Взмах крыльев бабочки

В холодном и промозглом ноябре всегда рано темнеет. И этот день не был исключением. Шаннор и Клод медленно приблизились к заброшенному особняку. Владелец, Анри де Гийомль, заплатил Мессиру редким артефактом, чтобы доставшееся ему в наследство фамильное поместье было очищено от нечисти: низших демонов, уже несколько веков, обитающих здесь. Три поколения предыдущих владельцев предпочитали не вспоминать об этом жутком месте: они были достаточно богаты, чтобы просто платить за него налоги и никогда не приезжать сюда. Но у Анри де Гийомля были планы на этот дом: он хотел открыть здесь музей ужасов. А потому Шаннор и Клод могли устроить огненную магическую ловушку для демонов только в центральном холле здания. Волшебное пламя уничтожит нечисть, но сам дом не повредит: оно не может сжечь то, что материально и принадлежит к этому миру. Вот только Шаннор и Клод, теперь тоже демоны по своей сути, вполне могут погибнуть в собственной ловушке, если замешкаются. Убийство низших демонов было одним из промежуточных испытаний Клода, ещё не прошедшим полностью обучение, а потому и не ставшим полностью одним из них: демоном-хантером. И Шаннор мог бы послать сюда с Клодом любого из своей команды, но предпочёл пойти сам, за что и проклинал себя самыми последними словами. После смерти Андреаса во время боя с мятежным духом чернокнижника Папюса, Шаннор уже несколько веков не позволял себе никаких сердечных привязанностей. Он твёрдо уверился, что Жнец всегда забирает тех, кого он любит. А потом в его отряде появился Клод, пепельноволосый и стройный, аристократичный и молодой француз. Шаннор знал немногое: Клод попал к ним в отряд за убийство брата. Впрочем, и сам Шаннор оказался здесь за такое же преступление. Он так и не понял принципа, по которому Мессир выбирал своих охотничьих гончих. И Шаннор не мог перестать смотреть на Клода, который абсолютно ничего не имел против… Шаннор злился на него, а потому гонял на тренировках, пока Клод не падал от усталости. Шаннор был строг к нему, иногда необоснованно. Но Шаннор не мог перестать смотреть на него. А Клод старался как можно чаще попадаться ему на глаза, и особенно, когда рядом не было никого третьего. И Шаннор решил не обманывать хотя бы себя: он пошёл сюда вместе с Клодом по одной простой причине: он беспокоился за Клода. Беззвучно ступая по каменным обломкам, перемешанным с бытовым мусором, они вошли в зияющий тьмой, дверной проём, напомнивший Шаннору беззубый рот, раззявленный в немом крике. Внутри они начали быстро рассыпать огненный магический порошок, понемногу, но равномерно и так, чтобы у демонов не было ни единого шанса ускользнуть, когда они попадут в расставленную на них ловушку. Шаннор не насыпал порошок лишь у каменной, балюстрадной лестницы, витые перила которой были почти полностью разрушены. Шаннор, передвигавшийся всё так же беззвучно, пошёл вперёд, а Клод последовал за ним. И когда они оказались на верхней площадке, над холлом, камни вдруг начали обваливаться под ногами Клода. Шаннор вцепился в него и удержал от падения, одновременно, зло глядя ему в глаза, зашептал заклинание беззвучия. Клод улыбался, и Шаннор был уверен: он сам, с помощью магии перемещения, которой владел довольно сносно, спровоцировал своё падение. Чтобы… Чтобы что?! Чтобы Шаннору пришлось прикоснуться к нему. А Шаннор избегал лишний раз к нему прикасаться… Такому красивому, упругому… Совсем недавно ставшему демоном, а потому казавшемуся ещё… таким живым и… смертным. — Я припомню тебе этот… фокус, сопляк, — прошептал Шаннор, — когда мы… вернёмся, — Шаннор отпустил его и, не оглядываясь пошёл вперёд, в темноту пыльного коридора. — Обязательно припомнишь, командир, — сказал улыбающийся Клод ему в спину. — А если забудешь, так я напомню. И Шаннору очень захотелось наброситься на него прямо здесь, чтобы хорошенько врезать этому наглецу или же… придушить… или… сжать в объятьях и целовать… Он запретил себе думать о дальнейшем и немного ускорил шаг. Один пустой коридор с запылёнными, пустыми комнатами сменял другой, а затем был и третий… И ещё лестницы с частично обвалившимися ступеньками. Шаннор всё ближе чувствовал демонов, а кое-где в пыли замечал их следы. Бэттеры, теперь он почти полностью был уверен, что это именно они. Внешне бэттеры были похожи на летучих мышей, только… человекообразных летучих мышей. Шаннор знал, что в этом районе регулярно пропадали запоздалые прохожие или любители поздних прогулок в местных парках. Конечно же, полиция не находила никаких улик и потому, что это была работа бэттеров. А уж одурачить смертных полицейских у них вполне хватало ума. Шаннор прислушивался. Его чуткого демонического слуха хватало и на то, чтобы распознать сердцебиение Клода. И его поражало, и злило то, насколько спокойным оставался Клод. Шаннор, наконец, очень чётко почувствовал бэттеров. Они обосновались на чердаке. Шаннор дёрнул хлипкую, наполовину сгнившую деревянную дверь, и она поддалась почти сразу. Теперь Шаннор старался произвести как можно больше шума, чтобы привлечь внимание всех бэттеров, обитающих в этом треклятом особняке. Он достал маленький стальной нож и порезал себе ладонь. Конечно, рана на его демоническом теле почти сразу же полностью затянулась. Но несколько капель всё же успели упасть на запылённый пол. И этого оказалось достаточно. Многочисленные бэттеры, подобно настоящим летучим мышам, висевшие вниз головами под сводчатым потолком, и бывшие весьма ленивыми после удачной охоты прошлой ночью, почувствовали кровь. Взмахивая крыльями, устремились они за убегающими Шаннором и Клодом. Конечно, и Шаннор, и Клод могли подняться в воздух и полететь, но тогда бы даже глуповатые низшие демоны смогли бы определить, кто на самом деле вторгся в их владения. А потому и Шаннор, и Клод бежали, стараясь изобразить ужас и неуклюжесть простых смертных. И они бежали и даже спотыкались, а следом летели бэттеры жаждущие выпить их кровь, всю и до капли. Но даже бежать Шаннор и Клод могли быстрее, чем они — лететь. И вновь были бесконечные коридоры, пустые, запылённые комнаты и пролёты полуразвалившихся лестниц. Наконец, они добрались до центрального холла и остановились у выхода. Все бэттеры набились в холл и набросились на оборонявшихся заговоренными клинками и боевыми заклятьями Клода и Шаннора. И тогда Клод, с помощью магии перемещения замкнул расставленную Шаннором ловушку. Он перенес нужное количество огненного порошка на балюстрадную лестницу, теперь путь к отступлению демонам был отрезан. И Шаннор зашептал воспламеняющее заклятье. Холл, вместе с находившимися в нём бэттерами, вспыхнул весь одновременно. Шаннор метнулся в зиявший темнотой, спасительный дверной проём, но увидел, что… треклятый Клод замешкался. И Шаннор, вцепившись в него изо всех своих демонических сил, рванулся к выходу. Магическое пламя обжигало, но его высшая демоническая природа и заклятья прочности предотвратили немедленное возгорание. И Шаннор, вместе с Клодом, невредимым вырвался из ловушки, им самим же и созданной. Из дверного проёма вырвался огромный столп пламени, и Шаннор упал вместе с Клодом, навалился на него, закрывая собой от пламени. Он приподнялся, опираясь на руку и посмотрел Клоду в лицо: наглец… белозубо улыбался. И Шаннор больше не мог сдерживаться. Он впился в столь желанные губы, смял их в жарком, страстном поцелуе… Их первом поцелуе со вкусом сажи. Клод отвечал ему столь же жарко и страстно, крепко сжимая в ответных объятьях, отнюдь не дружеских. В Междумирье они вернулись в полном молчании. Шаннор избегал даже смотреть на Клода, а тот вел себя на удивление тихо и не пытался его разозлить. Оставалось только войти в Крепость. Но Шаннор вдруг остановился. — Клод, — сказал он очень тихо, почти шёпотом. — Да, командир? — голос Клода звучал столь наигранно невинно, что Шаннор не мог не улыбнуться. Он ничего не сказал, только сгрёб Клода в охапку и снова начал целовать, теперь жадно, взасос. И Клод совсем не сопротивлялся ему. Шаннор, будто против воли оторвался от его губ. — Я буду… ждать тебя завтра в полночь, на самом верхнем этаже башни, которую разрушили враги Мессира, — прошептал он в эти желанные, жаркие губы, почти касаясь их своими и посмотрел в голубые глаза Клода. Холодный ветер взъерошил его тёмные волосы, но Шаннор вряд ли заметил: он ждал ответа Клода. — Да, командир, я приду, — прошептал Клод, — обязательно приду. А затем Клод потянулся к нему за новым поцелуем.