Глава 11
24 апреля 2026 г., 10:53
Хантер
Не знаю, какая часть моего мозга отключилась, когда я согласился на это, но я просто не могу заставить себя выйти из машины. Тихая улица, викторианский дом, спрятанный за густыми зарослями деревьев, и Раш со своими соседями, которые только и ждут моего появления.
Уверен, это нарушает все мыслимые правила служебной этики и субординации.
С другой стороны, наша переписка их тоже нарушает. Вчера мы снова обменивались письмами, и хотя рассудком я понимаю, что пора это прекратить, каждый раз, когда я откладываю телефон и даю себе зарок не отвечать, я не могу перестать об этом думать. Должно быть, я куда более одинок, чем считал, и переписка с Рашем помогает заполнить эту пустоту.
Может, это одна из тех ситуаций, когда люди сближаются на почве общей травмы? Не уверен, что созерцание полуголого любовника своего жениха на пороге можно считать полноценной травмой, но приятного было мало.
Существует ли понятие «общие неприятности»?
Как бы там ни было, когда я думаю о Раше, в этом есть что-то большее, чем просто отношения руководителя и подчиненного.
В окне между деревьями мелькает лицо, и я понимаю: меня заметили. Теперь я даже не могу уехать, прикинувшись, будто заблудился и не нашел дом.
Я выхожу из машины и иду по длинной дорожке к дому, чувствуя, как на плечи ложится груз тревоги. Что подумают друзья Раша? Что он им обо мне наговорил? Выгляжу ли я мудаком в этой ситуации? Или им кажется странным, что начальник Раша заглянул «на огонек», чтобы спланировать месть их общему бывшему?
К черту всё, я уже здесь.
Придется притворяться уверенным в себе, чтобы выдержать это, а если они все меня возненавидят — я знаю, где выход. Я не сделал ничего плохого, но на личном опыте знаю: это ровным счетом ничего не значит, когда кто-то одержим поиском виноватого.
Я винил Раша. Нет причин полагать, что его друзья не станут винить меня.
И всё же мне неуютно от этой мысли. Какая-то часть меня очень хочет понравиться этим людям. У меня в Сиэтле нет абсолютно никого, и мне не хочется отталкивать первых же встречных.
Я поднимаюсь по ступеням, глубоко засунув руки в карманы. У глянцевой белой двери висит табличка «Пышка Берта», и как раз в тот момент, когда я набираюсь смелости постучать, дверь распахивается.
Всё, что я успеваю заметить — это невысокий парень с синими волосами, прежде чем он буквально бросается мне в объятия.
— Мне так, так жаль! Иэн — ужасный человек, пусть горит в аду за то, что он с вами обоими сделал! Если я его увижу, я вырву ему яйца через горло, а потом заставлю его ими же и подавиться! — Парень сжимает меня еще сильнее. Я нехотя вытаскиваю руки из карманов и осторожно кладу их ему на спину. Понятия не имею, что происходит, но это не вызывает отторжения.
Затем он принюхивается прямо у моего воротника. И еще раз. — В жизни ты пахнешь так же круто, как я и думал.
А-а. Я немного отстраняюсь. — Зандер?
Его лицо так и сияет. — Раш рассказывал обо мне?
И, возможно, это подло и не лучший способ заводить друзей, но я не могу удержаться от подколки: — Он сказал, что тебе понравилось мое пальто.
Зандер нехотя выпускает меня. — Так вот куда оно делось.
— Я рад, что ты оценил мой, э-э, вкус. — Осознав, как двусмысленно это прозвучало, я поспешно добавляю: — В одежде!
Зандер смеется и хватает меня за руку, увлекая внутрь. Я ошарашен таким количеством тактильного контакта. Это не плохо. Просто… непривычно. — Значит, ты босс Раша?
— Технически, да.
— Технически?
— Я только устроился в компанию, и учитывая, как мы с Рашем познакомились… я не… я не чувствую этой дистанции.
Зандер стреляет глазками. — Я бы позволил тебе покомандовать мной в любой день недели.
От такой наглости я буквально лишаюсь дара речи.
— Отпусти его, Зет, — говорит крупный мужчина с темно-рыжими волосами, выходя в холл.
Зандер дуется и выпускает мою ладонь. Они обмениваются какими-то взглядами, после чего Зандер скрещивает руки на груди и уходит в комнату, из которой вышел рыжий.
— Прости его.
— Всё в порядке.
Рыжий тоже исчезает, и тут же сверху доносится громоподобный топот, а за ним — звук, подозрительно похожий на падение с лестницы.
Сделав пару шагов назад, чтобы проверить, я убеждаюсь: так и есть. Кто-то скатился по ступеням.
— Боже, Раш!
Он хлопает глазами, растянувшись на последних ступеньках. Его футболка надета наизнанку и задом наперед, а в одну штанину спортивок засунуты сразу обе ноги.
— А… привет…
Я присаживаюсь, чтобы помочь ему сесть. — Ты цел? Головой не ударился?
Я пытаюсь прощупать его затылок, но Раш перехватывает мои запястья и убирает их.
— Я в норме. Наверняка будут синяки в паре мест, но это обычное дело. Я тут даже не самый неуклюжий. — Он смеется, отпускает мои руки и тянется к штанам.
Всё, что мне остается — это наблюдать, как он вытаскивает одну ногу, на мгновение являя миру километры волосатого бедра и уютную выпуклость под нижним бельем, прежде чем он заталкивает ногу в нужную штанину и вид исчезает.
Я откашливаюсь и перевожу взгляд на стену. — Есть причина, по которой ты полуодет?
— Я потерял счет времени, а потом услышал тебя. Мне говорили, что прилично будет представить тебя остальным, но раз уж ты зашел, полагаю, ты уже с кем-то знаком. Если только ты не вошел сам — это было бы грубо, но мне, в общем-то, плевать.
— Я встретил Зандера.
— О нет. Он пытался затащить тебя в постель?
У меня отвисает челюсть, пока я пытаюсь подобрать слова. — Он сказал, что я вкусно пахну, но на этом странности закончились.
— О, отлично, он учится манерам. Пошли.
— Куда?
— В гостиной мы проводим все важные совещания.
— И это у нас — важное совещание?
— Само собой. — Он ослепительно улыбается.
И именно поэтому мне так трудно игнорировать его и вести себя так, будто он просто рядовой сотрудник. У меня не было шансов устоять перед ним. Не тогда, когда он такой… чистый. Счастливый. И чертовски наивный. Мне становится предельно ясно, как Иэну было легко водить его за нос и почему Раш не замечал подвоха. С учетом того, что я был в другом городе, а Раш вечно витает в облаках — мы были идеальными жертвами. Интересно, что Иэн искал в тех других мужчинах?
Я отгоняю эти мысли, пока настроение окончательно не упало. Для мести нужна злость, а не грусть. Но прежде чем мы входим в комнату, Раш замирает, слегка поворачивается и кладет кончики пальцев мне на грудь. Это прикосновение настолько неожиданно, что я не сразу осознаю: он что-то сказал.
— Что?
— Просто хотел убедиться — ты точно не против? Это довольно странно — видеть тебя здесь. И я не хочу, чтобы ты судил моих друзей слишком строго, когда всё закончится, потому что ситуация может стать… специфической. Пожалуйста, дай им шанс. У них у всех большие сердца. — Голос Раша звучит чуть хрипло, но очень искренне, его карие глаза мерцают в полумраке холла.
— Погоди. Ты думаешь, я буду их судить?
— Очевидно. Мы ведь не такие, как ты.
«Такие, как я». Черт возьми. Мне хочется стукнуться головой о стену, чтобы доказать ему, что я вовсе не контролирую ситуацию так, как он думает. — Я всё утро места себе не находил, думая, что они будут судить меня.
— Правда?
— Да. Очевидно, что я хочу им понравиться.
— Но зачем? Тебе, может, больше никогда не придется их видеть.
Хороший вопрос, не так ли? Почему мне не плевать, что подумает эта кучка незнакомцев? Обычно я чувствую себя уверенно в компании, но после переезда моя самооценка серьезно пострадала. Статус парня со стабильной работой и стабильными отношениями помогал поддерживать образ «идеального семьянина», а без этого у меня, кажется, начался кризис идентичности.
Черт побери, я стою в доме своего подчиненного, который трахался с моим бывшим.
Я провожу рукой по своим идеально уложенным волосам и подавляю желание поправить их снова.
— Может, покончим с этим?
Раш смеется и дергает меня за прядь, упавшую на лоб. — Осторожнее, а то станешь похожим на меня.
Он разворачивается и идет вперед, давая мне возможность еще раз на него взглянуть. От хаотичных светлых кудрей на макушке до загорелого, поджарого тела и… Боже. У Раша отличная задница. И эти спортивки выставляют её в лучшем свете.
Да уж. Похожим на него я точно не стану.
— Народ! — говорит он, и мы входим в гостиную. — Это Охотник (The Hunter). Хантер, это все.
Насчет «всех» он не шутил. На нас смотрят еще шестеро мужчин.
Слышится гул приветствий, пока я вопросительно выгибаю бровь, глядя на Раша.
— «Охотник»? У меня что, статус мифического существа?
— Я знаю, что ты шутишь, но вообще-то да. Ты недооцениваешь, как много я о тебе рассказываю.
Учитывая, что до последних дней Рашу вряд ли было что рассказать хорошего, это не добавляет мне уверенности. — Окей, но просто для ясности: я извинился перед ним за то, что вел себя как придурок.
— Ты обижал Раша? — рычит Рыжий.
— Спокойно, Севен, — говорит парень с каштановыми кудрями и большими глазами, кладя руку на колено Рыжего. — Я уверен, что у Охотника есть вполне разумное объяснение, почему он вел себя как придурок с кем-то вроде Раша.
— Послушайте, я был зол из-за того, что случилось и как я об этом узнал. Мой гнев был направлен не по адресу, но в ночь нашего знакомства я действительно вел себя паршиво.
Севен хмурится: — Разве не ты вызвал ему такси?
— И отдал свое пальто? — ехидно добавляет Зандер.
— Да, но при этом я был сволочью.
Они обмениваются взглядами, а Раш смеется: — Я же говорил тебе, что ты добрый.
— Я… это не было…
Светловолосый парень с британским акцентом подает голос: — Независимо от того, что ты чувствовал, ты позаботился о том, чтобы Раш был в порядке. Для меня это признак достойного человека.
Я не привык к похвалам, особенно от незнакомцев. Пусть видит это так, если хочет. Я тогда просто злился на Раша за то, что он заставил меня почувствовать к нему жалость, и больше всего на свете хотел, чтобы он исчез. Желательно навсегда.
Наверное, это не то, что стоит рассказывать друзьям человека.
— В любом случае, — говорю я, садясь на место рядом с тем, в которое плюхнулся Раш.
— Я иду дальше. Вроде как. И именно поэтому мы здесь.
Севен расплывается в пугающей улыбке: — Месть.
— Да. Именно.
Раш подтягивает одно колено к груди, а вторую ногу закидывает на подлокотник, оказываясь ближе ко мне. — Ладно, у кого есть идеи, как мы это провернем?
Рука Зандера взмывает вверх. — Разве это не очевидно? Чтобы отомстить ему за то, что он поимел вас обоих… вам нужно переспать друг с другом!
