Услышит только ветер

[Celtic Minstrel — Greg Joy]       Лоэн сквозь сон слышит голос Далии. Видимо, он еще не протрезвел, и мозг подкидывает пьяные галлюцинации. Стоп, а он, вообще, где? Рыцарь открывает глаза и первое, что видит — Далию. Теория верна, надо спать дальше, пока он хотя бы немного не придет в себя. Однако, знакомый голос становится все громче, и через мгновенье его начинают слегка толкать. Надо же, как правдоподобно, похоже, кто-то действительно перебрал вчера. — Лоэн, если ты сейчас же не проснешься, я начну петь ту самую песню!       Мозг поистине удивительно устроен: Лоэн уже и забыл, как Далия будил его в детстве, когда он не хотел вставать. В их приюте была одна противная песня про зайцев, которую вице-капитан ненавидел сильнее всего. Далия пользовался этим в качестве крайней меры: сначала громко, почти прямиком в уши, начинал петь первый куплет, а когда разозленный Лоэн поднимался, убегал. Засоня бросался в погоню за своим «будильником», а значит не оставалось никаких шансов дальше нежиться в кровати. — Я пушистый маленький зверек-ек-ек-ек, в этой жизни я не одинок-нок-нок-нок!!!       Нет, это невозможно. Лоэн не верит, что с ним снова это происходит. Он вновь открывает глаза, в этот раз картинка слегка меняется: Далия, нависнув над ним, трясет за плечи, пока на его лице красуется непонятная смесь эмоций из недовольства и смеха. Нарастающая головная боль от экстренного пробуждения только мешает внести ясность в происходящее. Решив, что все это слишком реалистично для сна, Лоэн все же подает признаки жизни: — Прошу заметить, что я, судя по всему, не по своей воле «озаряю тебя своим прекрасным ликом». — Еле выговаривает он хриплым голосом.       Тяжелый мыслительный процесс начинает разгоняться, и в голове всплывают воспоминания вчерашнего вечера: таверна, Кэйа, Далия, поцелуй, пощечина, письма, а дальше… белый шум.       Как только Далия понимает, что этот негодяй проснулся, тут же принимает серьезный и слегка отстраненный вид: — Опережая твой вопрос: да, ты у меня дома. Опережая следующий: я забрал тебя, потому что ты уснул пьяный на улице. А прямо сейчас тебе нужно явиться в штаб. Уж не знаю, что ты успел еще натворить, но Варка ищет тебя все утро, а на часах уже обед — Он поспешно встает с дивана и уходит в другую комнату, заканчивая разговор даже не повернувшись к Лоэну: — Я не собираюсь укрывать у себя виновника происшествия, каким бы оно ни было. Судя по тому, с каким энтузиазмом магистр выяснял, где ты, ничего хорошего в этой истории нет. Дверь справа. — Можно, я хотя бы умоюсь? — все тем же глухим голосом спрашивает Лоэн.       В ответ ему Далия лишь небрежно взмахнул рукой в сторону ванной, а затем заперся в соседней комнате. Что ж, ладно. Сил разбираться нет: первая половина из них уходит на то, чтобы подняться с дивана, а вторая — на дорогу до раковины.       В попытках оживить себя ледяной водой проходит долгих 15 минут. Это помогает немного взбодриться, но не заглушает надоедливый стук в висках. Смирившись со своей похмельной участью, Лоэн выползает обратно в гостиную, где его ждет небольшой сюрприз в виде завтрака. Яичница и пара рыбацких бутербродов кажутся великим спасением, посланным самим Архонтом. Однако «бог» так и не снизошел к своему гостю. Когда рыцарь почти доел, из-за закрытой двери послышался голос: — Если ты окончил свою трапезу, не откажи в любезности свалить отсюда.       Несмотря на жгучее желание сиюминутно выяснить отношения с Далией, Лоэн все-таки вынужден послушно уйти. Гнев Варки в сто раз страшнее дикой охоты и примерно в тысячу раз — стражей руин. Медлить нельзя, ему еще предстоит найти Арамиса быстрее, чем до него самого доберется магистр. Интуиция подсказывает, что пропажа писем напрямую связана с этим ослом, отвечающим за почту для их отряда. С самого первого дня экспедиции между ним и нашем рыцарем развязалась холодная война. Если догадка верна, то даже самые слезливые и искренние молитвы не помогут Арамису избежать чудовищной участи в лице вице-капитана.       Мондштадт снова радушно встречает Лоэна, даже несмотря на то, что праздник уже закончился. Сегодня на улицах родного города нет такой шумной толпы, вместо нее — обыденная уютная суета. Владельцы лавок во всю торгуют своими товарами, наперебой зазывая покупателей. Ребятня весело носится по узким улочкам. Кто-то из детей то и дело норовит сбить с ног неповоротливого Майлза — рыцаря, который часто патрулирует в округе. Все это сопровождается характерным звонким смехом. Ку́знецу еще не видно, но звуки наковальни уже приятно воздействуют на слух своей спокойной монотонностью на фоне бесконечных разговоров горожан. Высокие городские стены и пышные кроны деревьев защищают от яркого солнца, позволяя во всю насладиться по-домашнему теплой атмосферой.       Со стороны Лоэн прекрасно в нее вписывался. Он то и дело дружелюбно перекидывался вежливыми приветствиями со старыми знакомыми, периодически с улыбкой принимал поздравления с успешным окончанием экспедиции или коротко отвечал на банальные вопросы о жизни и самочувствии. Никто и не догадывался, что внешние спокойствие и беспечность напрямую противоречат происходящему в его голове.       Нужно как можно быстрее найти Арамиса. Множество ситуаций сложились в единую цепочку и указывали на его вину. Сомнений не осталось. Как только Лоэн сам не догадался, что тот провернул такую аферу? Вопросов о вариантах расправы не возникало: фантазия (в какой-то степени даже извращенная) у нашего рыцаря — то, что надо.       Обойдя почти половину города, он чувствовал себя и охотником и зайцем одновременно: с одной стороны найти злоебучего почтальона, с другой — не попасться Варке. Вполне логично, что первый ошивается вблизи штаба. В таком случае риск быть пойманным раньше, чем самому совершить правосудие, крайне высок. Когда риск останавливал Лоэна? Правильно — никогда. [Gladiator — Jann]       Вице-капитан медленно поднимается по лестнице, которая ведет к фонтану на небольшой площади вблизи «Ордо Фавониус». Удача сегодня явно на его стороне. На лавке в столь живописном месте прохлаждается Арамис собственной персоной в окружении пары дружков. Видимо, все вместе вышли развеяться в обеденный перерыв. О, сейчас Лоэн сделает его незабываемым.       Продвигаясь к компании неспешной походкой, он оказывается прямо напротив Арамиса. Тот сразу вскакивает: — Чем могу быть полезен вице-капитану?       В его взгляде и движениях чувствуется скованность и недоверие. Неудивительно, учитывая все их прошлые склоки. Лоэна немного позабавила такая реакция, но он продолжает создавать видимость случайной непринужденной беседы: — Расслабься, дружище, просто проходил мимо и решил поздороваться, ни к чему такое официальное обращение.       Арамис заметно сбросил напряжение, но недоверие все еще не покинуло его. Что-то он не помнит, чтобы Лоэн хоть раз с ним просто так болтал по душам. Но размышлениям в голове не удается достигнуть конечной точки, вице-капитан продолжает: — Я вот вчера перестарался с празднованием — неловко озвучивает Лоэн, почесывая затылок и отворачиваясь куда-то в сторону — хотел узнать, неужели только я отличился этой ночью? Вы-то, небось, тоже нормально погудели?       Компаньоны Арамиса тут же заливаются смехом и начинают в красках описывать свои гуляния. Они уже знали, что магистр ищет Лоэна, поэтому с сочувствием отнеслись к его проблеме. Периодически пытались утешить: мол «с кем не бывает», «великие рыцари и пить должны подобающе», «твои подвиги все простят» и все в таком духе.       Сам почтальон полностью теряет бдительность и с удовольствием присоединяется к рассказу друзей. В то время как товарищи пытались подбодрить вице-капитана, в речи Арамиса то и дело проскакивали хвастовство и высокомерие. Лоэн изображает неподдельные удивление и восторг на все его реплики о популярности среди женщин и о количестве выпитого вина. Оду самому себе вдруг прерывает вопрос: — Арамис, друг мой, что это у тебя на кителе? — слегка хмурясь, говорит Лоэн и протягивает пальцы к его плечу.       Как только почтальон опускает взгляд, левая рука Лоэна впивается в его плечо, а правая с ужасающей силой впечатывается в живот. Арамис скрючивается от внезапной боли, но ему не дают даже пары секунд, чтобы опомниться. Вице-капитан хватает его за волосы и резким движением тянет голову еще ниже: навстречу собственному колену. Звучит характерный хруст, а сразу за ним — пронзающий вопль.       Оставшиеся в стороне солдаты не собираются становиться участниками этой мясорубки. Они еще в экспедиции прекрасно поняли, что противостоять Лоэну не то что вдвоем, даже впятером — идея самоубийственная. Вместо этого они бросаются в штаб за подмогой.       Лоэн даже на секунду не посмотрел в их сторону. Немигающий взгляд был направлен на Арамиса, который уже лежал на животе и жалобно стонал, откашливаясь кровью: — Будь ты проклят, Лоэн! Что тебе, блять, от меня надо!?       В ответ этот «пушистый маленький зверек» лишь хмыкнул и приподнял уголок рта. Он без спешки присел рядом со своей жертвой, опершись одной ногой на его спину. От чудовищной боли Арамису оставалось только кряхтеть, на что-то большее сил не остается. Его голову снова нещадно поднимают за волосы, а к шее приставляют ядовитый кинжал. Над ухом раздается шепот: — Тебе повезло. Я сегодня отлично позавтракал, поэтому мое настроение на высоте. Выбирай, утопить тебя в этом прекрасном фонтане или сбросить с соседней мельницы?       Почтальон пытается сопротивляться, но его жалкие потуги сдерживает нога Лоэна, которая с новой силой давит прямо в позвоночник. — Что, не по душе мои варианты? Может тогда хочется полетать с городской стены? Не мычи, мой хороший, я ни слова не понимаю. На крайний случай могу предложить лишь свой кинжал — Издевается вице-капитан — Тоже не то? Тогда скажи, где, мать твою, мои письма!?       Избавляясь от очередной порции крови во рту, бедолага выдавливает: — Так расстроился, что твоя женушка до тебя не дописалась и от отчаяния подалась в церковь?       Даже дьяволу было бы страшно представить, какое стихийное бедствие в этот момент зародилась внутри Лоэна. Он отбросил кинжал и убрал ногу. Выражение лица стало абсолютно нечитаемым. Как этот мусор смеет даже заикаться о его Далии!? Тем более в таком ключе!? Факт существования писем подтвердился, найдет их Лоэн уж как-нибудь сам. Раз так, то он убьет эту псину голыми руками.       Никто в здравом уме не стал, да и не смог бы останавливать вице-капитана в режиме «берсерка». Никто кроме Варки, чья рука в этот же момент отбросила его в сторону от своей «добычи».