И Драконы умеют дружить или любовь всегда сильнее смерти.

Pov. Анзор. Да уж, сегодня мне не повезло, как никогда. Я с утра на пробежку отправился один, Сёма ногу потянул на тренировке, терпеть не могу заниматься без хозяина, вот он и остался дома, а я, чтоб не скучать, решил пригласить с собой новенького, Антона. Он же нам почти родственник - любовник отца Семёна, Юрия, так почему бы и нет? Когда пару дней назад Юрий неожиданно появился в Академии и привез хрупкого блондина с огромными серыми глазами, для того чтобы устроить его на обучение, все выпали в глубокий осадок. Да это же просто не принято , так не поступают! Естественно, мужичок-боровичок сказал, что это его племянник, но люди-то, поди, не дебилы и, кем мальчишка приходится Юрию, стало понятно сразу: он на него таааак смотрел, все пытался дотронутся, приобнять, чмокнуть в щеку. Я свидетелем сего явления был лично, Сёма решил меня отцу представить, вот мы и торчали, изображая два тополя на Плющихе в ожидании всесильного вершителя судеб, как спьяну требовал себя называть добрый папенька. Я с ним не встречался ещё, но судя по рассказам Сёмы, уважать его можно было лишь за деньги, и то нажил их не он сам, капитал был наследственным. Кстати, зря Сёма беспокоился, что из--за того, что он чужого фамильяра принял, скандал будет, Юрий вроде даже доволен был, только позже я понял почему, но сейчас не об этом. В общем, Антона в Академию привезли и оформили, как племянника, а нам в устном напутствии велено было пацана оберегать, любить и подружиться, чем я сегодня и занялся. На Артёма и Сёму в этом случае надежды было мало, потому что они, за мать свою оскорбившись, выполнять приказ отца не собирались, и в какой-то степени я их понимал. Анфиса в свое время была одной из самых перспективных магичек на курсе, но как только Юрий получил согласие на свадьбу от ее родителей, сразу забрал ее из Академии, велел сидеть дома и рожать детей. И в самом деле, обидно получается: женщине он жизнь сломал, лишил ее практически будущего, а теперь, значит, когда она, родив и вырастив двоих детей, стала неинтересна, он любовника себе завел, молодого и безупречно выглядящего -- в самом деле, не самое достойное поведение для мужчины. Хотя... Человек, который лишил своего сына фамилии за малый индекс силы, и так заведомо не слишком порядочен, тут удивляться совершенно нечему. Я вздохнул и посмотрел на Антона, который быстро собравшись, шнуровал кроссовки, и вздохнул. Хотя пацана-то в чем винить? Он явно из падших, вон, тату на шее ясно объясняет, чем он занимался совсем недавно, а у таких не спрашивают, нравится тебе клиент или нет. Даже у меня при жизни с Артёмом привилегий было намного больше: я мог ему отказать в его притязаниях, и он заставить меня не посмел, просто бросил погибать, а вот у таких, как Антон, права сказать "нет" не имеется: к ним просто приводят мужика и всё, радуй любыми доступными способами. И не надо считать всех падших порочными уродами, их чаще всего родители за долги в бордели продают. Ох, грехи наши тяжкие, по-любому, парню не позавидуешь... И вообще, Антон мне неожиданно понравился. Тихий, немногословный, но какой-то комфортный, не раздражающий, он явно заслуживает лучшей жизни. Сейчас ему главное зацепиться здесь, не сглупить, закончить Академию и вот тогда у него все шансы есть, сбросить с шеи ярмо и стать свободным. Мы вышли из комнаты Антона в коридор, и тут я увидел, что забыл у себя фитнес браслет. О чёрт, Сема опять ругаться будет, когда найдет прибамбас мирно лежащим на подоконнике, и будет прав. После моего эээ... практически смертельного приключения прошло совсем немного времени, и организм ещё не восстановился полностью, а потому Виталий, наш бессменный доктор, попросил, чтобы я носил этот браслет постоянно, а Сёма мог отслеживать мое состояние. У меня случаются головокружения --и это не есть хорошо, могу и в обморок рухнуть; Артем приучил меня не обращать внимания на подобные "мелочи", и я эти сигналы организма игнорирую. Пару раз Сёме меня из спортзала пришлось на руках домой тащить. Ну, а браслет мое состояние распознает сразу и начинает подавать громкие звуковые сигналы, то есть попросту очень противно пищать и я останавливаюсь. -- Блин,Антон, я браслет забыл, пойдем я заберу -- и на аллею, не возражаешь? -- Нет, -- голос Антона прозвенел в тишине слишком громко, -- с чего мне возражать, времени у нас вагон: сегодня воскресенье, с чего я должен скандал устраивать? Мы быстро дошли до нашей комнаты, я вошёл в предбанничек, который отделял нашу дверь от общего коридора, крохотную мини-прихожую и... онемел. Прямо перед дверью, перекрывая нам доступ в комнату, лежал парень. Черт, откуда он тут взялся? Да он ведь не наш и это... фамильяр... Неужели к Сёме явился, Обещанный звёздами? Ой, блин, а вот это уже опасно, если кто-то узнает, что у Семена два фамильяра, будет очень большой скандал, это строго запрещено. И ведь ему придется выбирать: Обещанный или я, а я не готов отдать свое место, место, которое я выстрадал, не готов, это несправедливо! И что мне делать? Кто это? Антон подошёл к парню поближе и, наклонившись, откинул черные спутанные волосы с лица нежданной находки. -- Ты его знаешь? -- Нет! -- ответ мой был не самым вежливым, да я был зол, но вы меня тоже поймите: у меня, блядь, Сёму отбирают, а я должен политесы разводить. -- Понятия не имею откуда здесь этот взялся, но это плохо, если кто-то узнает, что к Хозяину второй фамильяр пришел, Сёме не поздоровится, за такое и отчислить... -- А что это вы тут делаете? Мерзкий скрипучий голос, раздавшийся из коридора, заставил меня мысленно застонать от ужаса. О, чёрт, Ираидий! Ну, всё, нам крышка. Он изначально был против меня и теперь сделает все, чтоб разорвать нашу с Хозяином связь и.. -- О, как интересненько! -- Ираидий, сверкая новехонькими винирами, протиснулся к парню и потёр ручки. -- Лесков, значит, опять правила нарушает? То ни одного фамильяра не было, а то сразу два! На комиссию пойдет, честно, пусть Инквизиторы разбираются, отчего так получилось. И если доказана будет злонамеренность произошедшего, дорога ему одна... Я, ослеплённый ужасом, не знал что сказать: блядь, Сёма сейчас мирно спит и ничего не знает, а когда проснется жизнь, его никогда не станет прежней, ну почему? -- Всё, сейчас я вызываю наряд, -- продолжал голосить Ираидий, но тут вмешался Антон. -- Послушайте, -- неожиданно надменно заявил он, -- вы сейчас вообще о чём толковали? Это мой фамильяр, причем тут Лесков-то? Во время призыва что-то пошло не так, и мой фамильяр пришел в реал слишком слабым, поэтому я решил спросить совета у Сёмы, он ведь в Академии учится дольше и должен знать, что делать. Я повел призванного к Сёме, но он здесь рухнул, совсем слабый был, и на шум вышел Анзор, а вы тут уже какие-то глупости нафантазировали. Не нужны нам тут Инквизиторы, всё абсолютно законно. -- Это твой фамильяр? -- Ираидий заметно напрягся, шанс избавится от неугодного, от Сёмы ускользал от него, вот ведь обидно как. -- Ну да, мой, конечно, чей же ещё? Да, я совершил призыв, не поставив в известность администрацию, и что? Это вовсе не обязательно, индекс силы мне позволяет призвать фамильяра, и я это сделал. Вы бы лучше вместо того, чтобы орать, парня поднять помогли, у меня сил не хватает. -- Ещё чего, -- отреагировал на просьбу Ираидий резко отрицательно, -- пусть тебе вон дракон помогает, у меня и так спина сорвана. Ладно, раз уж у вас все в порядке, пойду я, пожалуй, а ты Петров завтра в администрацию зайти не забудь, зарегистрировать свою тварь, а то знаю я вас. Он быстро ретировался, а Антон присел на корточки и потряс парня за плечо. -- Эй, с тобой все нормально? Я был в полнейшем ахуе, черт, это очень плохо, Ираидий же все равно всё узнает, связь то между парнями не установится на пустом месте и... Парень открыл огромные затуманенные от боли глаза и посмотрел на Антона в упор. -- Тох, Тошенька, это правда ты? -- прошептал он, и в его глазах не было ничего кроме радости... -- Тоша, Тошенька, родной, я нашел тебя, как же я тебя люблю... Его глаза закрылись, похоже, от избытка адреналина, разом поступившего в кровь, он просто отрубился, а мы с Антоном уставились друг на друга совершенно ничего не понимая. -- Это ещё кто и с чего он мне в любви признавался? -- тихо спросил Антон. Я только плечами пожал, а вот черт его знает, что это было. Надеюсь, получится в этом разобраться, а то что-то тайн становится слишком много.