Если ангелы есть

—Ты меня больше не увидишь. — Винсент, я только рад, но с чего это? Наконец-то решил избавить нас от своего присутствия? — Не я решил. — А кто же? — От принцессы своей знаешь, кретин. Это было последнее, что он услышал. Последнее сообщение, пролетевшее по эфиру, прежде чем связь оборвалась. Вокс фыркнул. Вот так всегда. В самый неподходящий момент. Он ведь даже не успел толком подготовиться к тому, что его ждало. Он планировал написать всего одно сообщение. Короткое, ёмкое, возможно, саркастичное. И на это он тратит последние минуты свободы? На светскую беседу с самым невыносимым существом в аду? Абсурд. Но времени на рефлексию не было. Тяжёлая рука легла ему на плечо, и ангел с каменным лицом кивнул в сторону белого коридора. — Пошёл. Вокс не стал спорить. Он расправил плечи и, сохраняя на лице привычную маску безразличия, двинулся вперёд. Коридор был ослепительно белым. Слишком белым. От этого света резало глаза, а каждый шаг гулким эхом отражался от стерильных стен. Здесь не было ни пыли, ни трещин, ни намёка на хаос, который он так любил в аду. Здесь царил идеальный, выверенный до миллиметра порядок, и это давило сильнее любых цепей. Огромные двери в конце коридора начали медленно раскрываться сами по себе. Вокс остановился на пороге, окидывая взглядом открывшуюся картину. Зал суда был огромен. Потолок терялся где-то в вышине, подпираемый колоннами из чистого света. В центре, на возвышении, сидели они. Сэра — воплощение строгой справедливости, её взгляд был холоден и непреклонен. Рядом с ней сидела Эмили — её лицо светилось надеждой и состраданием, таким неуместным в этом месте. Чуть ниже их располагались Авель и Святой Пётр. Авель смотрел на Вокса с печальным любопытством, словно на редкий экспонат в музее греха. Святой Пётр хмурился, перебирая пальцами ключи от рая, висевшие на его поясе. К ним подлетела Лют — лейтенант небесной стражи. Её крылья были сложены за спиной, а на лице играла хищная ухмылка. Она приземлилась на своё место и бросила на Вокса взгляд, полный предвкушения охоты. Ещё ниже стояли Чарли и Вэгги. Чарли выглядела растерянной и испуганной, она нервно теребила край своего платья. Вэгги стояла рядом с ней как скала, её улыбка была натянутой и неестественной. По всему периметру зала, по бокам, сидели ангелы — безмолвные свидетели в белых одеждах — и «победители», души праведников, удостоенные чести наблюдать за судом над грешником. — Итак, — голос Сэры прозвучал как удар колокола, заполняя собой всё пространство и заставляя шепотки в зале стихнуть. — Все мы собрались здесь сегодня, чтобы обсудить решение насчёт Винсента Уиттмана. Вокс закатил глаза к небу (буквально) и вздохнул. — Сэра, пожалуйста! — голос Эмили прозвенел в наступившей тишине, такой чистый и звонкий. Она нежно взяла руку Сэры и посмотрела на неё умоляющим взглядом. — Давай не будем его убивать! Я верю, он сможет искупиться! Сэра мягко высвободила свою руку из хватки Эмили. В её взгляде не было злобы, лишь бесконечная усталость тысячелетней работы. — Эмили, я учила тебя не перебивать старших, — спокойно произнесла она. Эмили вспыхнула румянцем и отвернулась. Теперь её взгляд был устремлён прямо на Вокса. В нём больше не было надежды. Только разочарование и... жалость? Это было хуже всего. — Спасибо, — Сэра снова обратила свой взор на подсудимого. — Итак... Казни не будет. В зале повисла гробовая тишина. Вокс моргнул. Он ожидал чего угодно: огненного дождя, удара молнии, немедленного изгнания в пустоту... Но не этого. Чарли резко вскинула голову. — Сэра! Но мы не можем отправить его в отель! — её голос сорвался на крик. Сэра едва заметно качнула головой. — Мы и не отправляем его в ваш отель, мисс Морнингстар. Он будет в раю. Зал взорвался гулом голосов. Ангелы перешёптывались, победители ахали от удивления. — Под бдительным вниманием лейтенанта Лют! — закончила Сэра свою мысль. Теле-демон округлил глаза так сильно, что казалось, они вот-вот выпадут из орбит. Его челюсть отвисла. Лют же, напротив, расцвела. Её ухмылка стала шире, обнажая идеально ровные зубы. — Суд окончен! — провозгласила Сэра и ударила невидимым молотком по воздуху. Не успел Вокс опомниться, как Лют уже стояла перед ним. Она схватила его за рукав рубашки своей железной хваткой и с силой потащила прочь из зала суда под аккомпанемент затихающих споров Чарли и Вэгги за спиной. *** Они шли по райским садам молча. Лют тащила его за собой так легко, словно он был пушинкой. Вокруг цвели деревья невиданной красоты, пели райские птицы (от их трелей у Вокса начинала болеть голова), а воздух был пропитан ароматом роз и чего-то ещё... невыносимо сладкого и приторного до тошноты. Наконец они остановились перед приземистым зданием из чёрного обсидиана или какого-то похожего материала. Оно выглядело здесь чужеродно, как клякса грязи на белоснежной скатерти. Лют толкнула массивную дверь и втолкнула Вокса внутрь. Он споткнулся о порог и едва удержал равновесие. Огляделся по сторонам. Это была... камера? Шкаф для одежды (пустой), односпальная кровать с тонким матрасом, дверь в туалет и ванную комнату сбоку. И всё это было выкрашено в угольно-чёрный цвет. Абсолютно всё: стены, пол, потолок. Жесть. Лют стояла в дверном проёме, скрестив руки на груди и наблюдая за его реакцией с явным удовольствием. — Добро пожаловать домой, телик! — пропела она сладким голосом. Дверь с грохотом захлопнулась прямо перед его носом. Щёлкнул замок. Вокс остался один в абсолютной темноте чёрной камеры посреди сияющего рая.*