Нежные пристрастия

      Утро выдалось... Болезненным. Хотя бы потому, что выпитый алкоголь давал о себе знать, а Гуаншань был уже не настолько молод, чтобы воспринимать бессонные ночи без последствий.       Сейчас глава Цзинь жалел, что выпил столько и позволил себе скурить те травы. Но трудно назвать эту ошибку фатальной.       Гуаншань чувствовал тепло рядом. Он повернулся на бок и оценил красоту человека рядом. Вьющиеся темные волосы спадали на плечи и растрепались по подушкам, плечи и спина слегка вздымались от размеренного дыхания. Цзинь даже улыбнулся - вот это красотка. Редко когда встретишь такие красивые локоны.       Коснувшись чужих волос, Гуаншань зарылся в них пальцами и провел рукой по вьющимся прядям. Цзинь приподнялся, чтобы наклониться вперед и поцеловать это очаровательное создание в щеку. После чего он потянулся к чужим губам. Раз уж утро предлагает такие подарки, то с чего же от них отказываться?       Почувствовав, что кое-кто рядом уже проснулся, Гуаншань скользнул языком глубже. На поцелуй ответили. Неспешно и аккуратно - идеальное пробуждение, которое намекало на куда более интересное продолжение.       Гуаншань не помнил, с кем уснул, но был уверен, что сделал верный выбор.       Поцелуй был томным и жарким. Цзинь прикрыл глаза и даже начал наслаждаться происходящим. Движения чужого языка были по большей части невинными, но кое-кто быстро учился, повторяя действия Гуаншаня и отвечая все с большей страстью.       Отстранившись, Гуаншань приподнялся на руках, чтобы нависать над человеком, который дарил ему эти ласки.       - А ты... Блять.       Цзинь даже не договорил. Он поморщился и сразу же отстранился, сев рядом и начав тереть лицо ладонями. К такому его ни одна оргия в борделе не готовила.       Просыпаясь от нежного поцелуя, Вэнь Чао посчитал это продолжением ночи. Но, осознав происходящее, он сразу же протер губы одеялом и тоже сел в кровати.       - Какого хрена? - задался вопросом Чао. - Ты слепой?       - Какого хера ты кучерявый? Предупреждать надо, - ответил Гуаншань и лег обратно на подушки. - Схерали ты вообще рядом со мной спал?       - Потому что ты сказал, что какая-то шлюха больная, - ответил Вэнь. - Совсем ничего не помнишь?       - Частями, - отозвался Цзинь и прикрыл глаза. - Пиздец, - он усмехнулся. - Засосал сына Жоханя.       - Отец не расстроится. Мой брат твоего сына ебал, - добавил Вэнь и прилег рядом.       Гуаншань даже рассмеялся:       - Ну, с кем не бывает. И ты не можешь точно утверждать подобное. Мой сын вполне мог ебать твоего брата.       - Ага, расскажи мне, - расплывается в ухмылке Чао. - У них же великая любовь, в которой твой Цзысюаня явно принимает в себя...       - Заткнись, - перебил Цзинь. - И проваливай, - он толкнул Чао ногой под одеялом.       Но уходить Вэнь не собирался. Во-первых, по объективной причине оба были нагими, во-вторых, все еще хотелось полежать и отдохнуть, ну а в-третьих...       - А ты неплохо целуешься, - заметил Чао. - Прямо... Расширяешь мой кругозор.       Гуаншань фыркнул:       - Пошел нахер. Я тебя с проституткой перепутал.       - Красивой проституткой, - поправил Чао. - Иначе ты бы меня не поцеловал.       Какое-то время Цзинь молчал, а потом все же спросил:       - Так... Ты ходишь с пучком, потому что кучерявый?       - А тебя это ебать не должно, - сразу же ответил Вэнь. - И я сделаю вид, что мне похер на то, что ты перепутал меня со шлюхой.       - Красивой шлюхой.       - Нахуй иди.       Между ними повисла тишина. Конечно, все происходящее нельзя было считать нормальным. Ночью они делали то, что делал любой среднестатистический мужчина при деньгах и положении - наслаждались обществом красивых и обученных женщин. А сейчас они проснулись в одной кровати и... Ладно, этот поцелуй был очень хорош - оба это признавали.       - Неплохо целуюсь, да? - спросил Гуаншань, глядя в потолок. - Понравилось?       Чао помедлил, но ответил:       - Да. Понравилось.       - Расскажи о волосах, - эта просьба прозвучала как приказ.       Чао это не понравилось, но он все равно ответил:       - Нечего рассказывать. В детстве надо мной смеялись из-за этого. Потом брат поджег несколько человек. После этого всем почему-то стало не до смеха. Ну а первую заколку мне Сюй подарил, как бы с намеком.       - Какой заботливый старший брат, - с долей сарказма произнес Цзинь.       Вэнь нахмурился:       - У твоего сына тоже есть старшие братья. Только мне кажется, что у них взаимоотношения не очень. Радуйся, что Сюй и Цзысюань точно не родственники.       Гуаншань хмыкнул и на выдохе произнес:       - Ура.       И снова тишина. Чао облизал губы. Сладкий привкус вина и тех трав все еще чувствовался. Вэнь повернул голову к Гуаншаню и оценил профиль мужчины рядом. Кто бы что не говорил, но этот Цзинь - красивый. Многие мужчины это признавали. Ну а Чао с недавних пор осознавал это как никто другой. Красивый, богатый, при титуле - конечно, многие на него вешаются. Но Гуаншань выбирает только легкодоступных. Потому что с ними проще. Не важно, в браке женщина или просто проститутка - раз она прыгнула на член к Гуаншаню, то значит, что купилась на него.       Возможно, Чао знал слишком много. Больше, чем стоило бы, на самом деле.       - У тебя тоже неплохо получается, - снова заговорил Цзинь. - Целоваться, - добавил он чуть тише. - Это определенно не самое ужасное мое утро.       Чао приподнялся на согнутой в локте руке. Он посмотрел на Гуаншаня с недоумением:       - Хочешь повторить?       - А ты рискнешь?       Чао едва не рассмеялся. Ситуация была крайне абсурдной - никто из них никогда не рассматривал мужчину в качестве партнера. Но это утро стало каким-то... Другим. Нет, не особенным, просто крайне располагающим попробовать что-то новое.       - Само мое появление на свет - это риск, - ответил Чао и немного наклонился.       Гуаншань не стал ничего говорить. Он просто коснулся чужого лица ладонями и потянул Чао на себя. Тот не сопротивлялся.       Очередной поцелуй оказался еще более горячим и приятным. Чао прикрыл глаза и уперся руками о подушку с обеих сторон от головы Гуаншаня, нависая сверху, но при этом позволяя другому человеку доминировать во всем этом. Взять на себя ведущую роль попросту не представлялось возможным.       Цизнь Гуаншань целовал как-то по-особенному. Это было не просто языком рот в рот, а словно какая-то выверенная тактика. Сначала - нежное поддразнивание, потом - пройти по небу, ну а по итогу - буквально вылизывать чужой язык, не давая возможности сопротивляться этой томной ласке.       И Чао не сопротивлялся. Он просто отдался и повторял чужие действия снова.       Это даже не секс. Это даже не женщина. Но даже просто поцелуй возбуждал просто до одури.       Не любимый, не желанный, а просто... Гуаншань. Со своими умениями и желаниями.       Чао осознавал, что этот поцелуй возбуждает его, где-то он понимал, что это должно быть отвратительно, но тело не могло отказать, и все мысли ушли на второй план. Этот поцелуй был просто невероятен. И хотелось повторять снова и снова.       Когда они отстранились друг от друга, Чао тяжело дышал, пытаясь прийти в себя. А Гуаншань просто усмехнулся:       - Понял, как надо?       Но Вэнь так просто не отступил:       - Нет. Не совсем. Надо повторить.       Цзинь рассмеялся:       - Ладно, хер с тобой.       - Со мной, - ответил Чао и склонился к чужим губам снова.       Если и возможно обучиться чему-то поистине идеальному и непревзойденному, то... Чао был уверен, что он делает это именно сейчас - в этот самый момент.