Дочь Падшего

Часть первая: Пробуждение Глава 1: Оттепель Весна в Провиденс пришла неожиданно, словно воровка, крадущаяся по мокрым мостовым. Ещё вчера город утопал в сером снегу, а сегодня воздух наполнился запахом талой воды, сырой земли и чего-то неуловимо сладкого — обещания скорого цветения. С крыш особняка на холме капало, и этот мерный звук, похожий на тиканье часов, отсчитывал новое время. Время пробуждения. Моргана стояла у панорамного окна в гостиной, глядя, как утренний туман клубится над океаном. Её левая рука, чешуйчатая и когтистая, покоилась на подоконнике, а в правой она держала трубку — новую, из вишнёвого дерева, подарок самой себе на весеннее равноденствие. Она не курила в привычном смысле — табак был смешан с сушёными лепестками адских цветов и щепоткой серы, создавая ароматный дым, который успокаивал её демоническую сущность. Дым вился к потолку, рисовал в воздухе причудливые узоры и таял, не оставляя запаха — или почти не оставляя. — Ты снова куришь, — раздался голос Уэнсдей. Она спускалась по лестнице, уже одетая для дневной смены в морге: строгий чёрный костюм, волосы убраны в тугой пучок, на лице — выражение вежливого неодобрения. — Я чувствую запах серы даже отсюда. — Это успокаивает нервы, — Моргана выпустила колечко дыма, которое, повинуясь лёгкому движению её теней, превратилось в миниатюрного дракона и растаяло. — И пахнет не так уж сильно. — Скажи это Энид, когда она проснётся, — Уэнсдей прошла на кухню, чтобы налить себе кофе. — У неё весной обоняние обостряется. Ты же знаешь. — Знаю, — Моргана вздохнула и отложила трубку. — Я буду курить только в башне. Или на балконе. — На балконе ветер с океана, — Уэнсдей вернулась с чашкой. — Дым всё равно затянет в дом. — Тогда я перестану, — Моргана повернулась к ней. — Если это действительно мешает. Уэнсдей помолчала, глядя на неё поверх чашки. — Не переставай. Просто... будь осторожнее. Я понимаю, что тебе это нужно. После всего, что было. Моргана улыбнулась — тепло, благодарно. Уэнсдей редко выражала понимание так прямо, но когда это случалось, каждое слово было на вес золота. Сверху послышались шаги, и в гостиную влетела Энид. Её золотистые волосы были растрёпаны после сна, а на лице застыло выражение блаженства, смешанного с лёгким раздражением. — Весна! — объявила она, потягиваясь. — Я чувствую её! Каждую почку на деревьях, каждую травинку, пробивающуюся из земли, каждую... — она вдруг замерла, принюхалась. — Моргана, ты курила трубку. — Всего одну, — призналась та. — Я выходила на балкон. — Я чувствую даже через закрытую дверь, — Энид сморщила нос. — Но это не так плохо, как... — она повернулась к Уэнсдей, и её лицо исказилось. — О боже, Уэнсдей! Ты снова пахнешь моргом! — Я работаю в морге, — невозмутимо ответила Уэнсдей. — Это неизбежно. — Но этот запах! Формалин, и что-то ещё... сладковатое... — Энид передёрнуло. — Я не могу есть завтрак, когда ты пахнешь так! — Я принимаю душ перед выходом и после возвращения, — Уэнсдей пожала плечами. — Что ещё ты предлагаешь? Менять профессию? — Нет, конечно, — Энид вздохнула. — Просто... может, есть какой-то нейтрализатор запаха? Магический? — Я могу создать амулет, поглощающий запахи, — предложила Моргана. — Это несложно. Но он будет влиять и на твой естественный запах, Уэнсдей. Ты будешь пахнуть... ничем. — Звучит идеально, — сказала Уэнсдей. — Звучит ужасно! — одновременно воскликнула Энид. — Я люблю твой запах, Уэнсдей! Просто не в сочетании с моргом. — Тогда компромисс, — Моргана подняла руки. — Амулет, который активируется только когда Уэнсдей приходит с работы. И выключается после душа. — Это возможно? — спросила Уэнсдей. — Я дочь Люцифера. Для меня возможно всё. --- **Глава 2: Весеннее обострение** Весна действовала на Энид странно. Её внутренний зверь, обычно дремлющий, просыпался вместе с природой. Она становилась более энергичной, более эмоциональной, более... чувствительной. Запахи, звуки, прикосновения — всё воспринималось острее. И это имело неожиданные последствия. Однажды утром, когда Моргана сидела в библиотеке, готовясь к лекции, Энид вошла и без слов села к ней на колени, уткнувшись носом в шею. — Энид? — Моргана отложила книгу. — Что случилось? — Ничего, — пробормотала Энид. — Просто... ты так хорошо пахнешь. Тенями и дымом. И чем-то ещё. Весной. Моргана улыбнулась и обняла её. — Твой зверь активизировался, да? — Угу. — Энид прижалась крепче. — Мне хочется быть ближе. Постоянно. Это странно? — Это естественно, — Моргана поцеловала её в макушку. — Ты — оборотень. Весна — время обновления, пробуждения инстинктов. Твой зверь ищет связи со стаей. А мы — твоя стая. — Я люблю вас, — прошептала Энид. — Обеих. Так сильно, что иногда боюсь — вы не выдержите. — Мы выдержим, — Моргана гладила её по спине. — Мы бессмертны. И наша любовь тоже. В дверях появилась Уэнсдей. Она посмотрела на них, и в её глазах промелькнуло что-то — не ревность, скорее, удивление. Она всё ещё привыкала к тому, что её жёны могут быть такими... открытыми в своей нежности. — Я не помешала? — спросила она. — Нет, — Энид протянула к ней руку. — Иди сюда. Ты тоже пахнешь... правильно. Даже после морга. Уэнсдей помедлила, потом подошла и села рядом, позволяя Энид прижаться и к ней. — Весна делает тебя сентиментальной, — заметила она. — Может быть, — Энид улыбнулась. — Но разве это плохо? — Нет, — Уэнсдей чуть помолчала. — Наверное, нет. --- **Глава 3: Романтический заговор** Весеннее настроение Энид оказалось заразительным. Через несколько дней Моргана обнаружила, что сама начинает смотреть на мир иначе. Серое небо Провиденса казалось не мрачным, а задумчивым. Капли дождя на стекле — не слезами, а обещанием роста. И её жёны... она смотрела на них и чувствовала, как внутри разливается тепло, почти забытое за зиму. Она решила действовать. — Уэнсдей, — сказала она однажды вечером, когда Энид ушла в свою башню рисовать. — Мне нужна твоя помощь. — В чём? — Уэнсдей оторвалась от учебника по судебной энтомологии. — Я хочу устроить для Энид романтический вечер. Настоящий. С ужином, свечами, звёздами. Она заслуживает. Уэнсдей приподняла бровь. — И ты просишь меня помочь? Я не эксперт в романтике. — Ты — её жена. Ты знаешь, что ей нравится. И ты можешь помочь с... организацией. Я хочу, чтобы это был сюрприз от нас обеих. Уэнсдей задумалась. Потом кивнула. — Хорошо. Но готовить будешь ты. Мои кулинарные способности ограничиваются ядами. — Договорились. Они разработали план. Моргана, используя свои связи в Аду, заказала редкие ингредиенты: мясо адского вепря (нежного и ароматного), фрукты из Садов Лилит, вино, выдержанное в подвалах Пандемониума. Уэнсдей взяла на себя оформление: она принесла из морга старинные канделябры (разумеется, тщательно вымытые), чёрные свечи и букет из сухоцветов — «эстетика увядания, но красивая», как она выразилась. В назначенный вечер, когда Энид вернулась из университета, её ждал сюрприз. Гостиная была залита мягким светом свечей. На столе, накрытом чёрной скатертью, стояли блюда, от которых исходил умопомрачительный аромат. Моргана, в длинном платье цвета индиго, и Уэнсдей, в строгом чёрном костюме (но с серебряной брошью в виде ворона), ждали её. — Что... что это? — Энид замерла на пороге. — Весенний ужин, — Моргана подошла и взяла её за руку. — Для нашей солнечной девочки. От нас обеих. — Вы... вы сделали это для меня? — глаза Энид наполнились слезами. — Да, — Уэнсдей подошла с другой стороны. — Ты заслуживаешь. И мы... мы тебя любим. Энид разрыдалась — громко, некрасиво, от избытка чувств. Она обнимала их обеих, прижималась, шептала слова благодарности. Потом они сели за стол, и ужин превратился в долгий, тёплый вечер, полный смеха, воспоминаний и нежных взглядов. — Это лучший подарок, — сказала Энид, когда они, утомлённые, сидели у камина. — Лучший. Я вас так люблю. — Мы знаем, — ответила Моргана. — И мы любим тебя. Всегда. --- **Глава 4: Уэнсдей открывает себя** После того ужина что-то изменилось и в Уэнсдей. Она стала... мягче. Не внешне — она всё так же носила чёрное, точила ножи и говорила колкости, — но внутри. Она чаще позволяла Энид обнимать себя, дольше задерживала взгляд на Моргане, а однажды, когда они втроём смотрели фильм (выбор Энид — «Гордость и предубеждение», версия 2005 года), она вдруг взяла их за руки и не отпускала до конца. — Тебе понравился фильм? — с надеждой спросила Энид, когда пошли титры. — Он был... сносным, — ответила Уэнсдей. — Но я понимаю, почему тебе нравится. Эта идея — что любовь может преодолеть гордость и предрассудки. Она... резонирует. — С нами? — уточнила Моргана. — Возможно, — Уэнсдей чуть сжала их руки. — Я провела большую часть жизни, убеждая себя, что эмоции — это слабость. Что любовь — это помеха. Но вы... вы доказали обратное. Вы сделали меня сильнее, не ослабив. И я... я благодарна. Энид снова чуть не расплакалась, но сдержалась. — Ты становишься сентиментальной, Уэнсдей Аддамс, — сказала она с улыбкой. — Весна, — коротко ответила Уэнсдей. — Пройдёт. — Не пройдёт, — Моргана поцеловала её в висок. — И мы не позволим. --- **Глава 5: Трубка и компромисс** Несмотря на весеннюю идиллию, бытовые трения никуда не делись. Моргана продолжала курить трубку, хотя и старалась делать это в башне или на балконе. Но ветер с океана был коварен, и запах серы всё равно проникал в дом. — Я чувствую его даже в спальне! — жаловалась Энид однажды утром. — Моргана, я люблю тебя, но мой нос этого не выдерживает! — Я пытаюсь, — Моргана развела руками. — Я курю на улице, я закрываю двери, я... — Может, тебе перейти на что-то другое? — предложила Уэнсдей. — Есть же травяные смеси без запаха. — Мне нужна сера, — призналась Моргана. — Это часть моей демонической природы. Без неё я становлюсь... раздражительной. Ад внутри меня требует. — Тогда давай найдём компромисс, — Энид вздохнула. — Кури в башне, но установи там вытяжку. Или магический барьер. И я буду заходить к тебе только когда ты не куришь. — Я могу создать барьер, — кивнула Моргана. — И буду предупреждать, когда курю. Ты сможешь избегать башни в это время. — Договорились, — Энид улыбнулась. — Спасибо. — А с запахом морга? — напомнила Уэнсдей. — Амулет готов? — Почти, — Моргана кивнула. — Нужно ещё несколько дней. Я добавлю в него частицу твоей ауры, чтобы он активировался автоматически при возвращении домой. — Буду ждать, — Уэнсдей чуть улыбнулась. — А пока — постараюсь принимать душ тщательнее. — Я ценю это, — Энид чмокнула её в щёку. — Ты — лучшая. --- **Глава 6: Весенние прогулки и открытия** С наступлением тепла они стали чаще выбираться в город. Benefit Street, освободившаяся от снега, сияла на солнце. Кафе выставили столики на улицу, и воздух наполнился запахами кофе, выпечки и цветущих магнолий. Энид наслаждалась каждым вдохом — весенний Провиденс пах совершенно иначе, чем зимний. Однажды, гуляя по набережной, они наткнулись на маленький антикварный магазинчик, которого раньше не замечали. Вывеска гласила: «Редкости и древности — Э.А. По, владелец (шутка)». Внутри было темно, пахло старой бумагой и воском, а полки ломились от странных предметов: старинных книг, чучел воронов, песочных часов с чёрным песком, карт звёздного неба, нарисованных от руки. — Как здесь атмосферно! — воскликнула Энид, разглядывая витрину с украшениями. — Смотрите, кулон в виде черепа с рубиновыми глазами! — Подходит к твоему стилю, — заметила Уэнсдей. Владелец, пожилой мужчина с длинной седой бородой и пронзительными голубыми глазами, вышел из-за прилавка. — Добро пожаловать, — произнёс он скрипучим, но приятным голосом. — Я Сайлас Крофт. Редко вижу здесь новых лиц, особенно таких... необычных. — Необычных? — переспросила Моргана. — Я чувствую энергии, — пояснил Сайлас. — Вы трое — не простые смертные. Дочь Падшего, оборотень и... — он прищурился, глядя на Уэнсдей. — Аддамс. Старая кровь. Тёмная. — Вы знаете мою семью? — Уэнсдей напряглась. — Слышал, — уклончиво ответил Сайлас. — Ваша прабабушка однажды купила у меня амулет для вызова духов. Осталась довольна. Но вы пришли не за покупками, верно? Вас привело сюда что-то иное. Моргана переглянулась с жёнами. Этот старик знал больше, чем говорил. — Мы живём в Провиденсе недавно, — сказала она. — Исследуем город. Его историю. Его тайны. — Тайн здесь хватает, — Сайлас кивнул. — Провиденс — старый город. Он помнит многое. И многое скрывает. Если вам нужна информация, — он протянул визитку, — обращайтесь. За определённую плату, разумеется. Моргана взяла визитку. На ней было написано только имя и адрес магазина. — Мы запомним, — сказала она. Когда они вышли, Энид поёжилась. — Он странный. Но не злой. — Он — маг, — пояснила Моргана. — Не сильный, но старый. И знающий. Возможно, он сможет помочь с нашими... изысканиями. — Или заманить в ловушку, — добавила Уэнсдей. — Будем осторожны. --- **Глава 7: Амулет и признание** Через несколько дней Моргана закончила амулет для Уэнсдей. Это был небольшой серебряный кулон в форме ворона с обсидиановыми глазами. Она настроила его на ауру Уэнсдей, так что при возвращении домой он активировался, создавая тонкий барьер, поглощающий запахи. — Попробуй, — сказала она, протягивая кулон. Уэнсдей надела его и отправилась на работу. Вернувшись вечером, она подошла к Энид, которая сидела в гостиной с книгой. — Ну? Как я пахну? Энид принюхалась. — Ничем! То есть... тобой. Твоим естественным запахом. Но не моргом! — её лицо озарилось улыбкой. — Получилось! Моргана, ты гений! — Я знаю, — Моргана усмехнулась. — Но спасибо. Уэнсдей коснулась кулона. — Спасибо. Это действительно... приятно. Не чувствовать себя ходячим трупом дома. — Ты никогда не была ходячим трупом, — Энид обняла её. — Ты — наша Уэнсдей. И мы тебя любим любой. Даже с запахом морга. — Я запомню, — Уэнсдей чуть улыбнулась. — На случай, если амулет сломается. --- **Глава 8: Весеннее равноденствие** День весеннего равноденствия выдался на удивление ясным. Солнце, редкий гость в Провиденсе, заливало город золотом, и даже самые мрачные закоулки казались приветливыми. Для Морганы этот день имел особое значение — это был день баланса, когда тьма и свет равны, когда границы между мирами истончаются, но не угрожающе, а... гармонично. Она решила провести этот день с жёнами. Утром они устроили пикник в парке на Колледж-Хилл. Энид наготовила сэндвичей и взяла плед, Уэнсдей захватила книгу, Моргана — трубку (но обещала курить только с подветренной стороны). Они сидели на траве, ещё влажной после недавнего дождя, ели, смеялись, читали вслух стихи. — «Надежда — это пташка с перьями, что вьёт гнездо в душе», — прочитала Моргана из Эмили Дикинсон. — Я раньше не понимала эту строчку. А теперь... кажется, понимаю. — У тебя в душе гнездо? — улыбнулась Энид. — У меня в душе вы, — ответила Моргана. — Это и есть моя надежда. Вечером они вернулись домой и, следуя внезапному порыву, забрались на крышу башни. Звёзды, такие яркие в эту безлунную ночь, рассыпались по небу алмазной пылью. Они лежали на пледе, прижавшись друг к другу, и смотрели в бесконечность. — Знаете, — сказала Уэнсдей после долгого молчания, — я никогда не думала, что буду лежать на крыше и считать звёзды. Это казалось мне... глупым. Романтическим клише. — А теперь? — спросила Энид. — А теперь я понимаю, что клише становятся клише, потому что в них есть правда, — Уэнсдей повернула голову и посмотрела на них. — Я люблю вас. Обеих. Это не клише. Это факт. — Мы любим тебя, — ответила Моргана. — И это тоже факт, — добавила Энид. Они лежали под звёздами, и весенний ветер приносил с океана запах соли и обещание новой жизни. Где-то внизу, в городе, зажигались огни, а в старых домах шептались тени, но здесь, на вершине холма, было только небо, только звёзды и только любовь. --- **Часть вторая: Тени возвращаются** **Глава 9: Беспокойство в городе** Идиллия не могла длиться вечно. Через несколько дней после равноденствия Моргана почувствовала беспокойство. Её чёрный глаз улавливал колебания ley lines — слабые, но нарастающие. Тени, успокоенные зимним ритуалом, снова начинали шевелиться. — Что-то происходит, — сказала она за ужином. — Я чувствую возмущение. Не такое сильное, как зимой, но... другое. Словно что-то просыпается. — Снова тени? — спросила Уэнсдей. — Не только. Я чувствую присутствие. Древнее. Оно было здесь всегда, но спало. А теперь... просыпается. — Это связано с равноденствием? — предположила Энид. — Возможно. Равноденствие — время пробуждения. Не только природы, но и магии. Уэнсдей отложила вилку. — Я поговорю с Грейс. Узнаю, не замечали ли Хранители чего-то необычного. — А я навещу Сайласа Крофта, — добавила Моргана. — Он говорил, что знает тайны города. Возможно, он знает и об этом. --- **Глава 10: Встреча с Сайласом** Магазин Сайласа встретил Моргану знакомым запахом старой бумаги и воска. Старик сидел за прилавком, читая книгу в потёртом переплёте. Увидев её, он отложил чтение. — Дочь Падшего, — произнёс он. — Я ждал вас. — Знали, что приду? — Чувствовал, — он усмехнулся. — Вы пришли спросить о пробуждении. О том, что шевелится под городом. — Да, — Моргана села напротив. — Что это? Древний дух? Демон? Что-то иное? Сайлас задумался, поглаживая бороду. — Провиденс стоит на костях, — начал он. — Не в переносном смысле — в прямом. Задолго до колонистов здесь жили индейские племена. У них были свои боги, свои ритуалы. Потом пришли пуритане, со своим Богом и своими страхами. Они построили церкви на местах силы, пытаясь подавить древнюю магию. Но магия не умерла. Она заснула. И теперь... просыпается. — Почему сейчас? — Не знаю. Возможно, из-за вас. Ваше присутствие — дочери Падшего, связанной с Адом и Первозданной Тьмой, — могло разбудить то, что дремало. Возможно, это естественный цикл. А возможно... кто-то помогает пробуждению. — Кто? — Есть группа, называющая себя «Пробуждёнными», — Сайлас понизил голос. — Они считают, что древняя магия должна вернуться, что город должен вспомнить свои корни. Они проводят ритуалы на местах силы. Я слышал, они активизировались этой весной. — Вы знаете, кто они? — Лично — нет. Но ходят слухи, что их лидер — потомок одного из первых поселенцев. Человек, одержимый идеей возрождения древнего культа. Моргана задумалась. «Пробуждённые». Ещё один культ. Ещё одна угроза. — Спасибо за информацию, — сказала она, вставая. — Если узнаете что-то ещё — дайте знать. — Разумеется, — Сайлас кивнул. — За плату. Моргана положила на прилавок несколько золотых монет — адских, но золото везде золото. — Этого достаточно? — Более чем, — Сайлас улыбнулся. — Удачи, дочь Падшего. Она вам понадобится. --- **Глава 11: Новости от Хранителей** Уэнсдей вернулась от Грейс с тревожными новостями. Хранители тоже заметили активность. Несколько их членов, патрулировавших ley lines, видели фигуры в тёмных плащах, проводившие ритуалы в заброшенных местах. — Они называют себя «Пробуждёнными», — сказала Уэнсдей. — Грейс о них слышала, но считала маргиналами. Теперь она не уверена. Они стали организованнее. И агрессивнее. — Сайлас говорил то же самое, — кивнула Моргана. — Они хотят пробудить древнюю магию. Но что именно? — Эзра, мой знакомый историк, нашёл кое-что в архивах, — Уэнсдей достала копию старого документа. — Это записи суда над женщиной по имени Эбигейл Палмер в 1692 году. Её обвинили в колдовстве и поклонении «Тому, кто спит под холмом». Она утверждала, что под Провиденсом находится древний дух, который дарует силу тем, кто его разбудит. — «Тот, кто спит под холмом», — повторила Моргана. — Похоже на местное божество. Возможно, индейское. Или что-то более древнее. — Эбигейл Палмер была повешена, — продолжила Уэнсдей. — Но её потомки могли сохранить культ. «Пробуждённые» могут быть её наследниками. — Значит, нам нужно найти их, — сказала Энид. — И остановить, пока они не разбудили то, что не следует. — Согласна, — кивнула Моргана. — Но сначала — больше информации. Нужно узнать, где они проводят ритуалы, и что именно пытаются пробудить. --- **Глава 12: Ночное наблюдение** Следующие несколько ночей они провели, патрулируя город. Уэнсдей, с её опытом слежки, возглавила операцию. Они разбились на пары: Уэнсдей с Энид, Моргана с Миной (которая вызвалась помочь, вооружившись камерой и диктофоном). Грейс предоставила карту ley lines с отмеченными местами силы. На третью ночь им повезло. Моргана и Мина заметили свет в заброшенной церкви на окраине. Подкравшись ближе, они увидели фигуры в тёмных плащах, собравшиеся вокруг алтаря. Они пели что-то на неизвестном языке — низко, гортанно, и слова отдавались дрожью в земле. — Снимай, — прошептала Моргана Мине. — Но не используй вспышку. Мина кивнула и начала записывать. Ритуал длился около часа. В кульминации одна из фигур — видимо, лидер — подняла руки, и из земли начал подниматься туман. Он клубился, принимая смутные очертания — не то зверя, не то человека. А потом раздался голос — низкий, древний, вибрирующий: — *Ещё рано... Спите... Ждите...* Туман рассеялся, и фигуры в плащах, пошатываясь, покинули церковь. Моргана и Мина дождались, пока они уйдут, и вернулись домой. — Мы записали ритуал, — сказала Моргана, показывая видео Уэнсдей и Энид. — И голос. Это не человек. И не демон. Что-то другое. — «Тот, кто спит под холмом», — прошептала Энид. — Он говорил с ними. Сказал, что ещё рано. — Значит, они пытались разбудить его, но не смогли, — Уэнсдей задумалась. — Но они продолжат. Нужно узнать, кто их лидер и где они собираются в следующий раз. — Я могу проследить за ними, — предложила Моргана. — Мои тени незаметны. — Хорошо, — кивнула Уэнсдей. — Но будь осторожна. Если этот дух почувствует тебя, он может отреагировать агрессивно. — Я справлюсь, — Моргана улыбнулась. — Я дочь Падшего. Духи меня не пугают. --- **Глава 13: Погоня за тенями** Следующую неделю Моргана провела, следуя за «Пробуждёнными». Её тени, невидимые для обычного глаза, скользили за ними по ночным улицам, запоминая лица, адреса, места встреч. Она узнала, что лидер культа — женщина по имени **Эвелин Палмер**, прямой потомок той самой Эбигейл. Она работала библиотекарем в университете и использовала доступ к архивам для поиска древних текстов. Моргана также выяснила, что следующая попытка ритуала планируется на майское полнолуние, в канун Белтайна — древнего кельтского праздника, когда граница между мирами особенно тонка. Место — старое индейское святилище в лесу за городом, где ley lines пересекались особенно плотно. — У нас есть три недели, — сказала она на семейном совете. — Нужно подготовиться. И решить, что делать. Просто остановить их? Или попытаться поговорить с этим духом? — Поговорить, — предложила Уэнсдей. — Если он сказал «ещё рано», значит, у него есть своя воля. Возможно, он не хочет пробуждения. Или хочет, но на своих условиях. Нужно понять. — Согласна, — кивнула Энид. — Но нужно быть готовыми к бою. Вдруг он агрессивен. — Значит, готовимся к обоим вариантам, — подвела итог Моргана. --- **Глава 14: Подготовка к Белтайну** Три недели пролетели в интенсивной подготовке. Моргана изучала древние тексты о духах земли, Уэнсдей тренировалась в фехтовании и стрельбе (на всякий случай), Энид работала над защитными амулетами, используя свои художественные навыки для создания сигилов. Грейс и Хранители обещали поддержку, хотя их силы были ограничены. Сайлас Крофт, за щедрую плату, предоставил им редкий артефакт — «Камень Сна», который, по легенде, мог усыпить древнего духа или, по крайней мере, успокоить его. — Используйте с осторожностью, — предупредил он. — Камень работает только один раз. И только если дух согласится принять его силу. — Спасибо, — Моргана взяла камень — небольшой, гладкий, молочно-белый, тёплый на ощупь. — Мы вернём, если получится. — Не стоит, — усмехнулся Сайлас. — Я слишком стар для приключений. Пусть послужит вам. В канун Белтайна они собрались в гостиной, проверяя снаряжение. Атмосфера была напряжённой, но не мрачной. Они прошли через многое вместе и знали, что справятся и с этим. — Я люблю вас, — сказала Энид, беря их за руки. — Что бы ни случилось сегодня, помните это. — Мы помним, — ответила Уэнсдей. — Всегда. — И мы вернёмся, — добавила Моргана. — Вместе. Как всегда. Они вышли в ночь, полную звёзд и обещаний. Впереди ждал древний дух, культ пробуждённых и новая глава их бесконечной истории. --- **Глава 15: Святилище в лесу** Лес за городом был старым, тёмным, полным шорохов и теней. Деревья, ещё не полностью одевшиеся листвой, тянули к небу голые ветви, похожие на костлявые пальцы. Под ногами хрустел прошлогодний валежник, а воздух пах прелью и чем-то сладковатым — возможно, дикими цветами, возможно, магией. Они шли по тропе, которую указали тени Морганы. Впереди, за деревьями, мерцал свет — ритуальные костры «Пробуждённых». Подкравшись ближе, они увидели поляну, в центре которой возвышался древний каменный алтарь, покрытый мхом и резьбой. Вокруг стояли фигуры в плащах, человек двадцать. Эвелин Палмер, высокая женщина с резкими чертами лица и горящими фанатизмом глазами, стояла у алтаря, воздев руки. — Великий Спящий! — восклицала она. — Пришло время! Пробудись! Вспомни своих детей! Дай нам силу, что была обещана! Земля задрожала. Из-под алтаря начал подниматься туман — густой, серебристый, светящийся изнутри. Он принимал очертания огромного зверя — не то медведя, не то волка, с ветвистыми рогами и глазами-звёздами. — *Кто тревожит мой сон?* — прозвучал голос, вибрирующий в костях. — Это я, Эвелин Палмер, твоя верная служительница! — выкрикнула женщина. — Потомок тех, кто хранил твой культ! Пробудись и даруй нам силу! Дух медленно повернул голову, оглядывая собравшихся. Его звёздные глаза остановились на Эвелин, потом скользнули дальше — и замерли, уставившись прямо в тень, где прятались Моргана, Уэнсдей и Энид. — *Я чую другую силу*, — произнёс он. — *Дочь Огня и Тьмы. Та, что не принадлежит этому миру. Выходи*. Моргана вышла из тени. Уэнсдей и Энид последовали за ней, держась на шаг позади. — Я здесь, — сказала Моргана. — Я — Моргана Шейд, дочь Люцифера. Мы пришли не как враги. Мы хотим понять. — *Понимание*, — дух, казалось, усмехнулся. — *Редкое качество среди смертных. И среди демонов. Что ты хочешь понять, дитя Бездны?* — Кто ты? Почему ты спишь? И что будет, если тебя разбудить? Дух помолчал, и его форма стала более чёткой. Теперь он выглядел как огромный лось с короной из ветвей, усеянных звёздами. — *Я — Хранитель этой земли*, — ответил он. — *Я был здесь задолго до людей, задолго до их богов. Я спал, потому что мир изменился. Моя сила больше не нужна. Но если меня разбудить без нужды, я могу разрушить то, что люди построили. Не по злобе — по природе. Я — земля. Я — рост и разрушение. Цикл*. — Ты не хочешь просыпаться? — спросила Энид. — *Я устал*, — просто ответил дух. — *Я спал тысячелетия и хочу спать ещё. Но эти смертные, — он указал на «Пробуждённых», — не дают мне покоя. Они думают, что я дам им силу. Но я не даю. Я — есть. Они не понимают*. Эвелин Палмер, слушавшая этот разговор с растущим гневом, выступила вперёд. — Ты лжёшь! — закричала она. — Мои предки служили тебе! Ты обещал силу! — *Твои предки неправильно поняли*, — спокойно ответил дух. — *Я не обещал. Я просто был. Вы сами придумали культ, ритуалы, обещания. Я не бог. Я — дух места. Я не могу дать то, чего у меня нет*. Эвелин, не слушая, достала кинжал и полоснула себя по ладони, окропляя кровью алтарь. — Пробудись! — закричала она. — Я приказываю тебе! Дух вздохнул — звук, похожий на шелест ветра в кронах. — *Глупые смертные. Всегда торопятся. Всегда требуют. Я не проснусь. Но вы... вы можете уснуть*. Он поднял голову, и его глаза-звёзды вспыхнули. Моргана почувствовала, как её тени напряглись, готовясь защищать. — Стой! — крикнула она, выхватывая Камень Сна. — Мы не враги! Мы можем помочь тебе уснуть снова, если ты этого хочешь! Дух посмотрел на камень. — *Камень Сна. Древний. Где вы его взяли?* — У друга, — ответила Моргана. — Он сказал, что камень может усыпить тебя, если ты примешь его силу. — *Я приму*, — дух склонил голову. — *Я устал. Сон — это покой. А покой — это всё, чего я хочу*. Эвелин закричала от ярости и бросилась к алтарю, но Уэнсдей перехватила её, скрутив руки за спиной. — Тихо, — прошептала она ей на ухо. — Вы проиграли. Моргана подошла к духу и положила Камень Сна на алтарь. Камень засветился мягким, успокаивающим светом. Дух начал таять, возвращаясь в землю. — *Благодарю, дочь Огня и Тьмы*, — прозвучал его затихающий голос. — *Ты поняла. Это редкость. Пусть твой сон будет спокойным... когда придёт время*. Туман рассеялся. Святилище опустело. «Пробуждённые», лишённые своего лидера и цели, растерянно топтались на месте, пока Грейс и Хранители не увели их. — Всё кончено, — выдохнула Энид. — Он спит. — И пусть спит, — Моргана устало улыбнулась. — Он заслужил покой. --- **Глава 16: Возвращение домой** Они вернулись домой под утро, когда небо на востоке уже начало светлеть. Уставшие, но удовлетворённые, они сбросили грязную одежду и забрались в душ — втроём, как любили. Горячая вода смывала остатки ночи, успокаивала напряжённые мышцы. — Я горжусь нами, — сказала Энид, намыливая волосы Морганы. — Мы снова спасли город. И никого не убили. — Почти никого, — уточнила Уэнсдей. — Эвелин Палмер жива. Её будут судить, но не за колдовство — за нарушение общественного порядка и незаконное проникновение. — Это по-человечески, — кивнула Моргана. — Пусть человеческий суд решает. После душа они, закутавшись в халаты, спустились в гостиную. Камин ещё хранил тепло вчерашнего огня, и Моргана подбросила дров, разжигая его заново. Энид принесла чай и остатки вчерашнего пирога. Они сидели у огня, молчаливые, но связанные невидимыми нитями. — Знаете, — сказала вдруг Энид, — я рада, что мы здесь. В Провиденсе. С его тайнами, тенями, духами. Это делает жизнь... интересной. — Согласна, — Уэнсдей отпила чай. — Скука — враг. А здесь скучать не приходится. — И мы вместе, — Моргана взяла их за руки. — Это главное. — Всегда вместе, — эхом отозвались они. За окном занимался рассвет, и первые лучи солнца золотили шпили старого города. Провиденс просыпался, не зная, что этой ночью его снова спасли три женщины, связанные любовью сильнее любой магии. А в земле под холмом спал древний дух, и его сон был спокоен. До поры. --- **Эпилог: Майское цветение** Прошла неделя. Май вступил в свои права, и Провиденс утопал в цветах. Магнолии, сакуры, тюльпаны — всё цвело, наполняя воздух сладким ароматом. Энид, чьё обоняние наконец-то насытилось приятными запахами, была на седьмом небе от счастья. Они гуляли по Ботаническому саду университета, держась за руки. Моргана, в лёгком чёрном платье и с неизменной трубкой (которую она, правда, не зажигала из уважения к цветам), улыбалась, глядя на жён. Уэнсдей, в строгом костюме, но с распущенными волосами, казалась почти расслабленной. — Красиво, — признала она, глядя на цветущую магнолию. — В мрачной, увядающей красоте есть своя прелесть, но... это тоже ничего. — Прогресс! — рассмеялась Энид. — Ещё немного, и ты начнёшь носить пастельные тона. — Не дождёшься, — фыркнула Уэнсдей, но уголки её губ дрогнули. Моргана остановилась и посмотрела на них. — Я люблю вас. Знаете об этом? — Знаем, — хором ответили они. — И мы тебя любим, — добавила Энид. — Теперь и навсегда. — Навсегда, — подтвердила Уэнсдей. Они поцеловались — сначала Моргана и Энид, потом Моргана и Уэнсдей, потом Уэнсдей и Энид. А потом стояли, обнявшись, посреди цветущего сада, и мир вокруг был полон жизни, красок и обещаний. Весна продолжалась. И их любовь — тоже.