным белыми каменными вставками. Снаружи, перед декоративным фронтоном, стоял швейцар в темном пальто. Сквозь ровные ряды высоких окон пробивался мягкий янтарный свет. Помимо небольшой латунной таблички, на здании отсутствовали какие-либо броские вывески. Это место было предназначено для тех, кто и так знал, где оно находится. При виде выходящих из такси Локвуда и Холли швейцар бессловесно распахнул перед ними тяжелую темную дверь. Еще на пороге Локвуда обдал насыщенный табачный запах и сложный аромат дорогого виски. Шум Лондона — машины, шаги, далекие сирены — стих, едва дверь за их спинами бесшумно закрылась. Поверх старой каменной плитки вестибюля тянулась глубокая красная ковровая дорожка. За компактной стойкой из мореного дуба сидел пожилой портье. Легким кивком в сторону коридора он дал понять, что их ожидают. Тяжелый ковер полностью поглощал звук шагов, пока коллеги двигались в самое сердце джентльменского клуба — в Курительную комнату. Она представляла собой просторный зал, утопающий в теплом полумраке. Вдоль окон тянулись шахматные столы, а со стороны камина из глубоких кожаных кресел доносились приглушенные мужские голоса. В этих стенах на протяжении десятилетий решались судьбы Лондона. Именитые аристократы, а позже успешные промышленники, ученые и прочие сливки высшего общества коротали здесь будни, заводили полезные знакомства и заключали сделки. По сей день клуб оставался подчеркнуто элитным и преимущественно мужским, однако современные реалии заставили правила смягчиться: теперь женщинам, обладающим выдающимися способностями или влиянием, порой дозволялось принимать участие в обсуждениях наравне с мужчинами. В одном из кресел в Курительной комнате, прямо под лампой с зеленым абажуром, дремал джентльмен средних лет. Его рот приоткрылся, издав храп, больше похожий на щелчок. Сидящие у камина обернулись на звук. При виде юных агентов невысокий толстячок, только что развернувшийся к пришедшим лицом, расплылся в улыбке и элегантно — насколько позволяли габариты — выбрался из кресла. — Мистер Локвуд, мисс Монро! Несказанно рад видеть Вас в добром здравии. Уму непостижимо, с какими кошмарами Вам довелось столкнуться в этом прискорбном Эдмонтоне! — прошептал толстячок, церемонно пожимая руку Локвуда. — Доброе утро, сэр Харбот. Пустяки, ОАПИ проделали большую часть работы еще до нашего приезда, — учтиво ответил Локвуд. Появление юных звезд вызвало любопытные, хоть и скрытые взгляды. И хотя аристократы пытались демонстрировать полное безразличие, лишь искоса поглядывая на них поверх газет, этот интерес не укрылся от внимания пухлого лорда. — Что же, меня весьма радует, что Вы соизволили оказать поддержку ОАПИ. Теперь же, Друзья мои, проследуем-те в обеденную залу, где нам подадут чай. Полагаю, пара глотков горячего напитка будет как нельзя кстати, — тихо произнес сэр Харбот, увлекая молодых людей за собой. *** Внутри небольшого помещения посетителей поджидал круглый стол, застеленный ослепительно белой скатертью, с серебряным сервизом. Вслед за гостями, бесшумно, словно тень, проскользнул официант, внося поднос со свежезаваренным чаем и печеньем. Отработанным движением он разлил чай по чашкам, отодвинул стул перед Холли и, стоило ей сесть, тут же придвинул его обратно. После этого он мгновенно испарился, освобождая место для деликатной беседы. — Господа, — обратился к присутствующим пухлый лорд, аккуратно берясь за серебряную чашку, украшенную выгравированными цветами. — Вынужден признать, Ваш утренний звонок весьма заинтриговал меня. И если только рассветная сонливость не помешала мне вникнуть в суть слов, то, как я понимаю, Вы стоите на пороге некоего открытия. Открытия, способного вернуть Лондону силы, необходимые для борьбы с Проблемой, а аристократии — утраченную веру народа. Как, впрочем, и мне самому. Сочту за честь посодействовать Вам чем смогу, но право слово, мистер Локвуд, пока это лишь громкие посулы. Мне бы хотелось услышать нечто более осязаемое. С этими словами лорд хитро улыбнулся и с еле слышным смешком отпил из чашки. — Сэр Харбот, Вы внесли огромный вклад в поддержку подростков, пострадавших от Проблемы. Зная из первых уст, как важно Вам восстановить спокойствие горожан и веру в правительство, я просто не мог обратиться ни к кому другому. Кому, как не Вам, должен достаться титул человека, пробудившего агентов от вечного сна! — закончил свою речь Локвуд. Пухлый лорд опустил чашку на блюдце и уставился на Локвуда. На мгновение он застыл — казалось, он уже представляет, как пожимает руки благодарным спасенным под вспышки фотокамер. На фантазии ему хватило пары секунд, после чего глаза его на миг сузились и тут же расслабились. Выражение лица снова приобрело ту же мягкую заинтересованность и нарочитую наивность. — Неужели Вы утверждаете, что нашли способы борьбы с Призрачным захватом? — поинтересовался сэр Харбот. — К сожалению, сейчас я не могу позволить себе столь громких заявлений, — ответил Локвуд. — Но если кто-то и способен продвинуться в этом вопросе, то это будем мы. Только представьте, каким прорывом станет понимание того, как рассеять «захват», не говоря уже о спасении сотен жизней. И все эти заслуги будут неразрывно связаны с Вашим именем. — И с Вашим тоже, — с улыбкой заметил лорд. — Вы мне нравитесь, Локвуд. Тот факт, что Вы обратились именно ко мне, безусловно, льстит, но вынужден заметить: Вы переоцениваете силу сладких речей. Очевидно, Вы ожидали, что с помощью красноречия Вам удастся заручиться моей поддержкой и увильнуть от моей просьбы о фактах, дорогой друг. Будь я обидчив, я бы счел это за оскорбление, но я, как известно, ни на кого не держу зла. — Никоим образом не желал обидеть Вас, сэр Харбот. Я с радостью перейду к делу, — мгновенно сменив тактику, произнес Локвуд. Он сделал глоток, чтобы смочить горло, и продолжил: — Для исследований нам необходим доступ в больницу, в идеале — небольшое отдельное крыло. Где бы мы, с позволения родственников разумеется, разместили несколько жертв «захвата» для наблюдения и проведения замеров. Нам понадобится пара доверенных сотрудников из числа медперсонала и доктор, наблюдавший за пациентами в призрачной коме хотя бы последние пару лет. Локвуд многозначительно улыбнулся сэру Харботу, давая понять, что у агентства все схвачено, и едва заметно кивнул Холли. — Больница Святого Варфоломея подойдет идеально, — подхватила Холли, раскрывая блокнот. — Там имеется пара неиспользуемых старых корпусов. В больнице проводится множество частных исследований, финансируемых отдельно от городского бюджета. Я уверена, Вам не составит труда посодействовать нам, учитывая, что Вы являетесь крупнейшим меценатом этого заведения. Пухлый лорд медленно водил пальцем по краю серебряной чашки, внимательно вслушиваясь в каждое слово с тем же любезным выражением лица. — Уверяю Вас, сэр Харбот, как только у нас появятся хоть какие-то данные, достойные внимания, Вы будете первым, кому мы сообщим, — пообещал Локвуд. — Хм, вижу, что помимо слов у Вас есть и более деловые предложения. Однако для такого исследования куда больше подойдет госпиталь ДЕПИК, в котором целый этаж посвящен именно изучению Призрачного захвата, — пожал плечами лорд, отчего количество складок на его шее увеличилось вдвое. — Право, я не вижу причин финансировать тайное изыскание маленького агентства, специализирующегося на полевой работе, когда я могу открыто поддержать официальный орган с обученным персоналом. Возможно, Вам известно что-то, чего не знает ДЕПИК? Локвуд едва заметно сглотнул. Харбот мастерски прижал его к стенке, точно считав желание скрыть исследование от властей. — Вот именно, сэр. Персонал ДЕПИК годами ломает голову над «захватом», точно так же, как они ломали головы над Проблемой последние пятьдесят лет. Но стоило появиться нам, как... — Прошу прощения, дорогие друзья, — мягко прервал его сэр Харбот. — Ваша репутация и впрямь говорит сама за себя, но все же медицина для Вас — терра инкогнита. Гораздо разумнее будет объединить ваши таланты с ресурсами ДЕПИК. Только тогда я буду уверен, что мы достигнем поистине невероятных результатов. — При всем уважении, сэр, мы работаем эффективнее на своих условиях. — Мне так не кажется. Вам бы стоило немного поучиться бюрократии. — Простите, сэр? — Числа, дорогие друзья. Числа. Локвуд вопросительно приподнял бровь. — Эх, — слегка разочарованно вздохнул лорд. — Инспектор Барнс со своим помощником неделю назад ознакомили узкий круг меценатов — таких как Ваш покорный слуга, — лорд гордо приложил пухлую ладонь к груди, — с весьма амбициозным планом развития Англии на ближайшие три года. Их главная идея в том, чтобы снабдить как можно больше повзрослевших агентов приспособлениями, компенсирующими утрату Дара. Проблема зрения уже решена, и вскоре ОАПИ может удастся компенсировать даже Слух! Челюсти Локвуда непроизвольно сжались при упоминании аппаратуры, которую Бобби Вернон использовал на Люси. — В первый год ОАПИ займется снаряжением сотрудников. Это позволит повысить пенсионный возраст агентов. Второй год станет контрольным: мы проверим, способны ли взрослые оперативники самостоятельно обезвреживать источники, — продолжал сэр Харбот. — Грейвенор, этот юный талант, предоставил нам всевозможные таблицы и расчеты. Мы получили четкий список затрат и потенциальных выгод. Если второй год будет удачным, то на третий большинство тринадцатилеток смогут продолжить обучение в обычных школах вместо поступления на службу оперативников. Согласитесь, реальная возможность освободить детей от бремени агентской службы звучит куда заманчивее, чем призрачный шанс пробудить бедняг из комы. И как бы печально это ни звучало — мы не знаем, будут ли вышедшие из комы в своем уме. При упоминании Грейвенора Локвуд резко поджал губы, не в силах скрыть неприязнь и досаду от того, что шелкоголосый брюнет обскакал его уже второй раз за день. — Да, возможно, кому-то из детей и удастся избежать службы, но не всем. Ведь я правильно понимаю? — спросил он, цепляясь за любую соломинку, хотя прекрасно осознавал: крыть предложение Грейвенора ему нечем. Но уступать без боя было не в характере Локвуда. — Разумеется, не всем. Но и нет никаких оснований полагать, что Вам удастся пробудить всех и каждого из жертв Призрачного захвата, — вновь простодушно улыбнулся лорд Харбот. — Со всем моим уважением, сэр, но мы не можем полностью доверять ДЕПИК. — Отчего же? — изобразив крайнее удивление, спросил сэр Харбот. Локвуд вновь напрягся. Он не мог рассказать о своих подозрениях касательно Грейвенора или о догадках Джорджа. Пока он лихорадочно перебирал доводы, сэр Харбот нанес удар точно в цель. — Возможно, мы можем немного отклониться от темы? Вы бы могли поведать мне, что же на самом деле произошло на последнем задании? Я бы предпочел истинную версию газетной, — ехидно улыбнулся лорд, на миг срывая с себя маску наивного толстячка. — Слышал, мисс Карлайл пострадала. Надеюсь, ничего серьезного? Локвуда передернуло, но он мигом восстановил самообладание. — Люси в порядке. Не стоит беспокоиться, сэр. — Прекрасные новости! Какое облегчение, друзья. Полагаю, я вскоре увижу всю Вашу команду в полном составе в моем особняке? Я вновь не удержался и приобрел пару экспонатов в свою коллекцию, но пока Вы не уверите меня, что артефакты чисты, им так и придется лежать в железном ящике. Я особенно рассчитываю на появление мисс Карлайл. Кто, как не она, сможет эффективно определить, заражены ли мои приобретения. Я настаиваю, чтобы перед делом Вы остались на ужин. С нетерпением жду историю о том, с чем мисс Карлайл и Ваш исследователь столкнулись в тайных подвалах «Орфея». После этих слов ни Холли, ни Локвуд не скрывали настороженности. Машинально глава агентства даже потянулся рукой к поясу, где обычно висела рапира, но сейчас он был в гражданском. — Ох-хо-хох, — тихо рассмеялся толстячок, вновь приобретая самый что ни на есть безобидный вид. — Друзья мои, у меня есть свои способы выведывать информацию. Я люблю оставаться в курсе событий, особенно когда на кону стоит моя репутация и финансы. У меня и у самого имеется недвижимость в Эдмонтоне, и, к сожалению, как Вам известно, я тоже был в списке подозреваемых. Впрочем, как и сотня прочих джентльменов. Однако любопытно: Вы так верите в мои благие намерения помочь Англии и одновременно отказываетесь рассказывать мне о произошедшем. Холли показалось, что плечи Локвуда на миг опустились. Последние дни ему никак не удавалось выиграть в спорах, к чему он совершенно не привык. Сэр Харбот неспешно отпил чай, давая Локвуду время собраться с мыслями. Энтони замер, а потом вновь выпрямился. Он уже придумал новый план действий. — Прошу прощения. Мы еще не встречались с инспектором Барнсом и не обсуждали, какая часть расследования строго засекречена. Это в целях Вашей же безопасности, сэр Харбот. И Вам придется извинить нас, но в ближайшее время мы намерены покинуть Лондон. Видите ли, дело в Эдмонтоне оказалось сложнее, чем мы ожидали. Люси и вправду пострадала, и хотя худшее позади, в такие моменты особенно остро осознаешь, как мимолетна жизнь. Она очень хотела бы навестить свою мать на севере Англии, но я опасаюсь, что ДЕПИК не даст позволения на выезд после случившегося. Быть может, Вы смогли бы как-то повлиять на их решение? По возвращении я предоставлю Вам подробные факты о Призрачном захвате и о том, как мы планируем с ним бороться.    — Ах, вот за это Вы мне и нравитесь! Вы не сдаетесь и умеете изворачиваться. Не представляю, как поездка к матушке Карлайл поспособствует Вашим исследованиям, но считайте меня вновь заинтригованным, — хохотнул лорд. — Учитывая, как сильно ДЕПИК рассчитывает на мою поддержку в финансировании их плана, мне не составит труда попросить об услуге. Полагаю, мне не стоит упоминать ничего, кроме визита на родину? — Именно так. Буду благодарен Вам за конфиденциальность. — Разумеется. Да, думаю, поездка пойдет Вам на пользу — даст время подумать над стратегией. Вы идейный человек, благородный мечтатель, что свойственно молодым людям, мистер Локвуд. В Вас есть искра, но этого мало. Взросление заставляет нас брать в расчет реальное положение дел и взвешивать последствия решений. Заставляя порой поступать не лучшим образом, но надежным, а иногда необходимым. Если Вы задались целью войти в высшее сословие и вершить судьбу Лондона. Помимо геройства и боевых навыков, Вам требуется освоить мастерство сухого расчета. Это скучно, но необходимо, — заметил сэр Харбот, осушая чашку. — Иногда энтузиазм и стремление к цели любой ценой могут изменить положение дел всего за одну ночь, — отрезал Локвуд, задетый нравоучением. — О, я Вас услышал. Я действую в Ваших же интересах, молодой человек, но иногда запал юности притупляет слух к советам старших. Что ж... давайте сделаем наш спор интереснее. На протяжении последних месяцев Вы уже не раз приходили ко мне с грандиозными планами, которые я находил забавными, но все же считал наивными детскими мечтами. Докажите, что я не прав, что Вы один из немногих, кто может воплощать идеи в жизнь. Привезите мне с севера Англии доказательства, что Призрачный захват можно победить. Даю Вам месяц. Лорд сделал эффектную паузу. — Если победите Вы, я признаю, что энтузиазм чего-то стоит. Я профинансирую Ваше дальнейшее исследование втайне от ДЕПИК. Но если не сможете... тогда Вы пообещаете мне поступить благоразумно. Вы объединитесь с ОАПИ. Такие отменные агенты на дороге не валяются, и Эдмонтон это лишь доказал. — Сэр, по... — попытался возразить Локвуд, но лорд уверенным жестом остановил его. — Увидев, что «Локвуд и компания» работают плечом к плечу с ОАПИ, люди вновь обретут доверие к властям. Мы все будем в одной лодке, воплощая в жизнь очень реалистичный план Барнса и его помощника. Ведь Вы же так заботитесь о будущем Лондона, верно, дорогие друзья? Локвуд с Холли напряженно кивнули. — Заработайте авторитет через дело, в котором Вы хороши. Вот мой главный совет. Ну же! — попытался ободрить их лорд. — Нам необязательно заключать пари. Я и мои друзья будем рады и дальше обслуживаться эксклюзивно у Вас. Мы чувствуем себя в безопасности, когда профессионалы Вашего уровня проверяют темные углы в наших гардеробных. Пухлый лорд рассмеялся, похлопав себя по животу. — Что выбираете, Локвуд? Пари — или сделаем вид, что разговора не было, и увидимся завтра за ужином, чтобы взглянуть на мои новые приобретения? Локвуд пристально смотрел на него, взвешивая варианты. Но азарт победил. Резко выкинув вперед руку, он произнес: — Я принимаю вызов. Через месяц мы предоставим Вам эксклюзивные данные о Призрачном захвате. «Кажется, безопасная идея нового расследования только что превратилась в очередную непредсказуемую авантюру», — подумала Холли, с тревогой наблюдая за приговором агентству «Локвуд и компания», скрепленным рукопожатием. *** Трое совещавшихся вышли из обеденного зала и направились обратно в Курительную комнату. Высокий молодой человек в пальто стремительно шагал вперед, словно желая как можно скорее покинуть этот чертов клуб. За ним, с высоко поднятой головой, шла элегантно одетая девушка, изо всех сил стараясь скрыть дрожь в руках. Третьим на своих мясистых ногах вальяжно вышагивал пухлый лорд. Он единственный выглядел довольным результатом тайной беседы. Когда парень с девушкой вошли в просторный зал, от окна неуклюже отшатнулся упитанный джентльмен в летах. Неожиданно потеряв равновесие, он практически сбил с ног ассистентку парапсихологического агентства и чудом не облил ее виски. Локвуд сработал безотлагательно: умелым движением он поймал Холли и подхватил едва стоявшего на ногах мужчину под локоть. — Синьор д’Амори, ну как же Вы так, средь бела дня! — прибавляя шагу, выразил беспокойство сэр Харбот — впрочем, скорее боясь пропустить самое интересное, нежели опасаясь за здоровье приятеля. — Мистер Локвуд, какое счастье, что Вы пришли на помощь. Давайте же посадим беднягу в кресло. Даже не рассчитывая на помощь лорда, Локвуд помог бледному синьору д’Амори присесть. Мужчина был облачен в темно-зеленый костюм в клетку, на носу криво сидели очки, но это не мешало джентльмену смотреть в никуда своими серо-зелеными глазами. Он был в возрасте и выглядел скорее больным, чем пьяным. — Сэр, Вы в порядке? — настороженно поинтересовался Локвуд. — Эм... да. Извините, мадам, мои глубочайшие извинения, — еле слышно произнес синьор д’Амори, только сейчас осознав, что произошло. — Не беспокойтесь, сэр. Вы точно здоровы? — поинтересовалась обеспокоенная Холли. Джентльмен лишь резко моргнул. — В последнее время Вы к нам зачастили, и каждый раз со стаканом... Вам, должно быть, слишком одиноко в стенах родного дома? Ведь у Вас такой прекрасный особняк в Ноттинг-Хилл. — скорее из любопытства, нежели из истинного сострадания, спросил сэр Харбот. — Как раз наоборот, — отозвался джентльмен, прикладываясь к стакану для того, чтобы вдохнуть запах, а не отпить. — У меня гостят дальние родственники, и обстановка дома... Она слишком холодная. — Ох уж эти двоюродные братья и сестры, кузены и прочие! Но ведь семью не выбирают, не так ли? Синьор д’Амори кивнул и уставился в камин, будто желая выжечь из памяти леденящее послевкусие собственного дома. — Ну-с, жду удивительных новостей, мистер Локвуд. До встречи, мисс Монро. Пухлый лорд кивком простился с агентами и поспешил занять дальнее кресло по другую сторону от болезненного синьора д’Амори. *** — Черт! — выругался Локвуд, ударяя кулаком по кирпичной стене в узком переулке между домами за площадью Сент-Джеймс. — Мы, рискуя собой, расследовали одно дело за другим, подбираясь к истине, зарабатывая авторитет. Мы раскрыли главную заговорщицу Лондона, виновную в Проблеме, и мы все еще не свободны! Все еще зависим от ДЕПИК, от богачей с их прихотями! Ты карабкаешься по лестнице только для того, чтобы понять: как бы высоко ты ни забирался, потолка все равно не видно! — Как бы ни был богат или знаменит человек или компания, всегда есть кто-то или что-то, от чего мы будем зависеть. По-другому просто не бывает, Локвуд, — попыталась успокоить его Холли. — «Независимое агентство»! — не унимался он. — Чушь собачья, независимостью здесь и не пахнет. Сволочи прижимают со всех сторон, желая держать нас под каблуком: все они — Марисса, Барнс и даже сэр Харбот. А если этого мало, то каждый день приходится усмирять внутренний переворот. Неудивительно, что у тех, кто стоит у руля, нервы ни к черту. Только расслабишься — и кто-то уже пытается воткнуть тебе нож в спину! Холли неодобрительно выдохнула, услышав такие выражения из уст Локвуда. — Что, разве не так?! — спросил он, резко повернувшись к ассистентке. Заметив, что перед ним всего лишь испуганная девушка, Локвуд смягчился: — Извини. Ты не виновата. Я погорячился — последние пару дней выдались слишком безумными. — Ладно, без обид. Я понимаю твою фрустрацию, — Холли спокойно вздохнула. — Видишь ли, так часто бывает, когда заканчиваешь одно многолетнее дело и берешься за новое. Он непонимающе посмотрел на нее, все еще упираясь кулаками в кирпичную кладку. — Я узнала об этом эффекте из последней прочитанной книги. В психологии это называют кризисом достижения цели. Ты много лет жил с грузом смерти своих родителей и сестры. Сейчас мы выяснили все обстоятельства, нашли и наказали виновника. Ты избавился от огромного эмоционального бремени. Эта глава, вечно толкавшая тебя на безумный риск, наконец закончена. Но проблема в том, что такой человек, как ты, никогда не будет сидеть на месте. Тебе жизненно необходима новая сверхцель, и сейчас ты в ее лихорадочном поиске. А эта фаза — всегда самая сложная. Холли помедлила, но потом все же спросила, собравшись с духом: — И все-таки, Локвуд… Тебе не кажется, что было бы намного проще, если бы ты поделился проблемами с друзьями? Люси и Джордж все бы поняли и перестали огрызаться. — А что я им скажу? Что я снова их подвожу?! Что не могу вывести нас на новый уровень? Что кормлю их «завтраками» о том, что заказы в домах богачей — это временное неудобство, когда уже и сам в этом сомневаюсь? Нам нужно что-то феноменальное. Что-то, что заставит весь Лондон считаться с нами. Если удастся раскрыть тайну «захвата», получится уйти с головой в исследования, руководить проектом, обеспечить всем безопасность... — Да, но Локвуд... — начала было Холли, но не договорила, поморщившись от резкого запаха нечистот. В переулок завернул бездомный подросток. — Подайте бывшему агенту на пропитание, — простонал мальчишка, вытягивая грязную ладонь. Локвуд мигом отсыпал парнишке горсть монет. — Мы благодарны за твою службу. Парень ничего не ответил, только поспешно засунул деньги в карман. Другой рукой он незаметно швырнул свернутую бумажку размером меньше мизинца под ноги Локвуду и побежал прочь. — Это был один из «крысят»? — поинтересовалась Холли, когда в переулке снова было чем дышать. — Да, — ответил Локвуд, поднимая записку. — Что пишет? — Ничего хорошего. Но и ничего такого, чего бы я не ожидал. Времени в обрез. Нам нужно подготовиться к отъезду, и сделать это надо как можно скорее. Я беру на себя билеты и отель. А тебе нужно бежать в архивы. Джордж с Киппсом наверняка вытащили гору бумаг. Остается только надеяться, что Джордж начнет с газетных вырезок, а не с книги под названием «Призрачный захват для чайников» или чего-то в этом духе. — Не думаю, что такая книга существует. Что мне делать в архиве? Поторопить их домой? — спросила Холли. — Нет. Скажи, что за нами следят, и я не хочу афишировать, над чем мы работаем. Проследи, чтобы в журнале была запись, что Джордж брал не только дела, связанные с Призрачным захватом, но и материалы по Малайзу, миазмам... сгодятся даже отчеты о призрачных кластерах. Надо максимально запутать ДЕПИК. Или, точнее сказать, Грейвенора. Думаю, именно он приставил к парням «хвост». — Хорошо. Но, Локвуд... при чем тут поездка на север Англии? Ты ведь знаешь, что Люси не разговаривает с матерью. Как это вообще связано с делом? — поинтересовалась Холли, еле поспевая за Локвудом, который уже стремительно шел к оживленной улице. — В таком случае хорошо, что мы едем навещать не ее мать, — отрезал Локвуд, поспешно усаживая Холли в такси и захлопывая дверь.