ܻ⨍ᨵׅꭈꫀ᥎ꫀꭈ ׅ꯱tɑꭈׅ꯱!!

— Расцвела! Она расцвела! Ура! — воздался возглас. Рюджин, словно маленький ребенок, вприпрыжку помчалась к цветущим деревьям, отчаянно пытаясь поймать хотя бы один лепесток сирени. Остальные пытались угнаться за ней. Гаон в голос рассмеялся, наблюдая эту картину. Парень остановился и сосредоточился на том, как прохладный ветерок обдувал лицо, как в кустах что-то стрекочет, как мимо пролетают яркие бабочки. Захотелось снять кофты и спрятать куртки подальше. Снег стремительно таял. Земля уже подсохла. А весна расцветала прямо на глазах. Распустились бутоны сирени и других цветов. А внутри тоже что-то распускалось. Только вот эти букеты были ещё красивее. Ещё теплее и ярче. Там снова зажглось солнце. Своё личное. И его можно было всегда носить собой и согревать своим светом других. А все потому что закончилась холодная и строгая зима, и рядом находились самые близкие люди. Друзья бесцельно шагали по парку. Наконец-то совпали рабочие графики. Хэ И любила пройтись медленно, а потому постоянно отставала от остальной компании. Джисон иногда останавливался, чтобы дождаться девушку, но старая привычка идти так, будто он бежал стометровку, все равно брала верх. Ли даже не пыталась за ним угнаться, будто была в нездешнем мире. Очарованный взгляд блуждал по цветущим деревьям. Они снова были похожи на детей, сбежавших от всего мира на пару часов, чтобы выдохнуть. И воздух, который они набирали в легкие теперь, был самым сладким и чистым. Можно было позволить себе попросту отдаться моменту, не переживая и не думая ни о чем. Шин достала телефон. Всю их прогулку она снимала на камеру, чтобы потом было что вспомнить. — Ребят, улыбнитесь, — попросила она протяжно у Гаона с Сынмином. Те растянули уголки губ и помахали в камеру. Даже прикалываться над Шин не стали. — А вот там у нас Хэ И с Джисоном. Такие милые, — тихонько произнесла Рюджин, чтобы никто не услышал, и навела камеру на этих двоих. Они даже не заметили. Парень и девушка самозабвенно говорили о чем-то своём, непонятном для других, будто отделились от всего мира. А на лицах сияли улыбки. Два взгляда пристально направлены друг на друга. И в них читалась та буря эмоций, которую невозможно было объяснить словами. Ветер взметнул волосы, чтобы рассыпать по плечам. Хэ И в эту секунду выглядела так притягательно, что Рюджин лишь приблизила камеру, а Джисон застыл. Его глаза были такими теплыми, полными заботы и нежности к ней одной, что дыхание перехватывало. Парень осторожно протянул руку к её румяному лицу и убрал забившуюся в прядку волос листик, который зацепился за заколку в виде звезды. Она до сих пор их носила. Джисон ухмыльнулся этому. Он долго рассматривал листок, а потом отпустил, чтобы его унес порыв ветра далеко-далеко. Ли в ту секунду не знала куда себя деть, поэтому снова опустила голову. Щеки приняли красноватый оттенок. — Я как будто романтическую дораму снимаю. Только вот актёры не по сценарию двигаются, — буркнула Шин и вновь расплылась в улыбке, наблюдая за друзьями. Рюджин оставалась в своём укрытии незамеченной. Парень и девушка даже не подозревали о том, какими наивными были, раз думали, что их теплых взглядов, направленных друг на друга, никто не замечает. Кто-то чихнул. Девушка повернулась и столкнулась взглядом с Гаоном, чьё лицо покраснело, а особенно нос. Парень опять чихнул и полез в карман за пачкой салфеток. Оказалось, аллергия на цветение. Квак больше всех радовался приходу весны, а по итогу не может в полной мере вдохнуть её запах. Шин только пожала плечами, жалея друга. Брюнетка снимала бабочек, пролетавших над головой. Её волосы развевались на ветру, который не рушил прическу, а, наоборот, вплетал цветочки сирени, дополняя мечтательный образ. Девушка сделала шаг назад. Ещё один. И, не заметив яму с репейником сзади, рухнула прямо туда, не сумев удержаться. Раздался громкий крик. Ребята, сильно испугавшись, сбежались и увидели, как Шин, скрючившись лежит, пытаясь выбраться из кустарников, разросшихся колючками. — Рюджин, ты как? — обеспокоенно вырвалось у Хэ И. Девушка, не мешкаясь, протянула ей руку. — Да нормально, я не сильно ушиблась. Помогите встать, у меня не получается, — протяжно попросила она, и в следующую секунду трое парней уже вытащили её. Она встала, выпрямилась. Отряхнула одежду. Из коленки сочилась тоненькой струйкой кровь. Разбила все-таки. Рюджин коснулась ранки и зашипела от острой боли. Она села на лавочку и стала искать в сумке пластырь. В волосах застряли шарики репейника, которые неприятно кололи лицо. — Рю, сильно больно? Надо обработать, — задумчиво произнёс Квак, осматривая коленку. Повреждения оказались несерьезными. Пара синяков — пустяки. У Гаона получалось сдержать смех — переживания за подругу победили. А вот Сынмин разразился таким хохотом что, казалось, земля сотрясалась от вибраций. — Чё ты ржешь, Ким Сынмин?! — ругнулась строго Рюджин и завопила от боли — Гаон старательно обрабатывал царапины антисептиком. И чего это он резко стал таким заботливым? — Ты бы ещё в канаву упала. — Кима уже невозможно было остановить. Он, не в силах стоять на ногах, упал прямо на асфальт, чуть ли не катаясь по полу. — У тебя все волосы в этих колючках. — Молчи, а то хуже будет, — пригрозила Рюджин, но её другу это мало помогло. — А что, вы друг другу подходите. Ты такая же вредная колючка. Как прицепишься, так и не отстанешь. — Ладно-ладно, — произнёс Ким, а голос все равно соскакивал на смех. Сынмин отдышался и громко выдохнул. Нескоро, но он все-таки успокоился. — Давай помогу убрать. Джисон пропал куда-то на три минуты. Потом вернулся уверенной походкой с охапкой травы в руках. — Надо подорожник приложить, вот, — Джисон протянул девушке, чуть ли не в лицо, какое-то зелёное месиво. Рюджин скорчилась от брезгливости. Изогнутые брови нахмурились. — Ты уверен, что это подорожник? — хихикнула Хэ И, сложив руки на груди. — Надо плюнуть, и тогда полегчает, — уверял Хан. — Ты хочешь, чтобы у неё заражение крови было? — Сынмин скептически взглянул на полуподорожник-полунепонятную траву. — Да, у неё ж слюна ядовитая. Задумайся, — коснувшись виска, добавил Квак, за что боевая Рюджин стукнула его сильнее по плечу. — Вот и поснимала влог, — заключила Рюджин, глядя на чуть поцарапанный телефон. — Хорошо, что защитное стекло успела наклеить. — Зато какой контент! Ты засняла, как ты летишь, — рассмеялся Гаон, расставив руки, будто птичьи крылья, и Рюджин теперь вместе с ним. — Это да. Мама, снимай на видео, минута славы. — Мы гуляем, — дополнила Хэ И и засмеялась в голос. Теперь уже никто не переживал по поводу разбитой коленки. — Но это я прикладывать не буду. Лучше пластыри купим, — заявила брюнетка, исправляя прическу, которая сейчас не очень ей шла. Они встали и пошли в ближайшую аптеку. А Джисон смотрел в бескрайнее чистое небо и отчего-то улыбался, словно сумашедший.