Нежные пристрастия

      Иногда Цзысюань просто не понимал - как? Как Сюй может так просто принимать происходящее. Даже зная будущее, даже понимая, что что-то необратимо, Цзысюань считал, что просто знать и видеть в реальности - это совершенно разные вещи. Калека в видении и у тебя на руках - это же... Ужасно.       Иногда Цзысюань задумывался - а смог бы он сам? Случись нечто подобное с Сюем, выдержал бы Цзысюань такое давление? Совершенно один, на чужих землях, в местах, где заклинателей презирают. А тебе нужно не просто выживать, но и строить дом, думать о будущем, зарабатывать деньги, просчитывать возможности спасти другого человека, скрывать свои способности, и при этом всем - еще и тащить того, кто даже пальцем пошевелить не мог.       И самое удивительное и трогательное - Сюй никогда не выказывал и не испытывал отвращения. Он просто... Был рядом. Не просто кормил, поил и ухаживал, а по-настоящему заботился и искренне любил.       Конечно же, когда состояние стало лучше, Цзысюань хотел хоть как-то помочь. Взять на себя хоть какие-то обязанности.       Цзинь понимал - Сюй знал и все просчитал, каждую мелочь. Это характеризовало Сюя не только как гениального стратега, даже когда дело касается быта, но и как великолепного предсказателя. И мужчину.       Вспомнив, как Сюй впервые заговорил о том, что буквально дрочил на Цзысюаня, когда тот был без сознания, Цзинь улыбнулся. Пусть тогда это прозвучало как забавное заявление - именно в духе Сюя, на деле же все было куда глубже. Испытывать нечто подобное, зная будущее и осознавая, сколько времени Цзысюань проведет в беспомощном состоянии, казалось на грани реального.       Сюй красив, харизматичен, статен, талантлив и легко мог бы завести себе какую-то интрижку. Но не сделал этого. Не из долга, а из любви и верности.       Цзысюань точно знает - Сюй ждал его. Пока Цзысюань взрослел, пока они были вынуждены разлучиться, и когда Цзинь был ни на что не годен.       Ну а сейчас, заканчивая готовить обед и размышляя о случившемся, Цзысюань был просто рад. Это было не счастье из-за грандиозного события или достижения, а простая радость от осознания того, что, несмотря на все трудности, его жизнь все-таки идеальна. Конечно, в скором времени будут внесены некоторые коррективы, но на данный момент все просто прекрасно.       Цзысюань уже может передвигаться сам. Пусть и не на ногах, а ползая на коленях, но это в разы лучше, чем быть прикованным к кровати.       Ну а еще, даже в их ситуации, Цзысюань мог назвать жизнь стабильной. Цзинь точно знал, когда Сюй уходит и возвращается, был уверен, что завтра у них будет еда, вода, деньги и теплый дом. И самое главное - никаких неожиданностей. Будучи наследником Великого ордена, ты живешь в достатке, роскоши, но уж никак не в покое. А теперь можно не думать о политической ситуации каждый день, и удается просто... Жить. Дышать в разы свободнее.       Аккуратно разложив рис по тарелкам, Цзысюань потянулся к миске, чтобы наложить мяса. Мысленно он отсчитал от пяти до одного. И входная дверь открылась.       - Голодный, как собака, - заявил Вэнь с порога. - Хотя, почему это - как?       Цзысюань улыбнулся и несильно развел руками, указывая на стол:       - Я так и думал.       - Хозяин сегодня меня балует, - подмигнул Сюй. - Но этой псине нужно умыться.       Цзысюань посмотрел на возлюбленного и даже пожалел, что не может встать, чтобы помочь Сюю раздеться и умыться. Но все еще впереди. И как только получится - Цзысюань непременно будет ухаживать за любовью всей своей жизни лучше.       Скинув с себя пыльную одежду, Сюй присел за стол и сразу же потянулся к палочкам.       - Как насчет прогуляться ночью? - спросил Вэнь. - Я снова брошу тебя на дереве и поймаю нам что-то съедобное.       - И мне снова сидеть в стороне? - Цзысюань налил Сюю вина и подвинул чашу ближе. - Мне хочется поцеловать тебя каждый раз, когда ты ловишь дичь. Или подрочить на это.       - Поцеловать меня ты можешь заранее. А дрочить на меня я еще никому не запрещал, - ответил Вэнь. - Можешь начинать.       - Знаешь, если я заранее начну тебя целовать, то, боюсь, наша прогулка может отмениться, - рассудил Цзысюань с преувеличенной серьезностью. - Ну а дрочить, сидя на дереве, в моей ситуации может быть опасно. Вдруг я упаду, когда буду кончать?       Сюй рассмеялся и поднял чашу:       - Я тебя поймаю. И надеюсь, что ты попадешь мне на лицо, когда будешь кончать.       Цзинь тоже поднял свою наполненную чашу и потянул руку к Сюю:       - Я уже говорил, что ты лучшее, что могло случиться со мной в жизни?       - М-м... - с наигранной задумчивостью протянул Вэнь. - Не припомню. Старею, наверное.       - Ты - лучшее, что было, есть и будет в моей жизни, - сразу же говорит Цзысюань. - Я всегда это знал. Просто мне нравится убеждаться в этом каждый день.       Цзинь прислонил свою чашу к чужой и посмотрел Сюю в глаза. На мгновение взгляд Вэня стал серьезнее. Но он снова улыбнулся:       - Тебе просто не с чем сравнивать.       - Это определенно достоинство, а не недостаток. Я не хочу ни с кем тебя сравнивать.       Они выпили. Вино было легким и сладким. А атмосфера уютной и умиротворяющей.       Такая жизнь нравилась обоим. И после стольких трудностей они оба имели право ею наслаждаться. Правда, впереди их ждала борьба за это спокойствие.       - А-Сюань, - поставив чашу на стол, тихо заговорил Сюй. - Сегодня мы будем не только ловить дичь, но и пить вишневое вино. Лично я буду тот сорт, который убивает с первого же бутыля.       Цзысюань аккуратно поставил свою чашу. Он прекрасно понимал, о чем речь.       - Конечно, - согласился Цзинь. - И это вино обязательно нужно спиздить.       Вэнь тихо рассмеялся и вздохнул:       - Да. Душенька брата точно порадовалась бы.       - Может, чуть позже будет рад и он сам? Жаль, что бывает та тьма, в которой нет места свету.       Сюй цыкнул и наполнил свою чашу сам:       - Поэтому даже силы на него тратить не буду. Еблан малолетний.       Цзысюань промолчал. Он понимал, что Сюй не зажигает огни по двум причинам. Первая - для души Чао они и правда бесполезны, а вторая... Какой смысл жечь траурные огни для того, с кем ты встретишься?       - Иногда мне почти жаль, что я не узнал твоего брата поближе, - поделился Цзинь.       - Тебе не понравилось бы, - отмахнулся Вэнь. - Он никому не нравился.       - Но ты же его любил.       Сюй закатил глаза:       - Ну вот зачем ты такой сентиментальный? Давай лучше поговорим о том, как ты дрочишь на меня на дереве.       - Я не против.       - И Чао не заслуживал смерти. А уж тем более - такой.       Вэнь залпом осушил чашу.       Цзысюань смотрел на Сюя с пониманием. Разумеется, они делились друг с другом всем. И были настолько близки, что не боялись признаться друг другу в том, в чем боялись признаться даже самим себе. И этот разговор - тот самый случай.       - Конечно же нет, - говорит Цзысюань.       Сюй какое-то время помолчал, а потом заявил:       - Халат.       - Халат? - удивился Цзысюань.       - Да. Ты сошьешь Чао халат. Твой сын охуеет.       Цзинь лишь улыбнулся:       - Хорошо. Как скажешь.       Это было очередное предсказание. Как всегда - совершенно непонятное и очень странное.       Но Цзысюань просто верил. С самого начала и до этих самых пор.       Возможно, вскоре их маленькая семья станет больше. Но пока... Пока что все просто идеально. И это стоит ценить.