На льду

      Когда Сайно упал на тренировке, первое, о чём он подумал – колено. Второе – отец будет ругаться. Третье – Тигнари.              Это было настолько неожиданно, что Сайно замер на льду, прижимая руку к ноющему суставу, и не мог понять, откуда взялось это имя в его голове. Тигнари. Фенек с вечно вздёрнутым носом и хвостом, который он ненавидел. Почему он подумал о нём?              Он отогнал эту мысль почти сразу.              Но когда он снова упал то снова подумал о Тигнари. Представил, что тот стоит за бортиком и смотрит за ним, возможно даже насмехается над неудачей соперника.              Они оказались в номере Тигнари случайно, ну, или не совсем.  Сайно перестал верить в случайности после того, как поймал себя на том, что ищет взглядом ушастую макушку в каждом коридоре.              Тигнари предложил обсудить номер. Сайно согласился, слишком быстро, как понял потом.               Они сидели на кровати, разложив ноутбук меж собой, и слушали музыку. Шопен, Армстронг. Что-то современное, с тяжёлыми басами и тихими фортепианными вставками, а может скрипка? Сайно не мог сосредоточиться, потому что Тигнари сидел слишком близко, потому что от него пахло чем-то сладким, может быть, гелем для душа, а может Сайно вообще это мерещилось...              - Тебе не нравится, – сказал Тигнари, ударяя его хвостом по руке.              - Нравится, –Сайно ответил слишком быстро.              Тигнари поднял бровь.              - Ты даже не слушаешь.              - Слушаю.              - Тогда повтори, что играло третьим?              Сайно замялся — Тигнари рассмеялся  и этот смех ударил Сайно прямо в грудь. Такой тёплый, такой живой, такой… родной? Сайно не знал, можно ли так думать о человеке, которого он знал всего несколько дней. Но думал.              - Ты невыносим.              - Я знаю.              И вдруг понял, что хочет услышать это снова. «Ты невыносим».               Он хочет, чтобы Тигнари смотрел на него не как на соперника, не как на шакала о котором все говорят, а как на человека, которому можно сказать «ты невыносим» и при этом не отвернуться и не уйти хлопнув дверью раздевалки.              Сайно испугался этой мысли. Так сильно, что почти захотел уйти. Остался. Потому что Тигнари вдруг положил руку ему на плечо, показывая что-то на экране, и Сайно забыл, как дышать.              «Это пройдёт», – сказал он себе. – «Это просто усталость. Просто адреналин. Просто…»              Он не договорил. Потому что врать самому себе он так и не научился.              На репетиции Сайно понял, что всё серьёзно.              Он пришёл за десять минут до назначенного времени – не потому, что хотел увидеть Тигнари, а потому, что не спал всю ночь, думая о нём. Думал о том, как Тигнари двигается на льду, как хвост стелется за ним, когда он скользит, как он злится, когда Сайно критикует его технику.              Он думал о Тигнари так много, что это начало пугать.              Когда Тигнари протянул ему руку, Сайно отдёрнул ладонь, нет, не потому, что не хотел касаться, а потому, что боялся: если он возьмёт эту руку, то уже никогда не сможет отпустить.              К концу репетиции Сайно был вымотан эмоционально. Он сидел на льду, пил воду из чужой бутылки и смотрел на Тигнари, который болтал о чём-то своём и улыбался, поправляя хвост.              «Я влюбляюсь в него», – подумал Сайно с ужасом. – «Я влюбляюсь в человека, которого хотел ненавидеть».              - Я извиняюсь. За раздевалку. За «позорно». За хвост. Это было несправедливо.              Тигнари уставился на него с таким видом, будто Сайно открыл ему все тайны древнего Египта.              - Ты сейчас серьёзно?              - Я сказал.              Сайно смотрел прямо перед собой и чувствовал, как горят щёки.               «Пропал», – подумал Сайно. – «Я окончательно…».              Перед выходом на лёд Сайно трясло от того, что он собирался сделать. Он собирался танцевать с Тигнари.               - Ты бледный, – сказал Тигнари, поправляя ему воротник костюма, – Колено болит?              - Нет, – Сайно поправил свои волосы, – Всё нормально.              Их объявили. Сайно выдохнул, кивнул Тигнари и они вышли на лёд.              Музыка заиграла, и Сайно забыл обо всём, даже о том, что он, вообще-то, не умеет танцевать в паре, он смотрел только на Тигнари – на его руки, на его хвост, на его уши, которые подрагивали в такт музыке.              Они кружились в танце, хвост фенека мягко обхватывал Сайно за талию, осталяя за собой приятное тепло. Сайно чувствовал Тигнари, его дыхание, его сердцебиение и думал о том, как же хочется оставить этот момент в памяти навсегда.               Последний аккорд – и зал взорвался аплодисментами.              Сайно не слышал их. Он смотрел на Тигнари, который поднял голову и улыбнулся ему. Так тепло и так… любяще? Сайно не знал, умеет ли Тигнари любить, но надежда была.              Они поклонились. И когда поехали к выходу, Сайно взял Тигнари за руку, не потому, что так было нужно по программе, а потому, что он просто так захотел.              Он влюбился. По уши.  И теперь.. Наверное знал, что с этим делать.              Сайно не отпускал руку Тигнари. Ему казалось, что если  разожмёт пальцы, то Тигнари уйдёт.               - Ты можешь отпустить.              - Могу, — Сайно перевёл руку к плечу, обнимая Тигнари сзади,  — Но не хочу. Поехали потом ко мне?              Тигнари выдохнул, кладя ладони на руки, обхватывающие его и не давающие даже шагу сделать.              - Я устал.              - Я закажу нам вино и ужин… - сжимая свои руки на тёплой талии, Сайно почувствовал, как Тигнари резко вдохнул, но потом опустил уши, фыркнув.              - А потом ты меня выебешь, да? Так это обычно бывает?              - Клянусь, нет! – Сайно выдохнул, поворачивая Тигнари к себе, – Я наберу тебе ванну и уложу спать…              А Тигнари, оказывается, улыбался всё это время.              - Тогда я хочу спать с тобой.              Что-то внутри Сайно замерло.              - Вау… Это моя третья победа за сегодня…              - Третья? Позволь поинтересоваться, какая вторая?              - Я украл твой поцелуй.              Тигнари опустил уши, смотря на Сайно в непонимании.              - Но мы же не…              А потом утонул в чужих губах, чувствуя, как быстро алеют щёки, а хвост бьётся в такт сердцу, как руки хватаются за чужие плечи, а Кавех в шоке вздыхает, где-то недалеко от них.