Часть 3
21 апреля 2026 г., 11:40
Гарри захлопнул дневник чуть резче, чем собирался. Звезда в углу страницы выглядела почти вызывающе.
— «Я ненавижу тебя», — пробормотал он. — Ну, взаимно… наверное.
Он посидел ещё минуту, глядя на обложку, а потом решительно поднялся.
Если уж разбираться — то не в одиночку.
Гермиона выслушала его, не перебивая. Это уже было тревожным признаком.
— И… он пишет тебе в ответ? — уточнила она наконец.
— Да. Причём довольно… разговорчиво, — сказал Гарри. — Пытается казаться загадочным, но выходит как-то… неловко.
— Гарри, — она сложила руки на столе, — это не нормально. Дневники не должны отвечать.
— Я догадался, — кивнул он. — Поэтому и пришёл к тебе, а не к Рону.
— Рон бы сказал… — начала Гермиона.
— «Выкинь эту гадость», — закончил Гарри.
Они переглянулись.
— Он не совсем неправ, — вздохнула она. — Но сначала нужно понять, что это такое.
Гарри осторожно положил дневник на стол.
Гермиона посмотрела на него так, будто это могло укусить.
— Можно?
— Он, кажется, любит внимание, — пожал плечами Гарри.
Она открыла дневник наугад.
— …у тебя тут наклейка.
— Это долгая история.
— Я хочу короткую.
— Я украсил его, он не оценил.
Гермиона медленно подняла взгляд.
— Ты… украсил тёмный магический объект?
— Я не знал, что он тёмный! Он просто был ужасно скучным!
Она закрыла глаза на секунду.
— Ладно. Хорошо. Мы не будем сейчас обсуждать… эстетические решения.
Чернила на странице дрогнули.
Кто это?
Гермиона вздрогнула.
— Он сейчас…?
— Да, — спокойно сказал Гарри. — Он всегда так.
Ты привёл ещё кого-то.
Гермиона наклонилась ближе, её глаза загорелись интересом.
— Он реагирует на присутствие других? Значит, это не просто зачарованный текст…
Я — не «это».
— Он ещё и обижается, — добавил Гарри.
— Это… невероятно, — прошептала Гермиона. — Почти как… зафиксированная личность.
Почти?
— Определённо личность, — кивнула она. — Но не живая в обычном смысле.
Я более чем жив.
— Он так думает, — тихо сказала Гермиона Гарри. — Это важно.
Гарри сел рядом.
— Он сказал, что его зовут Том Реддл. Был «выдающимся учеником».
Гермиона нахмурилась.
— Реддл… Реддл… Это знакомо.
Она резко встала.
— Жди здесь.
— Я никуда не денусь, — сказал Гарри. — Вряд ли он меня отпустит.
Я бы с радостью.
— Взаимно, — пробормотал Гарри.
Через некоторое время Гермиона вернулась с парой тяжёлых книг.
— Школьные списки, награды, архивы… если он действительно учился здесь, мы его найдём.
Она быстро перелистывала страницы.
— Том… Том… вот!
Гарри придвинулся ближе.
— «Том Марволо Реддл. Отличник. Староста. Награда за особые заслуги перед школой».
— «Особые заслуги»? — переспросил Гарри. — Это звучит подозрительно.
— Или впечатляюще, — заметила Гермиона. — Но это не всё…
Она перевернула страницу.
— Год… это было давно, Гарри.
— Насколько давно?
Она назвала дату.
Гарри медленно выпрямился.
— Подожди. Если это он… то ему сейчас должно быть…
— Слишком много, чтобы сидеть в дневнике и спорить с тобой про наклейки, — закончила Гермиона.
Они оба посмотрели на дневник.
Чернила появились медленно.
Вы нашли меня.
— Мы нашли запись, — уточнила Гермиона. — Но это не объясняет, что ты такое.
Пауза.
Я память.
— Нет, — сразу сказала Гермиона. — Память не ведёт диалог. Ты — нечто большее.
Я часть того, кем я был.
— Значит, магия сохранения личности, — задумчиво пробормотала она. — Но зачем?
Гарри скрестил руки.
— Он пытался… ну, знаешь. Убедить меня, что я особенный, и всё такое.
Гермиона резко посмотрела на него.
— Он пытался манипулировать тобой.
— Пытался, — согласился Гарри. — Не очень успешно.
Ты просто не слушал.
— Я слушал, — сказал Гарри. — Просто ты звучал как плохая реклама.
Гермиона с трудом сдержала улыбку.
— Гарри, это серьёзно. Если он может влиять на мысли, он опасен.
— Тогда почему он застрял в дневнике и спорит со мной? — логично заметил Гарри.
Пауза.
Долгая.
Очень долгая.
Гермиона тихо сказала:
— Возможно… потому что ему нужен кто-то, кто будет с ним взаимодействовать.
Гарри посмотрел на дневник иначе.
— То есть… без меня он просто…
— Спит. Или не существует полностью, — кивнула она.
Чернила появились резко.
Я существую.
— Только когда с тобой говорят, — мягко сказала Гермиона. — И это делает тебя зависимым.
Тишина.
Почти осязаемая.
Гарри наклонился вперёд.
— Значит, у нас есть разговорчивый дневник с личностью старого ученика, который пытается казаться страшным, но не может даже избавиться от наклеек.
— Гарри!
— Что? Это важная деталь!
Гермиона вздохнула.
— Нам нужно выяснить, как он работает. И… можно ли его закрыть.
Гарри кивнул.
— А пока?
Она посмотрела на дневник.
Потом на Гарри.
— Пока… не оставайся с ним один надолго.
Гарри задумался.
— Знаешь, Рон бы сейчас сказал «сжечь его».
— И впервые за долгое время, — тихо ответила Гермиона, — я начинаю с ним соглашаться.
Чернила медленно появились внизу страницы:
Попробуйте.
