Услышит только ветер

[Gasoline — Maneskin]       Известно, что у каждой бомбы есть обратный отсчет. Как только Арамис выпалил свои оскорбления и бросил сумку с письмами на несколько метров к ногам вице-капитана, окружающие замерли. Каждый с ужасом ожидал, когда таймер Лоэна приблизится к нулю и детонирует.       Далия среагировал первым и изо всех сил вцепился в запястье рыцаря. Даже так диакон не был уверен, что сможет остановить сокрушающую, убийственную ярость, которая в этот момент физически ощущалась в воздухе. Взгляды товарищей метались от почтальона к их начальнику со скоростью пуль, и никто не осмеливался вмешаться.       Лоэн медленно повернул голову к новоприбывшему и широко улыбнулся. Лишь Далия заметил, что рука, которую он держал, сжалась в этот момент до синевы. — Почтовые голуби так развились, что научились разговаривать или это мутации Дикой Охоты?       Осталось 3…2…1….       Стрела, выпущенная из наручного арбалета вице-капитана, в секунду пригвоздила Арамиса за накидку к стене. Меткий снаряд прошел в миллиметрах от плеча почтальона. Далия тихо чертыхнулся: нужно было хватать Лоэна за левую руку… — Ты больной ублюдок, да к тому же… — сразу же оборвалась едва начавшаяся пылкая речь Арамиса. — Чшшш. — Приложил указательный палец к губам Лоэн.       Маленького жеста и прямого смертоносного взгляда вице-капитана было достаточно, чтоб заткнуть оппонента. Вмиг спесь Арамиса была сброшена, а на ее место пришел животный страх за свою жизнь. Как вовремя… Но лучше уж поздно, чем никогда.       Лоэн медленно согнул палец, не убирая его от лица. Улыбка стала еще шире, а глаза сузились в хитрый прищур. Через секунду вторая стрела с идеальной точностью симметрично повторила судьбу первой.       Страшная догадка о том, что следующей целью будет далеко не одежда почтальона, обрушилась на Далию. Он быстро оказался вплотную к заместителю капитана и начал что-то шептать ему на ухо. Сначала Лоэн продолжал сверлить взглядом свою цель, но вдруг удивленно обернулся на священника и сделал два шага назад. Диакону показалось этого недостаточно, поэтому он молча помотал головой глядя на Лоэна, и тот поднял обе руки в знак капитуляции.       Убедившись, что «бомба» обезврежена, Далия подошел к Арамису, и его радости не было предела: — Спасибо, спасибо вам, священник! Я всегда знал, что церковь Фавония на стороне справедливости и не даст в обиду невиновных! — Ты, кажется, неправильно меня понял. — Усмехнулся диакон. — Да простит меня Анемо Архонт!       Затем он быстро вложил что-то в кулак и как следует вмазал наглецу прямо в лицо. Чтобы удар был сильнее, нужно взять камушек, либо любой другой небольшой, но увесистый предмет. Этому приему его, естественно, научил Лоэн еще много лет назад. После диакон отряхнул руки и встал плечом к плечу с вице-капитаном, который с дичайшим восторгом наблюдал сию незабываемую картину. — Я увольняюсь!!! Я больше не собираюсь стоять в одних рядах с умалишенными и больными! А тем более с… — Держась за сломанный нос, с надрывом орал Арамис. — Парни, продолжайте тренировку. — Дал указ Лоэн, мотая подбородком в сторону верещащего идиота. — Можете ни в чем себе не отказывать, только оставьте его в живых. Пусть его последний рабочий день запомнится надолго. Арамис, а тема твоей тренировки — как выбраться из плена в гуще вражеских сил. Пока-пока!       Нетрудно догадаться, что с таким характером почтальон нажил себе врага не только в лице заместителя капитана. Многие из солдат давно точили зуб на этого мерзавца, но были бессильны что-либо сделать, поэтому с удовольствием приняли приказ. Тем более, все в рамках тренировки: учебный бой — это все еще бой.       Лоэн захватил сумку с долгожданной почтой и повел Далию в лазарет под истошные крики, которые отнюдь не вызывали жалости. [Reframe — Aukai]       После того как рыцарь убедился, что со священником все в порядке, они ненадолго разошлись. Еще по дороге в орден, пока диакон наслаждался местными видами с высоты спины Лоэна, он поведал истинную причину своего визита: нужно было уладить пару дел в порту как представителю церкви. Когда Далия освободится, Лоэн пообещал угостить его в популярном заведении северной кухни. А пока у вице-капитана появилось немного свободного времени до вечера.       Не теряя ни минуты, Лоэн ринулся в свою рабочую квартиру. Только у входа он заметил, что весь путь непроизвольно прижимал к груди сумку с почтой. Проклятый дверной замок никак не хотел поддаваться. После нескольких попыток нервного ковыряния ключом, вице-капитан начал с силой толкаться в толстые доски плечами, но даже это не помогло. Выбив дверь с ноги с характерным грохотом, Лоэн все же оказался внутри. В этот момент он забыл и про свой внешний вид, и о недавно проделанной уборке в доме, поэтому даже не снял ботинки и не сбросил грязную верхнюю одежду. Рыцарь пронесся к рабочему столу и наконец-то выпустил из рук драгоценную ношу. Нетерпение распирало с такой силой, что непослушные пальцы порвали молнию на почтовой сумке, желая скорее добраться до содержимого.       Вмиг целая гора бумаги показалась на свет, и Лоэн не мог поверить своим глазам. Далия, вроде, говорил, что писем должно быть около тридцати, но одно дело представлять, а совершенно другое — видеть бесконечные белые конверты, полностью похоронившие под собой огромный стол. Новая волна тревоги накрыла рыцаря с головой, пока он судорожно сортировал почту по датам, начиная с самых ранних посланий. Когда строчки «От Далии Лоэну» были прочитаны уже в двадцатый раз, а впереди оставалось примерно столько же, подступила настоящая паника. Каждая идеально выведенная буква имени, каждая цифра на дате отправления больно кололи в сердце, сдавливали горло и кричали прямиком в барабанные перепонки: «смотри, как сильно ты облажался».       Лоэн закончил с сортировкой и тупо пялился на запечатанные письма несколько минут. Множество несвойственных ему чувств одновременно разбушевались внутри и сводили с ума. Стало очень страшно сталкиваться с содержимым всех этих конвертов. Если поначалу его разбирали нетерпение и интерес, то сейчас он действительно боялся. Помимо этого, сокрушающий, огромный и тяжелый, словно Драконий хребет, стыд сковал по рукам и ногам. Финальным аккордом стало осознание абсолютной беспомощности и собственной глупости.       Рука неуверенно потянулась за самым первым посланием, но рыцарь быстро осекся. Впереди будет целая ночь, чтобы как следует разобраться со всем этим. Торопиться уже нет смысла: пару часов против шести лет, к сожалению, ничего не решат. Нужно успокоиться и привести себя в порядок перед ужином. С самого детства Лоэн выработал привычку скрывать все эмоции и переживания глубоко внутри, но даже так он не понимал, как будет смотреть в глаза диакону в ресторане.       Вице-капитан аккуратно сложил почту и запер ее на ключ в одном из ящиков с особо важными документами ордена. Вся одежда, что была на рыцаре, полетела в мусорное ведро. Исключение составил лишь чокер, который Лоэн маниакально тер под струей ледяной воды, хотя на украшении изначально не было ни единого пятна. Покрасневшие от холода ладони уже не чувствовались. Через полчаса Лоэн все же остановился по одной простой причине — страх испортить бесценный подарок. Несколько попыток ушло на то, чтобы вернуть чокер задеревеневшими пальцами обратно на шею. Снял. Надел снова, затянув потуже. _____________________ [Nothing breaks like a heart — Damiano David]       Диакон ожидал своего спутника к назначенному времени у небольшой площади на одном из верхних ярусов города. Отсюда открывался незабываемый вид на широкую гавань, обрамленную причудливыми отвесными скалами. Массивные мельницы на пристани синхронно вращались и будто слегка гипнотизировали своими медленными и равномерными движениями. Солнце вот-вот сядет за горизонт, поэтому на берегу постепенно зажигались небольшие желтые огоньки. Казалось, будто каждый прибой приносил с собой не только морскую пену, но и пару десятков маленьких светлячков. Пахло цветами и вкусной едой из соседнего ресторанчика под открытым небом. Именно туда Лоэн и пригласил Далию. Осталось только понять, где снова носит этого засранца.       Вице-капитан обычно никогда не опаздывал, по крайней мере, на важные, в его понимании, мероприятия. Далия отчасти встревоженно, отчасти недовольно стал смотреть по сторонам, и взгляд сразу же выцепил ЕГО еще издали. Для опознания было достаточно пары секунд и мимолетного очертания походки. Пользуясь тем, что Лоэн еще не должен видеть его лица, диакон не сдержался и закусил нижнюю губу, не отрывая взгляд от приближающейся фигуры.       В этот раз широкий плащ не скрывал всех достоинств его хозяина, Лоэн наконец-то был не в рыцарской форме. Вместо нее — белая рубашка с объемными рукавами, расстегнутая, о боже…. на несколько пуговиц, нагло демонстрирующая острые ключицы. Предплечья полностью обтягивали черные тканевые наручи, а перчатки того же цвета под ними скрывали кисти. Один вид этих рук уже поставил бы на колени кого угодно, неважно мужчину или женщину. Черный жилет был плотно затянут на талии, выделяя на контрасте широкие плечи и подтянутые бедра. На ногах все те же длинные ботфорты на небольшом массивном каблуке и все тот же блядский кожаный гартер.       Кто бы мог подумать, банальное сочетание черного и белого, даже рубашка в классическом стиле… Но любуясь всем этим безобразием, Далии казалось, что он совершает что-то незаконное. Интересно, если любого другого человека одеть точно так же, эффект сохранится? Пожалуй, диакону лучше не искать ответ на этот вопрос, хотя он и так очевиден, учитывая, что даже в образе вонючего бездомного Лоэн заставлял его пульс учащаться минимум вдвое. К сожалению, Далия пока не готов поднимать белый флаг, поэтому первое, что слышит в свой адрес вице-капитан, мало похоже на комплимент: — Опоздал, потому что в этот раз раздевал кого-то поприличнее нищего попрошайки? Похвально, растешь. Только я сейчас умру с голоду, пойдем быстрее.       Далия сделал несколько шагов в направлении ресторана, но вдруг остановился, когда понял, что ответной колкости не последовало. Странно, последнее время их общение было вдоль и поперек пронизано сарказмом с обеих сторон, словно оба находили в этом мнимые успокоение и безопасность. Священник обернулся, и в этот же момент Лоэн как будто специально отвел взгляд. — Что-то не так? — Недоверчиво спросил Далия. — Все в порядке. Хочу скорее угостить тебя Лохикейто. Это суп такой, думаю, тебе понравится.       С этого момента рыцарь будто опомнился и весь вечер без остановки нес какой-то сумбур: байки из похода, какие-то истории с тренировок или просто глупые шутки. Сильнее всего Далию смущали два момента. Первый — Лоэн ни разу за ужин не посмотрел на него. Второй — он не снял перчатки, даже когда ел. Естественно, диакон догадывался, в чем причина странностей в поведении вице-капитана, но спросить напрямую было бы слишком. Делая вид, что не замечает нервозность спутника, священник зашел издалека: — Что делал после лазарета?       Стакан Лоэна со звоном выпал из руки, но, к счастью, не разбился. — Вернулся в штаб по работе.       Ложь. Откровенная, глупая, неприкрытая ложь.       Разоблачать несостоявшегося врунишку бессмысленно, да и к тому же, слишком жестоко. Хорошо, в этот раз Далия снова сжалится и подыграет ему, тем более ужин подошел к концу. Чтоб избежать еще одного нелепого прощания, диакон первым окончил трапезу. — Завтра в 9 утра уплываю обратно в Мондштадт. Можешь проводить меня, если хочешь. Я остановился на ночь в отеле, дойду сам. Спокойной ночи. — Проходя мимо Лоэна, легонько похлопал того по плечу и удалился.       Спустя неизвестно сколько времени вице-капитан оказался дома за рабочим столом. Его взгляд был прикован к огромной стопке писем, а рука крепко держалась за плечо, в жалкой попытке сохранить тепло чужого прикосновения.