моя любовь, ненависть и вражда с русалкой

То ли из-за того, что она только что оправилась от тяжелой болезни и мозг еще не совсем пришел в норму, то ли Яфилиан сама по себе была такой, но в последние дни Бу Янь постоянно казалось, что Яфилиан — это не совсем та Яфилиан. Она была очень странной. Каждый раз, когда она заходила в дом и выходила снова, она словно превращалась в другого человека. То маленькая девочка, то понимающая старшая сестра, то заклятая соперница, то и вовсе ведет себя прямо как мать... Бу Янь наклонилась, чтобы поднять ракушку на пляже, выпрямилась и обнаружила, что в десяти метрах перед ней стоит человек. Очень похожа на Яфилиан в образе «матери», но всё же не она. Длинные лазурные волосы были надежно собраны на затылке заколкой, и лишь несколько тонких прядей спадали вниз. У ушей, на затылке, на лбу — они были разбросаны в беспорядке, разной длины, но в самый раз. Это создавало ощущение мягкости и манер барышни из приличной семьи. Возможно, у моря сегодня было хорошее настроение, и оно щедро одарило её, так что ракушка, которую нашла Бу Янь, была и целой, и красивой. Подушечка пальца погладила гладкую спинку ракушки, кончик пальца случайно задел верхушку, и острая боль мгновенно пронзила всю ладонь. Хватка ослабла, и ракушка с плеском упала в море. Нахлынула волна, и в мгновение ока след ракушки исчез. Холодная морская вода ударила по голеням, Бу Янь внезапно очнулась и поняла, что уставилась на силуэт напротив и смотрела так неизвестно сколько минут. Это было слишком невежливо. Не говоря уже о том, была ли это Яфилиан, даже если и она, нельзя вот так беспричинно долго пялиться на человека. Бу Янь отвела взгляд, наклонилась и, пытаясь скрыть смущение, продолжила собирать ракушки на пляже, но на этот раз ей не попалось ни одной такой же большой и красивой, как предыдущая. Волны продолжали набегать, нежная человеческая кожа не выдерживала такого обращения, и вскоре кожа там покраснела и припухла. К тому же начало немного чесаться. Бу Янь не удержалась и почесалась, а через несколько секунд развернулась и ушла. Сегодня не лучший день для игр здесь, лучше вернуться и попросить Яфилиан рассказать историю. Перед уходом она снова взглянула в ту сторону и обнаружила, что там уже никого нет. Может, она уже ушла домой? Подумав об этом, Бу Янь прибавила шагу; сначала она шла быстро, а потом и вовсе подхватила юбку и побежала размашистыми шагами. Солнце клонилось к закату, свет уже не был таким теплым. Бу Янь бежала по лужайке, через сад, и поднятый ею ветер колыхал лепестки цветов и траву. Колыбель тихо и мерно качалась в углу. Бу Янь толкнула дверь и почувствовала запах рыбного супа. Яфилиан тушила рыбу. Разуваясь, она краем глаза случайно заметила на полке в прихожей ракушку, аккуратно положенную туда. Именно ту, которую она потеряла на пляже. — Иан, — Лиан, Иан... отличается только одна буква. Имя «Лиан», если произносить быстро, легко превращается в «Иан». Бу Янь раньше думала исправить это, но постоянно оговаривалась, а позже, видя, что Яфилиан не особо на это реагирует, решила оставить как есть и продолжала звать её Иан. Она знала: той тоже нравится это имя. — Мы на ужин едим рыбу? — Бу Янь нерешительно перевела взгляд на кухню. — Да, Сяо Бу. — Яфилиан надела чистое нежно-голубое длинное платье, рукава были слегка подвернуты до запястий. В тот момент, когда Бу Янь открыла дверь и вошла, она как раз выходила из кухни, неся кастрюлю с рыбным супом. При её движениях подол платья словно танцевал. — А, я не хочу... — Бу Янь на мгновение застыла, фраза оборвалась на полуслове. — Кости я вытащила еще во время готовки, — Яфилиан точно предугадала слова Бу Янь, опередив её прежде, чем та пришла в себя. Услышав это, Бу Янь опешила, а затем смущенно ответила: «Хорошо». Это была версия «заботливой старшей сестры». Нежная и внимательная, она позаботится о ней во всем. Какие бы капризные требования та ни выдвигала, она её не упрекнет. Она была слишком красива. Любая версия Яфилиан была прекрасна, каждая заставляла её не сводить глаз. Похоже, ракушку принесла не она. — Только рыба? — Бу Янь, не в силах оторваться, прошла во внутреннюю комнату и, переодеваясь, спросила. Морская вода на теле была липкой, одежда испачкалась в песке, она хотела поскорее переодеться, чтобы произвести хорошее впечатление на версию «сестры». — Еще кальмары. — Яфилиан поставила суп на обеденный стол и вернулась в кухню, чтобы сервировать блюдо с кальмарами. — А еще есть? Бу Янь разделась догола, не оставив даже нижнего белья. Она открыла шкаф и, выбирая одежду, продолжала спрашивать. Шорты — нет. Короткая юбка — тоже нет. Брюки тем более нет. Черное не хочу, розовое не хочу, серое не хочу... Она перевернула весь шкаф вверх дном. Наконец, в самом низу она нашла платье, которое было ей по душе. Нежно-голубое, того же цвета, что и на Яфилиан, только фасон немного отличался. У Яфилиан подол был полностью расклешенным, как цветок, а её платье было более облегающим, и подол расширялся только у самого низа. Так называемое платье-русалка. — Зелень, — она стояла боком, лицом к зеркалу, внимательно осматривая себя, а голос Яфилиан доносился из-за двери, — и еще вешенки. — Я хочу холодной колы. — С волосами было что-то не так, Бу Янь взяла расческу, чтобы поправить прическу. — Сяо Бу, у тебя скоро критические дни, нельзя пить холодное. Сделав прическу попышнее у корней, Бу Янь заколола волосы у лица зажимами, чтобы они завивались — так лицо казалось меньше. Только тогда она удовлетворенно вышла: — Тогда можно комнатной температуры? Она подошла к столу и жалобно спросила Яфилиан, находившуюся на кухне. — Можно. Услышав этот ответ, Бу Янь не мешкая побежала в кладовую и взяла две бутылки колы. Заодно прихватила два высоких бокала. Налив колу в бокалы, она также зажгла свечи, которые выудила из тумбы под телевизором. Выключив свет, Бу Янь осталась крайне довольна своим творением. Разве это не настоящий ужин при свечах? Версия Яфилиан в образе «заботливой сестры» появлялась нечасто, но каждый раз умудрялась затронуть струны в её душе, оставляя множество глубоких воспоминаний, которые невозможно забыть. Бу Янь встала перед выключателем, приняв позу, и замерла в ожидании, когда маленькая рыбка попадется на крючок. Но она ждала очень долго, а никто так и не пришел. Свет на кухне не гас. Было неясно, чем там занимается Яфилиан; её деловитый силуэт то появлялся, то исчезал, и она ни на миг не останавливалась. Как раз когда у Бу Янь затекла спина и заныли ноги от долгого стояния в позе, и она уже была готова сдаться, раздался громкий бах — на кухне произошел взрыв. Пламя взметнулось до небес. Языки огня заплясали в воздухе. Она застыла на месте в оцепенении. Почему эта сцена кажется такой знакомой? Огонь бушевал недолго, его быстро потушил внезапно начавшийся дождь. Остался лишь серо-коричневый густой дым. Дым тоже быстро унесло морским бризом. Бу Янь стояла неподвижно на месте. После такого мощного взрыва Яфилиан ведь не могла выжить? Тогда она... может быть, она сможет уйти отсюда? Бу Янь сделала движение ногой в сторону двери, но в следующую секунду из густого дыма вышла изящная фигура. На ней было ципао, волосы собраны в пучок и заколоты шпилькой на затылке. На шпильке было несколько цепочек разной длины, а на концах цепочек висели бусины. При каждом шаге бусины слегка покачивались и ударялись друг о друга. Звук был негромким, но ложился на сердце тяжелым грузом; сердце услышало его раньше ушей. — Госпожа Бу, вы снова хотите бросить меня? Дождь еще не утих и продолжал идти, дул ветер. Среди шума капель и ветра Яфилиан заговорила. Госпожа? Разве это не обращение, которое встречается только в старинных повестях? Бу Янь в смятении подняла голову.