Собственность Леры. Колледж.

1 сентября. Второй курс. Лето пролетело незаметно. Лера вернулась в общагу за несколько дней до начала занятий — нужно было подготовиться, продумать стратегию, освежить в памяти лица тех, кого она уже год терпеливо изучала. Первый курс она отыграла идеально. Никакой спешки, никаких необдуманных шагов. Только наблюдение, анализ и холодный расчёт. Теперь она точно знала, кто станет её следующими игрушками. Жертва номер один — Арсений. На первый взгляд он производил впечатление уверенного, даже самоуверенного парня. Ростом около 180 сантиметров, каштановые волосы, карие глаза. Фигура подкачанная — видно, что следит за собой, но без фанатизма. Арсений импульсивен, вспыльчив, и в этом его главная слабость. Он думает, что умён, но на самом деле его относительно просто обмануть — достаточно задеть самолюбие или, наоборот, грамотно польстить. К тому же у него приличное состояние: не миллионер, конечно, но для Леры вполне пойдёт. Карманные деньги, дорогие подарки, оплата «вечеров» — всё это скоро станет её маленьким бонусом. Жертва номер два — Алекс. Полная противоположность Арсения. Низенький — всего 165 сантиметров — с чёрными волосами и большими голубыми глазами, которые смотрят на мир с какой-то наивной добротой. Алекс — тот тип людей, который готов помочь в любой ситуации, даже в ущерб себе. Спокойный, мягкий, податливый. Он не умеет говорить «нет», боится конфликтов и искренне верит, что вокруг него хорошие люди. Лера видела таких сотни. Самые лёгкие жертвы. Ломаются быстро, плачут красиво, и долго не сопротивляются — только смотрят своими щенячьими глазами и надеются, что их пожалеют. Оба учатся с Лерой на одном курсе. Знают её, конечно, но не то чтобы прям сильно. Не друзья — просто знакомые по учёбе. Пару раз вместе делали этюды, перекидывались ничего не значащими фразами в коридоре. Лера для них — высокая красивая блондинка в строгой одежде, которая всегда спокойна и немного держится в стороне. Ничего подозрительного. Но вскоре это изменится. Утро 1 сентября Лера надела свой привычный чёрный блейзер, белую блузку, юбку-карандаш, чёрные чулки и кроссовки. Очки без диоптрий, заколка в волосах. Она выглядела как идеальная студентка театрального — строгая, собранная, красивая до мурашек. В аудитории было шумно: после летней разлуки однокурсники обнимались, обсуждали каникулы, кто-громко смеялся. Лера села на своё обычное место у окна, достала планшет и стилус, медленно обвела взглядом помещение. Арсений стоял у доски и что-то увлечённо рассказывал троим парням, жестикулируя и периодически поправляя ремень на джинсах. Он явно наслаждался вниманием. Алекс сидел на втором ряду, листал прошлогодний конспект что то бормоча под нос — как всегда, вежливый и улыбчивый. Лера чуть заметно улыбнулась уголками губ. Охота началась Первой жертвой должен был стать Арсений, но оказалось, что за лето он нашёл себе девушку. Это явно не входило в планы Леры. Всё она случайно подслушала из разговоров Арсения. Лере такой расклад не понравился, поэтому пришлось сменить первую жертву на Алекса. Как раз его будет быстрее обработать для своих дел. Всё хорошенько обдумав, она приступила к действию. Подсев к Алексу, она сказала: — Привет, не против, если я рядом посижу? — сказала она слащаво. Конечно же, Алекс не мог устоять перед такой красоткой и разрешил сесть. — Спасибо, — Лера улыбнулась и поправила юбку, садясь максимально близко, почти касаясь бедром его ноги. — Ты сегодня какая-то… другая, — заметил Алекс, косясь на неё. — Просто настроение хорошее, — она наклонила голову и посмотрела на него сквозь ресницы. — Соскучилась по учёбе. И по кое-кому из одногруппников. — По кому? — Угадай с трёх раз. Алекс смущённо улыбнулся, не зная куда деть глаза. — Не томи, — тихо сказал он. — По тебе, — выдохнула Лера почти ему в ухо. — Ты такой… ненавязчивый. Приятный. Редкость в наши дни. Она положила ладонь на стол рядом с его рукой, но не касаясь. Пауза. Алекс смотрел на её пальцы, длинные, с аккуратным маникюром. — Ты чего это? — спросил он, голос чуть дрогнул. — Просто говорю, что думаю. Разве нельзя? — Можно… — Тогда молчи и слушай, — Лера усмехнулась. — Мне нравится, как ты краснеешь. Алекс открыл рот, но не успел ничего ответить. Дверь аудитории громко хлопнула. — Всем доброе утро, — рявкнул преподаватель, заходя с пачкой бумаг. — Быстро сели по местам, начинаем. Сегодня работа над этюдами, никаких поблажек. Лера мгновенно изменила позу — села ровно, лицо стало спокойным, почти скучающим. Алекс рядом выдохнул с облегчением, но внутри у него всё ещё колотилось. Вся пара Лера сидела как ни в чём не бывало, делала заметки, отвечала на вопросы. Ни взгляда в сторону Алекса, ни касания. Игнор полный. Алекс же не мог сосредоточиться. Он украдкой смотрел на неё, на её длинные ноги в чёрных чулках, на то, как она поправляет очки, как облизывает губы, когда задумывается. Он ничего не понимал. Зачем она подсела? Зачем говорила всё это? И почему замолчала? К концу пары он уже сидел на иголках. — Всё, свободны, — объявил преподаватель. Лера встала, не глядя на Алекса, и направилась к выходу. Алекс собрал вещи и пошёл следом, не зная, зачем. В коридоре она резко развернулась, взяла его за запястье и потянула за собой. — Лера, ты чего? — удивился он. — Не спрашивай. Просто иди за мной. Лера затащила его в мужской туалет — в конце коридора был один, которым почти никто не пользовался. Защёлкнула замок. — Ты… — Алекс оглянулся, растерянный. — Зачем мы здесь? Лера шагнула к нему, оказалась так близко, что он упёрся спиной в стену. Она нависла сверху — разница в росте была огромной. — Расслабься, — тихо сказала она. — Лера, я… давай выйдем? — голос Алекса дрожал. — Это странно. Мы даже не… — Не закончили? — перебила она, усмехнувшись. — Согласна. Она провела рукой по его груди, пальцы замерли на вороте футболки. — Я… я не хочу, — выдохнул Алекс, отворачиваясь. — Извини. Ты красивая, но… не так. Не здесь. Лера не убрала руку. — Не хочешь? — переспросила она спокойно. — А на паре ты куда смотрел весь час? На доску? Он замер. — Я видел, — её голос стал ниже, почти шёпотом. — Ты пялился на мои ноги. На юбку. Как мышь на зерно. Думал, никто не заметит? Алекс покраснел до корней волос. — Я… это не… — Это было. И не отрицай, — Лера наклонилась к его уху. — А теперь представь, что будет, если я расскажу всем что ты на меня пялился и пускал слюни? Алекс сжал кулаки. — Это нечестно. — Жизнь нечестная, милый, — Лера отстранилась, но не отпустила. — Ты хочешь выйти отсюда с проблемами или без? Он молчал. Дышал тяжело, сбивчиво. — Что ты хочешь? — выдавил он наконец. — Очень простую вещь, — Лера медленно подняла юбку приспустила трусики— Ты просто постоишь на коленях пару минут. Сделаешь то, что делают все взрослые мальчики. И мы расходимся как ни в чём не бывало. Алекс смотрел, как она освобождает член — длинный, толстый, уже полу возбуждённый. У него перехватило дыхание. — Ты… у тебя… — Да, у меня. Проблемы? — Я не… я никогда… — он снова попытался отстраниться, но стена не пускала. — Первый раз за всё платят, — Лера взяла его за подбородок и заставила смотреть в глаза. — Твоя плата — сделать мне приятно своим ртом. Сделаешь хорошо — забуду про твой взгляд. А может, даже захочу продолжить. Не сделаешь — узнаешь, что такое настоящие проблемы. Алекс закрыл глаза. Стыд, страх и какое-то липкое возбуждение смешались в одно. — Я… ладно, — прошептал он едва слышно. — Только быстро. Лера улыбнулась. — Молодец. На колени. Алекс медленно опустился на холодный кафель. Руки тряслись. Он поднял взгляд на неё снизу вверх — огромная, властная, с этим расслабленным, почти скучающим лицом. — Открывай рот, — скомандовала Лера. — И не вздумай кусаться. А то потом пожалеешь. Алекс послушно открыл рот, и она вошла внутрь — медленно, глубоко, без лишней нежности. — Вот так. Умница. А говорил, что не хочешь. Он зажмурился, сглатывая подступающие слёзы и собственный страх. Лера не стала ждать, пока он привыкнет. Ей было плевать. Она взяла его за волосы — короткие, но достаточно длинные, чтобы ухватиться покрепче, — и сама задала темп. Не резко, но уверенно. Глубоко. Так, чтобы член упирался в нёбо, а потом в горло. Алекс захрипел. Его руки вцепились в её бёдра — не отодвинуть, а просто не упасть. Коленям было больно о холодный кафель, но Лере было всё равно. — Глаза открой, — приказала она. Он послушался. Из глаз уже текло — слюни мешали, дыхание сбилось, но он старался не отстраняться. Боялся. — Смотри на меня, пока я трахаю твою глотку, — Лера говорила спокойно, даже лениво, но бёдра двигались жёстко, безжалостно. — Ты же хотел. Всю пару смотрел на мои ноги. Думал, я не замечу? Думал, ты первый такой умный? Алекс мычал в ответ — ничего членораздельного. Слюна уже текла по подбородку, смешиваясь со слезами. Губы блестели, красные, распухшие. Лера замедлилась, почти вышла, давая ему глотнуть воздуха. Он жадно вдохнул, закашлялся, и в этот момент она толкнулась снова — резко, на всю длину. Алекс подавился. Слюни полетели брызгами, он попытался отодвинуть голову, но Лера держала крепко. — Нет-нет, милый, — прошептала она сверху, глядя, как он давится. — Ты сам согласился. Помнишь? «Только быстро». Так вот, быстро не получится. Я буду кончать столько, сколько захочу. А ты будешь глотать. Всё. До капли. Она снова задвигалась — ритмично, глубоко, с лёгким поворотом бёдер, чтобы член давил на разные точки. Алекс уже не мычал — он просто открыл рот и терпел. Из уголков губ тянулись прозрачные нити слюны, падали на футболку, на штаны. Он не мог вытереться — руки замерли на её ногах, бесполезные, слабые. Лере нравилось. Нравилось смотреть, как он ломается. Как его сопротивление превращается в покорность. Как слёзы и слюна текут по лицу, а глаза — красные, мокрые — всё ещё смотрят на неё снизу вверх с какой-то животной благодарностью. — Хороший мальчик, — выдохнула она, ускоряясь. — Чувствуешь? Я сейчас кончу. И ты проглотишь. Всё. Понял? Алекс кивнул, насколько мог с членом во рту. Лера задвигалась быстрее — уже не плавно, а жёстко, почти грубо. Её дыхание сбилось, пальцы сильнее сжали его волосы, и она кончила прямо ему в горло — горячо, густо, без предупреждения. Алекс закашлялся, но глотнул. Потом ещё раз. И ещё — потому что она не выходила, пока последняя капля не стекла по его языку. Потом она медленно, с явным удовольствием, вытащила член из его рта. Провела головкой по его нижней губе — влажной, припухшей — и стряхнула остатки ему на щёку. — Оближи, — приказала она. Алекс послушно провёл языком по её члену. — Умница, — Лера убрала член, надела трусики и опустила юбку — Вставай. Алекс поднялся на ватных ногах. Весь мокрый — лицо, шея, футболка. Он не смотрел на неё. Стыд накрывал тяжёлой волной. — Вытрись, — Лера кинула ему бумажное полотенце из диспенсера. — И запомни: это повторится. А если кому-то скажешь — я сделаю так, что ты пожалеешь, что вообще родился. А если будешь хорошим мальчиком… — она на секунду задержала на нём взгляд, — Я не буду наказывать тебя. Алекс остался стоять посреди туалета, глотая воздух и пытаясь понять, что только что произошло. Губы саднили. В горле стоял чужой вкус. Он опустился обратно на колени и тихо заплакал. Алекс не помнил, как вышел из туалета. Ноги двигались сами. Он шёл по коридору, но не видел ни стен, ни людей. Голова была пустой и тяжёлой одновременно, как будто кто-то выключил свет, но оставил гул. Он сел на подоконник в конце коридора. Там, где никто не ходил. Взгляд упёрся в пол. Плитка. Серая, с белыми разводами. Он смотрел на неё, но не видел. Глаза были открыты — и абсолютно пустые. Губы всё ещё саднили. Изнутри — липкий, чужой вкус, от которого хотелось выплюнуть собственную слюну. Он сглотнул. Горло болело. Казалось, там до сих пор что-то застряло. Алекс провёл рукой по лицу. Пальцы были холодными. Он их не чувствовал. Что это было? Мысль пришла не сразу. Тяжёлая, вязкая, как кисель. Он попытался её удержать, но она рассыпалась. Она заставила. Она сказала — или будет хуже. Я не хотел. Я правда не хотел… Пальцы сами сжались в кулаки. Ногти впились в ладони. Больно — но он почти не ощущал. Алекс закрыл глаза. Перед внутренним взором встало: её лицо сверху, расслабленное, почти скучающее. И его собственное — снизу, мокрое, с открытым ртом. Он резко открыл глаза и уставился в потолок. В груди было пусто. Не обида, не злость, не страх. Просто… ничего. Как будто внутри выключили звук. Рядом кто-то прошёл. Одногруппник. Что-то сказал. Алекс повернул голову, посмотрел на него, но не понял ни слова. Губы шевельнулись — он хотел ответить, но звука не вышло. Человек пожал плечами и ушёл. Алекс снова уставился в пол. Он попытался вспомнить, что было до. До туалета. До того, как она подсела. До того, как сказала «привет, не против, если я рядом посижу?». Вспомнилось с трудом — как старую фотографию, где все лица размыты. Я пялился на неё? Правда? Он не помнил. Может, да. Может, нет. Какая разница? Она сказала — значит, правда. Руки затряслись. Мелко, противно. Он спрятал их в карманы толстовки и сжал там в кулаки, чтобы не видно было. В голову полезли обрывки: «Ты постоишь на коленях». «Открой рот». «Глотай». Алекс наклонился вперёд, положил локти на колени и уронил голову в ладони. Плечи затряслись — но не от рыданий. От беззвучной, сухой судороги. Слёз не было. Организм отказался плакать. Вместо этого внутри разрасталась огромная, тяжёлая, как бетонная плита, усталость. Он сидел так несколько минут. Может, полчаса. Он не знал. Время исчезло. Потом медленно выпрямился, посмотрел на свои руки. Красные пятна на ладонях от ногтей. Он даже не заметил, когда так сильно сжал. — Эй, Алекс! Ты чего тут сидишь? — крикнул кто-то издалека. Он повернул голову. Не узнал голос. Не захотел узнавать. Отвернулся к окну. За стеклом было серое небо. Ни солнца, ни облаков — просто муть. Алекс смотрел на него и чувствовал, что сам стал таким же. Пустым. Серым. Без формы. Он не злился на Леру. Не боялся её. Он вообще ничего к ней не чувствовал. Пока что. Где-то глубоко, на самом дне этой пустоты, зрело что-то тёмное. Но Алекс не хотел туда заглядывать. Он просто сидел и ждал, когда кончится день. Когда прозвенел звонок на следующую пару, он не встал. Ему было всё равно. После пар Лера нашла Алекса в коридоре. Он стоял у окна, натянув капюшон, и делал вид, что смотрит в телефон. На самом деле он просто не хотел ни с кем встречаться взглядом. Губы до сих пор горели, в горле стоял тот самый привкус, а внутри — пустота и стыд. Лера подошла тихо, остановилась рядом. — Привет, — сказала она мягко, почти робко. — Можно с тобой поговорить? Алекс вздрогнул, но не ушёл. — Чего тебе? — голос сел, прозвучал глухо. — Послушай… — Лера вздохнула, провела рукой по своим волосам — жест беспокойства, которого на самом деле не чувствовала. — Я хочу извиниться. За то, что было в туалете. Я была… слишком резкой. Слишком грубой. Это не я. Алекс поднял на неё покрасневшие глаза. — Ты меня заставила. Шантажировала. — Знаю, — Лера опустила взгляд. Картинно, с сожалением. — Знаю. И мне правда стыдно. Просто… — она сделала паузу, — у меня бывают такие приступы. Сама не понимаю, что творю. А потом становится так мерзко на душе. Она осторожно коснулась его руки. Алекс не отдёрнул. — Я хочу загладить вину, — продолжила Лера тихо, почти шёпотом. — Пожалуйста. Дай мне шанс. Не уходи обиженным. Алекс молчал. Сопротивление таяло — он всегда был слишком мягким, слишком прощающим. — И что ты предлагаешь? — спросил он наконец. — Пойдём, — Лера взяла его за руку. — Тихое место. Никто не увидит. Я обещаю, ничего такого, чего бы ты не хотел. Он позволил увести себя. Она завела его в пустую гримёрку в конце коридора — там никогда не запирали, и до вечера туда никто не заходил. Закрыла дверь. Повернулась к Алексу. — Не бойся, — сказала она ласково, совсем не так, как утром. — Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо. Ладно? Алекс смотрел на неё настороженно, но уже не так, как раньше. Лера медленно опустилась перед ним на колени. Прямо на грязный линолеум. — Что ты… — начал он. — Тихо, — перебила она мягко. — Просто стой. Она расстегнула его джинсы. Потянула вниз вместе с трусами. Алекс не сопротивлялся — замер, сжимая и разжимая кулаки. Член у него оказался маленьким. Сантиметров десять, не больше. Тоненький, полу возбуждённый, с розовой головкой. Лера заметила это, но ничем не выдала. Наоборот, провела пальцем по стволу почти нежно. — Красивый, — сказала она. — Идеальный, чтобы взять в рот. Алекс покраснел. Ему было стыдно за свой размер, но её слова прозвучали так искренне, что он почти поверил. Лера наклонилась и взяла его в рот — медленно, осторожно, совершенно иначе, чем сама требовала утром. Она ласкала языком головку, обводила венчики, посасывала, не торопясь. Иногда проводила губами по всему стволу, но глубоко не брала — ей было неудобно, но она делала вид, что наслаждается. Алекс застонал тихо, прикрыв глаза. Рука сама легла на её затылок — не давя, просто касаясь. — Тебе нравится? — спросила Лера, отрываясь на секунду. — Да… боже, да… — Вот и хорошо, — она снова взяла его в рот, ускоряясь чуть-чуть. Слюни текли по её пальцам, по его члену, но Лера не обращала внимания. Она работала языком, губами, иногда посасывала с лёгким причмокиванием — грязно, но умело. Алекс тяжело дышал, откинув голову к стене. — Я сейчас… — прошептал он. — Не надо, — Лера убрала рот и сжала его член пальцами у основания. — Не торопись. Я хочу, чтобы ты запомнил это надолго. Она снова взяла его в рот — медленно, глубоко, насколько позволяла длина. Потом быстрее. Потом снова медленно. Алекс уже не мог стоять ровно — ноги дрожали. — Пожалуйста, — выдохнул он, — можно я… — Можно, — разрешила Лера, не выпуская его изо рта. Он кончил быстро — по-мальчишески, скудно, с тихим всхлипом. Лера проглотила, не поморщившись, и даже облизала головку напоследок. Потом поднялась на ноги, достала платок, вытерла губы и протянула ему. — На, вытрись. Алекс принял платок дрожащими руками. Он смотрел на неё совершенно по-новому — не как на монстра, а как на кого-то… почти родного. — Лера… я… — Ничего не говори, — она улыбнулась той самой сладкой улыбкой. — Мы в расчёте. Я была дрянью — я это исправила. Хорошо? Он кивнул. — Тогда до завтра, — Лера поправила блейзер и вышла. В коридоре она позволила себе усмехнуться. Эмоциональные качели работают безотказно. Сначала удар, потом ласка. Сначала боль, потом забота. Теперь он будет думать, что я не такая уж плохая. Будет возвращаться сам. А когда вернётся — я сделаю с ним всё, что захочу. Она достала телефон, проверила расписание и пошла к выходу, чувствуя приятную тяжесть внизу живота. Лера вышла из института на свежий воздух. Осенний ветер трепал волосы, но она не обратила внимания. В голове уже прокручивался план на завтра. Алекс немного обработан. Пока что достаточно. Нельзя перекармливать — испугается. Пусть походит пару дней с мыслями, поворочается в постели, вспомнит мои губы на своём маленьком члене. А потом сам потянется. Она достала из кармана блейзера ключи от квартиры, которую снимала недалеко от института. Родители платили — не жаловались, она хорошо училась. По пути зашла в магазин. Купила бутылку воды, протеиновый батончик и пачку влажных салфеток — во рту всё ещё чувствовался привкус Алекса. Не противный, но лишний. Дома Лера скинула кроссовки у порога, сняла блейзер и повесила его на спинку стула. Юбку расстегнула на ходу, стянула чулки. Осталась в одной блузке и трусах. Подошла к зеркалу в коридоре. Высокая. Сильная. Длинные ноги, плоский живот, грудь, которую не нужно прятать. И между ног — то, что делает её не такой, как все. То, что даёт власть. Она усмехнулась своему отражению. — Хорошая работа, Лера, — сказала она вслух. — Арсений ещё пожалеет, что завёл себе эту... Настю. А пока… пока есть Алекс. Она прошла на кухню, налила стакан воды, выпила залпом. Поставила телефон на зарядку. Перед тем как пойти в душ, она открыла чат с Алексом. Лера набрала сообщение: «Ты молодец сегодня. Серьёзно. Спасибо, что дал шанс всё исправить. Спокойной ночи 🌙» и отправила. Прочитала ещё раз. Улыбнулась. Он ответит. Обязательно. Спросит, как дела. Или просто поставит сердечко. А завтра я сделаю вид, что не заметила. Пусть немного поволнуется. Она отправилась в ванную комнату, сняла с тебя последнюю одежду, и зашла в душ. Горячая вода стекала по телу, смывая запах института, запах Алекса, остатки дня. Закрыв глаза, Лера представила, что будет дальше. Как Алекс будет ползать на коленях уже без принуждения. Как сам будет расстёгивать её штаны. Как будет просить. Член встал под струями воды. Лера взяла его в руку, провела несколько раз медленно, не торопясь. — Завтра, — прошептала она. — Всему своё время. Она выключила воду, вытерлась, завернулась в халат и легла в постель. Телефон мигнул. Новое сообщение от Алекса: «Спасибо. Тебе тоже спокойной ночи. Извини, если что не так 🙈» Лера усмехнулась и отложила телефон. Попался. Она закрыла глаза и провалилась в глубокий, спокойный сон без сновидений.