Paris et Quasimodo.

      «Все наши мечты могут исполниться — только если у нас есть мужество следовать им»

      — Уолт Дисней (полное имя Уолтер Элиас Дисней), американский аниматор, кинорежиссер, продюсер, сценарист, актер озвучивания и один из основоположников индустрии анимационного кино в США и в мире.

***

Квазимодо посмотрел на прекрасный город Париж и ему стало грустно. Он хотел быть частью этого города, но, к сожалению, родился с такой отвратительной внешностью, что даже сам себя боялся. В своей печали он начал петь: В башне есть душа. О боже, это так похоже на меня. Рапунцель нужно подстричься. Но она не может уйти. Мы проводим время за музыкой. Я, как никто другой, знаю, кто это. Проходят годы, а мы просто сидим и ждем. Годы проходят, о-о-о. Это мучительное существование. Мы не помним своих жизней. Жалеем ли мы о том, что не умерли? Грехи, отойдите от меня, это зло. Но в конце концов принц находит Рапунцель. Принц отлично лазает по деревьям. И он отрезает ей волосы. Так что я знаю, что и мой день тоже настанет. Потому что каждая птица умеет летать. Даже если это всего лишь детская сказка. Я буду рыцарем на белом коне. Я буду выглядеть не совсем так, как на картинах. Я сделаю шаг назад, обещаю. Это моя мечта номер один. Я знаю, что этот день настанет. Я знаю, что Клод Фролло все поймет. Я знаю историю человека на кресте. Я рад, что это был он, а не я. Я благодарен Богу за это. Он умер на кресте за всех нас. Это значит, что он умер и за меня тоже. Да, я демон, но моя душа связана с ним тоже. Мне скучно и одиноко. О, Париж, я знаю тебя и хочу быть с тобой. Солнце и луна благословляют тебя. Они приходят к тебе каждый день. Я тоже парижанин, и моя жизнь одновременно и здесь, и не здесь. Да, я не умею целовать и растапливать сердца дам. Но я из Парижа. Поэтому я знаю, что этот день скоро настанет. И этот день будет ослепительным. Таким же ярким, как все дни, которые я видел в своих мечтах. Я сделаю предложение всему Парижу, Опустившись на одно колено. И наша любовь будет взаимной. Пришло время все спланировать. У меня осталось девятьсот пятьдесят восемь дней до завтрашнего дня. Я знаю, что этот день скоро настанет. Если не сегодня, то, может быть, завтра. Есть такие люди, как Клод Фролло. Ни все они злые, как он говорит. Да, они не такие, как я, но я все еще жду. Когда я буду жить счастливо, как они. Долго и счастливо, я бы хотел, чтобы это случилось поскорее. Я хочу признаться кому-нибудь в любви. Я не хочу быть зрителем в Париже. О, что я говорю? Фролло будет в ярости. Кто-нибудь, избавьтесь от зла. Избавьтесь от язычества. Избавьтесь от этого греха. Избавьтесь от нехристиан. Я уничтожу всех кукол и убегу. Я не монстр, мое сердце чисто. И пусть мое ожидание, мое ожидание. Это ожидание, только ожидание. Моя мечта станет реальностью. Потому что я знаю, что этот день скоро настанет. Хотя я, кажется, немного сумасшедший. И, кроме того, я урод. Но я надеюсь, Фролло не будет возражать. Этот день и мои мечты. Это будет не просто один день, я это гарантирую. Номер дня от моей мечты… Я точно знаю, что этот день настанет. Потому что все цыплята должны уметь летать. Да, я не верю в сказки, которые читала в детстве. Я не рыцарь на белом коне, и у меня нет коня. И я буду выглядеть не совсем так, как на картинах. Но это не имеет значения, я знаю, что этот день настанет. Двадцать третий день прошел. Девятьсот пятьдесят восьмой день прошел. Сегодня четыре тысячи семнадцатый день с тех пор, как началась моя мечта. Я знаю, что этот день наступит завтра. Завтра — день дураков. Я знаю, что это произойдет завтра. Я знаю, что сегодня мой последний день. Я знаю, что сегодня уже вчера. Я знаю, что будет завтра. Завтра — день дураков. — И это мой день. — сказал он себе. Он закончил петь и посмотрел на Париж, который был прекрасен, как всегда. Люди возвращались домой, жизнь вступала в свои права, и только Квазимодо мог видеть красоту солнца. — Квазимодо, где ты? — послышался голос хозяина. — Клод Фролло? — воскликнул он. — Да, сын мой, это я, — сказал он. — Где ты? — Я сейчас буду! — воскликнул он и подбежал к Клоду Фролло.

Конец.