Безымянный лес

      Переулок был узкий, но всё же достаточно неплохой по своим качествам – уютный и укромный, свободный от снующих прохожих, заполненный смесью запахов дыма, черёмухи и чьего-то обеда, а тенями и ставнями близко расположенных зданий он казался слегка таинственным. Самое то для женщины, которую искал Шеннон – ему нравился этот налёт загадочности, и настроение у него было неплохое, в отличие от лейтенанта Шриер. Покосившись на молчаливую спутницу, Шеннон решил не думать о ней и принялся изучать попадающиеся на глаза вывески – здесь их хватало в самых разных вариациях. У привлёкшего его внимание каменного дома наискось стояла странная деревянная пристройка с несколькими входами, огороженная небольшим палисадником, а за его забором цвели яблони и издалека пахнущая черёмуха. Интуитивно Шеннон решил, что нашёл то, что нужно, и кивком предложил Алисии пересечь переулок – та молчаливо согласилась, не имея, судя по всему, особого мнения на этот счёт. Пройдя к главному входу по выложенной тёмным камнем дорожке, он наконец увидел искомую вывеску: "Офелия Класо"; с витиеватых букв немного стёрлась позолота, и, помимо имени, на овальной доске красовался чёрный кот. Окинув двор коротким взглядом, Шеннон заметил, что место поросло диковатыми на вид растениями, расположенными, тем не менее, в достаточно аккуратных клумбах, и между клумбами тут и там раскидывалось что-то вроде грядок. Неподалёку виднелась протянутая бельевая верёвка, и всё это казалось чем-то куда более деревенским, чем городским, однако размышлять о таких вещах слишком долго времени не было, и Шеннон, оставив любования, быстро направился к массивной резной двери.       Вместо звонка у входа висел причудливый молоток. Глянув на него со скепсисом, особого удивления Шеннон не испытал – от ведьм прогрессивности ожидать не стоило, да и не затем они существовали. Дверь открылась, естественно, сама по себе, и, ступив внутрь, он вновь машинально огляделся – внимательно улавливал детали он и по природе, и по обязанности. Приёмная выглядела слишком светлой для такого странного дома, но всё равно оставалась типично старомодной. Обивка кресел, тяжёлые занавески, сейчас убранные к краям мохнатыми кистями, диван и салфетки на тумбочках – всё было зелёным разных оттенков, но кое-где это разбавлялось светлыми с золотом цветочными узорами. В углу стояли огромные деревянные часы, тоже древние, а рядом – высокий шкаф, однако больше обстановка ничем примечательным не отличалась.       – Мисс Класо?       Шеннон гадал, сколько же хозяйка будет тянуть со своим появлением, немного утомлённо размышляя о формальностях и пафосе, которых придерживались ведьмы. Для людей его рода подобные вещи казались совершенно лишними и бестолковыми; за этими мыслями его и застал ответ.       – Проходите.       "Проходить", видимо, нужно было в располагающуюся в глубине гостиной дверь с слегка облупившейся белой краской. Едва заметно вздохнув, Шеннон вновь кивнул Алисии – та продолжала невозмутимо молчать, и они двинулись сквозь комнату, обогнув несколько столиков. Взявшись за объёмную и такую же облезлую ручку белой двери, он потянул её на себя, но дверь распахнулась быстрее, чем Шеннон успел её открыть, и перед ним возникли каре-зелёные глаза – их он увидел в первую очередь. Собственно, у вышедшего навстречу молодого человека лицо было закрыто чёрной повязкой до этих самых глаз, и поэтому они, выглядящие сосредоточенно и не сильно дружелюбно, притягивали внимание в первую очередь, а только потом становилось ясно, что с обстановкой вокруг в своей накинутой на плечи поверх тёмной одежды потёртой кожаной куртке незнакомец сочетается крайне плохо. Это удивило Шеннона чуть больше, чем молоток, растения во дворе, бестелесный голос и прочее, но разглядеть человека он не успел, потому что тот, не сказав ни слова, быстро прошёл мимо и скрылся по лестнице, ведущей на второй этаж.       – Военные?       Офелия подошла к посетителям с лёгкой улыбкой. Невысокая, кудрявая, медноволосая и с лучиками морщин в уголках глаз, маскировалась она под примерно тридатипятилетнюю, и довольно успешно. Шеннон улыбнулся в ответ.       – Всё верно, мисс Класо. Я капитан Шеннон Торн, а это – лейтенант Алисия Шриер.       – Ну проходите, раз так.       Кабинет, куда их пригласила Офелия, тоже казался чем-то достаточно чужеродным этому месту, потому что представлял из себя весьма скучно обставленное помещение – простой стол, два скромных мягко оббитых стула напротив, белая сирень в однотонной вазе на тумбочке, полный каких-то папок стеллаж и огромная древняя касса с деревянными счётами рядом. Опустившись за стол, хозяйка достала толстую тетрадь и сделала в ней несколько пометок, а потом подняла вопросительный взгляд. Оба гостя сели напротив неё.       – Я вас слушаю.       Прежде, чем начать, Шеннон отвлёкся на шевеление справа – видимо, он неплотно закрыл за собой дверь, и в щель просочился крайне потрёпанный бурый кот, который грациозным прыжком преодолел расстояние до стола и немного безразлично, немигающе уставился на посетителей каре-зелёными глазами. Офелия заметила, что фокус внимания капитана сбился, но лишь улыбнулась чуть шире, и Шеннон снова посмотрел на неё, решив, что и так достаточно задержался.       – Буду кратким. Нам с лейтенантом Шриер выдан ордер на арест некоего господина, – начал он. – По нашим данным, этот человек скрылся с целью перейти границу за местным лесом – безымянным, кажется?       Ведьма достаточно многозначительно хмыкнула, но всем своим видом показала, что слушает дальше. Кот лёг и медленно подобрал лапы, щурясь под упавшим на него солнечным лучом.       – Мне сказали, вы можете помочь с пересечением этого леса, верно?       – Верно, капитан. – Она перевела ставший рассеянным взгляд на кота, а затем – снова в глаза Шеннону, с уже куда более внимательным выражением. – Что за человека такого вы ищете, который прошёл через лес без посторонней помощи?       – Я не могу сказать вам деталей.       – Вот как.       Ответом Офелия, кажется, не осталась удовлетворена, и Шеннон произнёс уже куда более нетерпеливо:       – Вопрос оплаты я обсуждать не буду, назовите сумму – мы заплатим. Это важное дело. Я бы сказал, критически.       – Конечно же важное, иначе вы не явились бы ко мне вооружённые, без записи и без прямого приказа сотрудничать с властью.       Голос женщины стал куда более резким и деловым; её загадочность разом растворилась, и она нацепила на нос тонкие очки, лежавшие до этого по правую руку, а затем придвинула к себе счёты и принялась что-то насчитывать, бормоча под нос.       В ожидании итога её действий Шеннон рассматривал кота – тот, казалось, не уделял происходящему внимания, однако уши его, очевидно, были навострены. Пытаясь понять, обычный это кот или нет, Шеннон вновь перевёл взгляд на Офелию, которая наконец закончила считать неизвестно что.       – Я могу выдать вам палатки, кое-что на случай повреждений, защиту и сопровождающего. Стоить будет семнадцать тысяч и две колбы крови – вашей и дамы. Подойдёт?       – Разумеется... – "Разумеется, как же иначе". – Мы будем вам благодарны.       – Ну и замечательно. – Ведьма хлопнула в ладоши, снова улыбаясь, и глянула на кота. – Чарли вам поможет. Он неразговорчивый, зато практически вырос в лесу, поэтому хорошо знает его, а ладить вам в любом случае едва ли понадобится.       – Кот?..       Кот шевельнул ухом, щурясь на Офелию, а затем легко соскочил со стола, чтобы выйти из комнаты в неизвестном направлении. Ведьма кивнула.       – Он самый. Рассчитаемся?       Немного помедлив, Шеннон вновь принял решение не удивляться и достал чековую книжку. Закончив заполнять чек, он поднял внимательный взгляд на женщину.       – И как быть с кровью?       – О, подождите пару секунд.       Она деловито поднялась и, открыв дверцу шкафа, принялась извлекать с полки инструменты для забора крови с колбами и перчатки. Выглядела ведьма весьма довольной.       – Ко мне редко захаживают военные, на самом деле, – улыбнулась она, смачивая вату спиртом. – Вам доводилось убивать людей?       Шеннон беспечно расстегнул манжету рубашки, чтобы закатать рукав, и лейтенант сделала то же самое.       – Разумеется, – коротко ответил он.       – Сколько?       – Это так важно? Я, знаете ли, не считал.       – Мне – нет, – подала голос Алисия.       Офелия хмыкнула и обернулась на капитана со шприцом в руках, очень пристально глядя ему в глаза.       – Тогда я хочу две колбы вашей. Девушка может быть свободна.       Шеннон устало вздохнул, принимая всё происходящее как должное. Раздражение периодически пробивало брешь в его беспечности, но он знал, что иначе не выйдет никак.       Взгляд увиденного ранее молодого человека снова настиг Шеннона в гостиной – тот равнодушно кинул ему в руки две тяжёлые сумки с палатками, и он едва успел их подхватить, стараясь рассмотреть незнакомца внимательнее. Каре-зелёные глаза стали уже чуть более знакомыми и имели то же выражение, что в кабинете, тёмно-каштановые волосы падали на лоб, а лицо по-прежнему было закрыто до глаз; внешний вид Чарли так и не сочетался с бархатными пуфиками и цветочными занавесками, от высоких тяжёлых ботинок на шнуровке до явно недавно разбитых костяшек на кистях рук. В общем, выглядел этот человек, или не человек, очень неподходяще для помощника ведьмы. Про неразговорчивость она, кажется, оказалась совершенно права.       – Выходим сейчас?       Шеннон кивнул, и ему хватило один раз моргнуть, чтобы перед ним непонятным образом снова явился кот, который лёгким шагом отправился к выходу. Алисия так и сохраняла каменное выражение лица, и, снова вздохнув, Шеннон передал ей одну палатку, а затем направился следом – кот двигался достаточно быстро.

***

      – Слушай, ты умеешь говорить в кошачьем облике?       Кот обернулся на Шеннона с немного презрительным выражением, но потом снова перевёл взгляд на дорогу, махнув хвостом. Шли они к машине, оставленной военными неподалёку от переулка – до леса предстояло ехать несколько часов, и Шеннон был бы рад побеседовать хоть с кем-то, потому что Алисия в собеседники совершенно не годилась.       – Может, превратишься, раз так? – Поинтересовался он, открывая дверцу автомобиля.             Чарли грациозно запрыгнул на заднее сиденье, а лейтенант устроилась на переднее. Просьба Шеннона осталась проигнорирована.       – Что с вами будешь делать... – Он завёл мотор, глядя на кота в зеркало заднего вида. Тот снова щурился на солнце, луч которого золотил его бурую шерсть, делая её рыжеватой. – Вообще я не из праздности спрашиваю. Мне нужно хотя бы знать, сколько займёт дорога.       Через долю секунды он снова увидел человека, который смотрел на спутника несколько скучающе.       – Есть два варианта, короткий и опасный и длинный полегче. Короткий займёт семь дней, второй – одиннадцать.       – Опасный это насколько?       – Опасный это опасный, – пожал плечами Чарли. – Вы вообще знаете что-нибудь про лес?       – Только то, что место не предназначено для прогулок.       Обращённый на Шеннона взгляд снова стал несколько презрительным.       – И что? Какой путь выбираете?       Капитан коротко глянул на Алисию, и она опять кивнула, кажется, имея ввиду, что ей всё равно.       – Ну давай опасный. Едва ли хоть что-то будет хуже позапрошлого года.       – Ещё есть вопросы?       Шеннон задумался.       – Вообще могут возникнуть по ходу дела. Тебе что, каждый раз придётся превращаться?       – Это несложно. Но старайтесь выражаться как-то компактнее. Поддержка диалогов в оплату не входила.       – Несложно так несложно...       В зеркале заднего вида снова моргнул золотящимися на солнце глазами кот. Шеннону казалось, что невыносимая скука закончится только на том самом опасном пути, и он почувствовал себя обречённым.       Двадцативосьмилетнего капитана много в чём упрекали – в том, что должность он получил через отцовские деньги, в том, что он не был серьёзен, в том, что на протестах он проявил то ли халатность, то ли жестокость. Сам Шеннон прекрасно знал, что амбиции и деньги идут рука об руку, но два года назад его амбиции растворились в необходимости расстреливать граждан собственной страны – едва ли до конца невинных, но своё мнение по поводу политики ему приходилось хранить за пятью замками собственного разума. В конечном итоге, чужие жизни разменивались либо на деньги, либо на собственную жизнь, но, так оно или иначе, именно по совокупности всех этих причин Шеннона и отправили в глухой лес, где постоянно кто-то пропадал, вместе с каменной лейтенантом Шриер и молчаливым бурым котом ведьмы Офелии Класо. Его не покидала девяностопроцентная уверенность в том, что искомый мистер Лэнс безвозвратно провалился куда-то в этом лесу и его никто никогда не найдёт, а самого капитана Торна едва ли обратно ждали. Насчёт Алисии у него был ряд слегка беспокойных подозрений, но готовился Шеннон к любым раскладам, иногда задумываясь, в какой момент придётся убить её первым – в конце концов, в подобной местности очень легко объяснить такие вещи исчезновением. Щёлкнув переключателем радио, он услышал струнную симфонию и остался этим доволен, не думая о попутчиках, которые сами выбрали молчание. Скрипки пели Шеннону о том, что он убийца, но такое было делом привычным, и он практически не обращал на это внимания, беспечно подпевая что-то в такт инструментам.